Радклифская камера: История и архитектура библиотеки Оксфордского университета

Введение

Здание университетской библиотеки в Оксфорде, Великобритания

Камера Рэдклиффа (обычно называемая "Rad Cam" или "Камера"; от латинского camera, означающего "комната") — здание Оксфордского университета в Англии, спроектированное Джеймсом Гиббсом в стиле барокко и построенное в 1737–1749 годах для размещения Научной библиотеки Рэдклиффа. Оно расположено к югу от Старого Бодлея, к северу от церкви Святой Марии Девы и между колледжем Brasenose College на западе и колледжем All Souls College на востоке. Круглая форма Камеры Рэдклиффа, её расположение в самом центре Оксфорда и обособленность от других зданий делают её центральным элементом Оксфордского университета, и поэтому она почти всегда изображается в схематичных визуальных представлениях университета. Камера Рэдклиффа не открыта для посещения публикой. Строительство и содержание библиотеки финансировались из имущества Джона Рэдклиффа, врача, который завещал 40 000 фунтов стерлингов после своей смерти в 1714 году. В соответствии с условиями его завещания, строительство началось только в 1737 году, хотя предшествующий период был посвящен сложной покупке земельного участка. Внешние работы были завершены в 1747 году, а внутренние – к 1748 году, однако открытие библиотеки было отложено до 13 апреля 1749 года. По завершении строительства Фрэнсис Уайз был назначен первым библиотекарем. До 1810 года библиотека содержала книги по широкому кругу дисциплин, но при Джордже Уильямсе её специализация сузилась до естественных наук. Уильямс вывел библиотеку из состояния запустения, хотя к 1850 году библиотека Рэдклиффа все еще уступала Бодлеянской. В этот момент Генри Уэнтворт Акленд, занимавший должность библиотекаря, представил план объединения здания библиотеки Рэдклиффа с университетом и переноса книжного фонда в недавно построенную Научную библиотеку Рэдклиффа, который был одобрен попечителями библиотеки и университетом. После этого здание стало известно как Камера Рэдклиффа и использовалось в качестве читального зала Бодлеянской библиотеки.

Предыстория

Джон Рэдклифф (ок. 1650–1714) поступил в Университетский колледж в тринадцать лет и в восемнадцать стал членом Линкольнского колледжа. В ходе успешной медицинской практики его пациентами были Вильгельм III и королева Анна. Он сколотил значительное состояние и умер бездетным. Он похоронен в церкви Святой Марии в Оксфорде. Известно, что он планировал построить библиотеку в Оксфорде как минимум за два года до своей смерти в 1714 году. Считалось, что новое здание станет западным расширением Сельден-Энда Бодлианской библиотеки, на месте соседнего Эксетерского колледжа, при этом нижний этаж предназначался для библиотеки Эксетерского колледжа, а верхний – для библиотеки Рэдклиффа.

Планы

Радклиф скончался 1 ноября 1714 года. Он также выделил 100 фунтов стерлингов в год на содержание новой библиотеки, но только через 30 лет после его смерти. Библиотекарь должен был быть выбран несколькими влиятельными лицами: архиепископом Кентерберийским, лордом-канцлером, канцлером Оксфордского университета, епископом Лондона и епископом Винчестера, министром внутренних дел и министром иностранных дел, лордом-главным судьей Королевской скамьи и лордом-главным судьей Общих ходатайств, а также мастером роллов. Радклиф назначил четырех человек управляющими своим имуществом: Уильяма Бромли, бывшего спикера Палаты общин; сэра Джорджа Бомона, лорда Адмиралтейства; Антони Кека, банкира; и Томаса Склейтера Бэкона, юриста. Таким образом, в 1720 году впервые рассматривался вопрос о выборе архитектора – Кристофер Рен, Джон Ванбрук, Томас Арчер, Джеймс Торнхилл, Джон Джеймс, Николас Хоксмур и Джеймс Гиббс были среди кандидатов. В 1734 году Хоксмура и Гиббса пригласили представить проекты. 4 марта 1737 года попечители поручили Гиббсу, а также Фрэнсису Смиту из Уорвика и Уильяму Таунсенду из Оксфорда "подготовить камни и материалы, необходимые для строительства библиотеки". Ранние планы были выгравированы, а оттиски доставлены наиболее влиятельным членам города и университета, несомненно, чтобы быстро подавить возможное сопротивление. Университет, в частности, оказал влияние на план попечителей, хотя библиотека не входила в его состав. Второй комплект был подготовлен годом позже.

