Промышленное производство мяса и побочных продуктов животноводства.

Введение

Промышленное производство продуктов питания и продуктов животного происхождения

Мясная промышленность (также называемая мясообрабатывающей или мясоупаковочной промышленностью) осуществляет забой, переработку, упаковку и дистрибуцию мяса животных, таких как крупный рогатый скот, свиньи, овцы и другой скот. Птица, как правило, не включается. Большая часть всей мясной индустрии в основном ориентирована на производство мяса для потребления человеком, но также дает разнообразные побочные продукты, включая шкуры, сухую кровь, белковые корма, такие как мясокостная мука, и, посредством процесса рендеринга, жиры (например, говяжий жир). В Соединенных Штатах и некоторых других странах предприятие, где происходит мясоупаковка, называется скотобойней, упаковочным цехом или мясокомбинатом; в Новой Зеландии, где большая часть продукции экспортируется, оно называется морозильным заводом. Аббатвуар – это место, где животных забивают для получения пищевых продуктов. Мясная промышленность развивалась вместе со строительством железных дорог и разработкой методов охлаждения для сохранения мяса. Железные дороги обеспечили возможность транспортировки скота к центральным пунктам для переработки и транспортировки готовой продукции.

Трудовые вопросы

В начале 20-го века для подавления забастовок, организуемых другими рабочими – как правило, самими иммигрантами или их потомками – использовались самые свежие волны иммигрантов и мигрантов. Публикация романа Аптона Синклера «Джунгли» в США в 1906 году шокировала общественность ужасающими условиями труда и антисанитарией на мясокомбинатах, особенно в Чикаго. Мясокомбинаты, как и многие предприятия в начале 20-го века, отличались чрезмерной эксплуатацией работников, недостаточными мерами безопасности и активной борьбой с профсоюзами. Общественное давление на Конгресс США привело к принятию Закона о мясной инспекции и Закона о чистых продуктах питания и лекарствах, оба приняты 1906 году в один день для ужесточения контроля за мясоперерабатывающей промышленностью. До принятия этих законов рабочие подвергались воздействию опасных химических веществ, работали на небезопасном оборудовании и часто получали тяжелые травмы. В 1920-х и начале 1930-х годов рабочие объединились в профсоюз United Packinghouse Workers of America (UPWA) при поддержке CIO. Организацией руководил межрасовый комитет в Чикаго, где большинство работников отрасли были афроамериканцами, а также в других крупных городах, таких как Омаха, Небраска, где они составляли значительное меньшинство. Работники UPWA добились существенных улучшений в оплате труда, продолжительности рабочего дня и социальных льготах. В 1957 году на скотобойнях и мясокомбинатах Омахи работала половина всех занятых в городе. Профсоюз поддерживал прогрессивную политику, включая движение за гражданские права в 1960-х годах. Несмотря на тяжесть работы, на протяжении нескольких десятилетий работники обеспечили себе достойный уровень жизни, характерный для среднего класса. Хотя мясоперерабатывающая промышленность значительно улучшилась с начала 1900-х годов, масштабные изменения, произошедшие в отрасли в конце 20-го века, привели к возникновению новых трудовых проблем. Сегодня уровень травматизма в мясоперерабатывающей промышленности в три раза выше, чем в среднем по стране, и организация Human Rights Watch назвала эту отрасль «самой опасной работой на фабрике в Америке». Мясокомбинаты по-прежнему нанимают много иммигрантов, в том числе нелегальных работников. В начале 20-го века это были иммигранты из Восточной и Южной Европы, а также афроамериканские мигранты с Юга. Сегодня многие из них – испаноязычные выходцы из Мексики, Центральной и Южной Америки, в частности, из Перу, что привело к формированию крупной перуанской общины. Изолированное расположение многих предприятий увеличивает риск для работников из-за их ограниченных возможностей для организации и защиты своих прав в случае производственных травм.

