Организационная и административная структура Речи Посполитой Польской и Литовской

Введение

Организационная и административная структура Речи Посполитой Польской и Литовской.

В этой статье рассматривается организационная и административная структура Речи Посполитой Польской и Литовской. Речь Посполитая была конфедеративной смешанной монархией в период 1569–1795 годов, включавшей Королевство Польское, Великое княжество Литовское и их вассальные земли. Управление Содружеством осуществлялось Парламентом (Сеймом), состоявшим из Короля, Сената, назначаемого Королем (воеводы, кастеляны, министры, епископы), и остальной части наследственного дворянства лично или через Посольскую палату (состоявшую из депутатов, представляющих свои земли). Конституционное доминирование дворянства в государстве делало Короля весьма слабым, а простолюдины (горожане и крестьяне) были практически полностью лишены представительства в политической системе Содружества.

Классификация

Административная система Речи Посполитой была до-бюрократической. В соответствии с трехчастной классификацией власти Макса Вебера, она, как и другие современные монархии, в значительной степени основывалась на "традиционном господстве". Однако свидетельства "рационально-правового авторитета" проявлялись в уважении шляхты к законам, таким как Pacta conventa.

Сенаторские должности

Тайным советом и верхней палатой Сейма (парламента, или диеты) Первого Содружества был Сенат (ныне Сенат), состоявший из епископов, воевод, кастелянов и министров (центральных чиновников). Список сановников, имевших право служить в Сенате, был окончательно утвержден, когда в Люблинской унии (1569) Королевство Польское и Великое княжество Литовское были преобразованы в конфедеративное государство Короны Польской и Великого княжества Литовского, Речь Посполитую. Самым важным должностным лицом был примас, являвшийся архиепископом Гнезненским. С 1572 года, когда в Польше впервые не было короля (династия Ягеллонов пресеклась со смертью короля Сигизмунда II Августа), архиепископ Гнезненский исполнял обязанности регента, то есть временного главы государства до избрания нового короля. Он представлял страну и готовил выборы нового короля. Кроме того, архиепископ Гнезненский имел право созвать новое заседание Сената, если считал это необходимым, даже в отсутствие короля. Он также мог применить статью "de non praestanda obedientia", предоставляя стране право законно сместить короля. Из числа других сенаторов он выбирал своего придворного маршала (часто кастеляна). Этот человек выступал в качестве посланника архиепископа на заседаниях Сената, подавая знаки (движением креста), указывающие, как архиепископ хотел, чтобы проголосовали его союзники. Архиепископ Гнезненский имел двух викариев: епископов Вроцлавского и Познанского. Среди светских сенаторов наиболее влиятельным был Кастелян Краковский. Однако другие кастеляны считались менее значимыми, чем воеводы. Влияние воевод уменьшилось с момента введения этого титула примерно в XII веке; однако в XVII веке они все еще были высшими региональными сановниками. Они были высшими представителями своих воеводств в Сенате, руководителями земельных сеймиков (Сеймики воеводские). Они отвечали за сбор военных сил местной шляхты в случае всеобщего похода (pospolite ruszenie). Каждый выбирал заместителя воеводы, который отвечал за установление местных цен и мер. Воеводы назначались королем, за исключением воевод Полоцкого и Виленского, которые избирались (и из числа) местной шляхты (но все равно должны были быть утверждены королем). За исключением Кастеляна Краковской земли (который располагался в привилегированном городе, как столица Содружества до 1596 года), кастеляны часто считались подчиненными воеводам. Кастелян отвечал за часть воеводства (до XV века называвшуюся кастелянством, а затем разделенную на провинции для старших кастелянов и повяты для младших кастелянов). После 1565 года принцип "incompatibilitas" ("несовместимости") запрещал воеводам и кастелянам занимать второй пост министра, за исключением должности гетмана. Министры были сопоставимы с современными центральными государственными чиновниками. Их было 10 (5 для Короны Польской, 5 для Литвы). Министрами были Великий коронный маршал (Marszałek Wielki Koronny), Великий литовский маршал (Marszałek Wielki Litewski), Великий коронный канцлер (Kanclerz Wielki Koronny), Великий литовский