История как независимая библиотека

Коллекция библиотеки росла медленно. Первой крупной покупкой стали книги стоимостью 45 фунтов стерлингов у продавца из Ньюпорта в 1751 году, хотя они оставались в частном владении до 1755 года. В 1754 году библиотека получила ряд книг из имущества Джеймса Гиббса, преимущественно по архитектуре. Также в библиотеку были добавлены классические и исторические книги, завещанные Ричардом Фруином, профессором древней истории из Кемдена, и юридические книги Чарльза Винера, основателя Винеровской кафедры общего права. Ранние приобретения включали покупку рукописей Джеймса Фрейзера за 500 фунтов стерлингов и рукописей Джорджа Сейла за 157 фунтов 10 шиллингов, обе работы были посвящены Ближнему Востоку – первая по совету Томаса Ханта, Лаудианского профессора арабского языка. По-видимому, после приобретения тексты подверглись небрежному обращению. До смерти Уайза в 1767 году было приобретено еще три коллекции. Уже на этом раннем этапе попечители, по всей видимости, сотрудничали с Бодлианской библиотекой, чтобы избежать дублирования. Библиотека быстро стала известна как «Библиотека физиков». Несмотря на название, ее приобретения были разнообразными в течение первых шестидесяти лет, но с 1811 года пополнение ограничивалось работами естественнонаучного характера. В первой половине XIX века в коллекциях были монеты, мраморные глыбы, канделябры, бюсты, гипсовые слепки и статуи. Эти коллекции впоследствии были перемещены в более подходящие места. В остальном, период пребывания Уайза в должности был отмечен лишь ухудшающимся здоровьем и напряженными отношениями с университетом. Члены университета ожидали доступа к библиотеке, и вице-канцлер дал понять Уайзу, что считает библиотеку частью университета и, следовательно, находящейся под его общим контролем. Уайз не согласился и пригрозил запереть библиотеку и передать в суд любого, кто попытается проникнуть внутрь. Вице-канцлер воспринял это как оскорбление и обратился к университетским уставам, чтобы, если они еще не существовали, ввести положения, обязывающие стареющего Уайза исполнять свои обязанности, от которых он теперь регулярно уклонялся. За пять лет до его смерти в 1767 году в лондонских газетах было опубликовано сатирическое некрологическое объявление о «глубоко оплакиваемой» кончине Уайза, «наступившей в результате сильной простуды, вызванной чрезмерным усердием в исполнении своих обязанностей». В последние годы Уайз был настолько болен, что больше не мог посещать библиотеку. После его смерти его коллекция монет была передана библиотеке. Его сменил Бенджамин Кенникотт, который служил библиотекарем до своей смерти в 1783 году. При его руководстве были приобретены дополнительные работы на арабском, еврейском и персидском языках, которые были предметом его исследований. Несмотря на несколько попыток восстановления, здание продолжало приходить в упадок, а Кенникотт был поглощен своими научными занятиями. В комментариях по случаю его смерти отмечалось, что коллекция была «далека от того, чтобы быть 'одной из первых коллекций во Вселенной', и даже незначительна и не имеет ценности по сравнению не только с коллекцией Бодли, но, возможно, и с другими в Оксфорде». Преемник Кенникотта, Томас Хорнсби, не предпринял никаких мер для улучшения ситуации, посвятив большую часть времени своей другой должности в качестве наблюдателя в Радклифской обсерватории. Нет записей о покупке каких-либо книг до его смерти в 1810 году. Однако было одно спорное пожертвование – серия мраморных глыб, для которых был назначен и финансировался (вместе со стоимостью обеспечения сохранности статуй) сэр Роджер Ньюдигейт. В конечном итоге пожертвование было принято, хотя и не без возражений со стороны Хорнсби, который считал, что оно отвлечет от академической цели библиотеки и заблокирует свет для читателей. После смерти Ньюдигейта статуи так и не были приобретены, и его душеприказчики присоединились к оппозиции. Пожертвование было пересмотрено и окончательно отклонено. В последние годы своего пребывания в должности Хорнсби был попрошен предоставить