Введение

Бывшее здание, изначально располагавшееся в Хайд-парке, Лондон, в 1854 году было перенесено в Сайденхэм, Южный Лондон.

Хрустальный дворец представлял собой конструкцию из чугуна и листового стекла, первоначально построенную в Хайд-парке, Лондон, для размещения Великой выставки 1851 года. Выставка проходила с 1 мая по 15 октября 1851 года, и более 14 000 экспонентов со всего мира собрались в выставочном пространстве, чтобы продемонстрировать образцы технологий, разработанных в период промышленной революции. Здание Великой выставки, спроектированное Джозефом Пакстоном, имело длину 1851 фут (564 м) и внутреннюю высоту 128 футов (39 м), что в три раза превышало размеры собора Святого Павла. 60 000 стеклянных панелей были изготовлены братьями Чанс. Здание площадью 990 000 квадратных футов с потолком высотой 128 футов было построено за тридцать девять недель. Хрустальный дворец отличался наибольшей площадью остекления, когда-либо использованной в строительстве. Посетителей поражали его прозрачные стены и потолок, не требовавшие внутреннего освещения. Предполагается, что название здания произошло от статьи, написанной драматургом Дугласом Джеррольдом, который в июле 1850 года в сатирическом журнале Punch упомянул о грядущей Великой выставке, называя её "дворцом из чистейшего хрусталя". После выставки дворец был перенесен на открытую территорию в Южном Лондоне, известную как Пэнг Плейс, которая была выделена из Пэнг Коммон. Он был восстановлен на вершине Пэнге-Пик рядом с Сиденхэм-Хиллом, престижным пригородом с большими виллами. Он простоял там с июня 1854 года до своего разрушения в результате пожара в ноябре 1936 года. Ближайший жилой район был переименован в Кристал-Палас в честь этого знаменитого места. Это включало в себя парк Кристал-Палас, окружающий территорию, на которой находится Национальный спортивный центр Кристал-Палас, который ранее был футбольным стадионом, принимавшим финалы Кубка Англии с 1895 по 1914 год. Футбольный клуб "Кристал Пэлас" был основан на этом месте и в первые годы проводил матчи на стадионе, где проходили финалы Кубка. В парке до сих пор сохранились динозавры из Хрустального дворца, созданные Бенджамином Уотерхаусом Хокинсом, датируемые 1854 годом.

