Аргос и Нафплион: Франкийское сеньорио в Морее (1212–1388)

Введение

Южно-греческое феодальное владение (1212–1388)

В позднем Средневековье два города – Аргос (Άργος) и Науплия (современный Нафплио, Ναύπλιο; в Средние века Ἀνάπλι, на французском – Naples de Romanie) – образовали сеньорию в составе Франкской Мореи в южной Греции. После их завоевания в 1211–1212 годах города были пожалованы в феод Отто де ла Рошу, герцогу Афинскому, Жоффруа I Вильярдуэном, принцем Ахеи. Сеньория оставалась во владении герцогов де ла Рош и Бриенн даже после завоевания Герцогства Афин Каталонской компанией в 1311 году, и род Бриенн продолжал признаваться там герцогами Афинскими. Вальтер VI Бриеннский в значительной степени отсутствовал в своих владениях, проводя большую часть жизни в своих европейских землях, за исключением неудачной попытки в 1331 году вернуть Афины у каталонцев. После его смерти в 1356 году сеньория перешла к его шестому сыну, Ги де Энгьену. Ги поселился в Греции, и в 1370–1371 годах Ги и его братья предприняли ещё одно, также неудачное, вторжение в каталонские владения. Когда Ги умер в 1376 году, сеньория перешла к его дочери Марии де Энгьен и её венецианскому мужу Пьетро Корнаро, который также проживал там до своей смерти в 1388 году. В этот период сеньория фактически стала венецианской зависимостью, и вскоре после его смерти Мария продала оба города Венеции, где и вышла на покой. Прежде чем Венеция успела вступить во владение, Аргос был захвачен деспотом Феодором I Палеологом, а его союзник Нерио I Акциаоли захватил Науплию. Последний город вскоре был отвоёван Венецией, но Аргос оставался в византийских руках до 1394 года, когда и он был передан Венеции.

История

В первые годы XIII века, еще до прибытия Четвертого крестового похода в Византийскую империю, Аргос и Науплия стали центром независимого владения под управлением греческого лорда Лео Сгуроса. Сгурос воспользовался слабостью имперской власти и, подобно многим другим провинциальным магнатам, приступил к созданию собственного княжества. Из своего родного города Науплии он захватил Аргос и Коринф и напал на Афины, хотя и не смог взять Афинский Акрополь. К началу 1205 года Сгурос продвинулся в Беотию и Фессалию, но был вынужден оставить свои завоевания перед лицом крестоносцев во главе с Бонифацием Монферратским, которые двинулись с юга из Фессалоник. Бонифаций захватил Фессалию, Беотию и Аттику, где назначил своих сторонников баронами, а его воины вторглись в Морею. Сгурос и его люди держались в цитаделях Аргоса, Науплии и Коринфа, однако, даже после смерти Бонифация и Сгуроса в 1207 и 1208 годах соответственно. Три крепости находились в осаде у крестоносцев до падения Акрокоринфа в 1210 году, затем Науплии и, наконец, Аргоса в 1212 году. Лорд Афин, Отто де ла Рош, сыграл ключевую роль в их захвате, и в награду князь Ахайи Жоффруа I Вильгардуэн даровал ему Аргос и Науплию в качестве феода, а также доход в 400 гиперпир из Коринфа. Район Дамалы (Троэзен) в Арголиде также был передан де ла Рош, но вскоре перешел к младшей ветви семьи, принявшей баронство Велигости. Однако, несмотря на установление франкского господства в южной части Арголиды, франки никогда не были многочисленны в этом районе. Как и в других частях Мореи, местные греческие магнаты просто признали власть своих новых франкских господ, но сохранили свои владения и православную веру, а также типичную византийскую культуру, о чем свидетельствует продолжавшееся строительство церквей в византийском стиле в этот период.