каталог, но до его смерти такой документ так и не был составлен. Преемником Хорнсби был избран Джордж Уильямс. Именно при нем для библиотеки Рэдклиффа «наступила новая эра». Уильямс, врач в Радклифской больнице и профессор ботаники, принял подход, который обсуждался пару лет назад – заполнять полки библиотеки не общей коллекцией работ, а исключительно естественнонаучными книгами. Из накопленных за предыдущие годы средств были потрачены огромные суммы: 2000 фунтов стерлингов в 1814 году и около 500 фунтов стерлингов ежегодно в последующие годы. Доктор Авраам Робертсон был попрошен ежегодно жертвовать экземпляр записей Радклифской обсерватории в обмен на возможность брать в долг определенные книги. Библиотека также получила ряд мраморных бюстов и коллекцию из 1000 мраморных образцов. Территория библиотеки была огорожена перилами в 1827 году стоимостью 1310 фунтов стерлингов, хотя для определения точных границ владений попечителей потребовалось тщательное изучение и завершение ранее упущенной передачи. После смерти Уильямса в 1834 году попечители выразили беспрецедентную благодарность; это было отражено в отчете в журнале The Gentleman's Magazine, в котором говорилось: «В осуществлении этих великих национальных и академических целей попечители нашли в обширных знаниях, феноменальной памяти, точном суждении, широком кругозоре и философском умении доктора Уильямса именно те таланты и достижения, которые были необходимы для успешного выполнения их замысла». Уильямса сменил Джон Кидд, королевский профессор медицины. В библиотеке было установлено газовое отопление и освещение, нанят третий сотрудник (помощник) с заработной платой 25 фунтов стерлингов в год и застрахована от риска пожара – на 10 000 фунтов стерлингов для покрытия зданий и еще 10 000 фунтов стерлингов для книг. В 1835 году был наконец опубликован библиотечный каталог, за который Кидд получил 100 фунтов стерлингов в качестве премии. Однако он трижды безуспешно пытался добиться повышения заработной платы. Книжный фонд продолжал расширяться, и Кидд должен был ежегодно предоставлять справку о добавленных в библиотеку книгах, а также были установлены первые настоящие книжные шкафы. Была создана книга для посетителей, чтобы отличать студентов и преподавателей от «тех, кто посещает библиотеку из чистого любопытства». В остальном, жизнь библиотеки при Кидде была непримечательной до его смерти в 1851 году. Генри Уэнтворт Акленд сменил Кидда на посту библиотекаря. Он внес несколько структурных изменений, создав читальный зал, улучшив освещение и отопление и добавив систему горячего водоснабжения. Более существенно, учитывая сумму в 200 фунтов стерлингов, выделяемую на книги ежегодно, которую Акленд считал недостаточной, он представил подробное предложение о передаче руководства библиотекой университету. В 1856 году он изложил свой план попечителям, в этот момент в библиотеке содержалось от 14 000 до 15 000 томов: «[Я боюсь], что в библиотеке не окажется каких-либо стандартных справочных работ [или] обычной научной литературы [в то время как] посетители предполагают, что большая коллекция научных работ в Оксфорде находится в библиотеке Рэдклиффа, в то время как Бодлианская библиотека гораздо богаче научными транзакциями и периодическими изданиями; она получает, или должна получать, бесплатно все британские книги; библиотека Рэдклиффа должна считаться и останется гораздо менее полезной для общественности, чем обычно предполагается». Здание библиотеки Рэдклиффа должно было стать читальным залом Бодлианской библиотеки, а коллекция – передана в строящуюся новую «Музейную библиотеку» (ныне Радклифская научная библиотека). План был принят обеими сторонами, и 23 октября 1861 года ключи от здания библиотеки Рэдклиффа были переданы библиотекарю Бодли. Для завершения всех формальностей потребовалось еще четыре года. Таким образом, здание библиотеки Рэдклиффа стало Радклифской камерой, поскольку библиотека перестала быть полностью независимой. Попечители сохранили право собственности на здание, которое было окончательно передано университету в…

