Эрнест Мартин Скиннер: Американский мастер органного дела

Введение

Американский органный мастер (1866–1960)

Эрнест Мартин Скиннер (15 января 1866 – 26/27 ноября 1960) был американским мастером по изготовлению трубных органов. Его электропневматические системы управления опередили технологию органостроения в первой трети 20-го века.

Биография

Скиннер родился в Кларионе, штат Пенсильвания, в семье гастролирующих концертных певцов Вашингтона и Элис Скиннер. Его отец организовал музыкальную компанию в Таунтоне, штат Массачусетс, и пел в квартете в унитарианской церкви Таунтона. Именно в этой церкви Скиннер впервые увидел орган. Скиннер посещал репетиции, представления Гилберта и Салливана и оперетты, что стимулировало его интерес к музыке. В пятнадцать лет он устроился на работу качальщиком меха за пятнадцать центов в час в баптистской церкви Таунтона, где впервые получил опыт ремонта и строительства органов. В 1916 году Скиннер создал и запатентовал механизм ретрансляции Orchestrator. Первая из новых регистров Скиннера, Erzähler, появилась в 1904 году, и вскоре к ней присоединились другие тембровые краски, над которыми Скиннер работал между 1908 и 1924 годами, включая флюгельгорн и хекельфон. Помимо своих оркестровых язычковых регистров, Скиннер разработал множество струнных и гибридных флейтовых регистров, многие из которых имели соответствующие celeste. Среди них – Salicional/Voix Celeste и Dulciana/Onda Maris, присутствующие в отделах Swell и Choir многих американских органов той эпохи, а также его Flauto Dolce/Flute Celeste, Dulcet (пара очень узких струнных регистров, настроенных с быстрым биением для усиления интенсивности), пара перевернутых гамб с расклешенными футами, которые можно было найти в сольных отделах многих его крупных органов и которые обеспечивали богатый тембр, напоминающий звучание виолончели в теноровом диапазоне, Kleine Erzähler – более мягкая и яркая версия его раннего Erzähler (имитирующая звучание струнных, играющих очень тихо), а также его Pedal Violones высоты 32' и 16', которые он определял как "тонкие, мягкие струнные регистры". Скиннер известен своим имитационным регистром французского горна, который является единственным звуковым изобретением, запатентованным им. Его первые проекты, созданные в его мастерской в Южном Бостоне, были выполнены для Джорджа Фостера Пибоди и для Большого зала Городского колледжа в Нью-Йорке. Собор Святого Иоанна Богослова (op. 150, 1906); епископальная церковь Святого Луки, Эванстон, Иллинойс (op. 327, 1922); Капелла Сейджа в Корнелльском университете (op. 175, 1909); Карнеги-холл, Питтсбург (op. 180, 1910); часовня Апплтон в Гарварде (op. 197, 1912); епископальная церковь Святого Фомы, Нью-Йорк (op. 205, 1913); часовня Финни в Оберлинском колледже (op. 230, 1914), часовня Киркпатрика в колледже Ратгерс (Op. 255, 1916) и кирпичная пресвитерианская церковь, Нью-Йорк (op. 280, 1917). В 1919 году компания "Ernest M. Skinner & Company" была реорганизована с Артуром Х. Марксом (бывшим генеральным менеджером и вице-президентом компании Goodrich Rubber Company) в качестве президента, а Скиннер стал вице-президентом вновь организованной компании "Skinner Organ Company". Это позволило Скиннеру сосредоточиться на технических и художественных аспектах, в то время как другие управляли коммерческой деятельностью компании. В 1924 году, по настоянию Маркса и Уильяма Цёха, другого руководителя фабрики, Скиннер совершил вторую поездку в Англию, где встретился с Генри Уиллисом III, внуком Генри Уиллиса (старшего), и провел время во Франции с Марселем Дюпре, изучая мутационные регистры и хоровую работу французского романтического органа.

