Оскар Браунинг: Жизнь и творчество британского педагога и историка

Введение

Британский педагог и историк Оскар Браунинг (17 января 1837 – 6 октября 1923) был британским педагогом, историком и ценителем жизни, известной личностью в Кембридже в позднюю викторианскую и эдвардианскую эпохи. Он был новатором в раннем развитии профессиональной подготовки учителей и занимал должность директора Кембриджского университетского колледжа дневного обучения (CUDTC) с 1891 по 1909 год. Браунинг также был плодовитым автором популярных исторических трудов и других книг. Сын состоятельного винокура, он получил образование в Итоне, а затем в Королевском колледже Кембриджа. После окончания учебы в 1860 году он вернулся в Итон в качестве помощника преподавателя. Будучи страстным и активным противником традиционной учебной программы и методов обучения, он внедрил новые и прогрессивные методики в учебный процесс, что было одобрено его учениками, но вызвало недовольство администрации Итона. В 1875 году он был уволен, формально – за неоднократное нарушение школьных правил, однако истинной причиной послужило беспокойство, вызванное его образом жизни, в особенности близкими и привязанными отношениями с воспитанниками. Браунинг вернулся в Королевский колледж, где продолжил свой индивидуалистический подход к преподаванию и быстро зарекомендовал себя как одна из ведущих фигур Кембриджа. Снова его методы пользовались большей популярностью у студентов, чем у коллег. Будучи амбициозным человеком и умелым самопродвиженцем, он поддерживал знакомства в политических и общественных кругах – трижды безуспешно баллотировался в парламент – и опубликовал ряд книг по английской, европейской и мировой истории. Он также писал о теории образования и создал высоко оцененную биографию писательницы Джордж Элиот. Несмотря на это, он не смог добиться академического признания и неоднократно оставался без внимания при назначении на более высокие должности в колледже и при присуждении академических наград. Однако его новаторская работа в области подготовки учителей, особенно благодаря руководству CUDTC, впоследствии была признана важным фактором в развитии современного Департамента образования университета. После выхода на пенсию в 1909 году Браунинг переехал в Рим и продолжал писать до своей смерти в 1923 году. Среди его поздних работ – два тома автобиографии и другие исторические труды, включая историю Италии. В конце жизни, после того как ему ранее было отказано в рыцарском звании, он был удостоен звания офицера Ордена Британской империи (OBE) за заслуги в области образования.

British educationalist and historian

Oscar Browning (17 January 1837 – 6 October 1923) was a British educationalist, historian and bon viveur, a well known Cambridge personality during the late Victorian and Edwardian eras. An innovator in the early development of professional training for teachers, he served as principal of the Cambridge University Day Training College (CUDTC) from 1891 to 1909. He was also a prolific author of popular histories and other books. The son of a prosperous distiller, Browning was educated at Eton, and then King's College, Cambridge. On graduating in 1860 he returned to Eton as an assistant master. A vociferous and active opponent of the school's traditional curriculum and teaching methods, he introduced novel and progressive techniques to the classroom, to the general approval of his pupils but to the dismay of the Eton authorities. He was controversially dismissed from his post in 1875, ostensibly because of repeated disregard for school rules, but an underlying issue was disquiet arising from his lifestyle, particularly his close and affectionate relationships with boys under his care. Browning returned to King's, where he continued his individualistic approach to teaching, and rapidly established himself as a leading Cambridge personality. Again, his methods were far more popular with his students than with his colleagues. An avid social climber and self promotionist, he cultivated a range of acquaintances in the social and political worlds – he stood unsuccessfully three times for Parliament – and published a number of books on English, European and world history. He also wrote on educational theory and produced a well regarded biography of the writer George Eliot. Despite this output, he failed to gain scholastic recognition and was repeatedly overlooked for higher college posts and academic honours. However, his pioneering work in teacher education, particularly through his leadership of the CUDTC, was later recognised as a formative factor in the development of the university's present day Department of Education. After his retirement in 1909 Browning moved to Rome and remained active as a writer until his death in 1923. Among his late works were two volumes of autobiography and further historical works, including a history of Italy. At the end of his life, having earlier been denied a knighthood, he was appointed an Officer of the Order of the British Empire (OBE) for his services to education.

Детство

Оскар Браунинг родился 17 января 1837 года в доме № 8 по Камберленд Террас, Риджентс-парк, Лондон. Его родителями были Уильям Шиптон Браунинг, успешный производитель дистиллятов, и Мариана Маргарет, урождённая Бридж, дочь морского капитана. Он был четвёртым ребёнком, после чего родились ещё две дочери. Оскар родился преждевременно, выжив из близнецов, старший из которых умер мёртвым; Оскар избежал той же участи лишь благодаря усердию и решительности няни. Когда Оскар был ещё младенцем, семья переехала в Виндзор, графство Беркшир, где, по его собственным словам, Браунинг вырос, переезжая с дома на дом. Один из этих домов находился недалеко от Лонг-Уолка, где "королева [Виктория] почти ежедневно проезжала мимо наших окон". Раннее образование Браунинга проходило в разных школах и с репетиторами. Не сумев поступить в Итонский колледж в качестве "младшего ученика" – по его собственным словам, несколько раз – Браунинг был отправлен в 1848 году жить к своему старшему брату Уильяму, к тому времени священнику церкви Святой Марии в Эвердоне, недалеко от Давентри, чтобы подготовиться к вступительным экзаменам для поступления в Итон в качестве стипендиата. Он успешно сдал экзамены летом 1850 года и занял своё место в январе следующего года в качестве "колледжера", незадолго до своего четырнадцатого дня рождения.