Концепция

Огромная модульная конструкция из железа, дерева и стекла была первоначально возведена в Гайд-парке в Лондоне для проведения Великой выставки 1851 года, демонстрировавшей продукцию многих стран мира. В январе 1850 года была создана комиссия по организации Великой выставки, и сразу же было решено, что весь проект будет финансироваться за счет добровольных пожертвований. Оперативный строительный комитет был быстро сформирован для надзора за проектированием и строительством выставочного здания, в состав которого вошли опытные инженеры Исамбард Кингдом Брунель и Роберт Стивенсон, известные архитекторы Чарльз Барри и Томас Левертон Дональдсон, а возглавлял его Уильям Кубитт. К 15 марта 1850 года они были готовы принять проекты, которые должны были соответствовать нескольким ключевым требованиям: здание должно было быть временным, простым, максимально дешевым и экономичным в строительстве в короткий срок, оставшийся до открытия выставки, запланированного на 1 мая 1851 года. В течение трех недель комитет получил около 245 заявок, включая 38 международных проектов из Австралии, Нидерландов, Бельгии, Ганновера, Швейцарии, Брансвика, Гамбурга и Франции. Два проекта, выполненные из железа и стекла, были особо отмечены – один Ричарда Тернера, соавтора оранжереи Палм-хаус в Кью, а другой – французского архитектора Гектора Горо. Однако, несмотря на большое количество предложений, комитет отклонил их все. Тернер был в ярости из-за отказа и, по слухам, несколько месяцев донимал комиссаров, требуя компенсацию, но его проект (как и проект Горо) оценивался примерно в 300 000 фунтов стерлингов. В качестве крайней меры комитет разработал собственный резервный проект – кирпичное здание в стиле рундбогенстиль (с круглыми арками) по проекту Дональдсона, с куполом из листового железа, спроектированным Туннелем, который, однако, подвергся широкой критике и насмешкам после публикации в газетах. К несчастью комитета, место проведения выставки все еще не было окончательно утверждено. Предпочтительным местом был Гайд-парк, примыкающий к Принсес-Гейт возле Пеннингтон-роуд, но также рассматривались Вормвуд-Скрабс, Баттерси-парк, остров Собак, Виктория-парк и Риджентс-парк. В Чатсворте он активно экспериментировал со строительством теплиц, разрабатывая множество новых методов модульного строительства, используя комбинации стандартных размеров стеклянных листов, ламинированной древесины и сборного чугуна. «Большая печь» (или оранжерея) в Чатсворте (построенная в 1836 году) стала первым крупным применением его конструкции крыши с гребнем и продольными скатами и в то время была самым большим стеклянным зданием в мире, занимавшим площадью около 100 квадратных метров. Дом лилий был построен специально для размещения водяной лилии Victoria amazonica, недавно обнаруженной европейскими ботаниками; первый образец, доставленный в Англию, первоначально содержался в садах Кью, но не прижился. Репутация Пакстона как садовода была настолько высока, что его пригласили перевезти лилию в Чатсворт. Под его присмотром она расцвела, и в 1849 году он произвел сенсацию в мире садоводства, впервые вырастив в Англии цветы амазонки. Его дочь Алиса была изображена в газетах, стоя на одном из листьев. Лилия и ее дом напрямую привели к проекту Пакстона для Кристального дворца. Позже он назвал огромные ребристые плавающие листья ключевым источником вдохновения. Проект был серьезным риском для Пакстона, но обстоятельства были благоприятными: он пользовался безупречной репутацией дизайнера и строителя садов, был уверен, что его проект идеально соответствует заданию, и комиссия испытывала давление, чтобы выбрать проект и начать строительство, поскольку открытие выставки было менее чем через год. В итоге проект Пакстона полностью соответствовал всем требованиям и даже превзошел их, а его строительство оказалось значительно быстрее и дешевле, чем любое другое здание сопоставимого размера. Его заявка была оценена в удивительно низкую сумму – 85 800 фунтов стерлингов. Для сравнения, это было примерно в 2,5 раза больше, чем стоимость Большой печи в Чатсворте, но всего 28% от оценочной стоимости проекта Тернера и обещало здание, которое, занимая площадь более 400 квадратных метров, покроет примерно в 25 раз большую площадь, чем его предшественник. Комиссия, впечатленная низкой ценой на строительный контракт, представленной инженерной фирмой Fox, Henderson and Co, приняла проект и в июле 1850 года публично одобрила проект Пакстона. Он был вне себя от радости, но теперь у него оставалось менее восьми месяцев, чтобы окончательно утвердить планы, изготовить детали и возвести здание к дате открытия выставки, запланированной на 1 мая 1851 года. Пакстону удалось спроектировать и построить крупнейшее на тот момент стеклянное сооружение с нуля менее чем за год, завершив его в срок и в рамках бюджета. Ему даже удалось внести изменения в проект незадолго до начала строительства, добавив высокий сводчатый трансепт поперек центра здания, под углом 90 градусов к главной галерее, под которым он смог безопасно разместить несколько больших вязов, которые в противном случае пришлось бы срубить, тем самым решив спорный вопрос, который был серьезным препятствием для активной антивыставочной группы.

