Гомбурса: Трое филиппинских священников-мучеников

Введение

Группа трех филиппинских священников-мучеников Гомбурза, также стилизованная как GOMBURZA или GomBurZa, относится к трем филиппинским католическим священникам – Мариано Гомесу, Хосе Бургосу и Джацинто Заморе, – которые были казнены через гарроту 17 февраля 1872 года в Багумбаяне (Филиппины) испанскими колониальными властями по обвинению в подрывной деятельности, последовавшей за мятежом в Кавите в 1872 году. Название является соединением фамилий священников. Гомбурза вызвал неприязнь испанских властей за борьбу за равные права священников и за лидерство в кампании против испанских монахов. Они боролись по вопросам секуляризации на Филиппинах, что привело к конфликту между регулярными и светскими священниками. Их казнь оказала глубокое влияние на многих филиппинцев конца XIX века; Хосе Рисаль, впоследствии ставший национальным героем страны, посвятил их памяти свой роман «Эль Филибустерисмо». Мятеж рабочих на Кавитской военно-морской верфи стал предлогом, необходимым властям для устранения ощущаемого унижения, причиненного главным образом Хосе Бургосом, который угрожал существующему порядку. Бургос был доктором философии и искусств, чья известность распространилась даже на Испанию, поэтому, когда новый генерал-губернатор Карлос Мария де ла Торре прибыл из Испании для вступления в должность, он пригласил Бургоса сесть рядом с ним в карете во время торжественной процессии – место, традиционно зарезервированное для архиепископа, который был испаноговорящим пенинсуляром. Прибытию либерала де ла Торре противостояло правящее меньшинство монахов – регулярных священников, принадлежащих к ордену (доминиканцы, августинцы, францисканцы и т. д.), и их союзников в гражданском правительстве. Его поддерживали светские священники, большинство из которых были метисами, назначенными в приходы и отдаленные общины, и верили, что реформы и равенство, которого они добивались с пенинсулярами, наконец-то наступят. Не все религиозные ордена выступали против окатынизации, например, иезуиты и реколекты; иезуиты были подавлены в нескольких европейских империях за поддержку антиколониальных коренных американцев в парагвайских миссиях, а реколекты передали свои приходы филиппинцам, когда иезуиты были изгнаны, и реколекты перешли на бывшую территорию иезуитов на Филиппинах. Однако менее чем через два года де ла Торре был заменен Рафаэлем де Изкьердо.

Group of three Filipino martyred priests

Gomburza, alternatively stylized as GOMBURZA or GomBurZa, refers to three Filipino Catholic priests, Mariano Gómes, José Burgos, and Jacinto Zamora, who were executed by a garrote on February 17, 1872, in Bagumbayan, Philippines by Spanish colonial authorities on charges of subversion arising from the 1872 Cavite mutiny. The name is a portmanteau of the priests' surnames. Gomburza incurred the hatred of Spanish authorities for fighting for equal rights among priests and leading the campaign against the Spanish friars. They fought on the issues of secularization in the Philippines that led to the conflict of religious and church seculars. Their execution had a profound effect on many late 19th century Filipinos; José Rizal, later to become the country's national hero, would dedicate his novel El filibusterismo to their memory. Mutiny by workers in the Cavite Naval Yard was the pretext needed by the authorities to redress a perceived humiliation from the principal objective, José Burgos, who threatened the established order. Burgos was a Doctor of Philosophy and Arts whose prominence extended even to Spain, such that when the new Governor and Captain General Carlos María de la Torre arrived from Spain to assume his duties, he invited Burgos to sit beside him in his carriage during the inaugural procession, a place traditionally reserved for the archbishop and who was a peninsular Spaniard. The arrival of the liberal de la Torre was opposed by the ruling minority of friars, regular priests who belonged to an order (Dominicans, Augustinians, Franciscans, etc.) and their allies in civil government. It was supported by the secular priests, most of whom were mestizos assigned to parishes and far flung communities, who believed that the reforms and the equality that they wanted with peninsular Spaniards were finally coming. Not all Religious Orders were against Nativization like the Jesuits and Recollects; the Jesuits being suppressed in several European Empires for their support of Anti Colonial Native Americans in the Paraguay Missions and the Recollects having given their parishes to native Filipinos when the Jesuits were expelled and Recollects transferring to former Jesuit territory in the Philippines. In less than two years however, de la Torre was replaced by Rafael de Izquierdo.