Итон и Кембридж

Вначале Браунинг был потрясён жизнью в Итоне, которую его биограф Иан Анструтер описывает как «суровый мир, в котором слабые мальчики были беспомощны, а удовольствия и пороки навязывались самым младшим без ограничений». В 1853 году Браунинг начал вести дневник, в котором его описания повседневной жизни, как отмечают Пэм Хёрст и Марк Макбет в своей биографии Браунинга, указывают на то, что Итон «больше походил на диккенсовский приют, чем на королевскую школу». Хотя первые годы обучения в Итоне были для него несчастливыми, его успехи порадовали его наставника Уильяма Джонсона, который писал о нём: «Оскар читает как студент-филолог – наконец-то я нашёл настоящего учёного, сочетающего вкус со знаниями, эстетику с грамматикой, общительность с вдумчивостью». Подход Джонсона к образованию и преподаванию оказал влияние на Браунинга на протяжении всей его жизни. Несмотря на то, что он не был особенно популярен, Браунинг был избран в эксклюзивное общество Итона, известное как «Поп». Он также выиграл конкурс на написание и произнесение торжественной речи, когда принц-консорт Альберт посетил Итон в День основания в 1854 году. По мере взросления и расширения интересов успеваемость Браунинга в школе ухудшилась, к огорчению Джонсона, но объём и широта его чтения подтверждаются списком его книг, включённым в дневник в ноябре 1854 года: Байрон и Эдвард Гиббон соседствуют с произведениями Аддисона, Сиднея Смита, Томаса Арнольда и многих других писателей, как классиков, так и современников. Летние месяцы он часто проводил в Брюсселе, куда переехала его мать с младшими сёстрами после смерти отца в 1853 году. Однажды Браунингу удалось попасть в состав королевской свиты во время визита короля Бельгии к императору Наполеону III в Кале. Браунинг покинул Итон в 1856 году, поступив в Королевский колледж Кембриджского университета, где он начал обучение в октябре. Студенты Кингс, являвшегося побратимом Итона, все были выпускниками Итона, и Браунинг, которому их постоянное общение казалось стесняющим, предпочитал компанию студентов из других колледжей, особенно Тринити, где он нашёл единомышленников, разделявших его растущий радикальный подход к образованию. В отличие от его итонских лет, время, проведённое Браунингом в Кембридже, прошло спокойно. Он был приглашён вступить в интеллектуальную группу, известную как Апостолы, в 1859 году стал президентом Кембриджского союза, а в том же году был избран членом Королевского колледжа – пожизненное назначение, которое служило бы надёжной опорой в случае неудачи в других сферах деятельности. В более широком смысле он осознал свою политическую идентичность как радикального либерала, ученика Джона Стюарта Милля. Среди наиболее значимых дружеских связей, завязавшихся в Кембридже, была дружба с Генри Сиджвиком из Тринити-колледжа, впоследствии выдающимся реформатором образования, о котором Браунинг писал: «Я советовался с ним по всем важным вопросам и никогда не пренебрегал его советом». Браунинг окончил Кембридж в 1860 году, заняв четвёртое место на классическом экзамене Tripos. Его ближайшее будущее оставалось неопределённым: возможно, путешествия, юридическая практика в Англии или академическая должность в Кембридже. Вместо этого он принял приглашение вернуться в Итон в качестве помощника учителя. Помимо финансовой и бытовой стабильности, он видел в этом возможность реализовать некоторые из своих более прогрессивных идей в области образования. Позже он сказал, что его цель как школьного учителя заключалась в том, чтобы «каждый мой ученик получил опыт, максимально отличающийся от того, что был у меня».

Browning was initially shocked by life at Eton, which his biographer Ian Anstruther describes at that time as "a rough world of its own in which the weaker boys were helpless, and where the delights and depravities of vice were imposed on the youngest without restraint". In 1853 Browning began a journal, in which his descriptions of daily life suggest, say Pam Hirst and Mark McBeth in their account of Browning's life, that Eton, "[r]ather than a royally endowed school [was] more like a Dickensian orphanage". Although his first Eton years were unhappy, his work pleased his tutor, William Johnson, who wrote of him: "Oscar reads like a student of literature at last I have found a genuine student combining taste with knowledge, aesthetics with grammar, sociability with thoughtfulness". Johnson's approach to education and teaching influenced Browning for the rest of his life. Although not generally popular, Browning secured election to the exclusive Eton Society, known as "Pop". He also won a contest to write and deliver a suitable oration when Albert, the Prince Consort, visited Eton on Founder's Day in 1854. As Browning matured and his interests widened, his formal schoolwork suffered, to Johnson's distress, but the scope and extent of his reading is evidenced by a list of his books, included in his journal in November 1854: Byron and Edward Gibbon are accompanied by works from Addison, Sydney Smith, Thomas Arnold, and many more writers, classic and contemporary. Summers were often spent in Brussels, where his mother and younger sisters had moved following his father's death in 1853. On one occasion Browning contrived to be included in the royal party when the King of the Belgians visited the Emperor Napoleon III in Calais. Browning left Eton in 1856, having gained entry to King's College, Cambridge, where he began in October. Students at King's, the sister foundation to Eton, were all Etonians, and Browning, who found their continuing association stifling, generally preferred the company of men from other colleges, especially Trinity, where he found kindred spirits who shared his growing radical approach to education. Unlike his Eton years, Browning's time at Cambridge passed serenely. He was invited to join the intellectual group known as the Apostles, was President of the Cambridge Union in 1859, and that same year was elected a fellow of King's – a lifetime appointment which would provide a fallback should his career in other fields falter. In a wider sphere he discovered his political identity as a Radical Liberal, a disciple of John Stuart Mill. Among the more significant friendships initiated at Cambridge was that with Henry Sidgwick from Trinity College, later a leading educational reformer, of whom Browning would write: "I consulted him on every important matter, and never failed to follow his counsel". Browning graduated in 1860, taking fourth position in the Classical Tripos. His immediate future was undecided; perhaps travel, the English Bar, or an academic post at Cambridge. Instead, he accepted an invitation to return to Eton as an assistant master. Apart from the financial and domestic security this would bring, he saw it as an opportunity to put some of his more enlightened educational ideas into practice. He would later say that his objective as a schoolmaster was "that every pupil of mine should have an experience as different as possible from what my own had been."

Молодой реформатор

Когда Браунинг начал преподавать в Итоне, он обнаружил, что управление колледжем в значительной степени не изменилось со времени его основания в XV веке, а учебный план едва ли был реформирован с тех пор: классические латинские и греческие тексты, изучаемые наизусть, немного математики и все остальные предметы преподавались как факультативные. Однако в воздухе чувствовались перемены; в 1861 году правительство учредило Кларендонскую комиссию для изучения условий в девяти ведущих британских частных школах. Когда комиссия приступила к расследованию в Итоне, недавно назначенный директор Эдвард Балстон представил осторожную, традиционалистскую точку зрения на учебную программу и управление, не видя необходимости в значительных изменениях. 25-летний Браунинг, давая показания 2 июля 1862 года, высказал более радикальные взгляды. Он считал, что академическим успехам уделяется недостаточно внимания по сравнению со спортивными достижениями, и что официальную учебную программу следует пересмотреть, включив в нее преподавание французского и истории. Среди его более широкой критики были характер и уровень богослужений в часовне, а также излишняя терпимость к привычке мальчиков пить пиво. Этот реформаторский пыл не разделяли более консервативные коллеги Браунинга, в том числе его ровесник Эдмонд Уорр, ярый противник реформ, который впоследствии стал директором Итона, а затем и проректором. Тем не менее, доклад Кларендонской комиссии, опубликованный в 1864 году, критиковал школу и в значительной степени поддержал взгляды Браунинга и реформаторов. К этому времени Браунинг стал воспитателем, что дало ему возможность реализовать свою личную педагогическую концепцию. Его дом, под домашним надзором матери, первоначально был самым маленьким в колледже, с всего девятью пансионерами. По мере роста дома он приобрел ряд отличительных черт; Ричард Давенпорт Хайнс в биографическом очерке описывает общую атмосферу следующим образом: "В его доме царила спорная эстетика прерафаэлитов; еда была питательной и обильной, шторы – работы Уильяма Морриса. Здесь было много веселья и шалостей, затеваемых учениками, но бронзовые и мраморные скульптуры в коридорах не поощряли грубого поведения. ОБ страстно желал реформировать Итон, чтобы он мог воспитывать эффективный правящий класс для демократической эпохи; эти новые правители, по его мнению, должны были основывать свою власть на платонических добродетелях мудрости и благочестия, а также на наследственных привилегиях". Хотя он не был против здоровой физической активности – он был увлеченным альпинистом и членом Альпийского клуба, а также поощрял занятия спортом среди младших учеников – Браунинг отвергал культ атлетизма. В качестве альтернативы "Попу", который, по его мнению, был поглощен поклонением атлетам, он основал Литературное общество, куда приглашались известные гости-лекторы. Он организовал регулярные чтения стихов и пьес, а также поощрял любовь к музыке, организуя выступления местных музыкантов с произведениями современных композиторов, таких как Брамс. Многие состоятельные и влиятельные родители стремились устроить своих сыновей в дом Браунинга. В результате его доход резко возрос: с жалованья помощника преподавателя в размере 42 фунтов стерлингов в год плюс плата за репетиторство до суммы от 2500 до 3000 фунтов стерлингов за счет платы за проживание. "Я настолько преуспел, – писал он в 1866 году, – что сам почти удивлен". В 1868 году Браунинг опубликовал свою первую полноценную работу – школьный учебник в виде нового издания сочинений римского историка Корнелия Непоса. Он регулярно публиковал статьи и рецензии в ведущих современных журналах. Он расширил свою педагогическую деятельность за пределы школы, став секретарем Виндзорской и Итонской ассоциации по образованию женщин.

