Дедовщина в российской армии: насилие и унижения

Введение

Дедовщина — неофициальная практика издевательств и насилия над младшими солдатами, исторически существовавшая в Советских Вооруженных Силах и продолжающаяся сегодня в Вооруженных Силах России, Внутренних войсках, а также в меньшей степени в ФСБ, Пограничной службе, и в других вооруженных силах и спецслужбах бывших советских республик. Она заключается в жестоком обращении со стороны более старших по званию солдат, сержантов и офицеров. Это форма не уставных, доминирующих отношений между военнослужащими; наиболее распространенная форма не уставных отношений, представляющая собой нарушение установленных законом правил взаимоотношений между солдатами, основанное на неформальном иерархическом разделении по призыву и выслуге лет. Культурную основу дедовщины составляют традиции, обычаи и ритуалы, передаваемые от солдата к солдату. Зачастую (но не всегда) эти традиции и ритуалы связаны с унижением чести и достоинства военнослужащих более позднего призыва военнослужащими более раннего призыва. Дедовщина включает в себя разнообразные действия, направленные на подчинение и унижение, совершаемые младшими по званию, от выполнения обязанностей старших по званию до жестокого и иногда смертельного физического и психологического насилия, напоминающего крайне жестокую форму травли или пыток, включая сексуальные пытки и анальное изнасилование. Имелись случаи, когда солдаты получали серьезные ранения или погибали.

Этимология

Термин происходит от "ded" (дед, что означает "дедушка"), который является армейским сленгом, обозначающим солдат после третьего (или четвертого, также известного как "дембель" (дембель или "ДМБ")) полугодия обязательной службы, возникшего из вульгаризации слова "демобилизация" (демобилизация – демобилизация). Солдаты ошибочно используют это слово для обозначения увольнения из армии. Также "дембелем" называют вторую половину срока службы, добавляя суффикс "-щина", который обозначает систему порядков, правил или режима (сравните Ежовщину, Ждановщину). Таким образом, это можно буквально перевести как "власть дедов". По сути, это народная система старшинства, основанная на сроке службы, которая в основном не закреплена в кодексах или законах и предоставляет привилегии только призывникам, получившим звания сержантов и ефрейторов.

Особенности как правонарушение

Незаконные отношения – понятие более широкое, чем дедовщина. Незаконные отношения охватывают весь спектр взаимоотношений между военнослужащими, не регламентированных общими военными уставами (включая отношения между начальником и подчиненным, подчиненным и начальником). Дедовщина в узком смысле касается лишь тех нарушений уставов, которые связаны с отношениями между военнослужащими старшего и младшего призыва. Кроме того, современная криминологическая и административно-правовая наука различает преступления, совершаемые в рамках так называемой "дедовщины", и "казарменное хулиганство". Разграничивающим фактором является субъективная сторона деяния. В первом случае преступные намерения направлены на утверждение своего статуса "деда", принуждение молодого солдата к выполнению хозяйственных работ, совершению определенных ритуалов, связанных с "традициями дедовщины" и т.п. Во втором случае противоправные действия правонарушителя мотивированы личной неприязнью, национальной, этнической, религиозной враждой, имущественными отношениями, внезапно возникшей враждебностью и т.д. (см. комментарий к Уголовному кодексу в статьях, предусматривающих ответственность за преступления против личности, чести и достоинства). Таким образом, нарушения уставных правил взаимоотношений между военнослужащими, не связанные с отношениями подчинения в контексте дедовщины, могут быть квалифицированы как посягательство со стороны старших военнослужащих на права, честь, достоинство и личную неприкосновенность младших военнослужащих. Часто феномен дедовщины напрямую связан с соотношением физической и моральной силы "дедов, бабушек, ветеранов, стариков, дембелей" (сленг – "хозяева") и "дьяволов, духов, душаров, чекистов, чека, салабонов, вещников, молодых, слонов" (сленг – "рабы"). Одним из основных негативных последствий дедовщины как явления является серьезный подрыв авторитета армии среди молодежи призывного возраста и то, что она является одной из главных причин уклонения от военной службы. Схожее явление, однако менее выраженное, наблюдается также в некоторых российских школах, интернатах и других образовательных и социальных учреждениях. Жертвами обычно становятся физически более слабые, неуверенные в себе или просто более молодые. Дедовщина не характерна для системы высшего образования, и нет зафиксированных случаев явлений, напоминающих дедовщину, в гражданских вузах. Это обусловлено отсутствием экономической основы для дедовщины в университетах и других гражданских высших учебных заведениях.

