Попытка свержения Октябрьской революции: Восстание Керенского-Краснова.

Введение

Попытка государственного переворота с целью отмены Октябрьской революции. Восстание Керенского и Краснова было попыткой Александра Керенского подавить Октябрьскую революцию и вернуть власть после того, как большевики свергли его правительство в Петрограде. После Октябрьской революции Керенский бежал из Петрограда, который перешел под контроль Петроградского Совета, и направился в Псков, в штаб командования Северного фронта. Он не получил поддержки от командующего фронтом, генерала Владимира Черемисова, который воспрепятствовал его попыткам собрать войска для марша на Петроград, но заручился поддержкой генерала Петра Краснова, который выступил на столицу с отрядом около 700 казаков. В Петрограде противники Октябрьской революции готовились к восстанию, которое должно было совпасть с наступлением войск Керенского на город. Советской власти пришлось импровизировать оборону позиций к югу от города и ждать атаки войск Керенского, которые, несмотря на усилия высшего командования, не получили подкреплений. Стычка на Пулковских высотах завершилась отступлением казаков после преждевременно провалившегося бунта юнкеров, и они не получили необходимой поддержки от других частей для прорыва обороны. Переговоры между сторонами закончились бегством Керенского, опасавшегося выдачи Советам своими же солдатами, что фактически положило конец попыткам восстановить свергнутое Российское Временное правительство.

Предыстория

Александр Керенский, покинувший Петроград во время Октябрьской революции, искал войска, которые могли бы прийти в столицу, но не нашел их, пока не прибыл в Псков, куда он прибыл около 9 вечера. В первом городе с войсками вблизи столицы, Гатчине, солдаты были настроены в пользу большевиков, и Керенский едва избежал ареста. В Пскове находился штаб Северного фронта под командованием генерала Черемисова; там Керенский вступил в контакт с генералом Петром Красновым, командиром 3-го кавалерийского корпуса, участвовавшего в корниловском мятеже. Вместе они начали собирать корпус для марша на столицу, несмотря на сомнения комиссара, который подозревал ненадежность некоторых войск, враждебно настроенных к Керенскому. Краснов, офицер-монархист, не был убежденным сторонником Керенского, но верил его утверждению, что большинство армии поддержит его против большевиков. В свою очередь, Черемисов, чьи войска фактически находились под контролем большевиков и у которого были напряженные отношения с Керенским, отменил приказы о помощи Временному правительству и отправил его в Петроград. По прибытии он сообщил Керенскому, что не может гарантировать его безопасность, если тот останется в городе, и ему необходимо немедленно уехать. Черемисов отказался помочь бывшему премьер-министру. Местный Военно-революционный комитет контролировал связь и транспорт, а также следил за действиями командиров. Черемисов также препятствовал связи Керенского с другими командирами фронта и доложил высшему командованию о его назначении главнокомандующим и приказе остановить марш войск на столицу – оба доклада были ложными.