When Browning began teaching at Eton he found the college's governance was largely unchanged from its foundation in the 15th century, and its general curriculum barely reformed from those days: classical Latin and Greek texts learned through repetition, a little mathematics, and all other subjects taught as optional extras. However, change was in the air; in 1861 the government set up the Clarendon Commission to enquire into the conditions of Britain's nine leading public schools. When the commission investigated Eton, the newly appointed headmaster, Edward Balston, presented a cautious traditionalist view of the curriculum and governance, and saw no need for significant changes. The 25 year old Browning, giving evidence on 2 July 1862, gave a rather more radical viewpoint. He thought that too little recognition was given to scholarly prowess as against athletic achievement, and that the formal curriculum should be overhauled to include the teaching of French and history. His wider ranging criticisms included the nature and standard of chapel services, and the over tolerance of the boys' beer drinking habits. This reforming zeal was not shared by Browning's more traditionally minded colleagues, who included his exact contemporary Edmond Warre, a vociferous opponent of reform who in due course became Eton's headmaster and later, provost. Nevertheless, the Clarendon Commission's report, issued in 1864, was critical of the school and largely endorsed the views of Browning and the reformers. By this time Browning had become a housemaster, which provided him with scope to put his personal educational ethos into practice. His house, under the domestic supervision of his mother, was initially the smallest in the college, with just nine boarders. As the house grew, it became known for numerous characteristic features; Richard Davenport Hines, in a biographical sketch, summarises the general ambience thus:
"His house had a controversially Pre Raphaelite tone; the food was nourishing and plentiful, the curtains were by William Morris There was much jolliness and ragging led by the man–boy at the centre, but the bronzes and marbles in his corridors discouraged rough housing OB passionately desired to reform Eton so that it could educate an effective governing class for a democratic age; these new rulers, in his ideal, would rest their power on the Platonic virtues of wisdom and goodness as well as hereditary privilege." Although not opposed to healthy physical activity – he was a keen climber and member of the Alpine Club, and promoted sports and games among the junior boys – Browning disavowed the cult of athleticism. As an alternative to "Pop", which he thought had become infested with athletics worship, he began a Literary Society, to which distinguished visiting speakers were invited. He instituted regular poetry and play readings, and encouraged the appreciation of music with performances by local musicians of works by emergent modern composers such as Brahms. Many wealthy and influential parents sought places for their sons in Browning's house. As a result, his income rose spectacularly, from the assistant master's stipend of £42 per annum plus fees from tutoring, to something between £2,500 and £3,000 as a result of his profits from boarding fees. "I am so prosperous", he wrote in 1866, "as almost to be astonished myself". In 1868 Browning published his first full length work, a school textbook in the form of a new edition of the writings of the Roman historian Cornelius Nepos. He was a regular contributor of articles and reviews to some of the leading contemporary journals. He extended his educational work beyond the boundaries of the school, becoming secretary of the Windsor and Eton Association for the Education of Women.

Хорнби и споры

В 1868 году Балстон ушел в отставку, и его сменил на посту директора Джеймс Джон Хорнби. Это назначение нарушило традицию, согласно которой директора Итона всегда были выпускниками Королевского колледжа в Кембридже (Хорнби же был выпускником Оксфорда). Браунинг приветствовал перемены: «Теперь мы будем руководствоваться принципами, которые повсеместно приняты в человеческом обществе». Хорнби внедрил умеренные изменения в учебную программу и расписание, включив в основной курс истории, естественные науки, современные языки и другие предметы. Однако антиреформаторские настроения в Итоне оставались сильными, и Хорнби вскоре сблизился с более консервативными группировками во главе с Уорре. Его раздражала независимая точка зрения Браунинга и его преподавание «современной» истории, такой как Французская революция. Хорнби считал, что Браунинг пренебрегает своей основной работой – преподаванием классических языков – в пользу своих экспериментальных педагогических методов и внеучебной деятельности, например, «лекций для дам», и критиковал недостаток дисциплины на его занятиях. Вопреки мнению Хорнби, Браунинг, несмотря на свой неортодоксальный подход, придавал большое значение преподаванию классики и позже называл классическое образование, полученное в Итоне, главной причиной успеха этонианцев в общественной жизни. Личные отношения Браунинга с учениками вызывали у Хорнби особое беспокойство. Хотя Браунинг решительно осуждал гомосексуализм, мастурбацию и любые другие сексуальные практики, он поддерживал ряд романтических привязанностей к мальчикам. У него были любимцы, которых он часто заменял резко и внезапно, когда они теряли его интерес. Иногда один из них сопровождал его в регулярных поездках по Европе во время летних каникул, как это сделал Джеральд Бальфур, брат будущего премьер-министра, в 1869 году. Хотя подобные близкие, даже нежные отношения между учителем и учеником считались в целом допустимыми в викторианских привилегированных школах, эксцентричность и манеры Браунинга противоречили представлениям Хорнби о школе; Анструтер пишет: «Одного взгляда на Оскара Браунинга с его бледным лицом и женственными манерами было достаточно, чтобы вызвать у Хорнби подозрения». Кроме того, широко известна была дружба Браунинга с художником Симеоном Соломоном. Соломон, как и Браунинг, был сторонником «греческой любви» – концепции, восходящей к диалогам Платона, согласно которой высшей формой любви является любовь между мужчинами, исключающая физическое проявление. Они вместе отдыхали, и Соломон часто посещал Итон, обмениваясь с Браунингом серией интимных писем, в которых они взаимно восхваляли красоту различных мальчиков. В феврале 1873 года Соломон был осужден за грубое непристойное поведение в общественном туалете в Лондоне – добровольный акт содомии со взрослым рабочим был далек от идеалов «греческой любви», и Браунинг немедленно прекратил отношения с Соломоном.