Дизайн

Модульная иерархическая конструкция Пакстона отражала его практический гений как дизайнера и решателя проблем. Она включала в себя множество прорывов, предлагала практические преимущества, недостижимые для обычных зданий той эпохи, и, прежде всего, воплощала дух британских инноваций и промышленной мощи, который должна была отметить Великая выставка. Геометрия Кристального дворца была классическим примером принципа следования формы за ограничениями производства: форма и размер всего здания напрямую определялись размерами стеклянных панелей, изготавливаемых поставщиком Chance Brothers of Smethwick. Они были самыми большими доступными в то время, размером в ширину и в длину. Поскольку все здание масштабировалось исходя из этих размеров, почти вся внешняя поверхность могла быть остеклена сотнями тысяч идентичных панелей, что значительно снижало как стоимость их производства, так и время, необходимое для установки. Изначально здание в Гайд-парке представляло собой огромный прямоугольный зал с плоской крышей. Вдоль главной оси проходила большая открытая галерея, с крыльями, простирающимися по обе стороны. Основное выставочное пространство было двухэтажным, с верхним этажом, отступающим от границы. Большая часть здания имела плоскую крышу, за исключением центрального трансепта, который был покрыт 72-футовой (22 м) бочкообразной крышей высотой 168 футов (51 м) в верхней точке арки. Как плоские секции, так и арочная крыша трансепта были построены с использованием ключевого элемента конструкции Пакстона: его запатентованной системы крыши с гребнем и желобом, впервые применённой в Чатсворте. Базовая единица кровли по сути представляла собой длинную треугольную призму, что делало её чрезвычайно лёгкой и прочной, и позволяло строить её с минимальным количеством материалов. Пакстон определил размеры этой призмы, используя длину одной стеклянной панели в качестве гипотенузы прямоугольного треугольника, создав таким образом треугольник с соотношением сторон 2,5:1, основание (прилежащая сторона) которого было длиной 4 фута (1 м). Зеркально отразив этот треугольник, он получил 8-футовые (2 м) фронтоны, которые образовали вертикальные грани призмы, каждый из которых был длиной 24 фута (7 м). Благодаря этому Пакстон смог остеклить всю крышу идентичными панелями, которые не требовалось обрезать. Пакстон расположил три таких 8-футовых (2 м) x 24-футовых (7 м) кровельных элемента бок о бок, горизонтально поддерживаемых сеткой чугунных балок, опирающихся на стройные чугунные колонны. Полученный куб с площадью основания 24 фута (7 м) x 24 фута (7 м) стал основным конструктивным модулем здания. Умножая эти модули в сетку, структуру можно было расширять практически неограниченно. В первоначальном виде, план Кристального дворца имел размеры 1848 футов (563 м) в длину и 456 футов (139 м) в ширину, что соответствует сетке 77 модулей в длину и 19 модулей в ширину. Поскольку каждый модуль был самонесущим, Пакстон мог исключать модули в некоторых областях, создавая большие квадратные или прямоугольные пространства внутри здания для размещения крупных экспонатов. На нижнем уровне эти большие пространства перекрывались полом выше, а на верхнем уровне – более длинными пролетами крыши, но размеры этих больших пространств всегда были кратны базовой модульной ячейке 24 фута (7 м) x 24 фута (7 м). Модули были достаточно прочными, чтобы их можно было складывать вертикально, что позволило Пакстону добавить верхний этаж, почти удвоивший площадь выставочного пространства. Галереи первого этажа были вдвое выше галерей нижнего этажа, и в Кристальном дворце теоретически можно было разместить еще один этаж галереи, но это пространство осталось открытым. Пакстон также использовал более длинные фермы-решетки для создания пролета крыши огромной центральной галереи, шириной 72 фута (22 м) и длиной 1800 футов (549 м). Система кровли Пакстона включала его элегантное решение проблемы дренажа огромной площади крыши. Как и в Лилейном доме Чатсворта (но в отличие от его более поздней версии в Сиденхэм-Хилле), большая часть крыши оригинальной структуры в Гайд-парке имела горизонтальный профиль, поэтому сильный дождь представлял потенциальную опасность. Поскольку обычное литое стекло хрупкое и обладает низкой прочностью на растяжение, существовал риск, что вес избыточной воды, скопившейся на крыше, может привести к разрушению панелей и обрушению осколков стекла на посетителей, повреждению ценных экспонатов и ослаблению конструкции. Крыша с гребнем и желобом Пакстона была спроектирована для эффективного отвода воды. Дождевая вода стекала по наклонным стеклянным панелям в U-образные деревянные желоба, которые проходили вдоль всей длины каждого сектора крыши в нижней части «желоба». Эти желоба были гениально многофункциональными. Во время строительства они служили направляющими для тележек, на которых сидели стеклодувы при установке кровли. После завершения строительства желоба выполняли роль стропил, поддерживающих секции крыши, и водостоков – запатентованная конструкция, ныне широко известная как «пакстонский водосток». Эти водостоки отводили дождевую воду к концам каждого желоба, где она сливалась в большие основные водостоки, расположенные под прямым углом к меньшим водостокам, вдоль верхней части основных горизонтальных балок крыши. Эти основные водостоки в обоих концах сливались в чугунные колонны, которые также имели гениальную двойную функцию: каждая из них была отлита с полым сердечником, позволяющим ей служить скрытой водосточной трубой, отводящей дождевую воду в дренажную систему под зданием. Одной из немногих проблем, которую Пакстон не смог полностью решить, были протечки: после завершения строительства было обнаружено, что дождь просачивается в огромное здание более чем в тысяче мест. Протечки были заделаны шпатлевкой, но относительно низкое качество доступных в то время герметизирующих материалов означало, что проблема так и не была полностью решена. Поддержание комфортной температуры внутри такого большого стеклянного здания было еще одной серьезной задачей, поскольку Великая выставка проходила за десятилетия до появления электричества и кондиционирования воздуха. Теплицы полагаются на то, что они накапливают и удерживают тепло от солнца, но такое накопление тепла стало бы серьезной проблемой для выставки. Это было бы усугублено теплом, выделяемым тысячами людей, находящихся в здании в любой момент времени. Благодаря значительной экономии масштаба, которую смог использовать Пакстон, производство и сборка частей здания были чрезвычайно быстрыми и дешевыми. Каждый модуль был идентичным, полностью предварительно изготовленным, самонесущим и быстрым и легким в установке. Все детали могли быть массово произведены в больших количествах, и многие детали выполняли несколько функций, что еще больше снижало количество необходимых деталей и их общую стоимость. Благодаря относительно небольшому весу Кристальный дворец не требовал массивной каменной кладки для несущих стен или фундаментов. Относительно легкие бетонные фундаменты, на которых он стоял, могли оставаться в земле после демонтажа здания (они остаются на месте и сегодня, прямо под поверхностью участка). Модули можно было устанавливать так быстро, как детали достигали строительной площадки: некоторые секции были возведены в течение восемнадцати часов после выхода с завода, и поскольку каждая единица была самонесущей, рабочие могли собирать большую часть здания секциями, не дожидаясь завершения других частей.

