Интеллигенция как социальный класс образованных людей

Введение

Статусный класс университетски образованных людей

Интеллигенция – это статусный класс, состоящий из университетски образованных людей общества, которые занимаются сложным интеллектуальным трудом, посредством которого они критикуют, формируют и направляют политику, государственное управление и культуру своего общества; таким образом, интеллигенция включает в себя ученых, академиков, преподавателей, журналистов и писателей. Концептуально, статусный класс интеллигенции возник в конце XVIII века, во время разделов Польши (1772–1795). Этимологически, польский интеллектуал XIX века Бронислав Трентовский ввел термин *inteligencja* (интеллигенты) для обозначения и описания университетски образованного и профессионально активного социального слоя патриотической буржуазии – мужчин и женщин, чей интеллектуализм должен был обеспечить моральное и политическое лидерство Польши в противостоянии культурной гегемонии Российской империи. До Русской революции термин *интеллигенция* обозначал и описывал статусный класс университетски образованных людей, чей культурный капитал (школьное образование, образование и интеллектуальное просвещение) позволял им брать на себя моральную инициативу и практическое руководство, необходимое в российской национальной, региональной и местной политике. На практике статус и социальная функция интеллигенции варьировались в зависимости от общества. В Восточной Европе интеллектуалы находились на периферии общества и, следовательно, были лишены политического влияния и доступа к эффективным рычагам политической власти и экономического развития. В Западной Европе интеллектуалы были в центре своих обществ и, таким образом, оказывали культурное и политическое влияние, которое давало доступ к власти государственных должностей, например, *Bildungsbürgertum* – образованная буржуазия Германии, а также профессионалы Великобритании. В работе «Экономика и общество: Очерки интерпретирующей социологии» (1921) политический экономист Макс Вебер применил термин «интеллигенция» в хронологических и географических рамках, например, «это христианская обеспокоенность формулированием догм в Античности особенно подвергалась влиянию отличительной характеристики «интеллигенции», которая была продуктом греческого образования», таким образом, интеллигенция возникла как социальный класс образованных людей, созданный для блага общества. В XIX и XX веках польское слово и социологическая концепция *inteligencja* стали общеевропейским термином для описания социального класса мужчин и женщин, являющихся интеллектуалами стран Центральной и Восточной Европы; в Польше – критически мыслящих людей, получивших университетское образование, в России – нигилистов, выступавших против традиционных ценностей во имя разума и прогресса. В конце XX века социолог Пьер Бурдье утверждал, что интеллигенция состоит из двух типов работников: (i) интеллектуальных работников, создающих знания (практические и теоретические), и (ii) интеллектуальных работников, создающих культурный капитал. В социологическом плане польская *inteligencja* соответствует французским *intellectuels* и немецким *Gebildete*. В 1860-х годах журналист Петр Боборыкин популяризировал термин *интеллигенция* для обозначения и описания российского социального слоя людей, получивших университетское образование, которые занимаются интеллектуальной деятельностью (юриспруденция, медицина, инженерия, искусство), производящих культуру и господствующую идеологию, посредством которой функционирует общество. Согласно теории доктора Виталия Тепикина, социологические черты, свойственные интеллигенции общества, следующие:

