Двадцать лет спустя

Введение

Фильм 1939 года режиссёра Клэренса Брауна.
Фильм 1939 года.

Сюжет

Гарри Ван, американский ветеран Первой мировой войны, пытается вернуться в шоу-бизнес и попадает в угасающее представление менталиста с мадам Зулейкой, некомпетентной, стареющей алкоголичкой. Во время выступлений в Омахе, штат Небраска, он встречает Айрин, акробатку на трапеции, которая утверждает, что является беженкой из России после революции, и надеется заменить пьяную партнершу Гарри в шоу и стать его любовницей. У них происходит романтическая ночь, но он с подозрением относится к фантазиям Айрин. На следующий день Гарри, Зулейка, Айрин и её труппа садятся на поезда, идущие в противоположных направлениях. Двадцать лет спустя, после нескольких работ, Гарри становится импресарио и ведущим артистом труппы Les Blondes, состоящей из шести женщин, гастролирующих по Европе. Во время поездки из Румынии в Швейцарию они оказываются застрявшими в альпийском отеле в неназванной стране, границы которой внезапно закрываются из-за надвигающейся войны. Пассажиры наблюдают через огромные окна гостиничного зала, как десятки бомбардировщиков взлетают с аэродрома внизу долины и улетают строем. Среди пассажиров в гостиной Гарри замечает Айрин, гламурную платиновую блондинку с преувеличенным русским акцентом, которая является любовницей богатого производителя вооружений Ахилла Вебера. Хотя она утверждает, что никогда не была в Омахе, намеки Гарри показывают, что он убежден, что она та самая брюнетка-акробатка, которую он знал там. Он считает, что она тоже его узнала. Возмущенный пацифист высказывает своим попутчикам гнев по поводу оружия Вебера, которое, по его словам, является причиной только что начавшейся войны, и описывает, как самолеты, которые они видели, исчезают за величественными горами, унесут жизни тысяч людей в других странах. Пацифиста уводят и расстреливают пограничники под командованием дружелюбного и безупречного капитана Кирвлайна, который общается с путешественниками, пока они ждут в отеле. В их гостиничном номере Айрин взрывается и говорит Веберу "правду, которую [она] всегда хотела сказать". Она обвиняет его в вероятной гибели бесчисленного количества людей в войне, жертвами которой могут стать новобрачные англичане, Черри, которых они встретили в отеле, все убитые оружием, которое продает Вебер. На следующий день швейцарская граница снова открывается, и людям в отеле говорят продолжить свой путь. Им сообщают, что им лучше уехать как можно скорее, потому что иностранные государства, вероятно, ответят сегодня на вчерашний авиаудар и бомбардируют аэродром под отелем, который может быть задет по ошибке. Пока все спешно покидают отель, Айрин узнает, что Вебер решил расстаться с ней: он отказывается поручиться за её недействительный паспорт Лиги Наций капитану Кирвлайну, который сообщает Айрин, что она должна остаться в отеле. После сопровождения Les Blondes до швейцарской границы Гарри возвращается, чтобы остаться с Айрин. Она признается, что она та женщина, которую он встретил в Омахе 20 лет назад, и она все еще любит его. Гарри говорит о её будущем, о выступлениях с ним и "Блондинками". Они слышат приближающиеся самолеты и им приказывают бежать в убежище, но Айрин заявляет, что не хочет умирать в подвале. Когда Гарри пытается все же отвезти её туда, в отель попадает бомба, блокируя их выход из гостиной.