Строительство

Fox, Henderson and Co. заняли территорию в июле 1850 года и возвели деревянные ограждения, которые были построены из пиломатериалов, впоследствии использованных для настила пола в готовом здании. Более 5000 рабочих-землекопов работали над строительством здания, при этом в период наибольшей интенсивности работ на площадке одновременно находилось до 2000 человек. Более 1000 железных колонн поддерживали 2224 решетчатые фермы и 48 километров водосточных желобов, в общей сложности состоящих из 4000 тонн железа.

Великолепная выставка

Великая выставка была открыта 1 мая 1851 года королевой Викторией. Это была первая из Всемирных выставок культуры и промышленности. На ней было представлено около 100 000 экспонатов, размещенных на протяжении более 16 километров, от более чем 15 000 участников. Великобритания заняла половину экспозиционного пространства, представив экспонаты из метрополии и империи. Франция была крупнейшим иностранным участником. Экспонаты были сгруппированы в четыре основные категории: сырье, машинное оборудование, промышленные изделия и изобразительное искусство. Среди экспонатов были алмаз Кох-и-Нур, фарфор Севр, музыкальные органы, а также огромный гидравлический пресс и пожарная машина. Также была установлена 27-футовая Кристальная фонтан. В первую неделю стоимость входного билета составляла 1 фунт стерлингов, затем в течение следующих трех недель она была снижена до пяти шиллингов, что все равно фактически ограничивало посещение выставки представителями среднего класса и аристократии. Рабочий класс впервые смог посетить выставку 26 мая, когда в будние дни цена была снижена до одного шиллинга (хотя по пятницам она составляла два шиллинга и шесть пенсов, а по субботам – пять шиллингов). На платных воротах было зарегистрировано более шести миллионов посещений, хотя доля повторных посещений неизвестна. Мероприятие принесло прибыль в размере 186 000 фунтов стерлингов (эквивалент £), в помещениях для отдыха, где санитарный инженер Джордж Дженнингс установил свой унитаз с системой смыва "Обезьяний туалет" (первоначально только для мужчин, но позже и для женщин). Во время выставки 827 280 посетителей заплатили по пенни за его использование. Часто предполагается, что эвфемизм "потратить пенни" возник на выставке, однако, скорее всего, эта фраза появилась в 1890-х годах, когда британские местные органы власти впервые установили общественные туалеты с замками, работающими от монет. Великая выставка закрылась 15 октября 1851 года.