In the early part of the 20th century, they used the most recent immigrants and migrants as strikebreakers in labor actions taken by other workers, also usually immigrants or early descendants. The publication of the Upton Sinclair novel The Jungle in the U. S. in 1906, shocked the public with the poor working conditions and unsanitary practices in meat packing plants in the United States fictionally displayed, specifically Chicago. Meat packing plants, like many industries in the early 20th century, were known to overwork their employees, failed to maintain adequate safety measures, and actively fought unionization. Public pressure to U. S. Congress led to the passage of the Meat Inspection Act and Pure Food and Drug Act, both passed in 1906 on the same day to ensure better regulations of the meat packing industry. Before the Meat Inspection Act and the Pure Food and Drug Act, workers were exposed to dangerous chemicals, sharp machinery, and horrible injuries. In the 1920s and early 1930s, workers achieved unionization under the CIO's United Packinghouse Workers of America (UPWA). An interracial committee led the organizing in Chicago, where the majority of workers in the industry were black, and other major cities, such as Omaha, Nebraska, where they were an important minority in the industry. UPWA workers made important gains in wages, hours and benefits. In 1957, the stockyards and meat packing plants employed half the workers of Omaha. The union supported a progressive agenda, including the Civil Rights Movement of the 1960s. While the work was still difficult, for a few decades workers achieved blue collar, middle class lives from it. Though the meat packing industry has made many improvements since the early 1900s, extensive changes in the industry since the late 20th century have caused new labor issues to arise. Today, the rate of injury in the meat packing industry is three times that of the private industry overall, and meat packing was noted by Human Rights Watch as being "the most dangerous factory job in America". The meatpacking industry continues to employ many immigrant laborers, including some who are undocumented workers. In the early 20th century the workers were immigrants from eastern and southern Europe and black migrants from the South. Today many are Hispanic, from Mexico, Central and South America. Many are from Peru, leading to the formation of a large Peruvian community. The more isolated areas in which the plants are located put workers at greater risk due to their limited ability to organize and seek redress for work related injuries.

Изменение географии

После 1945 года отрасль закрыла свои скотобойни в крупных городах, таких как Чикаго, и переместила производство в небольшие города, расположенные вблизи животноводческих ферм, особенно в штатах Айова, Небраска и Колорадо. Исторически, помимо Цинциннати, Чикаго и Омахи, крупными центрами мясопереработки также были Южный Сент-Пол (Миннесота), Ист-Сент-Луис (Иллинойс), Дубук (Айова), Канзас-Сити (Миссури), Остин (Миннесота), Су-Фолс (Южная Дакота) и Су-Сити (Айова).

Железнодорожный транспорт

В середине XX века реструктуризация отрасли скотобоен, мясокомбинатов и мясоперерабатывающих предприятий привела к переносу производственных мощностей ближе к местам откорма крупного рогатого скота и свиноводческим комплексам, в более сельские районы, поскольку транспортировка стала осуществляться преимущественно автомобильным транспортом вместо железнодорожного. Организация труда в таких местах оказалась затруднительной. Кроме того, количество рабочих мест резко сократилось из-за внедрения новых технологий и других изменений. Заработная плата снижалась на протяжении второй половины XX века, и в конечном итоге, скотобойни были закрыты и в Чикаго (в 1971 году), и в Омахе (в 1999 году). Рабочая сила все больше состояла из недавних мигрантов из Мексики.

Аргентина

Аргентина обладала природными ресурсами и квалифицированной рабочей силой для создания мясоперерабатывающей промышленности мирового уровня. Однако её успех в освоении европейских рынков был ограничен недостаточным контролем качества при производстве мяса и общим превосходством охлажденного мяса, экспортируемого Соединенными Штатами и Австралией, над замороженным. К 1900 году правительство Аргентины стало стимулировать инвестиции в отрасль с целью повышения качества продукции. Британцы доминировали в мировой судоходной отрасли и начали оборудовать свои суда рефрижераторными контейнерами, а также строить новые рефрижераторные пароходы. Когда аргентинской промышленности наконец удалось занять значительную долю британского рынка, политика Патероса и торговые ограничения помешали её продвижению на европейский континент.

Китай

Мясо в Китае в конце XX века превратилось из редкого деликатеса в важнейший компонент продовольственного обеспечения благодаря стремительному росту среднего класса с высокими запросами и значительным доходом. Это был переход от страны, способной предоставить небольшую порцию мяса лишь городскому населению, к крупнейшему в мире производителю мяса; это было развитие от нескольких перерабатывающих предприятий в крупных городах до тысяч современных мясокомбинатов и заводов по переработке мяса по всей стране, параллельно с быстрым ростом платежеспособного среднего класса.