Под семейством де ла Рош

После смерти Отто I, в период между 1225 и 1234 годами, Аргос и Науплию унаследовал его сын Отто II де ла Рош, а Афины перешли к Гию I де ла Рош. В апреле 1251 года Отто II продал свои греческие владения своему брату Гию I в обмен на 15 000 золотых гиперпиров и земли последнего, а также его притязания во Франции. После падения в 1224 году Солунского королевства Бонифация под власть Греческого деспотата Эпира, княжество Ахея стало самым могущественным и влиятельным из латинских государств южной Греции. Неизбежно, другие латинские сеньории начали втягиваться в сферу влияния Ахеи, которая в начале правления Вильгельма II Вильгардуинского достигла пика своего могущества и процветания. Ги I де ла Рош был одним из вассалов Вильгельма, как в отношении Аргоса и Науплии, так и в отношении владения половиной Фив. В результате он участвовал в осаде и завоевании последнего греческого оплота в Морее, крепостного города Монемвасия (1246–1248), вместе с Вильгельмом. Приблизительно в то же время Вильгельм получил от латинского императора сюзеренитет над герцогством Наксос, Негропонте (Эвбея) и, возможно, над маркизатом Бодоницой, а графство Кефалония также признало его верховную власть. Однако гегемонистские амбиции Вильгельма вызывали беспокойство у многих других латинских правителей и баронов, что привело к войне за Эвбейское наследство (1256–1258). Ги де ла Рош воевал против Вильгельма в этом конфликте, но он завершился полной победой Вильгельма и подчинением Ги князю Ахеи. После пленения Вильгельма II византийцами в битве при Пелагонии (1259), в 1261 году византийский император Михаил VIII Палеолог получил ряд крепостей в юго-восточной Морее (Монемвасия, Мистрас и Гранд-Магне, возможно, также Гераки) в качестве выкупа за освобождение принца. По словам Георгия Пахимера, Палеолог потребовал также Аргос и Науплию, но в итоге они остались в руках латинян. В 1270-х годах, с усилением влияния латинского перебежчика Ликарио, ставшего византийским адмиралом, Арголида неоднократно подвергалась набегам корсаров Ликарио.

After the death of Otto I, some time between 1225 and 1234, Argos and Nauplia were inherited by his son Otto II de la Roche, while Athens went to Guy I de la Roche In April 1251, Otto II sold his Greek possessions to his brother Guy I in exchange of 15,000 gold hyperpyra and the latter's lands and claims in France. Following the fall of Boniface's Kingdom of Thessalonica to the Greek Despotate of Epirus in 1224, the Principality of Achaea emerged as the most powerful and pre eminent among the Latin states of southern Greece. Inevitably, the other Latin lordships began to be drawn into the orbit of Achaea, which during the early reign of William II of Villehardouin reached the height of its power and prosperity. Guy I de la Roche was one of William's feudatories, both for Argos and Nauplia, as well as for his possession of one half of Thebes As a result, he participated in the siege and conquest of the last Greek stronghold in the Morea, the fortress city of Monemvasia (1246–1248), alongside William. At about the same time, William received from the Latin Emperor the suzerainty over the Duchy of Naxos, Negroponte (Euboea), and possibly over the Marquisate of Bodonitsa as well, while the County of Cephalonia also recognized his overlordship. William's hegemonic ambitions worried many of the other Latin rulers and barons, however, resulting in the War of the Euboeote Succession (1256–1258). Guy de la Roche fought against William in the conflict, but it ended in a complete victory for William and Guy's submission to the Prince of Achaea. Following the capture of William II by the Byzantines in the Battle of Pelagonia (1259), in 1261 the Byzantine emperor Michael VIII Palaiologos received a number of fortresses in the southeastern Morea (Monemvasia, Mystras and Grand Magne, possibly also Geraki) as a ransom for the Prince's release. According to George Pachymeres, Argos and Nauplia were also demanded by Palaiologos, but in the event they remained in Latin hands. In the 1270s, with the rise of the Latin renegade Licario, who became a Byzantine admiral, the Argolid suffered repeated raids at the hands of Licario's corsairs.