Предыстория

Мариано Гомес де лос Анхелес был известным католическим священником своего времени, одним из трех обвиненных в мятеже испанскими колониальными властями на Филиппинах в XIX веке. Гомес был сыном Алехандро Франсиско Гомеса и Мартины Кустодии. Он родился в пригороде Санта-Крус, Манила, 2 августа 1799 года. Он принадлежал к роду Торнатрас, потомков смешанного происхождения – филиппинского, китайского и испанского. Он учился в Colegio de San Juan de Letrán, а затем изучал теологию в Университете Санто-Томас, готовясь к священству в Семинарии Манилы. 2 июня 1824 года Гомес был назначен настоятелем прихода Бакоор, Кавите. Помимо заботы о духовных нуждах прихожан, он преподавал сельское хозяйство и ремесла. Он боролся за права местных священников против злоупотреблений испанских властей и активно участвовал в издании газеты La Verdad. 17 февраля 1872 года он был казнен вместе с другими священниками по ложному обвинению в измене и подстрекательстве к мятежу, в связи с предполагаемой активной ролью в мятеже в Кавите. Позже он был приговорен к смерти через гарроту на военном суде на поле Багумбаян. Хосе Аполлонио Бургос-и-Гарсия родился в Вигане, Илокос-Сур, 9 февраля 1837 года и был крещен 12-го того же месяца. Его родителями были Хосе Бургос, испанский лейтенант в испанской милиции Илокоса, и Флоренсия Гарсия, уроженка Вигана. В раннем подростковом возрасте он учился в Colegio de San Juan de Letran, а затем поступил в Университет Санто-Томас, где в 1855 году получил степень бакалавра философии, в 1859 году – бакалавра теологии, в 1860 году – лиценциата философии, в 1862 году – лиценциата теологии, а в 1868 году – докторскую степень по теологии и каноническому праву. Хасинто Замора-и-дель-Росарио родился 14 августа 1835 года в Пандакане, Манила. Его родителями были Венансио Замора и Илария дель Росарио. Он учился в Colegio de San Juan de Letran и получил степень бакалавра искусств. Позже он перешел в Университет Санто-Томас и получил степень бакалавра канонического и гражданского права. Он готовился к священству в Семинарии Манилы и с юных лет мечтал стать священником. Получив священный сан, Замора основал приходы в Марикине, Пасиге и Батангасе, а 3 декабря 1864 года был назначен ответственным за Манильский собор.

Mariano Gómes de los Angeles was a well known Roman Catholic priest during their time, part of the trio accused of mutiny by Spanish colonial authorities in the Philippines in the 19th century. Gómez was the child of Alejandro Francisco Gómez and Martina Custodia. He was born in the suburb of Santa Cruz, Manila on August 2, 1799. He was a Tornatras, one born from mixed native (Filipino), Chinese, and Spanish ancestries. He studied at the Colegio de San Juan de Letrán and later studied theology at the University of Santo Tomas, preparing himself for the priesthood in the Seminary of Manila. Gómes was designated as the head priest of Bacoor, Cavite on June 2, 1824. He also taught for the agriculture and cottage industries aside from taking care of spiritual necessities. He fought for the rights of his fellow native priests against Spanish abuses. He was also active in the publication of the newspaper La Verdad. On February 17, 1872, he was one of the priests executed due to the false accusations of treason and sedition, taking a supposed active role in the Cavite Mutiny. He was later on sentenced to death by garrote in a military court at Bagumbayan field. José Apolonio Burgos y García was born in Vigan, Ilocos Sur on February 9, 1837, and was baptized on the 12th of the same month. His parents were Jose Burgos, a Spanish lieutenant in the Spanish militia of Ilocos, and Florencia Garcia, a native of Vigan. During his early teenage years, he studied at the Colegio de San Juan de Letran and later went to the University of Santo Tomas, receiving a Bachelor of Philosophy in 1855, Bachelor of Theology in 1859, Licentiate in Philosophy in 1860, Licentiate in Theology in 1862, Doctor of Theology, and Doctor of Canon Law in 1868. Jacinto Zamora y del Rosario was born on August 14, 1835, in Pandacan, Manila. His parents were Venancio Zamora and Hilaria del Rosario. He studied at the Colegio de San Juan de Letran and graduated with a degree of Bachelor of Arts. He later transferred to the University of Santo Tomas and obtained a degree of Bachelor of Canon and Civil Laws. He prepared for the priesthood in the Seminary of Manila. He had dreamt of becoming a priest at a young age. After being given ministerial and priestly authority, Zamora was able to establish parishes in Marikina, Pasig, and Batangas and was also assigned to oversee Manila Cathedral on December 3, 1864.