канцлер (Kanclerz Wielki Litewski), Подканцлер коронный (Podkanclerzy Koronny), Подканцлер литовский (Podkanclerzy Litewski), Великий коронный подказначей (Podskarbi Wielki Koronny), Великий литовский подказначей (Podskarbi Wielki Litewski), Верховный коронный маршал (Marszałek Nadworny Koronny) и Верховный литовский маршал (Marszałek Nadworny Litewski). Судебные маршалы считались подчиненными великим маршалам. Литовские министры, обладая теми же полномочиями, что и коронные, считались ниже по рангу. Гетманы также считались "министрами", но не имели места в Сенате. Обязанности маршала заключались в обеспечении безопасности короля и поддержании порядка в местах его пребывания. Маршалы командовали двумя полками пехоты, полком ополчения и специальным судом с судьей маршальским (sędzia marszałkowski), писарем маршальским (pisarz marszałkowski) и асессорами (ед.ч. asesor). Эти суды выносили приговор на месте, без права апелляции. За преступления, такие как обнажение оружия в присутствии короля, наказанием была смерть. Суд маршала имел юрисдикцию над всеми преступлениями, совершенными против королевского двора и придворными. Когда король путешествовал, маршалы контролировали местных воевод. Маршалы решали, кто будет допущен к королевской аудиенции. Они были организаторами и распорядителями королевских и придворных церемоний (включая свадьбы, похороны и т.п.). Они были хозяевами двора, следили за младшими придворными и (при необходимости) устанавливали их жалование. Каждый маршал носил маршальский жезл, полученный от канцлера (Kanclerz). Взамен все назначения канцлера объявлялись маршалами. Если маршала не было, его функции исполнял великий казначей или светский великий канцлер. На торжественных мероприятиях и во время путешествий, при необходимости, маршал со своим жезлом шел впереди короля. Сразу после маршалов в иерархии шли канцлеры. С 1507 года должность Великого коронного канцлера чередовалась между светскими и духовными канцлерами. После Люблинской унии (1569) две должности – канцлера (Kanclerz) и подканцлера (Podkanclerzy) – были удвоены (канцлеры Короны, для Короны Польской, и канцлеры Литвы). Канцлер и его подканцлер (который не был прямым подчиненным канцлера) отвечали за работу двух канцелярий – главной и меньшей. Ожидалось, что они будут находиться в постоянном контакте и разрабатывать общую политику. В их обязанности входили внешняя и внутренняя политика. Канцелярии канцлеров были "канцеляриями" (Коронной и Литовской, главной и меньшей). Канцелярии укомплектованы "регентом", секретарями (ед.ч. Sekretarz), писарями (ед.ч. Pisarz), клерками и "метрикантами". Регент распределял работу между клерками. Два секретаря (один для частной, другой для официальной переписки) представляли готовые письма королю для подписания. Писари составляли письма, клерки готовили окончательные копии. Документы также копировались в книги, называемые "Метриками" (ед.ч. Metryka), которые хранились двумя "метрикантами", каждый в Польше и Литве. Метрикант Великого канцлера назывался Великим метрикантом, метрикант Подканцлера – Малым метрикантом. Персонал канцелярий, как и канцлеры, не получал заработной платы, но в середине каждой приемной находился ящик, в который клиенты должны были вносить различные суммы денег, и никто, кто планировал вернуться, не мог позволить себе быть скупым. Канцлеры также обладали судебной властью, осуществляемой через суды асессоров, которые были высшими апелляционными судами для лиц, подчиняющихся коронному праву (то есть не подчиняющихся церковным или магнатским судам). Каждый такой суд укомплектован секретарем, референдарием (Referendarz) и писарем. В XVII веке каждый такой суд был расширен до четырех асессоров; а в 1775 году – метрикантом и регентом. Канцлер часто произносил речи, выражающие волю короля. Символом его должности была печать, которой запечатывались все документы, проходящие через его канцелярию. Он также запечатывал документы, подписанные монархом, и мог отказаться запечатать документ, который считал незаконным или вредным для государства (такие документы не имели силы без его печати). Когда король умирал, печать уничтожалась на его похоронах, и новая печать выдавалась канцлеру преемником покойного короля. Поэтому канцлеры считались хранителями короля и государства, гарантируя, что неразумные действия короля не подвергнут государство ненужной войне (войны, которые предотвращались…).