In 1868 Balston resigned, and was succeeded as headmaster by James John Hornby. This appointment broke with the tradition that Eton headmasters always came from King's College, Cambridge (Hornby was an Oxford man). The change was welcomed by Browning: "We shall now be governed on the principles that universally obtain in human society". Hornby introduced modest curriculum and timetable changes which incorporated history, science, modern languages and other subjects into the main curriculum. However, the anti reform instincts at Eton remained strong, and Hornby soon identified with the more traditionalist factions led by Warre. He was irritated by Browning's independent outlook, and objected to his teaching of "modern" history such as the French Revolution. Hornby thought that Browning neglected his real work, the teaching of classics, in favour of his experimental pedagogical methods and outside activities such as "lecturing to ladies", and was critical of a supposed lack of discipline in his classes. Contrary to Hornby's view, Browning, despite his unorthodox approach, attached great importance to the teaching of classics, and would later cite the classical education given at Eton as the chief reason for the pre eminence of Etonians in public life. Browning's personal relationships with boys were a further matter of concern to Hornby. Although Browning took a firm personal line against homosexuality, masturbation and any other sexual practices, he maintained a series of romantic friendships with boys. He had favourites, who were often replaced with a brutal suddenness when they lost their appeal. Sometimes, one of these would accompany him on his regular European trips during the summer holidays, as did Gerald Balfour, the future prime minister's brother, in 1869. Although this type of close, even affectionate master boy relationship was considered generally acceptable in Victorian public school life,

Browning's flamboyance and mannerisms were contrary to Hornby's vision for the school; Anstruther writes: "The mere sight of Oscar Browning with his pale face and effeminate manner was enough in itself to make Hornby suspicious". Furthermore, Browning's friendship with the artist Simeon Solomon was widely known. Solomon, like Browning, was an advocate of "Greek love", a concept derived from Plato's Dialogues which held that the highest form of love was that of men for each other, exclusive of physical expression. The two holidayed together, and Solomon was a frequent visitor to Eton – he exchanged with Browning a series of intimate letters in which they mutually extolled the beauties of various boys. In February 1873 Solomon was convicted of an act of gross indecency in a London public lavatory – a consensual act of sodomy with a mature working class male was far from the ideals of Greek love, and Browning ended the relationship with Solomon immediately.

Отставка

Терпение Хорнби к поведению Браунинга было подвергнуто дальнейшему испытанию в 1874 году, когда Браунинг завел дружбу с мальчиком из другого дома, действуя с полного одобрения отца мальчика. Этим мальчиком был Джордж Керзон, будущий консервативный государственный деятель и вице-король Индии. Характер этих отношений стал поводом для сплетен среди персонала; хозяин дома Керзона, Чарльз Уолли Дод, пожаловался Хорнби, который после некоторой нерешительности приказал Браунингу прекратить все контакты с мальчиком во время учебного года. Браунинг был возмущен тем, что он расценил как упрек в его морали, и последовала бурная переписка с Хорнби. Получив поддержку отца Керзона, лорда Скарсдейла, Браунинг оспорил распоряжение директора и обратился к проректору, который поддержал Хорнби. Под угрозой увольнения в случае неповиновения, Браунинг неохотно подчинился, продолжая встречаться с Керзоном во время каникул. По словам биографа Браунинга, Иана Анструтера, Браунинг серьезно рассматривал возможность отставки летом 1874 года, но его друг, писатель Джордж Элиот, отговорил его от этого. Осенью того же года он вернулся в Итон, но не стал особенно скрываться или соблюдать правила, которые он привык игнорировать, если они были неудобны. Одно из этих правил касалось максимального количества учеников, для которых преподаватель мог быть наставником, – сорок; у Браунинга было сорок три. Хотя проректор предоставил ему временное освобождение от этого правила, оно истекло летом 1875 года. Браунинг не стал добиваться продления разрешения, но продолжал обучать своих дополнительных учеников. Этот акт неповиновения, последний в длинной череде нарушений и подрыва правил, а также подозрения, вызванные отношениями с Керзоном, стали последней каплей для Хорнби. 16 сентября 1875 года, после серии напряженных встреч, он написал Браунингу официальное письмо об увольнении с должности. Это внезапное решение ошеломило Браунинга и весь Итон. Большинство помощников директора и многие родители учеников его дома обратились к Хорнби и управляющему совету с просьбой отменить увольнение. 9 ноября 1875 года, когда управляющий совет собрался для рассмотрения этого вопроса, он утвердил решение Хорнби. Обращение Браунинга к общественному мнению привело к шквалу поддерживающих писем и редакционных статей в ведущих газетах, но не принесло результата. В конце 1875 года Браунинг закрыл свой дом и покинул Итон, его последняя просьба о финансовой компенсации была отклонена. Первые месяцы 1876 года Браунинг провел с семьей, а летом отправился с ними в Лейпциг, взяв с собой четырех своих бывших учеников из Итона. В августе он нашел время посетить Байройт, где он присутствовал на первом полном представлении оперного цикла Вагнера «Кольцо Нибелунга». Тем временем Эдвард Кнатчбулл Хугессен представил в Палату общин петицию против права директоров частных школ увольнять сотрудников по своему усмотрению, но Палата подтвердила это право. Один из авторов в журнале "The Saturday Review" высмеял претензии помощников преподавателей на оспаривание полномочий директоров и подчеркнул опасность такого примера неповиновения для школьников. Что касается Браунинга, то, по словам этого анонимного корреспондента, «у мистера Браунинга есть своеобразные представления о правильном методе обучения мальчиков в частной школе» – представления, враждебные традициям Итона «мужественности и здравого смысла».

Hornby's patience with Browning's conduct was tested further in 1874, when Browning began a friendship with a boy from another house – acting with the full approval of the boy's father. The boy was George Curzon, the future Conservative statesman and Viceroy of India. The nature of this association became the occasion for gossip amongst the staff; Curzon's housemaster, Charles Wolley Dod, complained to Hornby, who after some equivocation ordered Browning to end all contact with the boy during term time. Browning was outraged by what he took as a slur on his morals, and a heated correspondence with Hornby ensued. Since he had the support of Curzon's father, Lord Scarsdale, Browning challenged the headmaster's injunction and appealed to the provost, who upheld Hornby. Under threat of dismissal unless he submitted, Browning did so reluctantly, while continuing to meet Curzon during the holidays. According to Browning's biographer Ian Anstruther, Browning seriously contemplated resignation in the summer of 1874, but was persuaded otherwise by his friend, the novelist George Eliot. He returned to Eton that autumn, but made little effort to lie low or adhere to regulations which he was accustomed to ignore if inconvenient. One of these related to the maximum number of pupils for whom any master could act as tutor, that number being forty; Browning had forty three. Although given a temporary dispensation from this rule by the provost, this expired in the summer of 1875. Browning did not seek a renewal of permission, but continued to tutor his excess pupils. This act of insubordination, the latest in a long line of infringements and subversion of regulations, and alongside the suspicions arising from the Curzon relationship, proved to be the last straw for Hornby. On 16 September 1875, after a series of tense meetings, he wrote a formal letter to Browning dismissing him from his post. This sudden action stunned Browning and all of Eton. Most of the assistant masters, and many of the parents of the boys in his house, petitioned Hornby and the Governing Body to retract the dismissal. On 9 November 1875, when the governing body met to consider the matter, they ratified Hornby's decision. An appeal by Browning to public opinion led to a spate of supportive letters and editorials in the leading newspapers, but to no avail. At the end of 1875 Browning closed his house and left Eton, his final request for a measure of financial compensation being rejected. Browning spent the first months of 1876 with his family, and that summer travelled with them to Leipzig, taking along four of his former Eton pupils. He found time in August to visit Bayreuth, where he attended the first full performance of Wagner's Ring Cycle. Meanwhile, a petition against the rights of public school masters to dismiss their staff at will was presented to the House of Commons by Edward Knatchbull Hugessen, but the House upheld such rights. A writer in The Saturday Review ridiculed the presumption of assistant masters in seeking to challenge the powers of headmasters, and stressed the dangers to schoolboys of such an example of insubordination. As to Browning, according to this anonymous correspondent, "Mr Browning has peculiar ideas as to the proper method of educating boys at a public school" – ideas inimical to Eton's traditions of "manliness and common sense".