Мученичество

Казнь Гомбурзы остается одним из самых спорных вопросов, глубоко укоренившихся в филиппинской истории. Однако их трагический конец положил начало филиппинскому национализму в XIX веке, усиленному доктором Хосе Рисалем, посвятившим свой второй роман под названием El Filibusterismo, который осуждал испанское правление и филиппинскую элиту. В своем романе Рисаль написал: "Памяти священников, дона Мариано Гомеса (89 лет), дона Хосе Бургоса (35 лет) и дона Хасинто Саморы (37 лет). Расстрелянных на поле Багумбайан 17 февраля 1872 года. Церковь, отказавшись опорочить вас, поставила под сомнение преступление, вменяемое вам; правительство, окружив ваши суды тайной и мраком, порождает веру в то, что была допущена ошибка, совершенная в роковые моменты; и все Филиппины, почитая вашу память и называя вас мучениками, ни в коей мере не признают вашу вину. Таким образом, поскольку ваше соучастие в Кавите́йском мятеже не доказано, поскольку вы могли быть, а могли и не быть патриотами, и поскольку вы могли испытывать, а могли и не испытывать чувства справедливости и свободы, я имею право посвятить вам свое произведение как жертвам зла, с которым я вступаю в борьбу". Следует, однако, отметить, что в деталях рассказ Ризаля неверен, поскольку казнь состоялась 17 февраля 1872 года, а не 28 февраля 1872 года, как ошибочно указывает Рисаль. Кроме того, возраст священников был указан неточно. На момент казни Гомесу было 72 года, Бургосу – 35, а Саморе – 36. Их смерть была совершена посредством публичной казни в Багумбаяне (Лусон) с использованием гарроты из-за ложных обвинений, выдвинутых против них испанскими властями. Их предполагаемые преступления включали в себя государственную измену и подстрекательство к мятежу за то, что они считались вдохновителями восстания индио (коренных филиппинцев), работавших на арсенале в Кавите. Более того, по мнению испанского военного трибунала, они, как полагают, были частью тайного движения, направленного на свержение испанского правительства, что представляло угрозу для испанского духовенства. С тех пор казнь получила название «Террор 1872 года» и признана ключевым событием, способствовавшим последующей филиппинской революции 1896–1898 годов.

The execution of Gomburza remains one of the most controversial issues deeply embedded in Philippine history. However, their tragic end led to the dawn of Philippine Nationalism in the 19th century, intensified by Dr. Jose P. Rizal, in dedicating his second novel entitled El Filibusterismo which condemned the Spanish rule and the elite Filipinos. In his novel, Rizal wrote "To the memory of the priests, Don Mariano Gómez (89 years old), Don Jose Burgos (35 years old), and Don Jacinto Zamora (37 years old). Executed in Bagumbayan Field on 17th of February, 1872. The church, by refusing to degrade you, has placed in doubt the crime that has been imputed to you; the government, by surrounding your trials with mystery and shadows causes the belief that there was some error, committed in fatal moments; and all the Philippines, by worshiping your memory and calling you martyrs, in no sense recognizes your capability. In so far, therefore, as your complicity in the Cavite Mutiny is not proved, as you may or may not have been patriots, and as you may or may not cherish sentiments for justice and liberty, I have the right to dedicate my work to you as victims of the evil which I undertake in combat." It must be noted, however, that Rizal's account was erroneous in detail as the execution took place on February 17, 1872, not on February 28, 1872, as Rizal mistakenly mentions. Additionally, the ages of the priests were listed down inaccurately. At the time of the execution, Gómez was 72 years old, Burgos was 35 years old, and Zamora was 36 years old. Their deaths were facilitated in a public execution at Bagumbayan (Luzon) using a garrote due to false accusations charged against them by Spanish authorities. Their alleged crimes included treason and sedition for being the supposed masterminds of the insurrection of Indios (native Filipinos) working in the Cavite arsenal. Furthermore, according to the Spanish military tribunal, they were believed to have been a part of a clandestine movement aimed to overthrow the Spanish government, making them a threat to the Spanish Clergy. The execution has since been labeled the Terror of 1872 and is recognized as a pivotal event contributing to the later Philippine Revolution from 1896 to 1898.