The intelligentsia is a status class composed of the university educated people of a society who engage in the complex mental labours by which they critique, shape, and lead in the politics, policies, and culture of their society; as such, the intelligentsia consists of scholars, academics, teachers, journalists, and literary writers. Conceptually, the intelligentsia status class arose in the late 18th century, during the Partitions of Poland (1772–1795). Etymologically, the 19th century Polish intellectual Bronisław Trentowski coined the term inteligencja (intellectuals) to identify and describe the university educated and professionally active social stratum of the patriotic bourgeoisie; men and women whose intellectualism would provide moral and political leadership to Poland in opposing the cultural hegemony of the Russian Empire. Before the Russian Revolution, the term intelligentsiya (интеллигенция) identified and described the status class of university educated people whose cultural capital (schooling, education, and intellectual enlightenment) allowed them to assume the moral initiative and the practical leadership required in Russian national, regional, and local politics. In practice, the status and social function of the intelligentsia varied by society. In Eastern Europe, the intellectuals were at the periphery of their societies and thus were deprived of political influence and access to the effective levers of political power and of economic development. In Western Europe, the intellectuals were in the mainstream of their societies and thus exercised cultural and political influence that granted access to the power of government office, such as the Bildungsbürgertum, the cultured bourgeoisie of Germany, as well as the professionals of Great Britain. In Economy and Society: An Outline of Interpretive Sociology (1921), the political economist Max Weber applied the term intelligentsia in chronological and geographical frames of reference, such as "this Christian preoccupation with the formulation of dogmas was, in Antiquity, particularly influenced by the distinctive character of ‘intelligentsia’, which was the product of Greek education", thus the intelligentsia originated as a social class of educated people created for the greater benefit of society. In the 19th and 20th centuries, the Polish word and the sociologic concept of the inteligencja became a European usage to describe the social class of men and women who are the intellectuals of the countries of central and of eastern Europe; in Poland, the critical thinkers educated at university, in Russia, the nihilists who opposed traditional values in the name of reason and progress. In the late 20th century, the sociologist Pierre Bourdieu said that the intelligentsia has two types of workers: (i) intellectual workers who create knowledge (practical and theoretic) and (ii) intellectual workers who create cultural capital. Sociologically, the Polish inteligencja translates to the intellectuels in France and the Gebildete in Germany. In the 1860s, the journalist Pyotr Boborykin popularised the term intelligentsiya (интеллигенция) to identify and describe the Russian social stratum of people educated at university who engage in the intellectual occupations (law, medicine, engineering, the arts) who produce the culture and the dominant ideology by which society functions. According to the theory of Dr. Vitaly Tepikin, the sociological traits usual to the intelligentsia of a society are:

продвинутые для своего времени моральные идеалы, моральная чувствительность к ближнему, такт и деликатность в выражении;
продуктивный интеллектуальный труд и постоянное самообразование;
патриотизм, основанный на вере в народ, и неиссякаемая, бескорыстная любовь к малой и большой родине;
внутренняя креативность в каждом слое интеллигенции и склонность к аскетизму;
независимая личность, свободно выражающая свои мысли;
критическое отношение к власти и публичное осуждение несправедливости;
верность принципам по совести, стойкость в сложных обстоятельствах и склонность к самоотречению;
двойственное восприятие реальности, приводящее к политической непоследовательности, иногда переходящей в консерватизм;
чувство обиды из-за нереализованных политических целей и отход от общественной сферы в узкий круг единомышленников;
споры об искусстве, идеях и идеологии, которые разделяют подгруппы, составляющие интеллигенцию. В книге «Восхождение интеллигенции, 1750–1831» (2008) Мачей Яновский утверждал, что польская интеллигенция была мозговым центром государства, интеллектуальными слугами, чья прогрессивная социальная и экономическая политика снизила социальную отсталость (неграмотность) польского народа, а также уменьшила российское политическое давление в разделенной Польше.

19 век

В 1844 году в Польше философ Кароль Либельт впервые использовал термин "интеллигенция" для обозначения интеллектуальной прослойки общества, описав её как сословную группу, характеризующуюся интеллектом и польским национализмом – качествами ума, характера и духа, которые делали их естественными лидерами современной польской нации. Интеллигенция осознавала свой социальный статус и свои обязанности перед обществом, заключавшиеся в воспитании молодежи в националистическом духе с целью восстановления Речи Посполитой, сохранении польского языка и любви к Отчизне. Вследствие имперских разделов Польши между Пруссией, Австрией, Швецией и Россией, навязывание царской культурной гегемонии побудило многие политические и культурные элиты принять участие в Великой эмиграции (1831–1870 гг.).