Выставки и мероприятия

Десятки экспертов, таких как Мэтью Дигби Уайатт и Оуэн Джонс, были наняты для создания серии залов, представлявших собой повествование об истории изобразительного искусства. Среди них были Средневековый зал Августа Пугина с Великой выставки, а также залы, иллюстрирующие египетское, Альгамбрское, римское, ренессансное, помпейское и греческое искусство и многие другие. Многие из этих описаний были написаны специалистами, участвовавшими в создании и оформлении новых экспозиций. Так, путеводитель по Египетскому залу 1854 года, уничтоженный в пожаре 1866 года, назывался: «Египетский зал в Кристальном дворце. Описан Оуэном Джонсом, архитектором, и Джозефом Бономи, скульптором». Тот, что включал описание динозавров, имел заголовок: «Геология и обитатели древнего мира. Описано Ричардом Оуэном, FRS. Животные, созданные Б. У. Хокинсом, FGS». Центральный трансепт когда-то вмещал цирк и был местом смелых трюков, таких как выступления канатоходца Чарльза Блондина. На протяжении многих лет Дворец посещали многие мировые лидеры, которым устраивались специальные торжества с развернутыми опубликованными программами. Программа для Гарибальди называлась «Итальянский прием и концерт генерала Гарибальди, суббота, 16 апреля 1864 года», а для шаха Персии: «Кристальный дворец. Большой праздник в честь Его Величества Шаха Персии KG, суббота, 6 июля» (1889). С самого начала печатались общие программы, сначала на летний сезон, а затем ежедневно. Так, например, программа на лето 1864 года («Программа мероприятий для одиннадцатого сезона, начинающегося 1 мая 1864 года») включала фестиваль, посвященный трехсотлетию Шекспира, и курс дизайнера Кристофера Дрессера. Ежедневная «Программа на понедельник, 6 октября (1873)» включала выставку урожая фруктов и Австралазийскую коллекцию, собранную H.E. Pain, из материалов из Тасмании, Новой Каледонии, Соломоновых островов, Австралии и Новой Зеландии, а также грандиозный военный праздник. Многие из этих публикаций были напечатаны Диккенсом и Эвансом, то есть Чарльзом Диккенсом-младшим, сыном Чарльза Диккенса, работавшим со своим тестом Фредериком Эвансом. Еще одной особенностью раннего репертуара были рождественские пантомимы с опубликованными либретто, например, «Дик Уиттингтон и его чудесный кот» Гарри Лемона. «Рождество в Кристальном дворце 1869–70» (Лондон, 1869). В 1868 году в Кристальном дворце была проведена первая в мире аэронавтическая выставка. В 1871 году там состоялась первая в мире выставка кошек, организованная Харрисоном Уэйром. Во Дворце также проводились другие выставки, такие как выставки собак, голубей, меда, цветов, а также первый национальный автосалон. Матч, который позже назвали первым в мире матчем по бэнди, состоялся во Дворце в 1875 году; в то время игра называлась «хоккей на льду». На этом месте 7 октября 1857 года прошла одна из проповедей Чарльза Сперджена перед толпой в 23 654 человека без использования усилителей звука. В 1895 году Африканская выставка в Кристальном дворце включала африканских животных, птиц и рептилий, а также группу из восьмидесяти сомалийцев. В 1905 году состоялась Колониальная и Индийская выставка, которая, по сообщениям, была больше и популярнее Африканской выставки и стала наиболее прямой предшественницей Фестиваля Империи 1911 года. Красочное описание посещения Кристального дворца встречается в стихотворении Джона Дэвидсона «Кристальный дворец», опубликованном в 1909 году. В 1909 году Роберт Баден-Пауэлл впервые заметил интерес девочек к скаутингу, посещая встречу бойскаутов в Кристальном дворце. Это наблюдение впоследствии привело к созданию гидов, а затем скаутов. В 1911 году во Дворце состоялся Фестиваль Империи в ознаменование коронации Георга V и королевы Марии. Были построены большие павильоны для и представителями Доминионов; например, для Канады был воссоздан парламент в Оттаве. Хороший отчет о фестивале представлен фотогравюрными пластинами в каталоге продаж, опубликованном вскоре после этого компаниями Knight, Frank and Rutley и Horne & Co «Кристальный дворец Сиденхэм, который будет продан на аукционе во вторник, 28 ноября» (Лондон, 1911).