Non statutory relations are a broader concept than dedovshchina. Non statutory relations include the entire range of relationships between servicemen that are not described in the general military regulations (including the relationship between a superior and a subordinate, a subordinate and a superior). Dedovshchina in its narrowest sense covers only those violations of regulations that are related to the relationship between senior and junior enlisted personnel. In addition, the modern science of criminal and administrative law distinguishes between crimes committed within the framework of the so called "Dedovshchina" and "barracks hooliganism". The distinguishing feature here is the subjective side of the offense. In the first case, the intention of the offender is aimed at asserting his status as an old soldier, forcing a young soldier to perform household chores, performing certain rituals related to the "dedovshchina traditions", etc. In the second case, the offender's unlawful actions are motivated by personal hostile relations, national, ethnic, religious hostility, property relations, unexpectedly arising hostile relations, etc. see the commentary of the Criminal Code in the articles providing for liability for crimes against the person, honor, and dignity). Thus, violations of the statutory rules of relations between servicemen that do not involve relations of subordination within the framework of dedovshchina can be qualified as an encroachment by senior servicemen on the rights, honor, dignity, and personal integrity of junior servicemen. Often, the phenomenon of dedovshchina is directly related to the ratio of physical and moral strength of the "grandfathers, granpas, veterans, old men, dembels" (slang for "masters") and "devils, spirits, dushar, chekists, cheka, salabons, thingmen, young, elephants" (slang for "slaves"). One of the major negative effects of dedovshchina as a phenomenon is that this army subculture seriously undermines the authority of the army among young people of conscription age and is one of the main reasons for evading military service. A similar phenomenon, however, not as pronounced as in the army, is also observed in some Russian schools, boarding schools, and other educational and social institutions. Victims are usually physically weaker, insecure, or simply younger. Dedovshchina is not typical for the higher education system, and there are no recorded cases of phenomena resembling dedovshchina in civilian higher education institutions. This is due to the lack of an economic basis for dedovshchina in universities and other civilian higher education institutions.

Сущность дедовщины как феномена

Дедовщина предполагает существование неофициальных иерархических отношений, параллельных основным формальным, не исключая случаев, когда офицеры не только знают о дедовщине, но и используют ее для поддержания "порядка". В официальных заявлениях некоторые высокопоставленные военные чиновники говорят о социальных проблемах, перенесенных в армию. Например, такое заявление сделал в телевизионном интервью адмирал Вячеслав Попов, бывший командующий Северным флотом, ныне член Совета Федерации и член Комитета по обороне и безопасности. Объективные исследования показывают, что дедовщина – результат внеуставной экономической деятельности в вооруженных силах. В то же время дедовщина является вспомогательным инструментом в руках руководства, позволяющим переложить основную ответственность за поддержание порядка на лидеров неформальной иерархии. Дедовщина – главная причина регулярных дезертирств призывников из частей и самоубийств среди них. Кроме того, значительная часть насильственных преступлений в армии связана с дедовщиной: в одних случаях это преступления "дедов", выявленные и переданные в суд, в других – действия новобранцев в ответ на "дело Сакалаускаса" (дело об убийстве пяти сослуживцев, а также начальника охраны, его помощника и проводника поезда 23 февраля 1987 года литовским рядовым внутренних войск Артурасом Сакалаускасом. Причиной послужило издевательство со стороны коллег при попустительстве или молчаливом одобрении охраны и проводника). Имелись случаи, когда новобранцы, заступавшие на дежурство с боевым оружием, расстреливали сослуживцев, ранее их унижавших, в том числе случай, послуживший основой для фильма 1990 года "Страж".