The privy council and upper chamber of the First Commonwealth’s Sejm (parliament, or diet) was the Senat (now Senate), comprising Bishops, Voivode, Castellan and ministers (central officials). The list of dignitaries eligible to serve in the Senat had been finalized when, in the Union of Lublin (1569), the Kingdom of Poland and the Grand Duchy of Lithuania were transformed into the confederal state of Crown of Poland and Grand Duchy of Lithuania, the Polish–Lithuanian Commonwealth. The most important official was the Primate, who was the Archbishop of Gniezno. From 1572, the first time that Poland had been without a king (the Jagiellon Dynasty having died out with King Zygmunt II August), the Archbishop of Gniezno served as interrex, i. e., as interim head of state until a new king could be elected. He represented the country and prepared elections for a new king. In addition, the Archbishop of Gniezno had the power to call a new Senat session, if he deemed it important to do so, even in the absence of the King. He could also invoke the "de non praestanda obedientia" article, giving the country the right to legally depose the King. From among other senators, he chose his own court marshal (often a Castellan). That person acted as the Archbishop's messenger during Senat meetings, giving signs (by moving a cross) that conveyed how the Archbishop wished his allies to vote. The Archbishop of Gniezno had two deputies: the bishops of Wrocław and Poznań. Of secular Senators, the foremost was the Castellan (Kasztelan) of Kraków. Other Castellans, however, were considered to be lesser dignitaries than the Voivodes. The power of the Voivodes had declined since that title had been introduced about the 12th century; in the 17th century, however, they were still the highest regional dignitaries. They were the highest representatives of their Voivodeships to the Senat. They were the leaders of the Land Parliaments (Sejmiki Wojewódzkie, Voivodeship Sejmiks). They were in charge of assembling local nobility's military forces in the event of a pospolite ruszenie (levée en masse). Each chose a Deputy Voivode, who was responsible for setting local prices and measures. Voivodes were chosen by the King, except for those of Połock Voivode and Vilnius Voivode, who were elected by (and from) the local nobility (but still had to be appointed by the King). Except for the Castellan of Kraków Land (which has its seat in a privileged city, as the Commonwealth's capital until 1596), Castellans were often considered subordinate to Voivodes. A Castellan was in charge of part of a Voivodeship (till the 15th century called a Castellany, and thereafter divided into provinces for Major Castellans and powiats for Minor Castellans). After 1565, the principle of "incompatibilitas" ("incompatibility") forbade Voivodes and Castellans to hold a second title as a Minister, except for the post of Hetman. Ministers were comparable to modern central government officials. They were 10 officials (5 for the Crown of Poland, 5 for Lithuania). The Ministers were the Grand Marshal of the Crown (Marszałek Wielki Koronny), Grand Marshal of Lithuania (Marszałek Wielki Litewski), Grand Chancellor of the Crown (Kanclerz Wielki Koronny), Grand Chancellor of Lithuania (Kanclerz Wielki Litewski), Vice Chancellor of the Crown (Podkanclerzy Koronny), Vice Chancellor of Lithuania (Podkanclerzy Litewski), Grand Treasurer of the Crown (Podskarbi Wielki Koronny), Grand Treasurer of Lithuania (Podskarbi Wielki Litewski), Court Marshal of the Crown (Marszałek Nadworny Koronny) and Court Marshal of Lithuania (Marszałek Nadworny Litewski). Court Marshals were considered subordinate to Grand Marshals. Lithuanian ministers, while vested with the same powers as Crown Ministers, were considered below them in precedence. Hetmans were also considered "Ministers" but had no seat in the Senat. A Marshal's duties consisted in providing security to the King and keeping order where he was present. Marshals commanded two regiments of infantry, a regiment of militia, and a special court of law with a marshal's judge (sędzia marszałkowski), marshal's clerk (pisarz marszałkowski) and assessors (singular: asesor). These courts passed sentence on the spot, without possibility of appeal. For crimes such as drawing a weapon in the King's presence, the penalty was death. A Marshal's court had jurisdiction over all crimes committed against the royal court and by courtiers. When the King traveled, Marshals supervised the local Voivodes. The Marshals decided who would be admitted to royal audience. They were the organizers and masters of royal and court ceremonies (including weddings, funerals and the like). They were the masters of the court, kept track of lesser courtiers, and (where applicable) set their salaries. Each Marshal wielded a marshal's staff, which he had received from the Chancellor (Kanclerz). In exchange, all Chancellor nominations were heralded by the Marshals. If no Marshal was present, his