Опасности для здоровья и безопасности

Американские работники скотобоен в три раза чаще получают серьезные травмы, чем средний американский работник. NPR сообщает, что работники свинобойни и скотобоен почти в семь раз чаще, чем в среднем, страдают от травм, вызванных повторяющимися напряжениями. The Guardian сообщает, что в среднем в США в неделю происходят две ампутации у работников скотобоен. В среднем, один сотрудник Tyson Foods, крупнейшего производителя мяса в Америке, получает травму, приводящую к ампутации пальца или конечности, каждый месяц. Бюро журналистских расследований сообщило, что за шесть лет в Великобритании 78 работников убойных цехов потеряли пальцы, части пальцев или конечности, более 800 работников получили серьезные травмы, и по меньшей мере 4500 из них были вынуждены взять отпуск по болезни сроком более трех дней после несчастных случаев. В исследовании 2018 года, опубликованном в итальянском журнале безопасности пищевых продуктов, работникам скотобоен предписывается носить средства защиты органов слуха для защиты от постоянных криков убиваемых животных. Исследование 2004 года, опубликованное в журнале "Журнал профессиональной и экологической медицины", показало, что у работников мясоперерабатывающей промышленности Новой Зеландии наблюдался повышенный риск смертности от всех причин, от всех видов рака и от рака легких. Но самое страшное – хуже физической опасности – это эмоциональное истощение. Если ты работаешь в колодце [где убивают свиней] какое-то время, это позволяет тебе убивать, но не позволяет сочувствовать. Ты можешь посмотреть свинье в глаза, которая ходит по крови вместе с тобой, и подумать: "Боже, это не такое уж и плохое животное". Тебе может захотеться погладить ее. Свиньи на забойном цехе подходили ко мне, тыкаясь мордочкой, как щенки. Через две минуты я должен был убить их – забить насмерть трубой. Мне все равно. Убой животных или выращивание и транспортировка животных на убой могут вызывать психологический стресс или травму у вовлеченных в этот процесс людей. Исследование 2016 года, опубликованное в Organization, показало: "Регрессионный анализ данных 10 605 датских работников, занятых в 44 профессиях, показывает, что работники скотобоен постоянно испытывают более низкий уровень физического и психологического благополучия, а также повышенную склонность к негативным стратегиям преодоления трудностей". Исследование 2009 года, проведенное криминологом Эми Фицджеральд, показало, что "работа на скотобойне увеличивает общее количество арестов, арестов за насильственные преступления, арестов за изнасилование и арестов за другие сексуальные преступления по сравнению с другими отраслями промышленности". Как объясняют авторы журнала PTSD Journal, "этих сотрудников нанимают для убийства животных, таких как свиньи и коровы, которые в основном являются кроткими существами. Выполнение этой задачи требует от работников отключения от того, что они делают, и от существа, стоящего перед ними. Этот эмоциональный диссонанс может привести к таким последствиям, как домашнее насилие, социальная изоляция, тревога, злоупотребление наркотиками и алкоголем, а также посттравматическое стрессовое расстройство". На скотобойнях в США часто незаконно нанимают и эксплуатируют несовершеннолетних работников и нелегальных иммигрантов. В 2010 году Human Rights Watch назвала работу на линии убоя в Соединенных Штатах преступлением против прав человека. В отчете Oxfam America отмечалось, что работникам скотобоен не разрешают делать перерывы, их часто заставляют носить подгузники и платят меньше минимальной заработной платы. Другая проблема в этом контексте заключается в том, что фармацевтическая промышленность получает базовые материалы для своей продукции из мясоперерабатывающей промышленности, например, экстракты тканей из отходов скотобоен. Во время пандемии COVID-19 в 2020 году это привело к парадоксальной ситуации, когда крупные скотобойни стали очагами инфекции из-за плохих условий труда и одновременно являлись поставщиками важных терапевтических средств, таких как гепарин, который впоследствии стал дефицитным товаром. Историк медицины Бенджамин Принц указал на хрупкость современных систем здравоохранения, которые сами участвуют в экологически разрушительных и вызывающих болезни производственных цепочках. Современные опасения по поводу мясной промышленности в американском контексте часто были усилены пандемией COVID-19 и возникшими в результате проблемами с цепочками поставок. Помимо точки зрения потребителя, от работников ожидалось резкое увеличение темпов переработки животных. Например, от работников требовалось перерабатывать 175 птиц в минуту вместо 140 птиц в минуту. Это было частично связано с нехваткой рабочей силы. Работники отрасли часто оказывались в новостях из-за крупных вспышек заболеваний на предприятиях. По своей природе переработка мяса требует тесного контакта с другими работниками и подверженности множеству бактерий и вирусов. Кроме того, работникам часто приходится кричать, перекрывая шум машин, что увеличивает количество загрязненных капель в воздухе. Более 50 000 работников мясоперерабатывающей промышленности заразились болезнью, и более 200 человек умерли.