Военные операции

В ночь на , Керенский снова оказался на окраине столицы с чуть более чем шестью сотнями казаков — двенадцатью с половиной сотнями, по шестьдесят человек в каждой — несколькими орудиями, бронеколонной и бронеавтомобилем. Распыление III корпуса и отсутствие поддержки Керенского среди войск помешали формированию более крупных сил, и к столице двинулись лишь те, кто находился в Острове. Краснов, однако, был уверен, что его казачьи войска получат подкрепление. Несколько сотен казаков на полной скорости пересекли Псков поездом, чтобы избежать столкновений с войсками, занимавшими станцию, и продолжили путь к Гатчине. На следующее утро войска без сопротивления заняли Гатчину и приготовились к штурму позиций большевиков, ожидая подкрепления. Однако различные обстоятельства помешали прибытию подкреплений к Керенскому: нейтралитет многих офицеров в конфликте, например, командующего Северным фронтом генерала Черемисова, отказ большинства армии сражаться, растущее влияние большевиков в войсках и нежелание железнодорожников сотрудничать в операции. Черемисов, имевший с Керенским натянутые отношения из-за прежней личной обиды, накануне приказал не отправлять войска в столицу, заявив, что армия не должна вмешиваться в политику. Керенский получил подкрепление лишь от бронеколонны и полка из Луги. В Гатчине к казакам Краснова присоединились лишь несколько офицеров авиационной школы; они предоставили пару самолетов и бронеавтомобиль и сбрасывали над столицей листовки. После полуночи , небольшие силы Керенского, численность которых правительство Ленина преувеличило, полагая, что их гораздо больше, захватили Царское Село. Здесь произошло первое столкновение; Краснов, однако, выбил красных гвардейцев легкой артиллерией. Его продвижение замедлялось из-за отсутствия подкреплений, особенно пехоты. В Царском Селе огромный гарнизон — шестнадцать тысяч человек, превосходивший силы Краснова в двадцать раз — объявил о своем нейтралитете. В свою очередь, Большевистский революционный военный комитет готовился к обороне столицы и выдвинул вперед лучшие войска, имевшиеся в Петрограде. К гарнизонным частям, выдвинувшимся к югу от города для организации обороны, присоединились красные гвардейцы, гражданские лица и матросы. Командование было возложено на полковника Муравьева, при котором в качестве комиссара был назначен Чудновский; их сопровождали Троцкий и Павел Дыбенко для контроля над операцией. Тем временем в Петрограде бывшие министры-меньшевики призывали чиновников противодействовать новому большевистскому правительству, Совнаркому, посредством забастовок, а сторонники старого правительства, координируемые Комитетом спасения Родины и революции, контролируемым партией социалистов-революционеров (ПСР), планировали восстание одновременно с надвигающимся наступлением Керенского. Президиум распущенного Предпарламента призвал к восстанию против правительства Ленина. Главный военный комиссар свергнутого Временного правительства, Станкевич, отправился в Гатчину на встречу с Керенским для координации восстания в городе и наступления войск Керенского. После провала юнкерского мятежа в Петрограде, который пришлось ускорить после его раскрытия, некоторые члены ЦК ПСР присоединились к Керенскому, бежав из столицы. Войска Краснова не предприняли попыток помочь повстанцам в столице. Аврам Гоц поддерживал поиски пехоты для подкрепления казаков на их марше к столице, как на фронте, так и в гарнизонах вокруг города, где находились тысячи солдат. На фронте в уездных комитетах преобладали меньшевики и эсеры, но не среди солдат, которые все больше склонялись к большевикам. Армия, ближайшая к столице, 12-я, входившая в состав Северного фронта и имевшая две пробольшевистские латвийские дивизии, избрала свой совет, который оказался состоящим из сторонников и противников Октябрьской революции; несколько подразделений, отправленных к столице, отказались продвигаться дальше Валки. Две другие армии Северного фронта, 1-я и 5-я, были еще более пробольшевистскими и выступали против поддержки Керенского. Гарнизоны Гатчины и Царского Села, в свою очередь, объявили о своем нейтралитете и не поддержали наступление Керенского на столицу. В конечном итоге все попытки получить дополнительные войска, как с фронта, так и из близлежащих гарнизонов, оказались безуспешными. , 1917 года, получив сообщения о злоупотреблениях в столице после подавления мятежа юнкеров, Керенский попытался продвинуться из Царского Села против окопавшихся большевистских сил, численно превосходивших его в двадцать раз. Несмотря на легкое продвижение против красных гвардейцев, казаки оказались под угрозой атаки с флангов со стороны морской пехоты под командованием Дыбенко. Казаки были отброшены на Пу́лковских высотах и вынуждены эвакуировать Царское Село и вернуться в Гатчину, чтобы избежать окружения. Столкновение было беспорядочным и кровопролитным. Силы Керенского начали рассыпаться при отступлении, и некоторые из них братались с большевиками в надежде вернуться домой. Отсутствие поддержки подорвало моральный дух немногочисленных казачьих войск Керенского. К , ситуация ухудшилась до такой степени, что Керенскому грозил арест со стороны собственных людей и передача большевикам; лидеры партии социалистов-революционеров заставили его бежать, переодевшись матросом. Бегство Керенского положило конец надеждам на восстановление Временного правительства; после этого противники Октябрьской революции не пытались возродить его, а стремились создать новое альтернативное правительство большевикам. Поражение Керенского, наряду с победой большевиков в тяжелых боях в Москве, временно обеспечило власть Ленина и его сторонников; столица была временно в безопасности от военного нападения. Краснова, в свою очередь, взяли в плен, но вскоре освободили после обещания не воевать против советской власти, обещание, которое он быстро нарушил, став лидером антибольшевистского движения — Донской республики.