Вторая мировая война

После вторжения в Польшу 1 сентября 1939 года нацисты приступили к уничтожению польской интеллигенции посредством военных операций, проводимых в рамках Специальной прокуратуры по делам Польши, немецкой акции AB в Польше, Intelligenzaktion и Intelligenzaktion Pommern. В восточной Польше Советский Союз также проводил уничтожение польской интеллигенции, в частности, через такие операции, как Катынский расстрел (апрель-май 1940), в ходе которого были убиты профессора университетов, врачи, юристы, инженеры, учителя, военнослужащие, полицейские, писатели и журналисты.

Имперская эпоха

Русская интеллигенция также была смесью мессианства и интеллектуального элитаризма, которую философ Исайя Берлин описал следующим образом: «Феномен сам по себе, с его историческими и буквально революционными последствиями, является, я полагаю, самым значительным вкладом России в мировые социальные изменения. Понятие «интеллигенция» не следует путать с понятием «интеллектуалы». Её представители считали себя объединенными не только общим интересом к идеям, но и ощущением принадлежности к избранному кругу, почти к светскому духовенству, посвятившему себя распространению определенного мировоззрения». Идея прогресса, зародившаяся в Западной Европе в эпоху Просвещения в XVIII веке, стала центральной для интеллигенции к середине XIX века; таким образом, прогрессистские общественные движения, такие как народничество, в основном состояли из интеллектуалов. Русский философ Сергей Булгаков утверждал, что русская интеллигенция была творением Петра, что она являлась «окном в Европу, через которое к нам приходит западный воздух – одновременно оживляющий и отравляющий». Более того, Булгаков считал, что литературный критик, сторонник вестернизации, Виссарион Белинский был духовным отцом русской интеллигенции. В 1860 году в России насчитывалось 20 000 специалистов, а к 1900 году – 85 000. Изначально состоявшая из образованных дворян, интеллигенция после 1861 года стала доминировать над разночинцами (людьми, не принадлежавшими к сословиям). В 1833 году 78,9% учеников средних учебных заведений были детьми дворян и чиновников, к 1885 году их доля снизилась до 49,1%. Доля выходцев из крестьянского сословия увеличилась с 19,0 до 43,8%, а остальные составляли дети священнослужителей. Опасаясь образованного пролетариата, царь Николай I ограничил количество студентов университетов тремя тысячами в год, однако к 1894 году их число достигло 25 000. Аналогично, количество периодических изданий возросло с 15 в 1855 году до 140 в 1885 году. «Третий элемент» составляли специалисты, нанимаемые земствами. К 1900 году их насчитывалось 47 000, большинство из них были либеральными радикалами. Хотя царь Петр Великий принес в Россию Идею прогресса, к XIX веку цари перестали признавать «прогресс» законной целью государства, настолько, что Николай II выразил отвращение к этому слову и желал исключить его из русского языка.