Skinner was born in Clarion, Pennsylvania, to touring concert singers Washington and Alice Skinner. His father organized a music company in Taunton, Massachusetts and sang in a quartet in Taunton's Unitarian Church. It was at this church that Skinner encountered his first organ. Skinner attended rehearsals, the performances of Gilbert and Sullivan, and operettas which stimulated his interest in music. He got a job as a bellows pumper at fifteen cents per hour in Taunton's Baptist church where he had his first experiences repairing and constructing organs. In 1916, Skinner created and patented the Orchestrator player relay mechanism. The first of Skinner's new stops, the Erzähler, appeared in 1904, and was soon joined by other tonal colors which Skinner worked on between 1908 and 1924, including the flügel horn, and heckelphone. In addition to his orchestral color reeds, Skinner developed numerous string and hybrid flue stops, many with matching celestes. Among these were the Salicional/Voix Celeste and Dulciana/Unda Maris present in the Swell and Choir divisions of many American organs of the era, as well as his Flauto Dolce/Flute Celeste, his Dulcet (a pair of very narrow scaled string ranks tuned with a fast beat to heighten the intensity), a pair of inverted flare gambas found in the solo divisions of many of his larger organs that allowed a rich, 'cello like timbre for solo lines in the tenor range, the Kleine Erzähler, a softer, brighter version of his earlier Erzähler (which mimics the effect of string players playing very softly), as well as his Pedal Violones at 32' and 16' pitches which he defined as "subtle, soft string stops". Skinner is known for his imitative french horn stop, which is the only sonic creation that he patented. His earliest designs, built in of his workshop in South Boston, were for George Foster Peabody and for the Great Hall of City College in New York. Cathedral of St. John the Divine (op. 150, 1906); Saint Luke's Episcopal Church, Evanston, Illinois (op. 327, 1922); Sage Chapel at Cornell University (op. 175, 1909); Carnegie Music Hall, Pittsburgh (op. 180, 1910); Appleton Chapel, Harvard (op. 197, 1912); Saint Thomas Episcopal Church, New York (op. 205, 1913); Finney Chapel, Oberlin College (op. 230, 1914), Kirkpatrick Chapel at Rutgers College (Op. 255, 1916), and the Brick Presbyterian Church, New York (op. 280, 1917). In 1919, the Ernest M. Skinner & Company was reorganized with Arthur H. Marks (the former general manager and vice president of the Goodrich Rubber Company) as the president and Skinner as vice president of the newly organized Skinner Organ Company. This allowed Skinner to focus on technical and artistic aspects, while others would manage the commercial aspects of the company. In 1924, at the behest of Marks and William Zeuch, another principal at the factory, Skinner made his second trip to England, this time meeting with Henry Willis III, the grandson of Henry Willis (Sr.), and spending time in France with Marcel Dupré learning about mutation stops and chorus work of the French Romantic organ.

Уменьшение успеха и продажи компании "Скиннер Орган"