Под семейством Бриенн

В 1309 году Вальтер I де Бриенн унаследовал герцогство Афинское, но он и многие из наиболее влиятельных сеньоров Франкской Греции пали в битве при Халмиросе в марте 1311 года, сражаясь против Каталонской компании. После этого каталонцы захватили герцогство Афинское и, ослабив военную мощь оставшихся латинских государств Греции, угрожали вторгнуться в Морею и захватить Аргос и Науплию. Вдова Вальтера, Иоанна де Шатильон, после непродолжительной обороны Афин от каталонцев, отправилась во Францию, чтобы просить о помощи своего отца, констебля Франции, Гоше V де Шатильона, которого она назначила своим бальи 22 ноября 1312 года. В последующие годы, при поддержке Неаполитанского королевства Анжу и Папства, Иоанна отправляла людей и провиант в Арголиду, которой управляли от её имени местные франкские братья Вальтер и Франциск Фушероль. Непоколебимая верность Фушеролей претендентам из дома Бриенн сыграла решающую роль в сохранении господства под их контролем в течение следующего десятилетия, когда Арголида подвергалась каталонским набегам. Однако поддержание господства требовало непрерывных расходов, что вынуждало Иоанну влезать в большие долги. Когда сын Иоанны, Вальтер II де Бриенн, достиг совершеннолетия в январе 1321 года, он поначалу отказался брать на себя материнские долги. Король Франции Филипп V выступил посредником между ними и постановил, что Вальтер должен выплатить 7000 ливров турне, а его мать – остальную сумму. Претензии дома Бриенн были подтверждены папой Климентом V и папой Иоанном XXII, которые заняли твердую позицию против Каталонской компании: каталонцы были отлучены от церкви, их нападения на соотечественников-христиан подверглись резкой критике, а атаки на них со стороны других латинских держав Греции поощрялись. Климент обратился к королю Арагона Якову II с просьбой убедить каталонцев покинуть Афины, но его просьба была проигнорирована. Климент также приказал рыцарям-госпитальерам предоставить три или четыре галеры и людей для защиты земель Бриенн, а в 1314 году повелел передать все имущество тамплиеров в герцогстве Афинском под контроль Гоше V де Шатильона и использовать его против каталонцев. Однако дело Бриенн было подорвано упорным отказом Венецианской республики поддерживать антикаталонские предприятия. Хотя венецианцы часто спорили с каталонцами из-за их претензий на различные феоды на Эвбее, в 1319 году было достигнуто соглашение, установившее в целом мирные отношения между ними на следующие несколько десятилетий. После 1321 года Вальтер II неоднократно заявлял о своем намерении отправиться в Грецию и вернуть герцогство Афинское, но финансовые трудности и его обязательства перед королем Неаполя удерживали его в Италии. В 1328 году он даже ненадолго заключил перемирие с каталонцами. Поэтому серьезные