The library's collection grew only slowly. The first major purchase was books to the value of £45 from a seller in Newport in 1751, although they were kept in private possession until 1755. In 1754, the library received a number of books from the estate of James Gibbs, mostly concerning architecture. A number of classical and history books by the bequest of Richard Frewin, Camden Professor of Ancient History, and law books of Charles Viner, the founder of the Vinerian Professorship of Common Law, were also added to the library. Early purchases also included the purchase of the manuscripts of James Fraser to the value of £500, and those of George Sale for £157 10s., both concerned with the Middle East – the first on the advice of Thomas Hunt, Laudian Professor of Arabic. The texts appear to have suffered from poor care after their acquisition. Three further collections were purchased before Wise's death in 1767. Even at this early stage, the Trustees appear to have collaborated with the Bodleian to avoid duplication. The Library quickly became known as 'the Physic Library'. Despite its name, its acquisitions were varied for the first sixty years, but from 1811 its intake was confined to works of a scientific nature. During the first half of the 19th century the collections included coins, marbles, candelabra, busts, plaster casts, and statues. These collections have since been moved to more specifically appropriate sites. In other respects, Wise's tenure was marked only by his poor (and worsening) health and poor relations with the university. University members expected to be admitted and the vice chancellor made it clear to Wise that he believed the library part of the university and thus under his overall control. Wise did not agree, threatening at one point to padlock the library and refer any man who cut it to the courts. The vice chancellor took this as an unprovoked insult and turned to consideration of the university statutes and the imposition, if they did not already exist, of such statutes as would compel the ageing Wise to attend to his duties from which he was now regularly absent. Five years before his actual death in 1767, a satirical death notice was placed in the London papers announcing the "greatly regretted" death of Wise "[his death] occasioned by a violent cold, contracted by too close attendance on the duties of his respective offices". In those last years, Wise was so ill that he could no longer attend the library. Upon his death, his collection of coins was presented to the library. He was replaced by Benjamin Kennicott who served as librarian until his death in 1783. His librarianship saw the purchase of more Arabic, Hebrew and Persian works, the subject of study of Kennicott. Despite several reparative measures, the building continued to fall into disrepair, with Kennicott immersed in his academic study. Comments at the time of his death noted that the collection was "so far from being 'one of the first collections in the Universe,' that it is even inconsiderable and invaluable when compared, not only with the Bodley collection, but perhaps others in Oxford." Kennicott's successor, Thomas Hornsby, did nothing to improve the situation, devoting much of time to his other post of Radcliffe Observer. There are no records of any books being bought before his death in 1810. There was, however, one controversial benefaction of a series of marbles, with a custodian appointed and funded (along with the cost of securing the statues) by Sir Roger Newdigate. It was eventually accepted, although not without opposition from Hornsby who believed it would distract from the library's academic purpose and block readers' light. Upon Newdigate's death, the statues had not been purchased and his executors added to the opposition. The benefaction was reassessed and finally rejected. In the last years of his tenure, Hornsby was asked to provide a catalogue, but no such document was put together before his death. Hornsby's successor was chosen as George Williams. It was under his tenure that "a new era dawned" for the Radcliffe Library. Williams, a physician in the Radcliffe Infirmary and Professor of Botany, adopted an approach which had been mooted a couple of years before to fill the library's shelves not with a general collection of works, but rather specifically scientific books. Huge sums were spent from funds which had accumulated from previous years: £2000 in 1814, and around £500 annually for the years after. Dr. Abraham Robertson was asked to donate a copy of the Radcliffe Observatory's records each year in exchange for being allowed to borrow certain books. The Library also received a number of marble busts and a collection of 1,000 marble specimens. The grounds of the library were enclosed by railings in 1827 at a cost of £1,310, although the ascertainment of the exact extent of the Trustee's holdings required careful examination and a previous overlooked transfer completed. Upon Williams' death in 1834, the Trustees gave an unprecedented statement of thanks; it was echoed by a report in The Gentleman's Magazine which read: "In carrying into effect these great national as well as academic purposes, the Trustees found in Dr. Williams's extensive reading, retentive memory exact judgment, comprehensive views and philosophical mind, the very talents and accomplishments which were necessary to ensure the successful execution of their design". Williams was succeeded by John Kidd, Regius Professor of Medicine. Gas heating and lighting was introduced into the library, a third member of staff (an assistant) hired at a salary of £25 per annum, and insurance taken out against the risk of fire – £10,000 to cover the buildings and a further £10,000 for the books. In 1835, the library catalogue was finally published, for which Kidd received £100 by way of bonus. He was, however, unsuccessful in three attempts to secure a pay rise. The book collection continued to expand, with Kidd required to provide a memorandum of books added each year to the library, and the first proper bookcases installed. A visitors' book was created to distinguish students and academics from "those who visit the Library from mere motives of general curiosity". In other respects Library life was unremarkable for the rest of Kidd's tenure, which ended with his death in 1851. Henry Wentworth Acland succeeded Kidd as Librarian. He made several structural alterations, creating a reading room, improving the lighting and heating and adding a hot water system. More significantly, in light of the sum of £200 to be spent on books annually, which Acland considered insufficient, he set out a detailed proposal to bring the library under the leadership of the university. In 1856, he laid out his plan to the Trustees, at which point the library contained between 14,000 and 15,000 volumes: "[I fear] the Library be found wanting in some standard work of reference [or] the ordinary Scientific Literature [while] it is supposed by visitors that the great collection of scientific works in Oxford is to be found in the Radcliffe Library the Bodleian Library is far richer in scientific transactions and periodicals; it receives, or ought to receive, without cost all British books the Radcliffe Library must be accounted to be, and will remain, of much less public utility than is generally supposed." The Radcliffe Library building was to become a reading room of the Bodleian, and the collection transferred to the new 'Museum Library' being constructed (now the Radcliffe Science Library). The plan was accepted by both parties and on 23 October 1861 the keys to the Radcliffe Library building were handed to Bodley's Librarian. It took four more years to finalise everything. The Radcliffe Library building thus became the Radcliffe Camera as the library ceased to be fully independent. The Trustees retained the freehold to the building, which was finally transferred to the university in 1927.