Компания Скиннера построила сотни трубных органов для клиентов по всей территории Соединенных Штатов. Отношения между Скиннером и руководителями его компании редко были хорошими, но к 1927 году между Марксом и Скиннером нарастало напряжение. По предложению английского органного мастера Генри Уиллиса III, Джордж Дональд Харрисон присоединился к штату Скиннера в качестве помощника генерального менеджера в 1927 году. Поначалу Скиннер воспринял это положительно, и сотрудничество между Скиннером и Харрисоном привело к созданию четырех выдающихся органов в конце 1920-х годов. Первый был построен в 1928 году для Мичиганского университета в Анн-Арборе, затем два дополнительных крупных органа: один для часовни Принстонского университета, а другой – для Мемориальной часовни Рокфеллера в Чикагском университете. Последним инструментом стало восстановление и расширение органа Newberry Memorial Organ, расположенного в Woolsey Hall Йельского университета. Орган в Woolsey Hall – самый крупный инструмент, носящий имя Скиннера, и практически не подвергался изменениям. Он общепризнанно считается одним из лучших «симфонических органов» в мире. С началом Великой депрессии и одновременным совершенствованием технологий записи и воспроизведения электронно усиленной музыки в больших общественных пространствах, заказы на трубные органы сократились. Компания Скиннера была вынуждена уволить рабочих и сократить производство. Мир органной музыки и исполнения в начале 1930-х годов также начал меняться. Оркестральный стиль инструмента, являвшийся специализацией компании Скиннера, терял популярность среди многих молодых органистов, которые стремились к более классическому органу звучанию. Харрисон, работавший над развитием этого нового тонального направления для компании, все чаще запрашивался в качестве дизайнера и завершителя ограниченного числа доступных проектов, в то время как к Скиннеру обращались все реже. Многие органисты сохраняли верность Скиннеру и настаивали на его участии. Слияние в 1932 году компании Aeolian Organ Company с компанией Скиннера и последовавшее за этим изменение названия компании на Aeolian Skinner привело к усилению напряженности между Скиннером, Харрисоном и Марксом, поскольку Скиннер видел, как его техническое и художественное влияние в компании уменьшается по мере возвышения Харрисона. 14 июля 1933 года Совет директоров Aeolian Skinner Company официально лишил Скиннера его должностей и полномочий в компании после его попыток обойти Харрисона и повлиять на условия контракта на орган для собора Грейс в Сан-Франциско. Последним инструментом, лично спроектированным и завершенным Скиннером, хотя и построенным на фабрике Aeolian Skinner, является большой орган в часовне колледжа Жирара в Филадельфии (Opus 872, 1933). Он установлен в просторной и резонансной специальной камере, расположенной над потолком, на высоте 100 футов (30 м) над полом часовни, вмещающей более 2000 человек. Звук, идущий через большую потолочную решетку в резонансную акустику часовни, позволяет отчетливо слышать даже самые тихие регистры инструмента по всему помещению. По мере усиления давления внутри Aeolian Skinner Company, Скиннер начал планировать создание новой органной компании вместе со своим сыном, Ричмондом Гастингсом Скиннером, которую он намеревался назвать Ernest M. Skinner and Son Organ Company, чтобы конкурировать с Aeolian Skinner Company. Марксу удалось убедить Скиннера (с помощью жены Скиннера, Мейбл, и его сына, Ричмонда) вместо этого заключить пятилетний контракт с компанией Skinner Organ Company, который предусматривал годовую зарплату в размере 5000 долларов в обмен на продолжение использования его имени, но требовал, чтобы Скиннер и его недавно приобретенная доля в компании Methuen Organ Company не конкурировали с Aeolian Skinner в строительстве новых органов, а скорее «ограничивали свою деятельность» в мастерской Methuen «восстановлением старых трубных органов». В январе 1936 года Скиннер продал свою долю в компании Skinner Organ Company, чтобы приобрести недвижимость, ныне известную как Methuen Memorial Music Hall в Метуене, штат Массачусетс, включая прилегающую к ней фабрику органов. Оба здания были построены Эдвардом Фрэнсисом Сирлсом для размещения и обслуживания очень большого органа, который первоначально был построен для Бостонского музыкального зала в 1863 году. В последующие годы Скиннер представлял публике хоровые и органные произведения с участием таких исполнителей, как Марсель Дюпре и Э. Пауэр Биггс.