Реформирую

В сентябре 1876 года Браунинг вернулся в Кембридж и в свой Королевский колледж, где, несмотря на внешне приветливый прием, столкнулся с определенной неприязнью. Многие его коллеги по колледжу, все выпускники Итонского колледжа, были недовольны обстоятельствами его ухода из школы, а его репутация радикального реформатора вызывала дополнительные опасения. Эта старая гвардия воспрепятствовала его назначению на должность преподавателя в колледже, что позволило бы увеличить его доход сверх базового жалованья стипендиата в размере 300 фунтов стерлингов в год. Однако группа более благосклонных преподавателей во главе с Джоном Робертом Сили собрала средства, которые позволили финансировать неофициальную должность лектора по истории и увеличить доход Браунинга примерно на 150 фунтов стерлингов в год. Браунинг считал, что задача исторической школы в Кингс – подготовка будущих государственных деятелей. Он начал курс истории, посвященный договорам, и смог увеличить свой доход за счет платы студентов, привлеченных на этот курс. Занятия Браунинга, проводимые в его уставленных книгами и роскошно обставленных комнатах, вскоре стали знаменитыми; по воспоминаниям одного из участников, "его речь напоминала поток расплавленной лавы, уносящий на своем течении всевозможные воспоминания". В течение нескольких месяцев после прибытия он основал Политическое общество, где студенты представляли доклады для обсуждения и критики, тем самым предвосхитив роль семинара как неотъемлемой части английского университетского образования. Он организовал и другие общества, в частности, группу, посвященную музыке Моцарта, которая развилась в Музыкальное общество, в которое приглашались ведущие современные исполнители. Он также учредил регулярные "вечера" в своих комнатах, где его студенты могли встречаться и общаться с выдающимися друзьями и знакомыми Браунинга, среди которых могли быть Джордж Элиот, Уолтер Пейтер или Джон Раскин. Эти мероприятия стали стимулирующим дополнением к учебному процессу, которое, как отмечает Марк Макбет, "не обязательно должно было быть скучным, изнурительным или жестким; оно могло быть одновременно развлекательным и информативным, а также интеллектуально стимулирующим". Используя в качестве рычага Отчет Королевской комиссии по Оксфорду и Кембриджу 1874 года, Браунинг предложил ряд реформ, касающихся реорганизации Кингс. Он утверждал, что колледж должен ставить потребности своих студентов на первое место и предоставлять ресурсы для поддержки студента "в любой области обучения, которую он выберет", в окружении "компаньонов, наиболее подходящих для трудолюбивого и способного человека". Он неблагоприятно сравнил Кингс с его коллегой-колледжем Троицей и также, не слишком дипломатично, предложил уменьшить оплату проректора Кингс и сократить его жилое пространство. Хотя в то время большинство идей Браунинга были проигнорированы, многие из них были приняты в последующие годы.

In September 1876, Browning returned to Cambridge and his King's College Fellowship where, despite an outwardly cordial reception, he faced some animosity. Many of his King's colleagues, all Etonians, were unimpressed by the circumstances of his departure from the school, and his reputation as a radical reformer gave further grounds for concern. This old guard obstructed his appointment to a college lectureship, which would have increased his income beyond the basic Fellow's stipend of £300 a year. However, a group of more sympathetic dons, under John Robert Seeley, raised a subscription which funded an unofficial lectureship in history and enhanced Browning's earnings by around £150 a year. Browning believed that the function of the History school in King's was to educate future statesmen. He began a history course on Treaties, and was able to augment his income with fees from students attracted to the course. Browning's tutorials, held in his book lined and lavishly decorated rooms, soon became famous; in the memory of one participant, "his talk was like a flow of molten lava that bore every kind of reminiscence on its tide". Within months of his arrival he had founded the Political Society, where students presented papers for discussion and criticism, thereby anticipating the role of the seminar as a feature of English university education. He began other societies, in particular a group devoted to the music of Mozart which developed into a Musical Society to which leading contemporary performers were invited. He also instituted a regular series of "at homes" in his rooms, at which his students would be able to meet and converse with Browning's distinguished friends and acquaintances, who might include George Eliot, Walter Pater, or John Ruskin. These occasions provided a stimulating adjunct to the learning process which, Mark McBeth observes, "did not have to be unglamorous, mind numbing, nor rigid; it could be entertaining as well as informative, and intellectually stimulating". Using the 1874 Report of the Royal Commission on Oxford and Cambridge as a lever, Browning proposed a raft of reforms as to how King's should reorganise itself. He argued that the college should place the needs of its students at its centre, and should provide the resources to support a student "in any line of study that he might adopt", amid "companions most congenial to an industrious and able man". He compared King's unfavourably with its sister college Trinity, and also suggested, undiplomatically, that the King's College provost should be paid less and his living accommodation made smaller. Though largely ignored at the time, many of Browning's ideas would be adopted in future years.

