Введение

Получатель первой пересадки человеческого сердца

Уошка́нски был вторым человеком, получившим пересадку сердца, поскольку Джеймс Харди провел трансплантацию в 1964 году, в ходе которой Бойд Раш получил сердце шимпанзе, однако пациент в этом случае прожил всего час и не восстановил сознание.

Биография

Вашканский был литовским евреем, младшим из четырех детей Абе Вашканского и его жены, Чаны Йентель Кемельгор. В 1912 году, когда Вашканскому было три месяца, его отец эмигрировал в Южную Африку без семьи и открыл бизнес, занимаясь торговлей сельскохозяйственной продукцией. В результате Первой мировой войны и ее последствий Чана и дети смогли воссоединиться с Абэ в Кейптауне только в 1923 году. Вашканский учился в Кейптаунской средней школе, где успешно сдал восьмой класс, после чего занялся продуктовым бизнесом в Кейптауне. В январе 1967 года Вашканского направили к Мервину Готсману, кардиологу из кардиологической клиники больницы Грот-Шур, из-за не поддающейся лечению сердечной недостаточности. Вашканскому провели катетеризацию сердца, которая подтвердила тяжелую сердечную недостаточность, после чего его направили к Барнарду для возможной операции. 14 сентября 1967 года Вашканского повторно госпитализировали в Грот-Шур, что совпало с еврейским Новым годом. В результате сердечных приступов в 1965 году функционировало лишь около трети его сердца. В конце октября он впал в диабетическую кому, но затем пришел в сознание. Однажды, когда он был сильно отекшим от жидкости и испытывал сильную боль, его жена Энн тихо спросила, как он себя чувствует. Он слабо улыбнулся и прошептал: "Я на вершине мира". Он также страдал от почечной и печеночной недостаточности. 10 ноября Валь Шрир предложил кандидатуру Вашканского на пересадку сердца. Когда Барнард встретился с Вашканским, он объяснил возможность трансплантации, и Вашканский согласился. После этого Энн заметила, что ее муж Луис "странно бодр". Когда Барнард позже объяснил им обоим возможность трансплантации, идея была настолько новой, что Энн сначала опасалась, что ее муж может перенять часть личности донора. Барнард заявил Энн и Луису Вашканскому, что предложенная трансплантация имеет 80% шанс на успех, что впоследствии подверглось критике как "вводящее в заблуждение". В рамках предоперационной подготовки были взяты мазки с кожи, носа, рта, горла и прямой кишки Вашканского, чтобы определить, какие бактерии обитали на его теле и внутри него, чтобы после трансплантации можно было назначить наиболее эффективные антибиотики. Его также часто обрабатывали раствором Физохекс.

Потенциальная пересадка в ноябре 1967 года

В конце ноября 1967 года был выявлен потенциальный донор. Молодой чернокожий мужчина упал с грузовика и получил катастрофическую травму головы. Несмотря на то, что начальник кардиологии Валь Шрире ранее выразил твердое нежелание использовать донора "цветной расы", полиция обратилась к семье молодого человека за разрешением на использование его сердца для трансплантации. МакРей пишет, что семья была "в шоке, когда к ним обратился полицейский". Однако ЭКГ донорского сердца показала депрессию сегмента ST, что указывало на возможное повреждение или недостаточное снабжение кислородом, и дало не расположенному к этому Валю Шрире медицинское основание отказаться от трансплантации сердца донора "цветной расы" в условиях апартеида в Южной Африке. Вашканский, которого подготовили к возможной операции – вымыли и побрили – почувствовал себя обманутым и разочарованным, когда трансплантация не состоялась. Он считал, что его будущие шансы невелики.

Операция и результат

3 декабря 1967 года Уошкански перенес трансплантацию сердца в больнице Грот-Шур в Кейптауне, Южная Африка. Операция длилась около шести часов, начавшись в 01:00, под руководством Кристиана Барнарда и команды из тридцати хирургов, анестезиологов, медсестер и техников. Его брат, Мариус Барнард, ассистировал во время операции. 25-летняя Дениз Дарвалл и ее мать были сбиты пьяным водителем, когда переходили оживленную улицу в субботу днем. Мать Дениз погибла на месте. Дениз была доставлена в Грот-Шур, где ее осмотрел Питер Роуз Иннис, старший нейрохирург больницы. Рентген черепа выявил два серьезных перелома. Она не проявляла признаков боли, когда в ухо ей заливали ледяную воду. Кроме того, в ее мозге не было обнаружено электрической активности. Переливание крови и аппарат искусственной вентиляции легких поддерживали работу ее сердца. Курт Вентер и Берти Босман обратились к отцу Дениз, Эдварду Дарваллу, с просьбой разрешить использовать ее сердце для возможной трансплантации. Он находился на месте аварии и был успокоен после поступления в больницу. Он полагал, что врачи все еще пытаются спасти его дочь. Босман объяснил ему, что в больнице находится мужчина, отчаянно нуждающийся в пересадке сердца, и что Эдвард мог бы оказать ему огромную услугу, разрешив использовать сердце его дочери. Босман и Вентер покинули комнату, сказав, что он может взять столько времени, сколько необходимо, чтобы обдумать их просьбу, и что они поймут, если он откажет. В течение четырех минут, пока Эдвард Дарвалл принимал решение, он вспоминал свою дочь, ее день рождения и подарок, который она ему сделала с первой зарплаты. Он заплакал и понял, что необходимо сделать. Собравшись с силами, он вызвал врачей обратно в палату и сказал им, что если они не могут спасти его дочь, они должны попытаться спасти этого человека. Хотя Уошкански умер от пневмонии через восемнадцать дней после трансплантации из-за ослабленной иммунной системы, Барнард считал операцию успешной, поскольку сердце "не нуждалось в стимуляции электрическим аппаратом". Как Барнард описал в своей книге "Одна жизнь", на пятый день после операции было принято решение насытить организм Уошкански иммунодепрессантами для предотвращения возможного отторжения нового сердца. Как показали последующие трансплантации сердца, наблюдаемые в то время признаки были частью процесса приживления нового сердца, а не обязательно свидетельствовали об отторжении.