Harry Van, an American World War I veteran, tries to reenter show business and ends up in a faltering mentalist show with Madame Zuleika, an inept, aging alcoholic. While performing in Omaha, Nebraska, he is wooed by Irene, a trapeze artist who claims to be a refugee from the Russian Revolution and hopes to replace Harry's drunken partner in the show and as his lover. They have a romantic night, but he is suspicious of Irene's flights of fancy. The next day, Harry and Zuleika and Irene and her troupe board trains going in opposite directions. Twenty years later, after a number of jobs, Harry is the impresario for and lead performer with Les Blondes, a troupe of six women traveling through Europe. While taking a train from Romania to Switzerland, they are stranded at an Alpine hotel in an unnamed country, whose borders are suddenly closed as war becomes imminent. The passengers watch through the hotel lounge's huge windows as dozens of bombers take off from an air field at the bottom of the valley and fly away in formation. Among the passengers in the lounge, Harry observes Irene, a glamorous platinum blonde with an exaggerated Russian accent, who is the mistress of a wealthy armaments manufacturer, Achille Weber. Although she claims never to have been to Omaha, Harry's innuendoes show he is convinced that she is the brunette acrobat he knew there. He believes that she recognizes him, too. An agitated pacifist rants to his fellow travelers about Weber's guns, which he says are behind the war that just started, and describes for them how the planes they saw disappear over the spectacular mountains will be killing thousands of people in other countries. The pacifist is hauled away and shot by the border police, commanded by the friendly and impeccable Captain Kirvline, who mingles with the travelers while they wait at the hotel. In their hotel suite, Irene explodes and tells Weber "the truth [she has] always wanted to tell." She blames him for the likely deaths of untold numbers of people in the war, whose victims might include the newlywed English couple, the Cherrys, they met at the hotel, all killed with the weapons that Weber sells. The Swiss border opens again the next day, and the people at the hotel are told to continue on their journeys. They learn they had better be off as soon as possible because foreign countries are likely to retaliate today for yesterday's air raid and bomb the air field below the hotel, which could be hit by mistake. As everyone rushes to leave, Irene finds out that Weber has decided to dump her: He refuses to vouch for her flimsy League of Nations passport to Capt. Kirvline, who tells Irene she must stay at the hotel. Having escorted Les Blondes to the Swiss border, Harry returns to stay with Irene. She admits she is the woman he met in Omaha 20 years ago, and she still loves him. Harry talks about her future, performing with him and the blondes. They hear approaching planes and are told to run to the shelter, but Irene declares she does not want to die in a cellar. As Harry tries to take her there anyway, a bomb hits the hotel and blocks their escape from the lounge.

Альтернативные концовки

В пьесе занавес опускается на Гарри и Айрин, когда они поют "Вперед, христианские солдаты", в то время как снаружи взрываются бомбы, оставляя их выживание под вопросом. Этот финал был снят, но The New York Times сообщила в январе 1939 года, что предварительные показы вызвали недовольство зрителей. Были приказаны пересъемки. Две сохранившиеся версии финала фильма показывают пару в безопасности и счастье после пережитого воздушного налета. В финале, предназначенном для международной аудитории, Айрин просит Гарри сыграть гимн, что-то из его детства. Они тихо поют "Останься со мной", отвернувшись спиной к яростной воздушной битве позади них. "Я любил тебя все это время", – говорит он. "Спасибо, что сказал, дорогая", – отвечает она. Взрывы прекращаются. "Смотри, Гарри, они ушли", – восклицает Айрин, и они обнимаются. В 1999 году TCM показала копию, содержащую оба финала. После надписи "The End" появляется титр: "Вы только что увидели оригинальный "Международный" финал 1939 года фильма MGM "Идиоты (sic) Delight", который отличается духовностью и оптимизмом. Теперь мы представляем оригинальный "домашний" театральный финал, который, кажется, игнорирует тот факт, что весь остальной мир находится в состоянии войны". В "домашнем" (США, Канада) финале Гарри и Айрин обсуждают свои планы на будущее, пока снаружи, за окном вестибюля, взрываются бомбы. Они репетируют секретный код, который он использовал в своем номере с чтением мыслей. Бомбардировка прекращается, и Айрин с воодушевлением описывает их будущее совместное выступление, пока Гарри играет на поврежденном пианино. В сентябре 2022 года на Watch TCM показывали только международный финал.