Создание репутации

В 1879 году Браунинг стал секретарем Кембриджского филиала Оксбриджского синдиката подготовки учителей (TTS), созданного в предыдущем году с целью включения подготовки учителей, в то время не имевшей единых стандартов, в сферу деятельности Оксфордского и Кембриджского университетов для обеспечения более прочной интеллектуальной основы профессии. Студенты TTS не являлись членами университета, но посещали лекции, сдавали экзамены и получали сертификаты университета. Несмотря на энтузиазм Браунинга, синдикату было трудно утвердиться из-за общего безразличия университета к подготовке учителей, однако его тепло поддержал педагог и священнослужитель Джордж Риддинг, который сказал Браунингу: «Существование такого синдиката, как ваш, представляется мне наилучшей возможностью для совместной разработки будущей теории высшего образования». Два года спустя Браунинг опубликовал свою первую крупную работу по теории образования – «История теорий образования», которая впоследствии была переведена на несколько языков и переиздавалась многократно вплоть до 1905 года. В 1883 году он отредактировал новое издание «Трактата об образовании» Джона Мильтона. В 1880 году Браунинг был назначен лектором в Королевском колледже и усердно работал над тем, чтобы зарекомендовать себя как академический историк. Он опубликовал успешные школьные учебники по современной Англии и современной Франции, а также отредактировал серию политических меморандумов и депеш эпохи Наполеона. В 1884 году он был избран членом Королевского исторического общества, а в 1885 году стал председателем совета общества. В последующие годы он много писал, но его работы не получили того академического признания, на которое он надеялся. Его книги современники считали небрежными и неточными, один из критиков писал: «Если читатель не слишком придирчив к грамматике и стилю и с разумной осторожностью относится к датам, он, или, скорее всего, она, найдет страницы мистера Браунинга одновременно забавными и полезными». В 1880 году умер давний друг Браунинга, Джордж Элиот (Мэри Энн Эванс); он был среди скорбящих на кладбище Хайгейт, где ее похоронили 29 декабря. Помимо матери, она была самой влиятельной женщиной в жизни Браунинга; некоторые его знакомые полагали, что он хотел жениться на ней. Он решил почтить ее память, написав ее биографию, заявляя, что у него есть «только дружба, длившаяся пятнадцать лет, и глубокая и непоколебимая преданность ее уму и характеру». Опубликованная в 1890 году в серии «Великие писатели», она стала самой успешной книгой Браунинга, было издано 39 ее редакций вплоть до 2012 года. За ней последовали две небольшие литературные биографии Данте Алигьери (опубликована в 1891 году) и Гёте (опубликована в 1892 году). К этому времени он познакомился и подружился с Оскаром Уайльдом, дружба, которая продолжалась до скандала и тюремного заключения Уайльда в 1895 году, когда Браунинг внес свой вклад в фонд, созданный друзьями Уайльда для помощи в погашении его долгов. Браунинг был знаком лично или по переписке с ведущими литературными деятелями, такими как Альфред, лорд Теннисон, Алджернон Суинберн и Роберт Браунинг, не состоявший с ним в родстве. По словам критика Ноэля Аннана, писавшего в 1983 году, Оскар Браунинг самонадеянно представился поэту-лауреату словами: «Здравствуйте, Теннисон, я Браунинг», на что получил ответ: «Нет, ты не Браунинг». В 1881 году Браунинг стал казначеем Кембриджского союза, на этом посту он пробыл 21 год. В 1887 году он стал президентом Footlights и оставался им до 1895 года. Он также основал Либеральный клуб Кембриджского университета в 1886 году, став его первым казначеем и оставаясь на этом посту в течение десятилетия. В течение этого времени он проводил в своих комнатах в Кингс множество мероприятий общества, от заседаний комитетов и вечеринок с хересом до более масштабных вечеров «Дома», которые давали редкую возможность мужчинам и женщинам в Кембридже общаться друг с другом. К 1888 году он был достаточно известен, чтобы стать объектом карикатуры У. Б. Хейса («Хей») как один из «Мужчин дня» в журнале общества «Vanity Fair». В 1886 году Браунинг начал активную политическую деятельность как либерал-гладстонианец; на всеобщих выборах того года, будучи кандидатом от Либеральной партии в южнолондонском избирательном округе Норвуд, он потерпел сокрушительное поражение. Он участвовал в двух других выборах, в 1892 году в Восточном Вустершире и в 1895 году в Ливерпуле Уэст-Дерби, в каждом случае проигрывая с большим перевесом голосов.

In 1879 Browning became secretary of the Cambridge branch of the Oxbridge Teachers' Training Syndicate (TTS), formed the previous year with the object of bringing the training of teachers, at the time uncodified, into the purview of Oxford and Cambridge universities to provide a greater intellectual foundation for the profession. TTS students were not members of the university, but attended lectures and were examined and certificated by the university. Despite Browning's enthusiasm, the syndicate struggled to establish itself in the face of the university's general indifference to teacher education, but was warmly supported by the educationist and cleric George Ridding, who told Browning: "The existence of such a Syndicate as yours appears to me to give the best possible opportunity for consultative construction of a future Theory for higher education". Two years later Browning published his first major book on educational theory, History of Educational Theories, later translated into several languages and reprinted several times up to 1905. In 1883 he edited a new version of John Milton's Tractate of Education. Browning was appointed to a formal King's College lectureship in 1880, and worked hard to establish himself as an academic historian. He published successful school textbooks on Modern England and Modern France, and edited a series of political memoranda and despatches from the Napoleonic era. He was elected to the Royal Historical Society in 1884, and was chairman of the society's council in 1885. During the following years he wrote prolifically, but his work did not bring him the scholastic recognition he hoped for. His books were regarded by his peers as slipshod and inaccurate, one critic writing: "If the reader is not particular about grammar and style, and is judiciously suspicious of dates, he, or more likely she, will derive both amusement and profit from Mr Browning's pages". In 1880 Browning's long time friend George Eliot (Mary Anne Evans) died; he was among the mourners at Highgate Cemetery when she was buried there on 29 December. Apart from his mother, she was the most influential woman in Browning's life; some of his acquaintances thought he wanted to marry her. He decided to honour her memory by writing her biography with, he said, "no claims to offer but a friendship of fifteen years, and a deep and unswerving devotion to her mind and character". Published in 1890 as part of a series on Great Writers, it was Browning's most successful book, with 39 editions being issued up to 2012. He followed it up with two short literary lives, respectively of Dante Alighieri (published 1891), and Goethe (published 1892). By this time he had met and befriended Oscar Wilde, a friendship that lasted until Wilde's scandal and imprisonment in 1895, when Browning contributed to the fund set up by Wilde's friends to help pay his debts. Browning was acquainted through meetings or correspondence with leading literary figures such as Alfred, Lord Tennyson, Algernon Swinburne, and the unrelated Robert Browning. According to the critic Noel Annan, writing in 1983, Oscar Browning introduced himself presumptuously to the Poet Laureate with the words "Hello, Tennyson, I'm Browning", and received the reply "No, you're not". In 1881 Browning became treasurer of the Cambridge Union, a post he held for 21 years. In 1887 he became president of Footlights, serving until 1895. He also founded the Cambridge University Liberal Club in 1886, becoming its first Treasurer, and staying in post for a decade. During that time, he hosted a whole range of society events at his rooms in King's, from committee meetings and sherry parties to the larger "At Home" evenings which offered a rare chance for men and women in Cambridge to socialise together. By 1888 he was sufficiently well known to be the subject of a caricature by W. B. Hayes ("Hay"), as one of the "Men of the Day", in the society magazine Vanity Fair. In 1886 Browning entered active politics as a Gladstonian Liberal; in that year's general election, as the Liberal Party's candidate in the South London constituency of Norwood, where he was heavily defeated. He fought two further elections, in 1892 at East Worcestershire and in 1895 at Liverpool West Derby, in each case losing by large majorities.