The Russian intelligentsiya also was a mixture of messianism and intellectual élitism, which the philosopher Isaiah Berlin described as follows: "The phenomenon, itself, with its historical and literally revolutionary consequences, is, I suppose, the largest, single Russian contribution to social change in the world. The concept of intelligentsia must not be confused with the notion of intellectuals. Its members thought of themselves as united, by something more than mere interest in ideas; they conceived themselves as being a dedicated order, almost a secular priesthood, devoted to the spreading of a specific attitude to life." The Idea of Progress, which originated in Western Europe during the Age of Enlightenment in the 18th century, became the principal concern of the intelligentsia by the mid 19th century; thus, progress social movements, such as the Narodniks, mostly consisted of intellectuals. The Russian philosopher Sergei Bulgakov said that the Russian intelligentsia was the creation of Peter, that they were the "window to Europe through which the Western air comes to us, vivifying and toxic at the same time." Moreover, Bulgakov also said that the literary critic of Westernization, Vissarion Belinsky was the spiritual father of the Russian intelligentsia. In 1860, there were 20,000 professionals in Russia and 85,000 by 1900. Originally composed of educated nobles, the intelligentsia became dominated by raznochintsy (classless people) after 1861. In 1833, 78.9 per cent of secondary school students were children of nobles and bureaucrats, by 1885 they were 49.1 per cent of such students. The proportion of commoners increased from 19.0 to 43.8 per cent, and the remaining percentage were the children of priests. In fear of an educated proletariat, Tsar Nicholas I limited the number of university students to 3,000 per year, yet there were 25,000 students, by 1894. Similarly the number of periodicals increased from 15 in 1855 to 140 periodical publications in 1885. The "third element" were professionals hired by zemstva. By 1900, there were 47,000 of them, most were liberal radicals. Although Tsar Peter the Great introduced the Idea of Progress to Russia, by the 19th century, the Tsars did not recognize "progress" as a legitimate aim of the state, to the degree that Nicholas II said "How repulsive I find that word" and wished it removed from the Russian language.

Большевистская перспектива

В России большевики не считали статусный класс интеллигенции истинным социальным классом, как это определено в марксистской философии. В то время большевики использовали русское слово «прослойка» (стратум) для определения интеллигенции как обособляющегося слоя, лишенного собственного классового характера. При создании постмонархической России Ленин резко критиковал классовый характер интеллигенции, приветствуя рост «интеллектуальных сил рабочих и крестьян», которые должны были свергнуть «буржуазию и их приспешников, интеллигентов, лакеев капитала, воображающих себя мозгом нации. На деле же это не мозг, а навоз». (На деле это не мозг, а говно). Русская революция 1917 года разделила интеллигенцию и социальные классы царской России. Часть русских эмигрировала, политические реакционеры присоединились к правому белому движению для контрреволюции, некоторые стали большевиками, а другие остались в России и участвовали в политической системе Советского Союза. Реорганизуя российское общество, большевики считали не-большевистскую интеллигенцию классовыми врагами и изгоняли их из общества посредством депортации на «кораблях философов», принудительного труда в ГУЛАГе и внесудебных расправ. Члены интеллигенции царской эпохи, оставшиеся в большевистской России (СССР), были пролетаризированы. Хотя большевики признавали управленческую важность интеллигенции для будущего Советской России, буржуазное происхождение этого слоя являлось причиной недоверия к их идеологической приверженности марксистской философии и большевистскому общественному контролю.

Советский Союз

В позднем Советском Союзе термин "интеллигенция" получил формальное определение как совокупность умственных и культурных работников. Выделялись подкатегории "научно-технической интеллигенции" и "творческой интеллигенции". В период с 1917 по 1941 год наблюдался значительный рост числа выпускников инженерных специальностей: с 15 000 до более чем 250 000.

Постсоветский период

В постсоветский период представители бывшей советской интеллигенции демонстрировали различные взгляды на коммунистическое правительство. Если старшее поколение интеллигенции стремилось представить себя жертвами, то молодое поколение, которому на момент распада Советского Союза было около тридцати лет, не уделяло столько внимания опыту репрессий в своих личных нарративах. После распада Советского Союза популярность и влияние интеллигенции значительно снизились. Поэтому для постсоветской интеллигенции характерна ностальгия по последним годам Советского Союза (перестройке), которые они часто воспринимают как золотой век интеллигенции. Владимир Путин высказал свою точку зрения на социальную роль интеллигенции в современной России. Всем нам следует помнить, что революционные – а не эволюционные – перемены могут привести к ещё худшим последствиям. Интеллигенция должна это осознавать. И именно интеллигенция должна держать это в уме и не допускать радикальных шагов и революций любого рода. Нам этого достаточно. Мы насмотрелись революций и войн. Нам нужны десятилетия спокойствия и гармоничного развития.