История

Мальчики всегда социализируются не только вертикально (взрослые мужчины социализируют мальчиков), но и горизонтально, через принадлежность к группе сверстников. В этих группах часто формируются неформальные правила и обычаи, соблюдение которых так важно для молодых людей, что они руководствуются в первую очередь ими, а не письменными законами и уставами. Это явление было описано еще в 16–18 веках в Итонском колледже, где авторитет сокурсников был еще более жестоким и капризным, чем авторитет учителей. В школе учились люди всех возрастов. Возраст мальчиков, отправляемых в школу, варьировался от 8–9 до 16–17 лет. Неравенство в силе, возрасте и продолжительности обучения создало жесткую "вертикаль власти". Петр Алексеевич Кропоткин описал традиции, которые преобладали в середине XIX века в самом привилегированном военном образовательном учреждении Российской империи, Корпусе Пажей. Старшие ученики, камернеры, "ночью собирали новоприбывших в одной комнате и возили их в ночных рубашках, как лошадей в цирке. Некоторые стояли в круге, другие – снаружи, и беспощадно били мальчиков кожаными кнутами". В начале XX века в Николаевской кавалерийской школе младших называли "звездами", старших – "корнетами", а студентов второго курса – "майорами". Мне пришлось послушать длинный рассказ о горькой судьбе и несчастьях бедных первокурсников, которых "традиционно" жестоко обижали "майоры" второго курса, не говоря уже о старших курсах. Техника этой детской "цуки" поражала своим разнообразием и оригинальностью и, очевидно, была разработана поколениями предшественников. Жестокие "майоры" первого курса заставляли новоприбывших "есть мух" в наказание и просто для забавы, делали "виругулу" и "жир" на коротко стриженых головах, и просто били их по ушам при каждом случае и даже без него. "Цук" был откровенным издевательством старших над младшими: от младших требовалось делать то, что не полагалось делать старшим курсантам: отдавать честь, заставлять их отжиматься, выть на Луну, давать им оскорбительные прозвища, неоднократно будить их ночью и так далее. О злоупотреблениях знали не только офицеры военных учебных заведений, многие из них были убеждены, что "отжимания дают младшим курсам дисциплину и подготовку, а старшим – практику в применении силы". Участие в таких обычаях было относительно добровольным: когда вчерашний кадет, гимназист или студент вступал в школу, старые курсанты сначала спрашивали его, как он хотел бы жить – "по славной традиции школы или по уставу?". Те, кто выражал желание жить "по уставу", освобождались от "цуки", но их не считали "своими", называли "красными" и относились к ним с презрением. Командиры низшего звена, такие как командиры взводов и дежурные по роте, были особенно придирчивы к "красным", и, что самое главное, после окончания обучения ни один гвардейский полк не принимал их в свой офицерский круг. Поэтому подавляющее большинство курсантов предпочитали жить "по традиции", недостатки которой приписывались товариществу.

Boys are always socialized not only vertically (adult males socialize boys) but also horizontally, through belonging to a peer group. In these groups, informal rules and customs are often formed, the observance of which is so important for young people that they are primarily guided by them, rather than by written laws and statutes. This phenomenon has been described as far back as Eton College in the 16th through 18th centuries, where the authority of fellow students was even more cruel and capricious than that of teachers. The school community was of all ages. The age at which boys were sent to school ranged from 8 9 to 16 17 years old. The inequality in strength, age, and length of schooling created a rigid "vertical of power." Peter Alekseevich Kropotkin described the traditions that prevailed in the mid 19th century in the most privileged military educational institution of the Russian Empire, the Page Corps. The older students, the chamberlains, "gathered the newcomers in one room at night and drove them around in their nightgowns like horses in a circus. Some cellmates stood in the circle, others outside it, and mercilessly whipped the boys with leather whips." In the early 20th century, at the Mykolaiv Cavalry School, juniors were called "beasts," seniors were called "cornets," and second year students were called "majors." text=[ ] I had to listen to a long narrative about the bitter fate and misfortunes of the poor first graders, who were "traditionally" cruelly insulted by the "majors" second year students, not to mention the upper grades. The techniques of this infantile "tsuka" were striking in their variety and originality and were obviously developed by generations of predecessors. The harsh "majors" of the first class forced the newcomers to "eat flies" as a punishment and just for fun, made "virgula" and "grease" on their short cropped heads, and simply hit them in the ears on every occasion and even without it.|author=Markov A. L.|title="Cadets and junkers" (Марков А.Л. "Кадеты и юнкера")|source=