Исторические отчеты

Казнь Гомбурзы была задокументирована испанским историком Хосе Монтеро и Видалем, который написал книгу под названием Historia General de Filipinas, посвященную взгляду испанца на Кавитийское восстание. Включение предвзятого изложения причин казни Гомбурзы позднее вызвало широкую критику. Рассказ Видаля был подтвержден тогдашним генерал-губернатором Рафаэлем Искьердо и Гутьерресом. В своем докладе он сообщил, что отмена привилегий, которыми пользовались рабочие Кавитийских арсеналов, вызвала «революцию». Он также обвинил средства массовой информации, в частности испанскую прессу, независимо от ее демократической, либеральной или республиканской принадлежности, в распространении неограниченной информации. Последняя, как утверждается, содержала пропаганду, такую как свержение светского престола, что, якобы, вдохновило индиос (коренных филиппинцев) на организацию восстания. Генерал Искьердо также упомянул, что местное духовенство было частью повстанцев, выступавших против испанских монахов. Предполагалось, что духовенство хотело положить конец господству Испании над Филиппинами, чтобы избрать нового хари, который будет править страной, и назначило отцов Хосе Бургоса и Хасинто Самору ответственными. Рассказы этих двух испанцев подтверждали друг друга, указывая таким образом на спланированный заговор среди образованных лидеров, метисов, адвокатов, жителей Манилы и Кавите, а также местного духовенства. Кроме того, 20 июня 1872 года в районе Сампалок отмечался праздник Девы Лорето, включавший в себя фейерверк как обычную традицию. Однако, по словам Искьердо и Видаля, фейерверки ввели в заблуждение находившихся в Кавите, заставив их напасть на испанских офицеров, тем самым удовлетворяя республиканские стремления искоренить испанское присутствие. Также произошло массовое убийство монахов, что сделало арест Гомбурзы законным. В ходе быстрого судебного процесса они были приговорены к смерти через удушение. Однако, их быстрая кончина вызвала множество спекуляций и волновала общественность, некоторые из которых были опубликованы Филиппинским информационным агентством. В сообщениях утверждалось, что испанские прокуроры подкупили свидетеля, чтобы тот дал показания против трех священников, обвиняемых в подстрекательстве к мятежу и государственной измене, что привело к их смерти через гарроту. Более того, согласно Эдмунду Плашуту, как цитирует Хайме Венерасьон, поздно ночью 15 февраля 1872 года три священника были признаны виновными в государственной измене как подстрекатели к мятежу на Кавитийской военно-морской верфи и приговорены к смерти испанским военным трибуналом. Приговор трибунала был зачитан священникам в Форт-Сантьяго на следующее утро, и им сообщили, что казнь состоится на следующий день (17 февраля 1872 года). Услышав приговор, Бургос разрыдался, Самора лишился рассудка и больше не пришел в себя, а только Гомес слушал безучастно. Около сорока тысяч филиппинцев, находившихся в разных местах вокруг эшафота, стали свидетелями казни филиппинских священников и увидели Салдуа (артиллериста, свидетельствовавшего об их виновности). Когда исповедник Гомеса, монах-реколект, громко призывал его принять свою судьбу, он ответил: «Отец, я знаю, что ни один лист не падает на землю без воли Божьей. Если Ему угодно, чтобы я умер здесь, да будет воля Его святая». Тем не менее, доктор Тринидад Эрменехильдо Пардо де Тавера, филиппинский ученый и исследователь, сообщил миру о филиппинской стороне спора. По его словам, это было лишь восстание рабочих Кавитийского арсенала из-за их недовольства отменой их привилегий по приказу генерала Искьердо 20 января 1872 года. Около 200 человек, включая солдат, рабочих и жителей Кавите, во главе с сержантом Ламадридом, убили всех испанских офицеров, которых они встретили, включая командующего. Но затем генерал Искьердо вместе с монахами преувеличили событие, чтобы обеспокоить испанское правительство и отсрочить проведение реформ для коренных филиппинцев. Эти реформы включали в себя создание школы искусств и ремесел, направленной на улучшение образования филиппинцев, но это означало бы потерю монахами власти в правительстве. Генерал Искьердо воспользовался этим событием, чтобы вселить страх в сердца коренных филиппинцев. К сожалению, испанское правительство в Испании полагалось на доклад генерала Искьердо и не предприняло дальнейших попыток расследовать этот вопрос. Они верили, что это движение было действительно масштабным и хорошо спланированным заговором с целью разрушения испанского суверенитета на Филиппинах.