Во время Первой мировой войны он использовался в качестве военно-морского учебного заведения под названием HMS Victory VI, неофициально известного как HMS Crystal Palace. Более 125 000 человек из Королевского военно-морского дивизиона, Королевского военно-морского резерва добровольцев и Королевской военно-морской авиационной службы были обучены военному делу на Victory VI. К концу Первой мировой войны Кристальный дворец вновь открылся как место расположения первого Имперского военного музея; в 1920 году эта важная инициатива была полностью запущена с программой под названием «Имперский военный музей и Великая выставка Победы, Кристальный дворец» (изданная Photocrom). Через несколько лет Имперский военный музей переехал в Южный Кенсингтон, а затем в 1930-е годы в свое нынешнее местоположение – парк Джеральдины Мэри Хармсворт, бывший Бедлам.

Парк Кристалл-Палас

Разработка территории и садов парка обошлась значительно дороже, чем восстановленный Хрустальный дворец. Эдвард Милнер спроектировал Итальянский сад и фонтаны, Большой лабиринт и Английский ландшафтный сад. Раффаэле Монти был нанят для проектирования и строительства большей части внешней скульптуры вокруг бассейнов фонтанов, а также урн, тацц и ваз. Скульптору Бенджамину Уотерхаусу Хокинсу было поручено изготовить 33 модели в натуральную величину недавно обнаруженных динозавров и других вымерших животных для парка. Дворец и его парк стали местом проведения множества представлений, концертов и выставок, а также спортивных мероприятий после строительства различных спортивных площадок на территории. Финал Кубка Англии проходил здесь с 1895 по 1914 год. На новой территории также располагались различные здания, в которых размещались учебные заведения, такие как Школа искусств, науки и литературы Хрустального дворца, а также инженерные школы. Джозеф Пакстон прежде всего был садовником, и его планировка садов, фонтанов, террас и водопадов не оставляла сомнений в его таланте. Единственной проблемой для него было водоснабжение. Его энтузиазм был настолько велик, что для питания бесчисленных фонтанов и каскадов, украшавших парк, требовались тысячи галлонов воды: два главных струя достигали высоты 76 метров. Водонапорные башни были построены, но вес воды в поднятых резервуарах привел к их обрушению. К Изамбарду Кингдому Брунелю обратились за консультацией, и он разработал планы двух мощных водонапорных башен – одну на северном конце здания и одну на южном. Каждая из них поддерживала огромный запас воды, собранной из трех резервуаров, расположенных по обеим сторонам парка и в его центре. Торжественное открытие великолепных фонтанов и каскадов вновь состоялось в присутствии королевы, которая промокла, когда порыв ветра донес облако брызг до королевской кареты.

Упадок

В то время как первоначальный дворец стоил 150 000 фунтов стерлингов (эквивалент £ в ), переезд в Сайденхэм обошелся в 1 300 000 фунтов стерлингов (£ в ), обременяя компанию долгом, который она так и не погасила. Это отчасти было связано с тем, что в первые годы посещаемость была низкой из-за невозможности принимать посетителей по воскресеньям: многие люди работали каждый день, кроме воскресенья, когда дворец был закрыт. Общество соблюдения воскресного дня считало, что не следует поощрять работу во дворце по воскресеньям, и что если люди хотят посетить его, то их работодатели должны предоставлять им выходные дни в течение рабочей недели. В конечном итоге дворец открылся по воскресеньям в 1860 году, и в мае 1861 года было зарегистрировано 40 000 посетителей в воскресенье. К 1890-м годам популярность дворца и его состояние ухудшились; появление торговых палаток и киосков превратило его в более демократичное место для развлечений. В годы после Фестиваля Империи здание пришло в упадок, поскольку огромный долг и расходы на содержание стали непосильными, и в 1911 году было объявлено о банкротстве. Граф Плимут купил его за 230 000 фунтов стерлингов (230 000 фунтов стерлингов в 1911 году эквивалентны примерно <расчетной сумме> в наши дни), чтобы спасти его от застройщиков, при условии, что фонд, собранный лордом-мэром Лондона, возместит ему эту сумму. В 1913 году мэр объявил, что требуется еще 90 000 фунтов стерлингов в дополнение к средствам, уже собранным местными властями. В 1920-х годах был создан попечительский совет под руководством управляющего сэра Генри Бакленда. Говорят, что он был строгим, но справедливым человеком, который очень любил Кристалл-Палас, и вскоре приступил к восстановлению разрушающегося здания. Реставрация вернула посетителей, и дворец снова начал приносить небольшую прибыль, в том числе благодаря вечерним фейерверкам по четвергам, которые устраивал Брокс.