"Tsuk" was an outright mockery of the elders over the younger ones: the younger ones were required to do things that were not supposed to be done by senior cadets: salute, make them do squats, howl at the Moon, give them offensive nicknames, wake them up repeatedly at night, and so on. Not only were the officers educators of military educational institutions aware of the abuse, many of them were convinced that "pull ups give the junior class discipline and training, and the senior class practice in the use of power." Participation in such customs was relatively voluntary: when a yesterday's cadet, gymnasium student or student entered the school, the elders first asked him how he wished to live "according to the glorious tradition of the school or according to the legal statute?". Those who expressed a desire to live "according to the statute" were relieved of the "tsuk," but they were not considered "theirs," called "red" and treated with disdain. Lower level commanders, such as platoon commanders and watchmasters, were particularly picky about the "reds", and most importantly, after graduation, no Guards regiment accepted them into its officer circle. Therefore, the vast majority of cadets preferred to live "according to tradition," the shortcomings of which were attributed to camaraderie."

В советской армии

Первый случай не уставных отношений в Красной Армии был зафиксирован в 1919 году. Три старых солдата 1-го полка 30-й дивизии до смерти избили своего сослуживца, красноармейца Куприянова, уроженца Балаковского района Саратовской области 1901 года рождения, потому что молодой солдат отказался выполнять работу за "дедов". Согласно законам военного времени, виновных в смерти солдата расстреливали. По одной из версий, происхождение проблемы дедовщины часто связывают с изменением срока службы, вызванным законом от 12 октября 1967 года, в результате чего в армии одновременно оказались две разные группы призывников: призванные на три года службы и призванные на два года службы. Однако А. Д. Глотоккин исследовал психологические проблемы молодых солдат еще до 1967 года. Этот период совпал с первой волной нехватки призывников. Было установлено, что советская армия численностью пять миллионов человек могла быть на треть укомплектована не полностью из-за демографических последствий Второй мировой войны. В том же году было принято решение о призыве в ряды военнослужащих с криминальным прошлым в связи с демографическим кризисом, последовавшим за Второй мировой войной. Хотя притеснения со стороны старослужащих, вероятно, всегда имели место в армии, после этой даты, с введением четырехклассной системы (созданной двухгодичными призывами), они стали систематическими и приобрели собственные правила и иерархию. Вопрос обсуждался на заседании Политбюро, и было найдено решение. В армию стали призывать людей с криминальным прошлым, которые ранее были полностью исключены. Идеологически это представлялось как исправление сограждан, сбившихся с пути. Однако в реальности все было иначе: внутренняя жизнь армии ухудшилась. Вместе с криминальным элементом в казармы проникли преступные сети, а воровской жаргон – в язык солдат. Копируя тюремные обычаи, бывшие преступники ввели ритуальные унижения и насилие. Кроме того, по другим данным, когда срок службы был сокращен с трех до двух лет, некоторое время в одной и той же воинской части одновременно находились как военнослужащие, завершавшие третий год службы, так и новобранцы, которые должны были служить на год меньше. Последнее обстоятельство возмущало тех, кто уже отслужил два года, но еще не был демобилизован. Военнослужащие третьего года службы срывали свой гнев на новобранцах. Однако есть основания сомневаться в этой версии. По словам кандидата социологических наук А. Солнышкова, первые и наиболее продуктивные работы советских ученых, посвященные проблемам дедовщины, появились в 1964 году. Кроме того, по его словам, за более чем сорок лет изучения этого феномена отечественным ученым не удалось добиться существенного прогресса по сравнению с результативной работой А. Д. Глотчокина и его учеников в начале 1960-х годов. По другой версии, в конце 1960-х годов некоторые командиры подразделений начали широко использовать солдатский труд для личного материального обогащения. Большая часть случаев дедовщины, получивших огласку в российской армии, связана с использованием труда молодых солдат в личных целях командным составом воинских частей. Дедовщина возникла в 1960-х годах в Советской армии как метод управления не уставной хозяйственной деятельностью воинских частей.