Начало

Закон об образовании 1880 года ввел обязательное образование для детей в возрасте от пяти до десяти лет. Это значительно увеличило спрос на учителей и создало потребность в более квалифицированной и престижной профессии учителя. Среди мер, предпринятых для удовлетворения этой потребности, был правительственный свод правил, изданный в 1890 году, который привел к созданию дневных учебных колледжей при университетах. 12 марта 1891 года Браунинг и его коллега Генри Сиджвик представили в Сенат Кембриджского университета предложение об учреждении в Кембридже дневного учебного колледжа для учителей начальной школы. Предложение получило "Грейс" (предварительное одобрение) от Сената, на основании которого Браунинг обратился в правительственный Департамент образования за разрешением на открытие колледжа. Разрешение было получено в августе 1891 года, до окончательного утверждения Сената. По словам Браунинга, он и Сиджвик приняли обоюдное решение не дожидаться и объявили об открытии Кембриджского университетского дневного учебного колледжа (CUDTC) в сентябре 1891 года.

Рост

Браунинг стал первым директором CUDTC с номинальной зарплатой в 10 фунтов стерлингов в год. CUDTC не был «колледжем» в общепринятом кембриджском смысле; за исключением немногих, зарегистрированных как не входящих ни в один колледж, большинство его студентов были приписаны к колледжам, таким как King’s или Trinity, одновременно изучая программы Кембриджского университета и проходя обучение в CUDTC. Эта и без того большая нагрузка усугублялась университетским правилом, согласно которому все студенты должны были сдать экзамен в первый год обучения по латыни и греческому языку, известный как «Предыдущий». Этот экзамен был серьезным препятствием для многих студентов, привлекаемых программой CUDTC, поскольку, в отличие от большинства абитуриентов Кембриджа, они не изучали классические языки в школе. Решением Браунинга было лично готовить этих студентов до уровня, необходимого для успешной сдачи «Предыдущего». «Таким образом, – заявил он, – мы благополучно подготовили их». С ростом числа студентов в DTC был принят на работу преподаватель классической филологии, чтобы помочь в решении этой задачи. В первый год, 1891–92, в CUDTC было зарегистрировано всего три студента, во второй год – десять, а в третий – двадцать два. Занятия проводились Браунингом и командой преподавателей, работавших неполный рабочий день. Для многих студентов финансирование было серьезной проблемой. Браунинг постоянно лоббировал университет с просьбой о финансовой поддержке, которая оказывалась в ограниченном объеме, и искал средства в сторонних организациях. В сотрудничестве с Сэмюэлем Барнеттом, основателем поселения Тойнби-Холл в Ист-Энде Лондона, он разработал схему спонсорства студентов, которая позволила собрать 385 фунтов стерлингов (что эквивалентно примерно 45 000 фунтов стерлингов по курсу 2017 года). В 1902 году Керзон пригласил Браунинга в Индию в качестве своего гостя в Резиденции правительства в Калькутте. В течение пяти недель Браунинг жил и путешествовал с большим размахом; по возвращении он написал отчет о своей поездке – «Впечатления от индийского путешествия» (1903). В Кембридже его ждали дальнейшие разочарования. После 21 года службы он был заменен на посту казначея Кембриджского союза. В ноябре 1902 года он не был переизбран в совет King’s College, место в котором он занимал на протяжении десятилетий. В феврале 1904 года его заявление на получение степени доктора литературы (D. Litt.) было отклонено. Несмотря на количество и популярность его книг, его считали скорее журналистом, чем ученым. Год спустя личные надежды Браунинга стать проректором King’s College рухнули, когда на вакантную должность был назначен М. Р. Джеймс. Одним из первых действий Джеймса в качестве проректора стало уведомление Браунинга в 1906 году о том, что его контракт преподавателя истории не будет продлен по истечении трех лет. Когда его дни в Кембридже подходили к концу, Браунинг приобрел дом для отдыха в небольшом приморском городке Бексхилл. Когда он не находился в Кембридже или в поездках, он активно участвовал в жизни города, играл в гольф, посещал концерты, читал лекции и принимал друзей. Познакомившись в поезде в Бексхилл с известным христианским ученым Дэниелом Майером, Браунинг стал приверженцем этого учения и регулярно посещал собрания секты, оставаясь при этом членом Церкви Англии. В 1909 году, больше не являясь директором CUDTC и лишившись должности лектора в King’s College, он не видел больше причин оставаться в Кембридже и вышел на пенсию в свой дом в Бексхилле.

Browning became the CUDTC's first principal, with a nominal salary of £10 per year. The CUDTC was not a "college" in the conventional Cambridge sense; apart from a few registered as non collegiate, most of its students were attached to colleges such as King's or Trinity, studying for Cambridge degrees alongside their CUDTC training. This heavy workload was made even more onerous by the university's regulation that all students had to pass a first year examination in Latin and Greek, known as "Previous". This examination was a significant hurdle to many of the students attracted to the CUDTC programme, as unlike most standard Cambridge entrants, they would not have studied classical languages at school. Browning's solution was to personally coach these students, to a level that would satisfy the requirements of "Previous". "In this manner", he stated, "we got our men through satisfactorily". As student numbers grew, a specialist classics lecturer was taken on by the DTC to help fulfil this task. In its first year, 1891–92, the CUDTC registered just three students, rising to ten in its second year and twenty two in its third. Its classes were conducted by Browning and a team of part time lecturers. For many students, funding was a severe problem. Browning constantly lobbied the university for financial support, which was sparsely given, and sought funds from outside organisations. In conjunction with Samuel Barnett, the founder of East London's Toynbee Hall settlement, he developed a student sponsorship scheme which had raised £385 (approximately £45,000 in 2017 terms) In 1902, Curzon invited Browning to India, as his guest at Government House in Calcutta. For five weeks Browning lived and travelled in great style; on his return he wrote an account of his trip, Impressions of Indian Travel (1903). Further disappointments awaited him at Cambridge. After 21 years' service he was replaced as treasurer of the Cambridge Union. In November 1902, he failed to be re elected to King's College Council, a place he had occupied for decades. In February 1904 his application for a Doctorate of Letters (D. Litt) was rejected. Despite the quantity and popularity of his books, he was considered more a journalist than a scholar. A year later, Browning's private hopes of becoming provost of King's were dashed when M. R. James was appointed to the vacancy. One of James's earliest actions as provost was to advise Browning in 1906 that his history lectureship would not be renewed after three further years. With his Cambridge days drawing to a close, Browning acquired a holiday home in the small seaside town of Bexhill. When not in Cambridge or travelling, he entered into the life of the town, playing golf, attending concerts, giving lectures and entertaining his friends. After meeting an eminent Christian Scientist, Daniel Mayer, on the train to Bexhill, Browning became a convert and a regular attender of the sect's meetings, while remaining a member of the Church of England. In 1909, no longer the CUDTC principal and with his King's lectureship terminated, he saw no further reason for remaining in Cambridge, and retired to his home in Bexhill.

Пенсия, Рим, смерть

Стипендия и пенсия Браунинга, в общей сложности около 700 фунтов стерлингов в год (примерно 75 000 фунтов стерлингов по курсу 2017 года), позволили ему продолжать писать. Он опубликовал "Общую историю мира" в 1915 году и "Краткую историю Италии" два года спустя. После окончания войны Браунинг обратился к Курзону, который в 1919 году занимал пост британского министра иностранных дел, с просьбой ходатайствовать о присвоении ему рыцарского звания – он считал, что заслужил его своими заслугами в развитии британо-итальянских отношений. Курзон не смог этого сделать. Спустя четыре года, в последние месяцы жизни, Браунинг был удостоен менее престижной награды – ордена ОБЭ. Незадолго до смерти Браунинг завершил работу над вторым томом мемуаров, "Воспоминания о более поздних годах" (1923). Он умер в Риме 6 октября 1923 года после непродолжительной болезни. Его прах был возвращен в Кембридж и помещен в склеп в часовне Королевского колледжа.