Уничтожение огнем

Вечером 30 ноября 1936 года сэр Генри Бакленд гулял со своей собакой возле дворца со своей дочерью Кристалл, названной в честь этого здания, когда они заметили внутри красное свечение. Войдя внутрь, Бакленд обнаружил, что двое его сотрудников пытаются потушить небольшой офисный пожар, возникший после взрыва в женской раздевалке. Поняв, что пожар серьезный, они вызвали пожарную бригаду Пенге. Несмотря на то, что прибыли 89 пожарных машин и более 400 пожарных, им не удалось его потушить. В течение нескольких часов дворец был уничтожен: свечение было видно в восьми графствах. Как и в 1866 году, когда сгорел северный трансепт, здание было застраховано не в полной мере, чтобы покрыть расходы на восстановление (как минимум 2 миллиона фунтов стерлингов). Южная башня и значительная часть нижнего уровня дворца использовались пионером телевидения Джоном Логи Бэйрдом для испытаний его механических телевизионных экспериментов, и большая часть его работы была уничтожена в огне. По сообщениям, Бэрд подозревал, что пожар был преднамеренным актом саботажа против его работы над созданием телевидения, но истинная причина так и осталась неизвестной. Последней певицей, выступившей там перед пожаром, была австралийская балладная контральто Эсси Акленд.

Последствия

После пожара остались стоять лишь две водонапорные башни и часть северного конца главного нефа, который был поврежден настолько сильно, что восстановлению не подлежал. Южная башня, расположенная справа от входа в Кристальный дворец, была снесена вскоре после пожара, так как полученные повреждения подорвали ее конструктивную целостность и представляли серьезную угрозу для соседних домов. Компания Thos. W. Ward Ltd., Шеффилд, осуществила демонтаж Кристального дворца. Северная башня была разрушена взрывчаткой в 1941 году. Официальной причины ее сноса не было названо – ходили слухи, что это было сделано для устранения ориентира для немецкой авиации во время Второй мировой войны. На самом деле бомбардировщики Люфтваффе ориентировались при полетах в центр Лондона по реке Темзе. Территория Кристал-Паласа использовалась в качестве производственной базы для экранов радиолокационных станций и другого высокотехнологичного оборудования того времени. Это оставалось в секрете до окончания войны. После разрушения дворца станция Высокого уровня пришла в запустение и окончательно была закрыта в 1954 году. После войны территория использовалась для различных целей. С 1927 по 1972 год в парке располагалась гоночная трасса Crystal Palace, поддерживаемая Greater London Council, однако шум вызывал недовольство местных жителей, и время проведения гонок было регламентировано решением суда. Арена (The Bowl) уже несколько лет не используется в качестве концертной площадки, и сцена находится в состоянии обветшания, но с марта 2020 года Совет Лондонского округа Бромли сотрудничает с местной инициативной группой для поиска "творческих и социально ориентированных бизнес-предложений по восстановлению любимой концертной площадки". В 2020 году основание и фундамент южной башни получили статус исторического памятника. Они расположены недалеко от Музея Кристального дворца на холме Анерли, посвященного истории этого здания.

Будущее

На протяжении многих лет многочисленные предложения по застройке территории бывшего дворца так и не были реализованы. Планы Лондонского агентства развития потратить 67,5 миллионов фунтов стерлингов на реконструкцию участка, включая новое жилье и региональный спортивный центр, были одобрены после публичных слушаний в декабре 2010 года. Однако до объявления об одобрении LDA отказалась от управления парком и финансирования проекта. В 2013 году китайская компания ZhongRong Holdings вела предварительные переговоры с администрацией лондонского боро Бромли и мэром Борисом Джонсоном о воссоздании Кристалл-паласа на северной стороне парка. Тем не менее, шестнадцатимесячное соглашение об эксклюзивных правах застройщика с советом Бромли на разработку планов было аннулировано по истечении срока его действия в феврале 2015 года.

Культурное значение

После посещения Лондона в качестве туриста во время экспедиции 1862 года Фёдор Достоевский упомянул о дворце в своем путевом очерке "Зимние заметки о летних впечатлениях" и в "Записках из подполья". Достоевский рассматривал Хрустальный дворец как памятник бездушному современному обществу, мифу о прогрессе и поклонению пустому материализму. В романе Николая Чернышевского "Что делать?" Хрустальный дворец представлен как место рождения нового социального порядка, основанного на разуме, и как символ социалистической утопии. "Кристалл-палас" – одно из мест посвящения или собраний "Нерегулярных с Бейкер-стрит" – клуба поклонников Шерлока Холмса.