functions were carried out by a Grand Treasurer or secular Grand Chancellor. On formal occasions and during travel, where appropriate, a Marshal with his staff of office preceded the King. Close after the Marshals in the hierarchy were the Chancellors. From 1507, the title of Grand Chancellor of the Crown was rotated between secular and ecclesiastic Chancellors. After the Union of Lublin (1569), the two offices, Chancellor (Kanclerz) and Vice Chancellor (Podkanclerzy) were doubled (Chancellors of the Crown, for the Crown of Poland, and Chancellors of Lithuania). The Chancellor and his respective Vice Chancellor (who was not a direct subordinate of the Chancellor) were responsible for the work of two Chancelleries, a Major and a Minor. These were expected to be in constant contact and to develop common policies. Their responsibilities included foreign and internal affairs. The Chancellors' offices were the "Chancelleries" (Crown and Lithuanian, Major and Minor). The Chancelleries were staffed with a "Regens," Secretaries (singular: Sekretarz), Scriptors (singular: Pisarz), clerks and "metrykants." The Regens divided the work among the clerks. Two Secretaries (one for private, the other for official, correspondence) presented the ready letters to the King for signature. The Scriptors drafted the letters, the clerks prepared the final copies. The documents were also copied into books called "Metryki" (singular: Metryka), which were kept by two "metrykants", each, in Poland and Lithuania. The Grand Chancellor's Metrykant was called the Grand Metrykant, the Vice Chancellor's was the Lesser Metrykant. The Chancelleries' staffs, like the Chancellors, received no wages, but the middle of each reception room featured a box into which clients were expected to deposit varying amounts of money, and no one who planned to return could afford to be stingy. The Chancellors also had judiciary powers, exercised through assessors' courts, which were the highest appellate courts for persons subject to crown law (i. e., not subject to ecclesiastic or magnat courts). Each such court was staffed by a secretary, Referendary (Referendarz) and writer. In the 17th century, each such court was enlarged to include four assessors; and, in 1775, a metrykants and a regens. The Chancellor often gave speeches representing the royal will. The symbol of his office was the Seal, which was used to seal all documents passing through his office. He also sealed documents signed by the monarch, and could refuse to seal a document that he considered illegal or damaging to the state (such documents had no force without his seal). When the King died, the seal was destroyed at his funeral and a new one was issued to the Chancellor by the late King's successor. Therefore, the Chancellors were considered the guardians of the King and state, ensuring that the King's folly would not endanger the state by forcing it into an unnecessary war (the wars that were prevented by the Chancellors included a great crusade against the Ottoman Empire that King Władysław IV Waza had planned in the 1630s). The Chancellor's powers tended to be reinforced by the fact that wars required funds that were appropriated by the Senate. The richer nobles who controlled the Senate were usually loath to increase and levy taxes upon themselves, which meant that Poland herself very rarely declared wars. Usually she was attacked by her neighbors, and while she repelled all attacks till the end of the 18th century, she almost never exploited her victories. The army was undermanned and underequipped (since usually any suggestion to augment the military budget when an enemy was not on the Commonwealth's doorstep was labeled as warmongering) and the Polish–Lithuanian Commonwealth's lands were constantly ravaged by new invasions that crippled the economy. Last among the ministers were the Grand Treasurers. They kept accounts of the state finances, cash flow and State Treasury, and controlled the minting of coin. Since, like the Chancellors, they received no wages, corruption ran rampant and a sizable portion of state finances was lost in their pockets. If a Treasurer moved to another post, he was obliged to render accounts of his disbursements, and if he died, his family were required to produce them. A telling story is that of Bogusław Leszczyński, who while a Grand Treasurer (1650–1658) was offered a Chancellor's post, which he accepted in 1658. He bribed the members of the Parliament to grant him "absolution", and when one of them later opposed him, he asked, curious: "Who's this son of a bitch that I failed to pay off?" Grand Treasurers supervised lesser officials such as the Master of the Mint (mincerz), dyspensators, kurators, tax collectors (poborca podatkowy), superintendents (overseer of customs officers), customs officers (celnik) and subkolektors. It should be remembered that, in those times, goods—as well as people—were taxed not only at borders but at bridges, crossroads and city gates.