The Skinner Organ Company built hundreds of pipe organs for customers all across the United States. The relationship between Skinner and the business managers of his company was rarely good, but by 1927 friction had built between Marks and Skinner. At the suggestion of English organ builder Henry Willis III, George Donald Harrison joined the Skinner staff as assistant general manager in 1927. Initially, this was accepted positively by Skinner, and collaborations between Skinner and Harrison resulted in four Landmark Organs in the late 1920s. The first was built in 1928 for the University of Michigan at Ann Arbor, then two additional large organs, one for the Chapel at Princeton University, then another for Rockefeller Memorial Chapel at the University of Chicago. The final instrument was the rebuilding and expansion of the Newberry Memorial Organ, which is located in Woolsey Hall at Yale University. The Woolsey Hall organ is the largest instrument to bear the Skinner nameplate, and remains virtually unaltered. It is widely considered to be one of the finest "symphonic organs" in the world. With the onset of the Great Depression and coincident improvements in the recording and playback of electronically amplified music in larger public spaces, orders for pipe organs fell. The Skinner Company was forced to lay off workers and scale back production. The world of organ music and performance in the early 1930s had also begun to change. The orchestral style of instrument, which was the Skinner Company's specialty, had been falling from favor among many younger organists, who were looking for a more classical organ sound. Harrison, who had been working on the development of this new tonal direction for the company, was becoming more frequently requested as the designer and finisher of the limited number of available projects, while Skinner found himself being requested less. Many organists did maintain their loyalty to Skinner and insisted on his involvement. The 1932 merger of the Aeolian Organ Company with the Skinner Company and the resulting change of the company name to Aeolian Skinner, resulted in increasing tension between Skinner, Harrison, and Marks, as Skinner saw his technical and artistic influence at the company beginning to be diminished by the ascension of Harrison. On July 14, 1933, Skinner was formally stripped of his titles and authority within the company by the Board of Directors of the Aeolian Skinner Company, following his attempts to circumvent Harrison and influence the terms of the contract for the organ at Grace Cathedral in San Francisco. The final instrument which was personally designed and finished by Skinner, though built by the Aeolian Skinner factory, is the large organ at the Chapel of Girard College in Philadelphia (Opus 872 1933). It is installed in a spacious and highly resonant dedicated chamber, located above the ceiling, and 100 feet (30 m) above the floor of the 2,000+ seat chapel. Speaking down through a large ceiling grill and into the resonant acoustics of the chapel, even the softest voices of the instrument are clearly heard throughout the room. As pressure increased within the Aeolian Skinner Company, Skinner began to plan the formation of a new organ company with his son, Richmond Hastings Skinner, which he planned to call the Ernest M. Skinner and Son Organ Company, with intention to compete with the Aeolian Skinner Company. Marks was able to persuade Skinner (with the help of Skinner's wife Mabel and his son Richmond) to instead enter into a five year contract with the Skinner Organ Company that provided Skinner with an annual salary of $5,000 in exchange for the continued use of his name, but required that Mr. Skinner and his newly purchased interest in the Methuen Organ Company would not compete with Aeolian Skinner in the construction of new organs, but rather "confine his work " in the Methuen shop " to the rebuilding of older pipe organs." In January 1936, Skinner sold his interest in the Skinner Organ Company to purchase the property now known as Methuen Memorial Music Hall in Methuen, Massachusetts, including the adjacent organ factory. Both had been built by Edward Francis Searles to house and maintain the very large organ which was originally built for the Boston Music Hall in 1863. In the following years Skinner presented public performances of both choral and organ works with featured performers including Marcel Dupré and E. Power Biggs.