The Execution of Gomburza was documented by a Spanish historian named Jose Montero y Vidal who wrote a book entitled Historia General de Filipinas that centers on a Spaniard's perspective of the Cavite Mutiny. The inclusion of biased story telling of the reasons for the execution of Gomburza later gained widespread criticism. Vidal's account was corroborated by the then Governor General Rafael Izquierdo y Gutiérrez. In his report, he narrated that the abolition of privileges enjoyed by the workers of Cavite arsenals caused the "revolution". He also blamed the media, specifically the Spanish press, regardless of democratic, liberal, or republican affiliation, for the circulation of unrestrained media. The latter is said to have featured propaganda such as overthrowing a secular throne, which allegedly inspired the Indios (native Filipinos) to organize the mutiny. General Izquierdo also mentioned the native clergy being a part of the rebels who were against the Spanish friars. The clergy supposedly wanted to end the hold of Spain over the Philippines to elect a new hari who would rule the land and named Fathers Jose Burgos and Jacinto Zamora to be the ones responsible. The accounts of these two Spaniards supported one another, thus pointing to a planned conspiracy among educated leaders, mestizos, abogadillos, Manila and Cavite residents, and native clergy. Furthermore, on June 20, 1872, the feast of the Virgin Loreto was celebrated in the district of Sampaloc, involving a fireworks display as a normal tradition. However, according to Izquierdo and Vidal, the fireworks misled those in Cavite, causing them to attack Spanish officers, fulfilling republican wishes to eradicate the Spanish presence. There was also a mass murder of friars, which made the arrest of Gomburza legal. Through a quick court trial, they were sentenced to death by strangulation. However, much speculation arose with their swift end that stirred the public, with some of the controversies published by the Philippine News Agency. The reports stated that the Spanish prosecutors bribed a witness to testify against the three priests who were charged with sedition and treason, which led to their death by garrote. Moreover, according to Edmund Plauchut, as quoted by Jaime Veneracion, late on the night of February 15, 1872, the three priests were found guilty of treason as instigators of mutiny in the Cavite Navy yard and were sentenced to death by Spanish Court martial. The judgement of the court was read to the priest in Fort Santiago the next morning, and they were told that they would be executed the following day (February 17, 1872). After they heard the sentence, Burgos broke into sobs, Zamora lost his mind and never recovered it, and only Gómes listened impassively. Almost forty thousand of Filipinos, who were at different places surrounding the platform, witnessed the execution of the Filipino priest and saw Saldua (the artilleryman who testified for the conviction of the priest). When Gómes's confessor, a Recollect friar, exhorted him loudly to accept his fate, he replied: "Father, I know that not a leaf falls to the ground but by the will of God. Since He wills that I should die here, His holy will be done." Nonetheless, Dr. Trinidad Hermenegildo Pardo de Tavera, a Filipino scholar and researcher, informed the world of the Filipino side of the controversy. According to him, it was a mere mutiny by the laborers of the Cavite arsenal for their dissatisfaction with the abolition of their privileges due to the orders of General Izquierdo on January 20, 1872. About 200 men, including soldiers, laborers, and residents of Cavite, headed by Sergeant Lamadrid, assassinated all Spanish officers in sight, including the commanding officer. But then, Gen. Izquierdo, along with the friars, exaggerated the event to alarm the Spanish Government in order to delay installing reforms for the native Filipinos. Such reforms included the establishment of a school of arts and trades, which aimed to improve the education of Filipinos but would mean that the friars would lose their power in the government. Gen. Izquierdo took advantage of the event to instill fear in the minds of native Filipinos. Unfortunately, the Spanish Government in Spain relied on the report of Gen. Izquierdo and made no more attempts to investigate the issue. They believed that the said movement was indeed a big and well planned conspiracy to dissolute the Spanish Sovereignty in the Philippines.

Кавита мятеж

Так называемое Кави́тское восстание рабочих арсенала военно-морской верфи, вызванное сокращением заработной платы, породило свидетеля, готового обвинить трёх священников, каждый из которых был немедленно судим и приговорён к смертной казни через удушение на гильотине 17 февраля 1872 года. Тела трёх священников были захоронены в общей, безымянной могиле на кладбище Пако, в соответствии с практикой захоронения врагов государства. Впоследствии на том же месте, где были обнаружены останки, был установлен мемориальный памятник в память о них.