Центральные офисы, не связанные с Сенатом

Как следует из названия, чиновники, не связанные с Сенатом, не имели права голоса в Сенате. Самыми важными из них были Великие секретари (в единственном числе: sekretarz wielki) – Короны и Литовский. Только представитель духовенства мог быть Великим секретарем. Эти чиновники считались более влиятельными, чем любой воеводский или судебный чиновник, за исключением коронного маршала. Они могли исполнять обязанности канцлеров в отсутствие канцлера. Они занимались секретной корреспонденцией; в Сенате зачитывали письма короля и резолюции Сейма. Великие секретари часто выступали в качестве асессоров и назывались "врожденными асессорами". Далее шли 4 референдаря (в единственном числе: referendarz) – 2 светских и 2 духовных, по одному для Короны и для Литвы. Они редко покидали королевский двор, и их обязанности заключались в выслушивании прошений и жалоб, которые они передавали (отсюда и название) королю. Они также выступали в качестве судей по делам, касающимся крестьян из королевских земель, и часто были асессорами в других судах. Близкой к должности референдаря была должность "инстигатора" – по современным меркам, государственный прокурор. По одному для Короны и для Литвы, инстигаторы были ответственны за выявление и расследование преступлений против короля и государства и имели право привлекать к ответственности любого высокопоставленного чиновника, кроме самого короля. У них были заместители, известные как "вице-инстигаторы". Затем шли Великие писари (в единственном числе: pisarz wielki) – один для Короны и три для Литвы. Их задачей было разъяснять королевские указы и отправлять письма тем чиновникам, которым необходимо было о них узнать. Они часто выступали в качестве послов и асессоров. Коронный кустош (kustosz koronny) был чиновником, ответственным за охрану Королевской сокровищницы, где хранились королевские регалии. Ключи от сокровищницы находились у Великого казначея и шести воевод, и без каждого из них сокровищницу нельзя было открыть. Традиционно коронный кустош выбирался из числа священников Краковской кафедры. Литовский кустош фактически назывался казначеем (skarbny). С 1647 года к министрам присоединился генерал-почтмейстер (Poczmistrz generalny, также известный как Poczmistrz naczelny или Generał poczmistrz) – руководитель Королевской почты, основанной в 1547 году. В принципе, польско-литовские чиновники занимали свои должности пожизненно. Среди нескольких заметных исключений из этого правила наиболее важным было назначение Сенатского маршала, который председательствовал на заседаниях Сената и мог предлагать, но не определять повестку дня. Традиционно должность Сенатского маршала ротировалась между сенаторами из трех провинций ("prowincyje") Речи Посполитой: Великой Польши и Малой Польши в "Польской Короне" и Великого княжества Литовского. Должность маршала Сейма (Marszałek Sejmu) существовала только во время сессий парламента Речи Посполитой (Сейма). Маршал выбирал секретаря Сейма (sekretarz sejmowy), который вел протоколы заседаний Сейма. Высшим судом для шляхты был Коронный трибунал (Trybunał Koronny, учрежден в 1579 году), который возглавляли президент трибунала и маршал. Маршал избирался судьями из их числа, а президент занимался церковными вопросами (и сам был высокопоставленным священником). Существовали также Литовский трибунал (Trybunał Litewski) и Коронный и Литовский казначейские трибуналы, учрежденные в 1613 году (Trybunał Skarbowy Koronny, Trybunał Skarbowy Litewski). Оклады всех судей определялись на заседаниях Сейма. За соляными копями (żupy solne) следил жупник (żupnik). Другие менее важные чиновники, назначаемые королем или Сеймом для решения конкретных краткосрочных вопросов, назывались "комиссарами", "люстраторами", "ревизорами", "делегатами", "легатами" или "посланниками".