усилия были предприняты только в 1330 году. В июне 1330 года папа Иоанн XXII издал крестовый призыв для Вальтера и приказал прелатам в Италии и Греции проповедовать крестовый поход против каталонцев; вскоре после этого король Неаполя Роберт также поддержал крестовый поход и разрешил своим вассалам присоединиться к нему. Венецианцы, напротив, возобновили свой договор с каталонцами в апреле 1331 года. Отплыв из Бриндизи в августе, Вальтер первым напал на латинское графство Кефалония и Закинф, а также на греческий деспотат Эпир, заставив их признать сюзеренитет короля Роберта. Оттуда он вторгся в герцогство Афинское через северную Беотию, но его кампания провалилась, поскольку каталонцы избегали сражений и укрылись за стенами Фив и Афин. У Вальтера не было ни войск, чтобы сокрушить каталонцев, ни денег, чтобы вести длительную осаду и истощение, и он не нашел поддержки среди местного греческого населения. К лету 1332 года стало ясно, что экспедиция провалилась, и Вальтер вернулся в Бриндизи. Он захватил острова Левкас и Воница для себя и ненадолго восстановил анжуйский сюзеренитет над западной Грецией, но основная цель ускользнула от него, и он оказался с еще более непосильными долгами. Влияние его экспедиции на Аргос и Науплию неясно; возможно, он даже не посещал эти территории во время своего пребывания в Греции. Вальтер не отказался от своих планов по возвращению своего наследства в Греции и сохранил папскую поддержку, которая выразилась в неоднократных отлучениях каталонцев. Однако, поскольку венецианцы решительно отказывались оказывать какую-либо помощь, планы Вальтера не могли быть реализованы. После дальнейших предприятий и приключений в Италии и Франции Вальтер погиб в битве при Пуатье в 1356 году. В это время Арголида подверглась набегу аydınidских турок под предводительством Умура Бея в 1332 году, что совпало с продолжительным голодом, который потребовал импорта продовольствия из Италии. В то же время Аргос и Науплия оказались в пределах расширяющейся Византийской провинции в Морее, которая к ок. 1320 года расширилась с юго-востока, включив в себя большую часть Аркадии и Кинурии. Усиление угрозы для господства побудило Вальтера II построить два новых замка, которые впервые появляются в его завещании 1347 года: в Кивери (Chamires на французском) напротив залива Арголикос от Науплии и в Термиси (Trémis) дальше на восток вдоль побережья, напротив острова Гидра. Несмотря на ущерб от набегов, феод Бриенн был относительно процветающим: местность была плодородной и поддерживала сельское хозяйство, пастбища для скота и виноградники, а Арголикосский залив предоставлял рыбные ресурсы и солеварни вблизи Термиси. Согласно документам конца XIV века, экспортировались рожковые плоды, изюм, смола и красители из желудей, а также хлопок и льняная ткань.