On the night of , Kerensky was again on the outskirts of the capital with little over six hundred Cossacks — twelve and a half squads of sixty men — some cannons, an armored convoy and an armored car. The dispersion of the III Corps and the lack of support for Kerensky among the troops prevented the assembly of larger forces, and only those that were stationed in Ostrov marched towards the capital. Krasnov, however, was confident that his cossack troops would receive reinforcements. The few Cossacks crossed Pskov by train at full speed to avoid clashes with the troops occupying the station and continued towards Gatchina. The next morning, troops took Gatchina without encountering resistance and prepared to assault the Bolshevik positions while awaiting reinforcements. Various circumstances, however, prevented the arrival of new forces to Kerensky: the neutrality of many officers in the conflict, such as the commander of the Northern Front, General Cheremisov, the refusal of the majority of the army to fight, the growing influence of the Bolsheviks in the troops and the reluctance of railway workers to collaborate in the operation. Cheremisov, with bad relations with Kerensky due to a previous personal offense, had ordered that none troops were sent to the capital the day before, declaring that the army should not mix in politics. Kerensky received only reinforcements from an armored convoy and a regiment from Luga. In Gatchina, only a few officers from the aviation school joined Krasnov's Cossacks; contributed a couple of planes and an armored car and dropped leaflets over the capital. After midnight on , your small forces, whose size was exaggerated by the government of Lenin who believed they were much larger, took the Tsarskoye Selo. Here the first fight took place; Krasnov, however, drove out the Red Guards with his light artillery. His advance, however, was slow due to lack of reinforcements, especially infantry. At Tsarskoye Selo, the great garrison — sixteen thousand men — who outnumbered Krasnov's forces twenty to one, declared his neutrality in the confrontation. In turn, the Bolshevik Revolutionary Military Committee prepared to defend the capital and sent forward the best troops it had in Petrograd. Red Guards, civilians and sailors joined the garrison units that departed south of the city to mount defenses. The command has been placed in the hands of Colonel Muraviov, to whom Chudnovsky was attached as a commissioner; Trotsky and Pavel Dybenko accompanied them to supervise the operation. Meanwhile, in Petrograd, ex ministers Mensheviks encouraged officials to oppose the new Bolshevik government, the Sovnarkom, through strikes, and supporters of the old government, coordinated by the Committee for the Salvation of the Homeland and Revolution, controlled by the Socialist Revolutionary Party (PSR), planned a revolt simultaneously with Kerensky's impending attack. The presidency of the dissolved Preparliament called for a revolt against the Lenin government. The chief military commissar of the deposed Provisional Government, Stankevich, left to meet with Kerensky in Gatchina to coordinate the revolt in the city and the advance of Kerensky's troops. After the failure of the junker mutiny in Petrograd, which had to be precipitated when it was discovered, some members of the PSR Central Committee joined Kerensky after fleeing the capital. Krasnov's troops made no attempt to help the rebels in the capital. Avram Gots supported the search for infantry to reinforce the Cossacks on their march on the capital, both at the front and in the garrisons around the city, which had thousands of soldiers. At the front, the Mensheviks and Social Revolutionaries predominated in the unit committees, but not among the soldiers, who were increasingly close to the Bolsheviks. The army closest to the capital, the 12th, belonging to the Northern Front and with two pro Bolshevik Latvian divisions selected, elected its council, which turned out to consist of supporters and opponents of the October Revolution; the few units sent to the capital refused to advance beyond Valka. The other two armies on the Northern Front, the 1st and 5th. º, were even more pro Bolshevik and opposed to Kerensky's support. For their part, the Gatchina and Tsarskoye Selo garrisons had declared themselves neutral and did not support the attack by Kerensky to the capital. In the end, various efforts to obtain more troops, either from the front or from the nearby garrisons, proved fruitless. On , 1917, faced with reports of excesses in the capital after the crushing the revolt of the cadets, tried to advance from the Tsarskoye Selo against the entrenched Bolshevik forces, which were twenty times as numerous. Despite advancing easily against the Red Guards, the Cossacks found themselves in danger of being attacked on their flanks by the marines commanded by Dybenko. The Cossacks were repulsed in the Pulkovo Heights and had to evacuate Tsarskoye Selo and return to Gatchina to avoid being surrounded. The confrontation had been messy and bloody. The forces of Kerensky began to disperse in retreat and some of them fraternized with the Bolsheviks in hopes of returning home. Lack of support had sapped the morale of Kerensky's few Cossack troops. By , the situation had deteriorated to the point that Kerensky he was in danger of being arrested by his own men and handed over to the Bolsheviks; the leaders of the Socialist Revolutionary Party forced him to flee dressed as a sailor. Kerensky's escape ended hopes of restoring the Provisional Government; after that the opponents of the October Revolution did not try to revive it, but to create a new alternative government to the Bolsheviks. The defeat of Kerensky, together with the Bolshevik victory in the heavy fighting in Moscow, temporarily secured the power of Lenin and his supporters; the capital was temporarily safe from military attack. In turn, Krasnov was captured, but soon released after promising not to fight the Soviet authorities, a promise he quickly broke by becoming the leader of an anti Bolshevik movement — the Don Republic.