As the name suggests, non Senat related officials were not entitled to a vote in the Senat. The most important such officials were the Great Secretaries (singular: sekretarz wielki), Crown and Lithuanian. Only a man of the cloth could be a Great Secretary. These functionaries were considered more consequential than any district or court official, with the exception of the Court Marshal. They could act as Chancellors when no Chancellor was in attendance. They dealt with secret letters; in Senat they read out letters of the King's and resolutions of the Sejm. The Great Secretaries often acted as Assessors and were called "innate Assessors." Next were 4 Referendaries (singular: referendarz), 2 secular and 2 ecclesiastic, one each for the Crown and for Lithuania. They rarely left the royal court, and their duties consisted in hearing petitions and complaints, which they referred (hence their name) to the King. They also acted as judges in cases involving peasants from the King's lands, and often acted as Assessors at other courts. Close to the office of Referendary was that of the "Instygator"—what today would be termed a State Prosecutor. One each for Crown and for Lithuania, the Instygators were tasked with uncovering and dealing with crimes against the King and the country, and were authorized to prosecute any dignitary save the King. They had deputies known as "viceinstygators." Then came the Great Writers (singular: pisarz wielki)—one for the Crown, three for Lithuania. It was their task to clarify royal decrees and send letters to those dignitaries who must hear of them. They often acted as ambassadors and Assessors. The Crown Keeper (kustosz koronny) was the official responsible for safeguarding the Royal Treasury, where the royal insignia were kept. The keys to the Treasury were held by the Great Treasurer and six voivods, and without each of them, the Treasury could not be opened. Traditionally, the Crown Keeper was chosen from among the priests of Kraków Cathedral. The Lithuanian Keeper was actually called a Treasurer (skarbny). From 1647, the ministers were joined by a Postmaster General (Poczmistrz generalny, also known as Poczmistrz naczelny or Generał poczmistrz), the supervisor of the Royal Post, founded in 1547. In principle, Polish–Lithuanian officials enjoyed life tenure. Of several notable exceptions to that rule, the most important involved the Senat Marshal, who chaired Senat meetings and could suggest, but not determine, the subject of a meeting. Traditionally, the post of Senat Marshal rotated among Senators from the three prowincyje ("provinces" – major divisions) of the Republic, or Commonwealth: Wielkopolska ("Greater Poland") and Małopolska ("Lesser Poland"), in the "Polish Crown"; and the Grand Duchy of Lithuania. The office of Marshal of the Sejm (Marszałek Sejmu) existed only during sessions of the Commonwealth's parliament (the Sejm). The Marshal chose the Secretary of the Sejm (sekretarz sejmowy), who kept the records of Sejm meetings. The highest court for nobles was called the Crown Tribunal (Trybunł Koronny, created 1579) and was headed by a Tribunal President and a Marshal. The Marshal was chosen from and by the judges themselves, while the President dealt with ecclesiastic matters (and was himself a high ranking priest). There was also a Lithuanian Tribunal (Trybunał Litewski) and Crown and Lithuanian Treasury courts, created in 1613 (Trybunał Skarbowy Koronny, Trybunał Skarbowy Litewski). Salaries for all judges were set at Sejm meetings. Salt mines (żupy solne) were supervised by a żupnik. Other less important dignitaries named by the King or Sejm to deal with specific short term questions were called "commissars", "lustrates", "revisers", "delegates", "legates" or "deputies."

Районные офисы

Конституция 1611 года (измененная в 1633 и 1635 годах) предписывала множество должностных лиц. Однако исключения из правил были скорее нормой, чем исключением; постановления Сейма рассматривались лишь как рекомендации. Так, в Бельском воеводстве было лишь 4 из 15 предписанных сановников; в большинстве северных воеводств – около 5; а в Волынском и Брацлавском воеводствах иерархический порядок был почти обратным. Каждая провинция или округ имел свой собственный набор чиновников – список провинций можно найти в статье о провинциях и географии Речи Посполитой. Окружные чиновники назначались королем, за некоторыми исключениями (местные сеймики избирали камергеров, окружных судей, заместителей окружных судей, окружных писарей, а в Литве также знаменосцев и окружных маршалов). Камергеры, за исключением названия, не имели ничего общего с придворными чиновниками с тем же именем. Они ведали судом (Chamberlain's Court), который рассматривал споры об имуществе. Окружной судья возглавлял окружной суд, который имел юрисдикцию по гражданским и некоторым уголовным делам, касающимся местной шляхты. Староста генеральный ("Генеральный староста") был должностным лицом, ответственным за определенную территорию. Староста гродовый ("Городской староста") отвечал за города, а староста негродовый ("Негородской староста") – за управление землями Короны. Они должны были поддерживать финансовый и военный порядок. Со временем эти административные обязанности уменьшались (по мере того, как короли раздавали все больше и больше земель), однако староста оставался ответственным за городские суды (sądy grodzkie), которые рассматривали большинство уголовных дел и имели юрисдикцию над всей местной и приезжей шляхтой. Они занимались самыми тяжкими преступлениями (убийства, изнасилования, грабежи) и были весьма суровы (разбой на тракте карался смертью), что в целом делало Польшу более безопасной страной, чем ее соседей. Старосты также обладали "властью меча", то есть исполняли приговоры всех других судов. Негородские старосты не имели судебных полномочий. Знаменосцы несли местное знамя во время королевских церемоний и на войне, когда местные войска входили в состав армии. Во время войны войские поддерживали порядок и безопасность на своих территориях. В Литве обязанности цивунов были схожи с обязанностями негородских старост (старейшин). Окружные маршалы председательствовали на местных сеймиках (в "Короне" окружные маршалы избирались только на время парламентской сессии и поэтому были гораздо менее влиятельны, чем в Литве, где избирались пожизненно).