In 1309, Walter I of Brienne succeeded to the Duchy of Athens, but he and many of the most important lords of Frankish Greece fell in the Battle of Halmyros in March 1311 against the Catalan Company. In its aftermath, the Catalans took over the Duchy of Athens and, with the military capacity of the remaining Latin states of Greece crippled, threatened to invade the Morea and take over Argos and Nauplia as well. After briefly holding Athens against the Catalans, Walter's widow, Joanna of Châtillon, went to France to solicit aid from her father, the Constable of France Gaucher V de Châtillon, whom she appointed bailli in her name on 22 November 1312. Over the next few years, with support from the Angevin Kingdom of Naples and the Papacy, Joanna dispatched men and provisions to the Argolid, which was administered in her name by the local Frankish brothers Walter and Francis of Foucherolles. The steadfast loyalty of the Foucherolles to the Briennist claimants was instrumental in keeping the lordship under their control over the next decade, when the Argolid was ravaged by Catalan raids. The lordship's maintenance necessitated continuous expense, however, which forced Joanna to undertake large debts. When Joanna's son Walter II of Brienne came of age in January 1321, he initially refused to take over his mother's debts. King Philip V of France adjudicated between them and decided that Walter had to pay off the sum of 7,000 livres tournois and his mother the rest. The Briennist claims were upheld by Pope Clement V and Pope John XXII, who took a firm stance against the Catalan Company: the Catalans were excommunicated, their attacks on fellow Christians excoriated, and attacks on them by the other Latin powers of Greece encouraged. Clement sought the intercession of King James II of Aragon to get the Catalans to abandon Athens, but the King's appeal to that effect was ignored. Clement further ordered the Knights Hospitaller to provide three or four galleys and men to defend the Brienne lands, and in 1314 commanded all Templar properties in the Duchy of Athens to be placed under the control of Gaucher V de Châtillon and to be used against the Catalans. The Briennist cause was undermined, however, by the persistent refusal of the Republic of Venice to support anti Catalan ventures. Although the Venetians were often at odds with the Catalans over their claims to various fiefs in Euboea, in 1319 an accord was reached that established generally peaceful relations between the two over the next few decades. After 1321, Walter II repeatedly announced his intention to campaign in Greece and recover the Duchy of Athens, but financial constraints and his obligations to the King of Naples kept him occupied in Italy. In 1328, he even briefly concluded a truce with the Catalans. Thus it was not until 1330 that a serious effort got under way. In June 1330, Pope John XXII issued a crusading bull for Walter, and ordered prelates in Italy and Greece to preach for a crusade against the Catalans; shortly after, King Robert of Naples also gave the crusade his support, and allowed his feudatories to join it. The Venetians, on the other hand, renewed their treaty with the Catalans in April 1331. Sailing from Brindisi in August, Walter attacked first the Latin County palatine of Cephalonia and Zakynthos, and the Greek Despotate of Epirus, forcing them to recognize the overlordship of King Robert. From there he proceeded to invade the Duchy of Athens through northern Boeotia, but his campaign was a failure as the Catalans avoided battle and withdrew behind the walls of Thebes and Athens. Walter had neither the troops to overwhelm the Catalans nor the money to sustain a prolonged war of sieges and attrition, and found no support among the native Greek population. By summer 1332, it was clear that the expedition had failed, and Walter returned to Brindisi. He had captured the island of Leucas and Vonitsa for himself and briefly restored Angevin suzerainty over western Greece, but the main objective had eluded him, and he had ended up with even more crippling debts. The effect of his expedition on Argos and Nauplia is unclear; he may not even have visited the territory during his stay in Greece. Walter did not abandon his plans for regaining his inheritance in Greece, and retained papal support, which materialized in repeated excommunications of the Catalans. With the Venetians firmly opposed to rendering any help, however, Walter's plans could not be fulfilled. After further ventures and adventures in Italy and France, Walter was killed at the Battle of Poitiers in 1356. During this time, the Argolid suffered a raid by the Aydinid Turks under Umur Bey in 1332, which coincided with a prolonged famine that required food to be imported from Italy. At the same time, Argos and Nauplia also came within reach of the expanding Byzantine province in the Morea, which by c. 1320 had expanded from the southeast to include most of Arcadia and Cynuria. The increased threat to the lordship prompted Walter II to construct two new castles, which first appear in his will of 1347: at Kiveri (Chamires in French) across the Argolic Gulf from Nauplia and Thermisi (Trémis) further east along the coast, across Hydra Island. Despite the depredations from raids, the Brienne fief was relatively prosperous: the area was fertile and supported agriculture, pastures for livestock, and vineyards, while the Argolic Gulf provided fisheries and salt flats near Thermisi. According to documents from later in the 14th century, carobs, raisins, resin and acorn dyes, as well as cotton and linen cloth, were exported.