The first case of non statutory relations in the Red Army was recorded in 1919. Three old soldiers of the 1st Regiment of the 30th Division beat to death their fellow soldier, Red Army soldier Kupriyanov, a native of the Balakovo district of the Saratov region born in 1901, because the young soldier refused to do their work for the "grandfathers". According to the laws of wartime, those responsible for the soldier's death were shot. According to one version, the origin of dedovshchina problem is often attributed to the change in conscription term brought about by the law of 12 October 1967, causing two different groups of conscripts to be simultaneously present in the army: those who were drafted for three year service and those only for two year service. However, A. D. Glotochkin researched psychological problems of young soldiers before 1967. The timing of this coincided with the first wave of conscript shortages. It was found that the five million strong Soviet army could be as much as a third short of its strength, due to the demographic consequences of World War II. During the same year, a decision was reached to draft conscripts with a criminal history into the ranks, due to a demographic crisis following World War II. While oppression by older conscripts has probably always taken place in the army, after that date, with the introduction of the four class system (created by the bi annual call ups) it became systematic and developed its own rules and ranks. The issue was discussed at a meeting of the Politburo, and a solution was found. People with a criminal record began to be drafted into the army, which had previously been completely excluded. Ideologically, this looked like a correction of fellow citizens who had strayed. However, in reality, things were different: the internal life of the army had changed for the worse. Along with the criminal element, the barracks were infiltrated by criminal networks, and thieves' jargon penetrated the soldiers' language. Copying prison customs, former criminals introduced ritual humiliation and abuse. In addition, according to other reports, when the time of service was reduced from three to two years, for some time in the same military unit there were both those who were completing their third year and newly enrolled soldiers who were supposed to serve one year less. The latter circumstance angered those who had already served for two years but still had time to serve. Servicemen in their third year of service took out their anger on the new recruits. However, there are reasons to doubt this version. According to the candidate of sociological sciences A. Solnyshkov, the first and most productive works of Soviet scientists dealing with the issues of dedovshchina appeared in 1964. In addition, according to him, over forty years of studying the phenomenon of dedovshchina, domestic scientists have not managed to make significant progress compared to the productive work of A. D. Glotchokin and his students in the early 1960s. According to another version, in the late 1960s, some unit commanders began to widely use soldiers' labor for personal material gain. The bulk of the publicized cases of dedovshchina in the Russian Army are related to the use of young soldiers' labor for personal gain by the command staff of military units. Dedovshchina originated in the 1960s in the Soviet army as a method of managing the non statutory economic activities of military units

Октябрь 2003 года, Самара, гвардейский мотострелковый полк постоянной готовности. Солдаты, работавшие на ООО "Carton Pack", объяснили, что во время своей "подработки" не проходили боевую подготовку. В результате они так и не приобрели необходимых боевых навыков за весь период службы. Рядовой Е. Холцив заявил, что стрелял из личного оружия лишь однажды. Ставропольский край. С февраля 2004 года трое солдат работают на мебельной фабрике в станице Надежда (пригород Ставрополя). Ни один из них не получал денежного вознаграждения или иной поддержки, которые оседали в чьих-то бездонных карманах. По данным следствия, ущерб государству от одних лишь таких "списаний" составил 120 тысяч рублей. Огромный резонанс получил случай, произошедший в новогоднюю ночь 2006 года в батальоне снабжения Челябинского танкового училища, где рядовой Андрей Сычёв и еще семеро солдат были избиты в течение примерно трех часов сослуживцами, таким образом "отмечавшими" праздник. Сычёв, обратившийся к военным врачам, не получил своевременной медицинской помощи. Лишь к концу каникул, из-за резкого ухудшения состояния здоровья, молодого человека перевели в городскую больницу, где врачи диагностировали у него многочисленные переломы и гангрену нижних конечностей (что привело к их последующей ампутации), ушибы половых органов (которые также были ампутированы).