Оценка

В своей биографии Анструтер подчеркивает сложность характера Браунинга, в котором интеллект, остроумие и искренняя любовь к молодости сочетались с тщеславием, ленью, бессердечием и склонностью к провокациям. «Стрелка весов яростно мечется между добром и злом». Эта двойственность нашла отражение в отзывах современников, писавших некрологи Браунинга: по мнению Manchester Guardian, «не было человека, которого было бы сложнее охарактеризовать и которого легче было бы неправильно понять». Ноэль Аннан в своей зарисовке 1983 года описывает Браунинга как «абсурдного» и «зазнавшегося сноба», но признает его новаторскую работу в области подготовки педагогических кадров: «Он понял, что отчаянно бедным юношам, пришедшим учиться преподаванию в государственных школах, больше всего нужно было ободрение. Потоки писем от них и их родителей показали, насколько он для них значил». В своем эссе 1929 года «Своя комната» писательница Вирджиния Вулф изобразила Браунинга как женоненавистника, воплощение патриархальной системы, ограничивавшей образовательные возможности женщин. Ссылаясь на отрывок из биографии Уортхема, Вулф пишет: «Мистер Оскар Браунинг привык утверждать, что независимо от выставленных оценок, лучшая женщина интеллектуально уступала худшему мужчине». Феминистский исследователь Джейн Маркус, писавшая в 1985 году, характеризует Браунинга как «величайшего женоненавистника своего времени, героическую фигуру, держащую палец в плотине против растущей волны женского образования [Он] долгие годы неофициально занимал кафедру прикладной женоненавистничества в Кембридже». Однако Хирш и Петерс отмечают, что, несмотря на его предрассудки, Браунинг предпринимал практические шаги для поддержки и развития образовательных возможностей для женщин и содействия их образовательному прогрессу. Письмо Сиджвика к Браунингу свидетельствует о том, что Браунинг поддерживал тогдашнюю весьма непопулярную идею о присуждении женщинам полноценных степеней Кембриджского университета, которая была реализована лишь в 1948 году. Более того, когда в Политическом обществе обсуждался вопрос о поддержке избирательного права для женщин, Браунинг проголосовал за. В своей профессиональной жизни Браунинг проявлял осмотрительность и сдержанность; по словам Давенпорта Хиндса: «Его эксцентричность позволяла его протеже делиться эмоциональной близостью без недопустимого сексуального контакта». Помимо жизни в Кембридже, Браунинг снял несколько комнат на Сент-Джеймс-стрит в Лондоне, которые служили ему базой для приема разнообразных, преимущественно рабочих, юношей и мужчин на протяжении многих лет: «Любой юноша, который нравился OB, - говорит Анструтер, - которому он думал, что может оказать услугу, возможно, в обмен на небольшое развлечение, приезжал, оставался и уходил». Браунинг хорошо относился к этим знакомым, одаривая их щедрыми подарками и гостеприимством, но, как и с любимцами из его школьных дней в Итоне, он мог легко расстаться с ними без объяснений, когда ему надоедали. Хотя Браунинга признавали талантливым педагогом, он не приобрел известности как ученый. Тем не менее, современные историки признали, что его работа в области подготовки учителей заложила основу для современного факультета образования университета. Однако, в то время как память об Элизабет Хьюз увековечена в Hughes Hall, вклад Браунинга в образование не получил официального признания ни в Кембридже, ни где-либо еще. По словам Хирша и Макбета, «люди знали, кто он, но не знали, чем он занимался». Поэтому его больше помнят как «яркую личность», эксцентричного и слегка нелепого человека; такое описание, по мнению Хирша и Макбета, «затуманило и исказило серьезную оценку его достижений».

In his biography, Anstruther stresses the complexity of Browning's character, in which intelligence, wit, and a real love of youth combined with conceit, laziness, insensitivity and trouble making. "The needle on the balance swings back and forth violently between good and bad". This dual nature is reflected in the comments of Browning's obituarists: according to the Manchester Guardian, "no man [was] more difficult to characterise nor more easy to misunderstand". Noel Annan, in a 1983 pen picture, describes Browning as "preposterous" and "a cracking snob" but recognises Browning's pioneer work in the field of teacher training: "He saw that what the desperately poor young men who came to learn to teach in the State schools needed more than anything was encouragement. Shoals of letters from them and their parents showed what he meant to them". In her 1929 essay A Room of One's Own, the writer Virginia Woolf depicted Browning as a misogynist, a personification of the patriarchal system which restricted women's educational opportunities. Invoking a passage from Wortham's biography, Woolf wrote: "Mr Oscar Browning was wont to declare that irrespective of the marks that he might give, the best woman was intellectually the inferior of the worst man". The feminist scholar Jane Marcus, writing in 1985, characterised Browning as "the great misogynist of his age, the heroic figure of the man with his finger in the dike against the rising tide of female education [He] held the unofficial Chair of Applied Misogyny at Cambridge for many years". Hirsch and Peters, however, record that whatever his expressed prejudices, Browning took practical steps to support and develop educational opportunities for women and aid their educational advancement. A letter to Browning from Sidgwick suggests that Browning supported the then highly unfashionable idea that full Cambridge degrees should be awarded to women, a proposal that was not enacted until 1948. Furthermore, when the Political Society debated a motion in support of women's suffrage, Browning voted in favour. In his professional life Browning maintained discretion and decorum; according to Davenport Hinds: "His eccentricities enabled his protégés to share emotional intimacy without impermissible sexual contact". Beyond his Cambridge life, Browning acquired a set of rooms in St James's Street, London, a base from which he entertained a variety of mainly working class boys and men, over many years: "Any youth whom OB liked", says Anstruther, "to whom he thought he could do a kindness, perhaps in exchange for a little amusement, arrived, stayed and went away". Browning treated these acquaintances well, with generous gifts and hospitality, but as with the favourites from his Eton schoolmastering days, they were liable to be dropped without ceremony when Browning tired of them. Although Browning was recognised as a gifted teacher, he acquired no standing as a scholar. Nevertheless, modern historians have recognised that his work in teacher education provided a foundation for the University's present day Faculty of Education, However, whereas Elizabeth Hughes's memory is perpetuated through Hughes Hall, Browning's contribution to education has no official recognition in Cambridge or elsewhere. According to Hirsch and McBeth, "people knew who he was but not what he did". Thus he is remembered more as a "character", a flamboyant, faintly ridiculous figure; such characterisation, say Hirsch and McBeth, has "blurred and distorted any serious account of his achievements".

Работы

В произведениях Браунинга представлены исторические работы, преимущественно популярного жанра. Он также писал на темы образования, завершил несколько литературных биографий и составил два тома мемуаров.