Под семейством Энгиен

Вальтер II умер без прямых наследников, поскольку его единственный сын скончался в детстве во время кампании 1331 года. Его титулы и права на них унаследовали его сестра Изабелла Бриеннская и её муж Вальтер Энгьенский, но они немедленно перешли к их многочисленным детям. В то время как второй (и старший выживший) сын пары, Сохер Энгьенский, получил графство Бриенн и права на Афины, младший сын, Энгельберт, получил Аргос и Науплию, а также земли Вальтера на Кипре. Не желая брать на себя бремя защиты греческих феодов, Энгельберт обменял их со своим братом Ги, который первоначально владел феодом Рамерюп во Франции. Таким образом, Ги стал новым "господином Аргоса, Науплии и Кивери". Ги заменил Николая Фушероля, который служил байи в течение последнего десятилетия правления Вальтера, двумя представителями ветви семьи Медичи, поселившимися в Греции: Пьером Тантен ("Афинским"), также известным как "Ятро" (греческое слово для "врача", эллинизация "Медичи") в 1357–1360 годах, и Арардо или Авеардо де Медичи в 1360–1363/4 годах. Однако их правление оказалось непопулярным, и в 1360 году местное население восстало – по словам историка Таноса Кондилиса, возможно, при поддержке Фушеролей – когда Авеардо де Медичи увеличил налоги на инжир и изюм и заблокировал солдат Ги в их замках. Ситуация была разрешена, когда Ги лично прибыл и обосновался в господстве – он упоминается в Науплии в декабре 1364 года, где издал акт в пользу Якомо, лорда Цои и зятя Николая Фушероля. Ги укрепил свои связи с господством, женившись на представительнице местной аристократии. Личность его жены неясна: в хронографии франкских королей начала XV века говорится, что она была дочерью барона Аркадии, предположительно Эрара III ле Мора, в то время как фламандский историк XVII века Вредиус утверждает, что она была гречанкой по имени Бонна или Мария. Историк Франкской Греции XIX века Карл Хопф предположил, что Бонна была дочерью Николая Фушероля, но без каких-либо доказательств; тем не менее, его версия обычно принимается в современной литературе. Правление Ги было омрачено угрозой со стороны османских турок, против которых, согласно хронографии франкских королей, он проявил себя храбрым предводителем. Чтобы укрепить безопасность своих владений, 22 июля 1362 года Ги стал гражданином Венеции, что ознаменовало активное участие Венеции в делах этого региона. Два года спустя, вскоре после прибытия в Морею, он оказался вовлечен в гражданскую войну за владение княжеством Ахея между Филиппом II Тарантинским и Марией Бурбонской, вдовой старшего брата Филиппа Роберта, скончавшегося в сентябре 1364 года без прямых наследников. Ги, вместе с деспотом Мореи Мануилом Кантакузеном, поддерживал Марию и её сына Гюга Лузиньяна до 1370 года, когда последний продал свои притязания Филиппу. Теперь, будучи бесспорным принцем Ахеи, Филипп отправил в Морею в качестве своего байи брата Ги, Луиса, графа Конверсано. К этому времени каталонцы в Афинах переживали период упадка и гражданской войны, которая несколько утихла с назначением Матфея Перальта генеральным викарием в 1370 году. Энгьены увидели прекрасную возможность вернуть себе наследство предков: 28 марта 1370 года третий брат, Иоанн Энгьенский, граф Лечче, получил разрешение от королевы Джоанны I Неаполитанской собрать 1000 пехотинцев и 500 всадников для службы в Греции и начал готовить корабли для их переброски вдоль юго-восточного побережья Италии. Ги также заключил перемирие с деспотом Мореи, чтобы сосредоточить свои силы против каталонцев. Как граждане Венеции, Энгьены также обратились к Венеции за помощью, которая была вежливо, но твердо отклонена, сначала в апреле 1370 года, а затем в феврале 1371 года. Не отступая, Энгьены начали вторжение в Аттику весной 1371 года, но кампания провалилась, поскольку Акрополь оказал сопротивление, а Людовик заболел. Энгьены отступили, и Ги заключил перемирие с каталонцами в августе; в соглашении изначально предусматривался брак между его дочерью и наследницей Марией и Жоаном де Ллуриа (вероятно, сыном бывшего каталонского генерального викария Рожера де Ллуриа), но он так и не состоялся. Это была последняя попытка претендентов, поскольку проблемы в Италии занимали братьев Ги, а надвигающаяся османская угроза заставила папство перейти к политике поддержки каталонцев. Любые перспективы восстановления Афинского герцогства были еще больше подорваны захватом Мегары амбициозным Нерио I Акчайоли в 1374/75 году, что перекрыло сухопутный путь в Аттику для Энгьенов. Ги Энгьенский умер вскоре после октября 1376 года. Поскольку его дочь Мария была несовершеннолетней и незамужней, господством управлял его брат Луис в качестве её опекуна. Луис организовал брак Марии с венецианцем Пьетро Корнаро в мае 1377 года. Похоже, что Луис предпринял несколько набегов на каталонцев в 1377 году, но им затмило падение Афинского герцогства под натиском Наваррской роты в 1379 году.