Позднее история в составе университета

Между 1909 и 1912 годами под северной лужайкой библиотеки был построен двухэтажный подземный книжный магазин, соединенный туннелем с Бодлеианской библиотекой, невидимо связывающий оба здания – идея, предложенная Генри Акландом еще в 1861 году. Это место также известно как "Глинк". После переезда Научной библиотеки Рэдклиффа в другое здание, Радклиффская камера стала вмещать дополнительные читальные залы Бодлеианской библиотеки. Внутри верхней читальной комнаты установлена шестифутовая мраморная статуя Джона Рэдклиффа, созданная Джоном Майклом Рисбраком. В октябре 2023 года здание было облито оранжевой краской в ходе акции протеста организации Just Stop Oil против связей Оксфордского университета с компаниями, занимающимися добычей ископаемого топлива, такими как Ineos.

Архитектура

Здание является самым ранним примером круглой библиотеки в Англии. Оно построено в три основных яруса снаружи и имеет два этажа внутри, верхний из которых включает галерею. Нижний ярус сильно рустован и украшен серией из восьми фронтонов, чередующихся с нишами. Центральный ярус разделён на пролёты спаренными коринфскими колоннами, поддерживающими непрерывный антаблемент. Оконные проёмы с фронтонами расположены над мезонинными проёмами, отражая внутреннюю планировку. Верхний ярус представляет собой фонарный купол на восьмигранном барабане, с парапетом, украшенным балюстрадой и вазами. При строительстве использовался местный камень из Хедингтона и Берфорда, который затем был облицован тесаным камнем. Купол и купол покрыты свинцовой кровлей. Внутри первоначальные стены и купол были побелены, но позже побелку удалили, обнажив резьбу по камню. Только декоративные элементы купола выполнены из штукатурки. Это нашло отражение в издании "Спутник джентльмена и леди для Оксфорда" (1747), где говорилось, что "самое великолепное сооружение в Оксфорде – новая публичная библиотека".

В популярной культуре

Дж. Р. Р. Толкин, автор "Властелина колец", отметил, что здание напоминает храм Саурона, воздвигнутый в честь Моргота на Нуменоре. Оно также упоминается в "Записках Клуба понятий". Действие детективного романа Дороти Сэйерс "Ночь Гауди" (1936) происходит в Оксфорде, и один из важнейших заключительных разговоров между лордом Питером Уимси и Харриет Вэйн разворачивается на огражденной круглой крыше Радклиффской камеры (глава XXIII). Радклиффская камера использовалась в качестве места съемок в фильмах "Молодой Шерлок Холмс" (1985), "Опиумные войны" (1997), "Святой" (1997), "Красная скрипка" (1998) и "Вонка" (2023).