Введение

Идеологическая доктрина Николая I

Православие, самодержавие и народность (Правосла́вие, самодержа́вие, наро́дность), также известная как официальный национализм, была доминирующей имперской идеологической доктриной русского императора Николая I. Доктрина стремилась к имперскому единству под знаменем православия и абсолютной власти императора, подавляя идеи, которые считались разрушительными для этого единства. Она последовала за более широкой европейской реакционной тенденцией, направленной на восстановление и защиту политических институтов, свергнутых в Наполеоновских войнах. "Триада" официальной народности была первоначально предложена министром просвещения Сергеем Уваровым в его циркулярном письме подчиненным педагогам от 2 апреля 1833 года. Вскоре она была принята Николаем и его окружением и получила широкое общественное признание, получив активную поддержку со стороны таких интеллектуалов, как Михаил Погодин и Федор Тютчев.

Критики этой политики рассматривали ее как призыв к русификации. Однако сам факт ее существования, будучи первой общероссийской политической идеологией со времен XVI века,

Поиск идеологии

Николай I взошел на престол после восстания декабристов; последовавшее расследование показало, что неверность глубоко укоренилась в дворянстве – единственной опоре Дома Романовых. Его отец и дед были убиты своими же гвардейцами и сановниками в результате дворцовых переворотов. Стремясь искоренить мятежников и обеспечить собственную безопасность, Николай внимательно изучал материалы расследования декабристов и был осведомлен о недостатках в правлении своего предшественника, которые послужили причиной восстания. Действуя в духе своих абсолютистских предшественников эпохи Просвещения, Николай создал государственную систему образования и завершил кодификацию законов. Он установил жестко регламентированную, но в конечном итоге неэффективную систему государственного управления, основанную на "тревожной централизации", сам выступая главным арбитром между соперничающими сановниками. Система, созданная Николаем I, была несостоятельной и неэффективной, поскольку император не мог лично контролировать все государственные дела и просматривать все документы, подлежащие подписанию. В 1833 году Уваров сформулировал императорскую программу в краткое изложение идеологии: "Наша общая обязанность – обеспечить, чтобы воспитание народа осуществлялось, в соответствии с высшим замыслом нашего Августейшего Монарха, в духе Православия, Самодержавия и Народности. Я убежден, что каждый профессор и учитель, проникнутый единым чувством преданности престолу и отечеству, приложит все усилия, чтобы стать достойным орудием правительства и заслужить его полное доверие."

Общественный прием

Пресса, подвергавшаяся государственной цензуре, охотно приняла новую доктрину и находилась под ее влиянием до конца правления Николая I. Степан Шевырев, редактор журнала «Москвитянин», утверждал, что «даже если мы и замечаем некоторые неизбежные недостатки на Западе, мы, с другой стороны, сохранили в себе, в нетронутом виде, три основополагающих чувства, которые содержат зародыш и гарантию нашего будущего развития». Николай Надеждин, изначально придерживавшийся западнического, шеллинговского понимания национальности, радикально изменил свои взгляды в пользу официальной народности после дела Чаадаева (1837), написав, что «национальность всегда заключалась в любви к царю и повиновении, и в будущем должна продемонстрировать, к негодованию Европы, блестящий пример того, как из святого единства самодержавия должно возникнуть образцовое и блистательное национальное просвещение». Николай Гоголь в своем последнем произведении «Избранные места из переписки с друзьями» (1847) распространил принципы официальной народности на отношения между помещиками и крестьянами: «Заставьте их [крестьян] ясно видеть, что во всем, что их касается, вы действуете в соответствии с волей Божьей, а не по каким-либо европейским или иным прихотям».

Сравнения с путинизмом

Некоторые комментаторы сравнивают идеологию Владимира Путина, правящего Россией с 1999 года, с доктриной православия, самодержавия и народности. Фейт Хиллис из Чикагского университета утверждает, что Путин "стремится к восстановлению Российской империи и ее основополагающих идеологий – православия, самодержавия и народности, – но теперь под властью весьма изощренного полицейского государства". В статье 2014 года, опубликованной в журнале "Евразийские исследования", утверждалось, что "Путин акцентировал внимание на патриотизме, силе и государственности, чтобы оправдать централизацию власти и авторитарную политику. Политика и риторика Путина имеют явные параллели с политикой Николая". Стэн Грант из Университета Чарльза Стюрта полагает, что это "остается видением Путина и сегодня. Церковь и государство неразделимы. Глава Русской Православной Церкви, Патриарх Кирилл, назвал Путина "чудом от Бога"". Журналист Foreign Policy Майкл Хирш отмечает, что эта политика "не упоминается в речах и трудах Путина – он по-прежнему стремится создавать впечатление, что Россия является демократией, – но ее используют крайне правые мыслители, на которых, как считается, оказывают влияние на Путина, включая Александра Дугина, Льва Гумилева, Игоря Шафаревича, Ивана Ильина, Константина Леонтьева, Сергея Петровича Трубецкого и других, чьи идеи уходят корнями в прошлое на 200 лет".