Производство

В попытке сделать пьесу, полностью поставленную в гостиничном зале, менее многословной и более привлекательной для просмотра на экране, Шервуд написал сценарий для MGM, включавший 167 сцен на 42 декорациях. Когда Warner Bros. рассматривала возможность экранизации пьесы Шервуда, киноцензор Джозеф Брин предсказал, что она "будет широко запрещена за рубежом и может повлечь за собой ответные меры против американской компании-дистрибьютора. Пьеса представляет собой, по сути, антивоенную пропаганду и содержит множество резких высказываний против милитаризма, фашизма и оружейных синдикатов". MGM попыталась решить подобные проблемы, в конечном итоге наняв консула Италии в Лос-Анджелесе в качестве консультанта. Рим согласился сотрудничать в производстве. В итоге – несмотря на то, что сценарий якобы был одобрен фашистским лидером Бенито Муссолини – Италия запретила фильм. "Идиотское удовольствие" (или "Радость идиота") отсылает к одной из нескольких игр в пасьянс. В пьесе Ирен упрекает производителя вооружений Вебера (которой она является любовницей) за его вклад в войну. Он отвечает: "Я лишь смиренный инструмент Его божественной воли". Её ответ: "Мы не оказываем Ему должной справедливости. Бедный, одинокий старик. Сидит на небесах, не имея ничего, кроме как играть в пасьянс. Бедный, дорогой Бог. Играет в "идиотское удовольствие"". В фильме капитан Кирвлайн бормочет "идиотское удовольствие", когда Гарри спрашивает его о причине войны. TCM.com отмечает: "Это был единственный фильм, в котором Кларк Гейбл исполнил танцевальный номер. Он провел 6 недель, репетируя движения с хореографом Джорджем Кингом и тренируясь дома со своей женой Кароль Ломбард. Из-за страха ошибиться во время съёмки, съёмочная площадка была закрыта для посторонних во время съёмки этой сцены. Когда Гейблу пришлось петь "Puttin’ on the Ritz", его буквально вынесли на руках танцовщицы из Les Blondes, поэтому эту сцену оставили напоследок на случай, если он получит травму. В день съемок Кароль Ломбард пришла посмотреть и была поражена, что потребовался всего один дубль".

Отличительная прическа Нормы Ширер была скопирована с прически Линн Фонтанн, когда она впервые воплотила этот образ в бродвейской постановке пьесы.

Прием

31 декабря 1938 года в журнале Variety вышла рецензия, в которой автора Роберта Шервуда похвалили за "умело добавленный занимательный пролог, изображающий первую встречу и мимолетный роман Кларка Гейбла и Нормы Ширер в Омахе, где они выступали в качестве начинающих артистов водевиля. Это обеспечивает немало развлечений, когда пара вновь встречается в альпийском отеле".

3 февраля 1939 года критик The New York Times в развернутой рецензии написал: "С безграничным энтузиазмом, с беззаботными танцами на улицах и восторженными возгласами одобрения мы, наконец, приветствуем появление зрелого фильма на местных экранах. Как пронзительно горький, но замаскированный комедией, предвестник тривиальных обстоятельств, которые, несомненно, будут сопутствовать началу следующей мировой войны, "Идиотское наслаждение" в кинотеатре "Капитол" актуален как завтрашняя передовица. По самой своей сути, он (фильм) разоблачает фундаментальную глупость и бессмысленность милитаризма, самоубийственную жадность, чудовищное безразличие к смерти и разрушению, которые не являются расовыми, а универсальны; не индивидуальными, а массовыми явлениями, столь же уродливыми и международными, как ненависть. Главные герои сохранили свой значительный, хотя и несколько шаблонный, театральный шарм и по-прежнему принадлежат перу г-на Шервуда. Мы готовы предположить, что нынешний американский финал, который можно охарактеризовать только как дерзкий вызов, с Гейблом, яростно играющим на пианино, и мисс Ширер, экстатично "выбивающей" ритм, пока рушатся стены, был лучшим из доступных кинематографических решений. (Для Великобритании существует другая концовка с сентиментальными песнями). Даже этот эффект традиционного затухания изображения, когда удаляются бомбардировщики, мы принимаем. Вспоминая концовку пьесы, он отметил: "Безусловно, тонкая ирония заключения г-на Шервуда о том, что боги смеялись, когда "два ничтожных человека" истерически запели "Вперед, солдаты Христовы", была бы неуместна в кинотеатре. Мы сказали, что "Идиотское наслаждение" – отличный фильм? Если вы его не посмотрите, вы упустите одно из главных событий года".

Грэм Грин в The Spectator заметил: "Переигрывание едва ли может быть более сильным".

Нельсон Белл в The Washington Post 8 февраля 1939 года отметил: "Г-н Шервуд выбрал название, чтобы выразить свое вольное понимание мотивов, предположительно на высших уровнях власти, вооруженного конфликта. Его редакционный инстинкт ярко проявляется в выражении, всего двумя словами, единственной возможной причины, способной привести к международной бойне".

Кассовые сборы

Согласно данным MGM, фильм зафиксировал убыток в размере 374 000 долларов, что сделало его одним из всего трех фильмов с Кларком Гейблом, снятых на MGM, которые оказались убыточными. Два других – «Парнелл» и «Слишком горячо для укрощения».