A 1611 Constitution (amended 1633 and 1635) prescribed many officials. Exceptions to the rule, however, were the rule; Sejm rules were treated as mere recommendations. Thus Bełz Voivodeship had only 4 of the 15 prescribed dignitaries; most northern voivodeships had about 5; and in Wołyń and Bracław Voivodeships the hierarchical order was almost reversed. Each province or district had its own set of officials—a list of provinces may be found in the article on provinces and geography of the Polish–Lithuanian Commonwealth. District officials were appointed by the King, with a few exceptions (local parliaments—sejmiki—chose Chamberlains, District Judges, Deputy District Judges, District Clerks, and in Lithuania also Standard bearers and District Marshals). Chamberlains, except for the name, had nothing in common with the Court officials of the same name. They administered a court of law (the Chamberlain's Court) which had jurisdiction over property disputes. The District Judge headed the District Court, which had jurisdiction over civil and some criminal matters involving local nobility. The Starosta generalny ("General Starosta") was the official in charge of a specific territory. The Starosta grodowy ("City Starosta") was in charge of cities, while the Starosta niegrodowy ("Non City Starosta") was responsible for administration of the Crown lands. These were to be kept in good financial and military order. While in time these administrative responsibilities became smaller (as Kings gave away more and more land), the Starosta remained in charge of the City Courts (sądy grodzkie), which dealt with most criminal matters and had jurisdiction over all local and visiting nobility. They dealt with the most severe cases (killings, rapes, robberies) and were quite harsh (highway robbery was punishable with death), which generally made Poland a safer country than its neighbors. The Starostas also held the "power of the sword", which meant that they enforced the verdicts of all other courts. Non City Starostas had no juridical powers. Standard bearers carried the local banner during Royal ceremonies, and in war when local troops served in the Army. During war, Wojskis maintained order and security in their territories. In Lithuania, the responsibilities of Ciwuns were similar to those of non city starostas (elders). District marshals presided over local parliaments (in the "Crown", District Marshals were chosen only for the duration of the parliament session, and so were much less powerful than those of Lithuania, who were chosen for life).

Офисы окружных и судебных органов

Самым важным чиновником был Староста. Его поддерживали подстаросты (podstarości grodowy), бурграфы (Burgrabia), нотариус (Notariusz) и писарь (Pisarz). Окружной подстароста помогал Старосте и в его отсутствие действовал от его имени со всеми его полномочиями. Среди низших городских чиновников были регент (rejent grodzki), окружной нотариус (notariusz grodzki), окружной писарь (pisarz grodzki) и рядовые клерки (podpiskowie). На восточных территориях, граничащих с Россией, с 1667 года "Пограничный судья" сотрудничал с русскими судьями в делах с участием сторон из обеих стран; его решения были окончательными. Судей выбирали из числа местных наследственных дворян, и они имели небольшую юридическую подготовку; поэтому качество судопроизводства варьировалось в зависимости от судьи, а уровень коррупции был высок. Адвокаты, напротив, должны были иметь профессиональное образование. Иногда в состав суда входил асессор, который помогал судье и взимал штрафы и судебные сборы. Прокуроры были крайне редки. Инстигаторы поддерживали порядок и безопасность на территории суда, а судебный пристав (woźny) доставлял повестки.