В постсоветских государствах

Хотя дедовщина наиболее ярко проявляется в России, она продолжает существовать в вооруженных силах некоторых других постсоветских стран. Издевательства и избиения являются проблемой в белорусской армии, и правительственные расследования критикуются за то, что смерти, вызванные дедовщиной, характеризуются как самоубийства без дальнейшего расследования или наказания. Смерть новобранца Александра Коржича в 2017 году получила особую известность из-за жестоких обстоятельств его гибели (он был найден повешенным, с короткой стрижкой и связанными ногами), что побудило президента Александра Лукашенко публично приказать провести полное расследование. Несмотря на то, что его смерть все еще была классифицирована как самоубийство, трое солдат в конечном итоге были признаны виновными в злоупотреблении властью. В отчете Immigration and Refugee Board of Canada за 2000 год о дедовщине в украинской армии приводится заявление украинского офицера 1998 года о том, что в 1997 году 107 украинских солдат покончили с собой в результате дедовщины, а еще пятеро умерли непосредственно из-за нее. Дедовщина остается проблемой для азербайджанской армии, получив широкую огласку в 2008 году, когда в YouTube попали кадры с мобильных телефонов, на которых избивают новобранцев. Хотя официальные источники ранее отрицали наличие дедовщины в азербайджанской армии, впоследствии были арестованы лица, злоупотреблявшие своим положением, и военные прокуроры возбудили уголовные дела. Независимые исследователи, включая аналитический центр "Доктрина", заявили, что дедовщина растет. Центр "Доктрина" сообщил, что с 2003 по 2012 год погибло 647 азербайджанских солдат, 472 – в небоевых условиях. Активисты утверждали, что правительство Азербайджана скрывает масштабы дедовщины и злоупотреблений в армии. В марте 2013 года в Баку прошли крупные протесты с требованием большей прозрачности и пресечения дедовщины, которые были разогнаны полицией; 80 демонстрантов были арестованы. Отношение к призывникам является проблемой в Армении. В 2010 году общественность была возмущена рядом инцидентов с применением огнестрельного оружия и публикацией видео, на котором офицер избивает двух солдат. Активисты жаловались на то, что Министерство обороны неохотно предоставляет какую-либо информацию о подавляющем большинстве смертей, вызванных дедовщиной. В начале 2020 года дедовщина вызвала общественную обеспокоенность в Армении после резкого увеличения числа небоевых потерь. Для борьбы с дедовщиной Национальное собрание Армении приняло закон, ужесточающий наказание за подстрекательство солдат к самоубийству. Наира Зограбян, автор законопроекта, заявила: "У нас есть непонятная структура, "дедовщина", и эта ментальность переходит с улицы в армию". Премьер-министр Никол Пашинян заявил, что будут приняты решения для решения "проблем, связанных с преступной субкультурой и дисциплиной в вооруженных силах", что обычно понималось как ссылка на "дедовщину", и уволил двух высокопоставленных офицеров.

While most clearly prevalent in Russia, dedovschina has been continued in the armed forces of some other post Soviet countries. Hazing and beatings are problems in the Belarusian military, and government investigations have been criticized for characterizing deaths due to hazing as suicides without further investigation or punishment. The 2017 death of recruit Alexander Korzhych was particularly notorious for the brutal circumstances of his death (he was found hanging, with a short on his head and his legs tied), which caused President Alexander Lukashenko to publicly order a full investigation. While his death was still classified as a suicide, three soldiers were eventually found guilty of abuse of authority. A 2000 report by the Immigration and Refugee Board of Canada concerning hazing in Ukraine's army cited a 1998 statement from a Ukrainian officer that in 1997, 107 Ukrainian soldiers committed suicide as a result of hazing, and five more died directly due to hazing. Hazing has continued to be an issue for the Azerbaijani military, becoming highly visible in 2008 when cell phone footage of recruits being beaten were leaked to YouTube. While official sources had beforehand denied that hazing was occurring in the Azerbaijani military, afterward abusive personnel were arrested and criminal cases were opened by military prosecutors. Independent researchers, including the military think tank Doktrina Center, stated that hazing was on the rise. The Doktrina Center stated that from 2003 to 2012, 647 Azerbaijani soldiers died, 472 in noncombat situations. Activists contended that the Azerbaijani government concealed the extent of hazing and abuse in the military. In March 2013, large protests to demand greater openness and crackdowns on hazing were organized in Baku and were broken up by riot police; 80 demonstrators were arrested. Treatment of conscripts has been an issue in Armenia. 2010 saw public outcry due to a number of violent shooting incidents and the posting of a video which showed an officer beating two soldiers. Activists complained that the Ministry of Defense was reluctant to provide any information regarding the vast majority of the deaths caused by hazing. In early 2020, hazing became the subject of public concern in Armenia following a spike in non combat military deaths. To combat hazing, the National Assembly of Armenia sponsored a law strengthening penalties for inciting soldiers to commit suicide. Naira Zohrabyan, the bill's author, stated "we have an incomprehensible structure, 'dedovschina', that mentality is moving from the street to the army." Prime Minister Nikol Pashinyan issued a statement that decisions would be made to address "problems associated with criminal subculture and discipline in the armed forces", which was generally understood as a reference to 'dedovschina', and fired two senior military officers.