American slaughterhouse workers are three times more likely to suffer serious injury than the average American worker. NPR reports that pig and cattle slaughterhouse workers are nearly seven times more likely to suffer repetitive strain injuries than average. The Guardian reports that on average there are two amputations a week involving slaughterhouse workers in the United States. On average, one employee of Tyson Foods, the largest meat producer in America, is injured and amputates a finger or limb per month. The Bureau of Investigative Journalism reported that over a period of six years in the UK, 78 slaughter workers lost fingers, parts of fingers or limbs, more than 800 workers had serious injuries, and at least 4,500 had to take more than three days off after accidents. In a 2018 study in the Italian Journal of Food Safety, slaughterhouse workers are instructed to wear ear protectors to protect their hearing from the constant screams of animals being killed. A 2004 study in the Journal of Occupational and Environmental Medicine found that "excess risks were observed for mortality from all causes, all cancers, and lung cancer" in workers employed in the New Zealand meat processing industry. The worst thing, worse than the physical danger, is the emotional toll. If you work in the stick pit [where hogs are killed] for any period of time—that lets [sic] you kill things but doesn't let you care. You may look a hog in the eye that's walking around in the blood pit with you and think, 'God, that really isn't a bad looking animal.' You may want to pet it. Pigs down on the kill floor have come up to nuzzle me like a puppy. Two minutes later I had to kill them—beat them to death with a pipe. I can't care. The act of slaughtering animals or of raising or transporting animals for slaughter may engender psychological stress or trauma in the people involved. A 2016 study in Organization indicates, "Regression analyses of data from 10,605 Danish workers across 44 occupations suggest that slaughterhouse workers consistently experience lower physical and psychological well being along with increased incidences of negative coping behavior". A 2009 study by criminologist Amy Fitzgerald indicates, "slaughterhouse employment increases total arrest rates, arrests for violent crimes, arrests for rape, and arrests for other sex offenses in comparison with other industries". As authors from the PTSD Journal explain, "These employees are hired to kill animals, such as pigs and cows that are largely gentle creatures. Carrying out this action requires workers to disconnect from what they are doing and from the creature standing before them. This emotional dissonance can lead to consequences such as domestic violence, social withdrawal, anxiety, drug and alcohol abuse, and PTSD". Slaughterhouses in the United States commonly illegally employ and exploit underage workers and illegal immigrants. In 2010, Human Rights Watch described slaughterhouse line work in the United States as a human rights crime. In a report by Oxfam America, slaughterhouse workers were observed not being allowed breaks, were often required to wear diapers, and were paid below minimum wage. Another problem in this context is that the pharmaceutical industry obtains basic materials for its products from the meat packing industry; for example, tissue extracts from slaughterhouse waste. In the Covid 19 pandemic in 2020, this led to the paradoxical situation that mass slaughterhouses were infection drivers due to the bad labor conditions and at the same time suppliers of important therapeutics such as heparin, which subsequently became a scarce commodity. Medical historian Benjamin Prinz has therefore pointed to the fragility of today's healthcare systems, which themselves participate in environmentally destructive and disease causing production chains. Contemporary concerns about the meat industry within the American context have often been colored by the COVID 19 Pandemic and the resulting supply chain issues. Beyond the consumer perspective, workers were expected to drastically increase the rate at which they process animals. For instance, workers were expected to process 175 birds per minute up from 140 birds per minute. In part this was due to shortages of workers. Workers within the industry were often in the news for large outbreaks within factories. By its nature meat processing requires close proximity to other workers and exposure to a slew of bacteria and viruses. Additionally, workers often have to yell over loud machinery which increases the amount of contaminated droplets in the air. More than 50,000 meat packing workers contracted the disease and over 200 died.

Мир

Барнс, Фелисити и Дэвид М. Хиггинс. "Имидж бренда, культурные ассоциации и маркетинг: экспорт новозеландского масла и баранины в Великобританию, ок. 1920–1938 гг." Business History (2017): 1–28. Лопес, Мария Апаресида. "Борьба за «старую, неприятную и неудобную монополию»: муниципальные бойни и мясная промышленность в Рио-де-Жанейро, 1880–1920-е гг." Journal of Latin American Studies 47.2 (2015): 349–376. МакЛаклан, Иэн. Убить и охладить: реструктуризация канадской цепочки поставок говядины (U of Toronto Press, 2001). Нютцензедель, Александр. "Зеленый интернационал? Продовольственные рынки и транснациональная политика, ок. 1850–1914 гг." Пища и глобализация: потребление, рынки и политика в современном мире (Berg, 2008) с. 153–73. Перрен, Ричард. Вкус, торговля и технологии: развитие международной мясной промышленности с 1840 года (Ashgate, 2006). Вудс, Ребекка Дж.Х. "От колониального животного к имперскому продукту: создание империи овец в Новой Зеландии, ок. 1880–1900 гг." Comparative Studies of South Asia, Africa and the Middle East 35.1 (2015): 117–136. Йегер, Мэри. Конкуренция и регулирование: развитие олигополии в мясоперерабатывающей промышленности (1981).