Городские и сельские офисы

Эти должности были очень стабильными, сформировавшись примерно в XIII веке и оставаясь практически неизменными до конца Речи Посполитой. Административная система пришла из Германии вместе с магдебургским правом. Каждый город (без исключения) имел Совет и Лавку, причём Совет являлся административной ветвью, а Лавка – судебной. Новый Совет избирался старым, срок полномочий которого истек. Совет отвечал за управление, законы, привилегии, безопасность, финансы, надзор за гильдиями и тому подобное. Совет выбирал бургмистра, а решение его членов было окончательным – даже староста или воевода могли лишь выслушать присягу бургмистра и не могли отказать ему в своей печати. В крупных городах Совет собирался ежедневно, в меньших – реже. Бургмистр возглавлял Совет и контролировал исполнительную власть. Он отвечал за примирение, заботу о бедных и поддержание порядка, пресекая злоупотребление алкоголем и азартные игры. Вторым после бургмистра был секретарь Совета, управлявший городской канцелярией. Городской клерк (Syndyk Miejski) собирал городские налоги и контролировал сборщиков налогов. За безопасность и порядок в городе отвечал Хутман. Он также руководил городской тюрьмой и привратником, который открывал и закрывал городские ворота на рассвете и закате. Лонарь был городским казначеем, контролировавшим финансы города. Он руководил чиновниками, следившими за весами на рынках, чтобы обеспечить честную торговлю. В крупных городах также было множество менее известных чиновников, таких как мастера водопроводов, отвечавшие за трубы и колодцы; начальники пожарной стражи; и городские переводчики, помогавшие иностранцам и выслеживавшие шпионов. Лавкой председательствовал войт. Он и другие члены Лавки избирались Советом на год из числа мелких городских чиновников (писцов, клерков и т. д.). Городские главные палачи казнили не только преступников, приговорённых Лавкой, но и преступников, приговорённых другими, не военными, судами в Польше. Им хорошо платили, они иногда работали врачами, но часто считались изгоями и жили за пределами городских стен. Деревенский староста назывался солтысом и был административным, исполнительным и судебным главой деревни, подчинявшимся только владельцу деревни.

These offices were very stable, having evolved about the 13th century and lasting almost unchanged to the end of the Polish–Lithuanian Commonwealth. The administrative system had come from Germany together with Magdeburg law. Every city (without exception) had a Council and a Bench, the Council being the administrative branch and the Bench the judicial branch. A new Council was chosen by the old one whose term had expired. The Council was responsible for administration, law, privileges, security, finances, guild oversight, and the like. The Council chose the Mayor, and its members' decision was final—even the Starosta or Voivode could only listen to the Mayor's swearing in and could not refuse to give him his seal. The Council met daily in the larger cities, less often in smaller ones. The Mayor headed the Council and controlled the executive branch. He was responsible for conciliation, the care of the poor, and maintaining order by suppressing alcohol abuse and games of chance. Second to the Mayor was the Council Clerk, who ran the City Chancellery. The City Clerk (Syndyk Miejski) collected city taxes and supervised the tax collectors. Security and order in the city were the responsibility of the Hutman. He also supervised the city jail and the keyman who unlocked and locked the city gates at dawn and dusk. The Lonar was the city treasurer, who oversaw its finances. He supervised the officials who controlled marketplace scales to ensure fair trade. Large cities also had scores of less common officials, such as Pipemasters, responsible for pipes and wells; Fire Chiefs; and City Translators, who assisted foreigners and looked out for spies. The Bench was chaired by a wójt. He and the other Bench members were chosen by the Council for a year's term from among lesser city officials (writers, clerks, etc.). City Chief Executioners executed not only criminals sentenced by the Bench, but often criminals sentenced by other non military courts in Poland. They were well paid, sometimes functioned as physicians, but were also often considered social outcasts and lived outside the city walls. A village mayor was called the sołtys and was the administrative, executive and judicial chief for the village, responsible only to the village's owner.

Вымышленные офисы

Вымышленные или фиктивные должности представляли собой особый вид должностей, поскольку относились к территориям, которые Речь Посполитая потеряла во второй половине XVII века либо в пользу Шведской империи, либо в пользу Русского царства. После Оливского мира (1660) Речь Посполитая официально утратила Венденское, Парнавское и Дорпатское воеводства. Более того, в результате Андрусовского перемирия (1667) Польша и Литва потеряли Смоленское и Черниговское воеводства. Несмотря на то, что эти территории больше не принадлежали Речи Посполитой и находились под иностранным правлением, их администрация продолжала существовать еще в течение 100 лет, до разделов Польши, с развитой иерархией различных региональных учреждений. Существование фиктивных титулов было обусловлено особой ролью должностей в сознании польско-литовской шляхты: хотя эти должности были лишь почетными, не дававшими никаких материальных привилегий и жалованья, они определяли социальный статус их обладателей. Кроме того, наличие титула, пусть и фиктивного, подчеркивало положение отдельного шляхтича как сознательного гражданина и созидателя Речи Посполитой. После отделения Черниговского воеводства от Польши в 1667 году сеймики бывшей провинции проходили во Владимире-Волынском, примерно в 500 километрах к западу от Чернигова. Польские короли продолжали вручать своим придворным фиктивные титулы воевод, сенаторов, послов и старост Черниговских. В 1785 году Станислав Август Понятовский пожаловал Тадеушу Чацкому фиктивный титул старосты Новогрода-Северского.