Поздние годы

В 1936 году Скиннер и его сын Ричмонд Гастингс Скиннер получили контракт на создание его последнего инструмента для Вашингтонского национального собора. Инструмент был освящен осенью 1938 года и получил широкое признание по всей стране. В январе 1947 года Скиннер присоединился к Органной компании Шанца в Оррвилле, штат Огайо. В 1949 году, будучи в возрасте за восемьдесят и почти полностью потеряв слух, Скиннер окончательно прекратил заниматься изготовлением органов. После этого он начал писать книгу «Состав органа», которая осталась неопубликованной при его жизни и была завершена и опубликована его сыном в 1980 году. Скиннер всегда был плодовитым автором, и его письма редакторам журналов The Diapason и The American Organist публиковались в этих изданиях с 1940-х годов, где он отстаивал свои тональные идеалы и пытался вернуть утраченные позиции в американском музыкальном мире. Уже в середине 1930-х годов многие его инструменты были перестроены или модифицированы до неузнаваемости, а другие просто демонтировали и выбрасывали, во имя «музыкального прогресса». Даже три «Образцовых органа», упомянутых в предыдущем разделе, подверглись этой тенденции, причем изменения в органе Чикагского университета были внесены всего через несколько лет после его завершения. Не все органисты считали себя обязанными следовать установлениям «движения за реформу органа», и любое обсуждение Скиннера было бы неполным без упоминания его обширных, информативных и влиятельных работ об органе и его музыке, опубликованных в книгах и национальных журналах на протяжении большей части его карьеры. После смерти жены Мейбл в 1951 году Скиннер погрузился в спираль упадка, из которой так и не смог выбраться. Тональная переработка его ранних органов в соборе Святого Иоанна Богослова (op. 150, 1911), церкви Святого Фомы (op. 205, 1913) и его последнего крупного органа, построенного для Национального собора, также подверглась этой тенденции к середине 1950-х годов, что еще больше усугубило его эмоциональное состояние, поскольку он видел, как его жизненное дело и идеалы постепенно исчезают. К счастью, в последние десятилетия возрос интерес к восстановлению инструментов Э. М. Скиннера в их первоначальном виде. Во многих случаях, когда духовые механизмы Скиннера заменяли более универсальными или барочными звуками, духовые механизмы Скиннера сохраняли, что облегчало восстановление его инструментов до их первоначальных тональных характеристик и звучания. В 1956 году он жил в Дорчестере, штат Массачусетс. Последние годы жизни мистер Скиннер провел в относительной безвестности в Калифорнии. Скиннер умер ночью с 26 на 27 ноября 1960 года в возрасте 94 лет в семейном доме. Он похоронен в Бетэле, штат Мэн, на семейном участке его жены.

In 1936, Skinner, and his son Richmond Hastings Skinner, were awarded the contract for what would be his final instrument, for the Washington National Cathedral. The instrument was dedicated in the fall of 1938, to wide national acclaim. In January 1947 Skinner joined the Schantz Organ Company in Orrville, Ohio. In 1949, then in his eighties and almost completely deaf, Skinner retired from organ building completely. He then began writing the book The Composition of the Organ, which remained unpublished in his lifetime, and was completed and published by his son in 1980. Skinner was always a prolific writer, with his letters penned to the editors of The Diapason and The American Organist appearing in those publications from the 1940s onward, wherein he worked to defend his tonal ideals, and attempted to regain lost territory on the American musical landscape. As early as the mid 1930s, Skinner saw many of his instruments rebuilt or modified beyond recognition, while others were simply removed and thrown out wholesale, in the name of "musical progress." Even three of the "Landmark Organs" mentioned in the previous section were subject to this trend, with modifications to the University of Chicago organ being carried out only a few years after its completion. Not every organist felt obliged to follow the dictates of the "organ reform movement" and any discussion of Skinner would be incomplete without mentioning his extensive, informative and influential writings on the organ and its music, published in books and national journals over most of his career. Following the death of his wife Mabel in 1951, Skinner entered a downward spiral from which he never recovered. The tonal revision of his earlier organs at St. John the Divine (op. 150, 1911), St. Thomas (op. 205, 1913) and his final large organ built for the National Cathedral all fell subject to this trend by the mid 1950s, further complicating his emotional state as he saw his life's work and ideals gradually becoming extinct. Fortunately, in recent decades there has been a resurgence of interest in restoring E. M. Skinner's instruments to their original condition. In many cases in which Skinner's pipework was replaced with more generic or baroque sounds, the Skinner pipework was put in storage, thus making it easier for the eventual rebuilding of his instruments to be restored back to their original tonal designs and sound. In 1956 he was living in Dorchester, MA. The final years of Mr. Skinner's life found him living in relative obscurity in California. Skinner died during the night of November 26–27, 1960, at the age of 94, at the family home. He is buried in Bethel, Maine, in his wife's family plot.