Текущая ситуация

Многие молодые люди ежегодно погибают или совершают самоубийство из-за дедовщины. The New York Times сообщила, что в 2006 году по меньшей мере 292 российских солдата погибли в результате дедовщины (хотя российские военные признают лишь 16 случаев прямого убийства солдат из-за дедовщины и утверждают, что остальные покончили с собой). В газете отмечается: "4 августа главный военный прокурор заявил, что в этом году (2006) уже поступило 3500 сообщений о злоупотреблениях, по сравнению с 2798 в 2005 году". Между тем, по данным BBC, в 2007 году 341 солдат совершил самоубийство, что на 15% меньше, чем в предыдущем году. Союз комитетов солдатских матерей России работает над защитой прав молодых солдат. В 2012 году призывник из Челябинской области, Руслан Айдерханов, был замучен до смерти сослуживцами-срочниками. Единственный свидетель, согласившийся дать показания против предполагаемых виновников, Даниль Чалкин, позже был найден застреленным на своей военной базе. В связи с этим инцидентом позже был арестован контрактник Аликбек Мусабеков. В 2019 году, по данным российской военной прокуратуры, ситуация с дедовщиной ухудшается. Количество случаев издевательств в армии в 2019 году возросло. Зафиксировано 51 000 нарушений прав человека и 1521 случай сексуального насилия. В том же году Рамиль Шамсутдинов застрелил 10 своих сослуживцев на военной базе "Горный", 8 из них погибли. В суде он заявил, что подвергался избиениям и угрозам анальным изнасилованием.

Традиции продвижения на следующий уровень иерархии

Переход с более низкого иерархического уровня на более высокий осуществляется в процессе ритуала "обрыва" или "перевода". Солдат, не заслуживший уважения сослуживцев или нарушивший принципы дедовщины, и отказавшийся жить "по дедовщине" в течение трёх "золотых дней" после прибытия в воинскую часть (так называемую "законную" или "ужесточенную"), может остаться "непробитым". В этом случае он не имеет права на привилегии высших уровней неофициальной иерархии, но приравнивается к "духам" или "пахнущим". Это случается редко, как исключение. Переход на следующий уровень сопровождается физической болью особым ритуальным образом: солдата, отслужившего год (ранее, когда срок службы составлял 2 года), бьют по ягодицам ремнем (металлической пряжкой), стулом или металлической половником (черпаком). Количество ударов обычно равно количеству отслуженных месяцев. Переход от "дедов" к "дембелям" является символическим, без физических действий: будущего демобилизованного "бьют" по спине нитью через слой матрасов и подушек, а специально выбранный "дух" "кричит от боли" за него. В некоторых частях дополнительные удары даются за заслуги, полученные к моменту "перевода" (по званию капрала или сержанта). У флота также было значительное количество обычаев и традиций, но стоит выделить только два основных, которые часто встречались в разных флотах. При переводе из "карпов" в "полторашки" происходит так называемое "смывание чешуи". В зависимости от погодных условий и места действия, "карп" "смывает чешую", выбрасывая её за борт, окуная в прорубь, выливая из пожарного шланга и т.д., стараясь выполнить обряд неожиданно для "посвящаемого". "Разрыв годока" происходит в момент первого печатного издания приказа министра обороны России "Об увольнении в запас" (например, в газете), когда вся военная форма, включая носки и белье, разрывается на мелкие кусочки на "годоке". Ритуал также выполняется неожиданно для "годока". После "разрыва" "годок" становится "профсоюзом", то есть гражданским. Любой военнослужащий, вплоть до "духа", имеет право принять участие в "разрыве". Обычно "перевод" происходит в первую ночь после издания приказа министра обороны РФ "О выпуске в резерв" (обычно 27 сентября и 27 марта), но может быть отложен на несколько дней, так как командование любой части хорошо осведомлено о процедурах "перевода" и часто в первые дни и ночи после выхода "Приказа" особенно строго следит за соблюдением Военных уставов. Кроме того, дедовщина не распространена в авиационных подразделениях. Дедовщина не распространена в небольших, удаленных подразделениях (например, в подразделениях радиолокационной разведки ПВО). Наименьшие проявления дедовщины наблюдаются в подразделениях, где командиры подразделений не используют труд солдат в личных целях. Это явление никак не связано с видом войск или типом военной части.