Источники и дальнейшее чтение

Ауэрбах, Дж. "Империя под стеклом: Британская империя и Хрустальный дворец, 1851–1911" в "Выставка Империи" (Manchester University Press, 2017)
Брага, Ариан Варела. "Оуэн Джонс и восточная перспектива" в "Миф об Ориенте: архитектура и орнамент в эпоху ориентализма" (2016): 149–165 онлайн
Брага, Ариан Варела. "Как посетить Альгамбру и вернуться к чаю: Двор Альгамбры Оуэна Джонса в Хрустальном дворце в Сиденхеме" в "Модный стиль: Карл фон Дибич и мавританское возрождение" (2017) с. 71–84 онлайн
Бриггс, Аса. "Хрустальный дворец и люди 1851 года" в "Викторианцы" (Лондон, Odhams, 1954) онлайн
ди Кампли, Антонио. "Восстановление Хрустального дворца", Quodlibet, Мацерата, 2010
Колкхун, Кейт. A Thing in Disguise: The Visionary Life of Joseph Paxton (Лондон, Fourth Estate, 2003)
Чедвик, Джордж Ф. Труды сэра Джозефа Пакстона (The Architectural Press, 1961)
Всеобъемлющие иллюстрации Дикинсона к Великой выставке 1851 года (Лондон, Dickinson Bros., 1854)
Хобхаус, Кристофер. "1851 год и Хрустальный дворец: Отчет о Великой выставке и т.д." (Джон Мюррей, 1950), пересмотренное издание 1937 года
Кнадлер, Стивен. "Дома в Хрустальном дворце: афроамериканский транснационализм и эстетика представительной демократии" в ESQ: A Journal of the American Renaissance 56.4 (2011): 328–362 онлайн
Лейт, Иан. "Хрустальный дворец Деламотта: Открытие викторианского купола удовольствий" (Лондон, English Heritage, 2005)
Макдермот, Эдвард. "Руководство Рутледжа по Хрустальному дворцу и парку в Сиденхеме" (1854) онлайн
Маккин, Джон. "Хрустальный дворец: Джозеф Пакстон и Чарльз Фокс" (Лондон, Phaidon Press, 1994)
Маккин, Джон. "Невидимая колонна Хрустального дворца" в La Colonne – nouvelle histoire de la construction, под ред. Роберто Гарджиани, Лозанна (Швейцария), 2008
Маккинни, Кайла Крюгер. "Кристальные фрагменты: Музейные методы на Великой выставке 1851 года, в "Лондонском труде и лондонской бедноте" и в 1851 году" в The Victorian 5.1 (2017) онлайн
Миао, Инан и Сара Стивенс. "Влияние викторианского империализма на Хрустальный дворец и Музей Южного Кенсингтона: Сравнительный анализ" (2017) онлайн
Мозер, Стефани. "Проектирование древности: Оуэн Джонс, Древний Египет и Хрустальный дворец" (Yale University Press, 2012)
Николс, Кейт и Сара Виктория Тернер. "Что станет с Хрустальным дворцом? Хрустальный дворец после 1851 года" в "После 1851 года: Материальная и визуальная культура Хрустального дворца в Сиденхеме" (Manchester University Press, 2017) (Jstor)
Пиггот, Дж. Р. "Дворец народа: Хрустальный дворец в Сиденхеме 1854–1936" (Лондон, Hurst & Co., 2004)
Филлипс, Сэмюэл. "Справочник по Хрустальному дворцу и парку" (1854) онлайн
Шенфельдт, Хенрик. "Адаптация теплиц для использования человеком: Экологические эксперименты в проектах Пакстона для Большого выставочного здания 1851 года и Хрустального дворца в Сиденхеме" в Architectural History (2011): 233–273 онлайн
Шенфельдт, Хенрик. "Создание оптимального внутреннего климата для Хрустального дворца" в Proceedings of the Institution of Civil Engineers – Engineering History and Heritage 165#3 (2012): 197–207 онлайн
Сигель, Джона. "Время показа: Искусство, отвращение и возвращение Хрустального дворца" в The Yearbook of English Studies (2010): 33–60 онлайн
Заффуто, Грация. "«Визуальное образование» как альтернативный способ обучения в Хрустальном дворце, Сиденхэм" в Victorian Network 5.1 (2013): 9–27 онлайн