Walter II died without direct heirs, as his only son had died as a child during his 1331 campaign. He was succeeded in his titles and claims by his sister Isabella of Brienne and her husband Walter of Enghien, but these were immediately devolved on their numerous children. While the couple's second (and eldest surviving) son, Sohier of Enghien, received the County of Brienne and the rights to Athens, it was a younger son, Engelbert, who received Argos and Nauplia, as well as Walter's lands in Cyprus. Unwilling to undertake the considerable burden of defending the Greek fiefs, Engelbert exchanged them with his brother Guy, who had originally received the fief of Ramerupt in France. Guy thus became the new "Lord of Argos, Nauplia and Kiveri". Guy replaced Nicholas of Foucherolles, who had served as bailli during the last decade of Walter's reign, with two members of a branch of the Medici family who had settled in Greece: Piere Tantenes ("of Athens"), also known as "Yatro" (Greek for "physician", a hellenization of "Medici") in 1357–1360 and Arardo or Averardo de Medici in 1360–1363/4. Their rule proved unpopular, however, and in 1360 the local populace rebelled—according to historian Thanos Kondylis, perhaps with the encouragement of the Foucherolles—when Averardo de Medici increased taxation on figs and raisins, and blockaded Guy's soldiers in their castles. The situation was resolved when Guy in person came and settled in the lordship—he is attested at Nauplia in December 1364, where he issued an act in favour of Jacomo, Lord of Tzoya and a son in law of Nicholas of Foucherolles. Guy strengthened his ties to the lordship by marrying into the local aristocracy. The identity of his wife is unclear: the early 15th century Chronographia regum francorum records that she was the daughter of the Baron of Arcadia, probably Erard III le Maure, while the 17th century Flemish historian Vredius records that she was a Greek named Bonne or Maria. The 19th century historian of Frankish Greece, Karl Hopf, hypothesized that Bonne was a daughter of Nicholas of Foucherolles, but without any evidence; nevertheless, his version is commonly accepted in modern literature. Guy's reign was troubled by the threat of the Ottoman Turks, against whom, according to the Chronographia regum francorum, he proved a courageous leader. To strengthen the security of his domains, on 22 July 1362, Guy became a Venetian citizen, a development that heralded active Venetian involvement in the affairs of the area. Two years later, soon after his arrival in the Morea, he was involved in the civil war over possession of the Principality of Achaea between Philip II of Taranto and Maria of Bourbon, widow of Philip's older brother Robert, who died in September 1364 without a direct heir. Guy, along with the Despot of the Morea Manuel Kantakouzenos , supported Maria and her son Hugh of Lusignan until 1370, when the latter sold their claims to Philip. Now the undisputed Prince of Achaea, Philip sent to the Morea as his bailli Guy's brother Louis, Count of Conversano. By this time, the Catalans of Athens had entered a period of decline and civil war, which only somewhat subsided with the appointment of Matthew of Peralta as vicar general in 1370. The Enghiens saw a perfect opportunity to reclaim their ancestral inheritance: on 28 March 1370 a third brother, John of Enghien, Count of Lecce, received permission from Queen Joanna I of Naples to gather 1,000 foot and 500 horse for service in Greece, and began arranging for ships to ferry them along the southeastern coasts of Italy. Guy also arranged a truce with the Despot of the Morea so as to concentrate his forces against the Catalans. As Venetian citizens, the Enghiens also approached Venice for aid, which was politely but firmly declined, first in April 1370, and again in February 1371. Undeterred, the Enghiens launched an invasion of Attica in spring 1371, but the campaign failed as the Acropolis resisted and Louis fell ill. The Enghiens retreated, and Guy concluded a truce with the Catalans in August; a marriage between his daughter and heir Maria and Joan de Llúria (probably the son of the former Catalan vicar general Roger de Llúria) was initially stipulated in the agreement, but never actually took place. This was to be the last effort by the claimants, for troubles in Italy occupied Guy's brothers, and the looming Ottoman threat forced the Papacy to shift to a policy of supporting the Catalans. Any prospects to regain the Athenian duchy were further impeded by the capture of Megara by the ambitious Nerio I Acciaioli in 1374/75, which barred the land route into Attica to the Enghiens. Guy of Engien died shortly after October 1376. As his daughter Maria was underage and unmarried, the Lordship was governed by his brother Louis as her guardian. Louis arranged Maria's marriage to the Venetian Pietro Cornaro in May 1377. Louis seems to have launched some raids against the Catalans in 1377, but this was overshadowed by the fall of the Duchy of Athens to the Navarrese Company in 1379.