'The transfer from a lower hierarchical level to a higher one is carried out in the process of the ritual of "interruption" or "transfer". A soldier who did not earn the respect of his fellow soldiers or who violated the principles of dedovshchina, and who refused to live "according to the dedovshchina" within three "golden days" after arriving at the military unit (the so called "statutory" or "tightened"), may remain "unbroken" in this case, he is not entitled to the privileges of the higher levels of the unofficial hierarchy, but is equated with "spirits" or "smells". This happens infrequently, as an exception." The transition to the next level is accompanied by physical pain in a special ritualistic way: a soldier who has served a year (previously, when the term of service was 2 years) is struck on the buttocks with a belt (metal buckle part), stool or metal ladle (scoop). The number of strokes is usually equal to the number of months served. The transfer from "grandfathers" to "demobilized" is symbolic, without physical action: the future demobilized man is "beaten" on the backside with a thread through a layer of mattresses and pillows, and a specially selected "spirit" "screams in pain" for him. In some units, additional strokes are given for the merits earned by the time of "transfer" (the rank of corporal or sergeant). The navy also had a considerable number of customs and traditions, but it is worth highlighting only two main ones, which were often found in different navies. When translated from "crucian carp" to "one and a half", the so called "flushing of scales" takes place. Depending on the weather conditions and the location of the action, the "crucian carp" "wash off the scales" by throwing them overboard, dipping them in an ice hole, pouring them out of a fire hose, etc., trying to perform the rite of passage unexpectedly for the "initiate". "tearing of godok" at the moment of the first printed version of the order of the Russian Minister of Defense "On dismissal to the reserve" (for example, in a newspaper), the entire military uniform, including socks and underwear, is torn into small pieces on the "godok". The ritual is also performed unexpectedly for the "godok". After the "tearing", the "godok" becomes a "profsoyuz", i. e. a civilian. Any serviceman up to the "spirit" has the right to take part in the "tearing". Usually, the "transfer" takes place on the first night after the Russian Minister of Defense's order "On Discharge to the Reserve" is issued (usually on September 27 and March 27), but may be postponed for several days, as the command of any unit is well aware of the procedures of "transfer" and often in the first days and nights after the release of the "Order " particularly strictly monitors compliance with the Military Regulations." In addition, dedovshchina is not widespread in aviation units. Dedovshchina is not widespread in small, remote units (for example, air defense radar reconnaissance units). The least manifestations of dedovshchina are observed in units where unit commanders do not use the work of soldiers for personal gain. This phenomenon is in no way directly related to either the type of military or the type of military unit.

Действия правительства

В целом, российское государство предпринимало попытки борьбы с дедовщиной, и результаты были неоднозначными. В 2003 году заместитель министра обороны В. Исаков, отвечая на конкретные вопросы об отказах в питании и плохом обеспечении продовольствием, отрицал наличие таких проблем. С 2005 года Министерство обороны Российской Федерации ежемесячно публикует статистику происшествий и преступлений, включая случаи гибели военнослужащих. Россия внесла изменения в некоторые правила, установленные в 1967 году. Наиболее значительным изменением стало прекращение приема в армию лиц, имеющих судимость. Начиная с 2007/08 года срок службы по призыву был сокращен с двух до одного года; поскольку дедовщина в основном проявляется в злоупотреблениях со стороны призывников второго года по отношению к призывникам первого года, данная мера была частично направлена на ограничение этой практики.