Приобретение Венецией

Семья Корнаро уже некоторое время обосновалась в Латинской Греции, действуя как чиновниками Венецианской Республики, так и от своего имени, а отец Пьетро, Федерико, считался самым богатым человеком в Венеции в 1379 году. Брак Марии Энгиенской и Пьетро Корнаро совпал с ростом венецианского интереса к региону, поскольку Республика столкнулась с новыми вызовами и возможностями в Эгейском море с усилением Османской империи. Владение Науплией позволило бы Венеции установить полный контроль над побережьем Мореи, которая, в свою очередь, контролировала пути от Адриатического моря к восточному Средиземноморью; при этом сама Науплия была ценна как промежуточная стоянка на черноморских торговых маршрутах. Мария Энгиенская и Пьетро Корнаро были еще молоды, когда стали сеньорами Аргоса и Науплии. В первые годы своего правления они проживали в Венеции, а отец Пьетро, Федерико, действовал от их имени, получая разрешения от венецианского правительства на отправку припасов или оснащение галеры для защиты их владений. После смерти отца в 1382 году Пьетро получил разрешение от венецианского правительства отправиться в Науплию; к тому времени, по словам Энтони Луттрелла, "[Венецианский] сенат рассматривал эти места более или менее как венецианские владения". Когда Пьетро Корнаро умер в 1388 году, Мария, не имея возможности защитить свои владения, продала их Венеции 12 декабря в обмен на ежегодную субсидию в 700 дукатов. Однако, прежде чем венецианцы успели занять оба города, византийский деспот Мореи, Феодор I Палеолог, и его союзник и тесть, Нерио I Акцияйоли, захватили их с помощью османской армии под командованием Эвреноса. Хотя венецианцам быстро удалось изгнать Нерио из Науплии, Аргос, Кивери и Термиси оставались в руках Феодора до 11 июня 1394 года, когда он уступил их Венеции. После смерти Марии в 1393 году её дядя, Энгельберт, который первоначально получил владение в 1356 году, предъявил права на наследство, но когда венецианцы предоставили документ о продаже и заявили о готовности уступить замки, если он сможет оплатить их оборону и возместить Венеции расходы на их покупку и продолжающуюся осаду Аргоса, он отказался от своих притязаний. Аргос оставался в руках венецианцев до его завоевания османами в начале Первой османско-венецианской войны в 1463 году, а из всех венецианских территорий в Морее Науплия продержалась дольше всего и была сдана османам в 1540 году после завершения Третьей османско-венецианской войны.

The Cornaro family had been established in Latin Greece for some time, acting both as the Republic of Venice's officials and on their own account, and Pietro's father Federico was accounted the richest man in Venice in 1379. The marriage of Maria of Enghien and Pietro Cornaro coincided with an increasing Venetian interest in the region, as the Republic faced new challenges and opportunities in the Aegean with the rise of the Ottomans. Possession of Nauplia would complete Venice's control of the shores of the Morea, which in turn controlled the routes from the Adriatic to the eastern Mediterranean; while Nauplia itself was valuable as an intermediate stop for the Black Sea commercial routes as well. Maria of Enghien and Pietro Cornaro were both still young when they became lords of Argos and Nauplia. In the first years of their reign, they resided in Venice, and Pietro's father Federico acted on their behalf, securing permissions from the Venetian government to send supplies or arm a galley to defend the lordship. Following his father's death in 1382, Pietro secured permission by the Venetian government to go to Nauplia himself; by this time, in Anthony Luttrell's words, "the [Venetian] senate considered these places more or less as Venetian possessions". When Pietro Cornaro died in 1388, Maria, unable to defend her possessions, sold them to Venice on 12 December in exchange for an annual subsidy of 700 ducats. Before the Venetians could arrive to take over the two towns, however, the Byzantine Despot of the Morea Theodore I Palaiologos , and his ally and father in law Nerio I Acciaioli seized them with the aid of an Ottoman army under Evrenos. Although the Venetians were quickly able to oust Nerio from Nauplia, Argos, Kiveri and Thermisi remained in Theodore's hands until 11 June 1394, when he ceded them to Venice. After Maria's death in 1393, her uncle Engelbert—who had originally received the lordship in 1356—claimed her inheritance, but when the Venetians provided the document of sale, and suggested that they would be willing to cede the castles if he could pay for their defence and reimburse Venice for the costs of their purchase and the ongoing siege of Argos, he dropped his claim. Argos remained in Venetian hands until conquered by the Ottomans at the outbreak of the First Ottoman–Venetian War in 1463, while of all Venetian territories in the Morea, Nauplia persisted longest, and was surrendered to the Ottomans in 1540 after the conclusion of the Third Ottoman–Venetian War.