Исход: Цена свободы

Введение

Фильм 1960 года Отто Премингера. Ари помогает найти отца Карен, доктора Клемента, который является постоянным пациентом психиатрической больницы в Иерусалиме. Он находится в диссоциативном состоянии, близком к вегетативному, вызванном ужасами, пережитыми им в прошлом в нацистском концентрационном лагере. Когда Карен навещает его, она с отчаянием понимает, что отец не узнает её. Акива арестован, заключён в крепость Акка и приговорён к повешению после взрыва отеля «Король Давид», организованного «Иргуном». Британские власти проигнорировали предупреждение о планируемой бомбардировке, в результате которой погибли десятки людей. Ари разрабатывает план побега, чтобы спасти жизнь Акивы и освободить бойцов «Хаганы» и «Иргуна», заключённых британскими военными. Дов, избежавший захвата после взрыва в отеле, добровольно сдаётся, чтобы использовать свой опыт в изготовлении взрывчатки для организации побега из тюрьмы Акры. Сотни заключённых совершают побег, в том числе и Акива, хотя он смертельно ранен, когда он и Ари уклоняются от блокпоста. Ари также ранен, но добирается до Ган Дафны, где доктор Либерман извлекает пулю. Преследуемый британцами, Ари доставлен в Абу-Ешу, арабскую деревню недалеко от Ган Дафны, где его давний арабский друг Таха является мухтаром. Когда у выздоравливающего Ари развивается опасная для жизни инфекция, Китти спасает ему жизнь, вновь разжигая их роман. Тем временем британцы арестовывают доктора Либермана, обнаружив тайник с незаконным оружием, спрятанный в детской деревне. Независимый Израиль уже близок, но арабские националисты под командованием Мухаммеда Амина аль-Хусейни, Великого муфтия Иерусалима, замышляют нападение на Ган Дафну и массовое убийство евреев, включая детей. Таха предупреждает Ари о надвигающейся атаке, но с неохотой признаётся, что должен присоединиться к Великому муфтию в борьбе против создания Израиля. Бен Ханаан приказывает эвакуировать детей в безопасное место ночью, пока небольшой отряд войск «Пальмах» прибывает для усиления обороны Ган Дафны. Карен, воодушевлённая перспективой новой страны, идёт на поиски Дова (который патрулирует периметр Ган Дафны) и признаётся ему в любви. Дов обещает жениться на ней после окончания войны. По дороге обратно в Ган Дафну Карен попадает в засаду и погибает от рук арабов. Дов обнаруживает её безжизненное тело на следующее утро. В тот же день тело Тахи найдено повешенным в его деревне, убитым Великим муфтием. На его теле вырезана звезда Давида, а на стенах деревни нарисованы свастики и надписи «Иудей». Карен и Таха похоронены вместе в одной могиле. Ари произносит над ними речь, говоря, что однажды евреи и арабы будут жить на этой земле в мире. Пока другие добавляют горсть земли в могилу, Дов, охваченный гневом и горем, обходит лопату и уходит. Ари, Китти, Дов и отряд «Пальмах» садятся в грузовики и отправляются на фронт.

1960 film by Otto Preminger

Ari helps locate Karen's father, Dr. Clement, who is a permanent in patient at a mental hospital in Jerusalem. He is in a dissociative state that is borderline vegetative, caused by the horrors he suffered in the past while in a Nazi concentration camp. When Karen visits, she is devastated that her father does not recognize her. Akiva is arrested, imprisoned in Acre fortress, and sentenced to hang after the Irgun bomb the King David Hotel. The British authorities fail to heed a warning of the planned bombing which results in dozens of fatalities. Ari plots an escape to save Akiva's life, and free Haganah and Irgun fighters imprisoned by the British military. Dov, who eluded capture after the hotel bombing, turns himself in to utilize his bomb making expertise to facilitate the Acre Prison break. Hundreds of prisoners escape, including Akiva, though he is fatally wounded as he and Ari evade a roadblock. Ari is also wounded, but makes it to Gan Dafna where Dr. Lieberman removes a bullet from Ari. With the British on Ari's trail, he is taken to Abu Yesha, an Arab village near Gan Dafna, where his lifelong Arab friend, Taha, is the mukhtar. When a recovering Ari develops a life threatening infection, Kitty saves his life. This rekindles their romance. Meanwhile, the British arrest Dr. Lieberman when they find an illegal weapons cache hidden within the children's village. An independent Israel is now in sight, but Arab nationals commanded by Mohammad Amin al Husayni, the Grand Mufti of Jerusalem, plot to attack Gan Dafna and massacre the Jews, including the children. Taha warns Ari of the impending attack, though he reluctantly says he must join the Grand Mufti in fighting the establishment of Israel. Ben Canaan orders the younger children be evacuated to safety during the night as a small detachment of Palmach troops arrives to reinforce Gan Dafna's defenses. Karen, ecstatic over the prospect of the new nation, goes to find Dov (who is on night patrol at the Gan Dafna perimeter) and proclaims her love for him. Dov says they will marry when the war is over. As Karen returns to Gan Dafna, she is ambushed and murdered by Arabs. Dov discovers her lifeless body the following morning. The same day, Taha's body is found hanging in his village, killed by the Grand Mufti. A Star of David is carved into his body and a swastika and signs saying "Jude" are on village walls. Karen and Taha are buried together in one grave. Ari eulogizes them, saying that someday Jews and Arabs will share the land in peace. While others in turn add a shovelful of dirt to the grave, Dov, angry and heartbroken, bypasses the shovel and moves on. Ari, Kitty, Dov, and a Palmach contingent board trucks, heading off to the battle.

Производство

Фильм "Исход" был снят на натуре в Израиле и на Кипре. Хотя съемки ключевых эпизодов "Исхода" на средиземноморском острове Кипр были аутентичными, поскольку там располагались британские лагеря для интернирования еврейских беженцев, стремившихся попасть в Палестину, они были сложными из-за греческого восстания против британского правления, возглавляемого греческой националистической организацией EOKA. Британские власти на Кипре считали EOKA террористической организацией и выступали против съемок фильма на острове, который, казалось, объединял антибританские настроения с сюжетом, демонстрирующим, что террористическая деятельность может быть успешной. В результате британские власти отказались оказывать Премингеру логистическую поддержку. Единственной помощью, оказанной британскими властями, было размещение вооруженной охраны на большом количестве списанных винтовок, использовавшихся в качестве реквизита, чтобы предотвратить их попадание в руки EOKA и повторное использование. Отношения между режиссером и актерами были напряженными, особенно с Полом Ньюманом, исполнявшим главную мужскую роль. После того, как Премингер отклонил предложенные Ньюманом изменения в сценарии и отчитал актера за эти предложения, Ньюман спрятал манекен на высоком балконе, где должна была проходить сцена драки. В конце сцены Ньюман сделал вид, что споткнулся, и сбросил манекен с балкона. Не поняв, что это розыгрыш, Премингер упал и нуждался в медицинской помощи. В другие моменты Премингер и Ньюман почти не разговаривали друг с другом. Урис изначально был нанят для написания сценария, но Премингер отверг его работу, посчитав ее излишне антибританской и антиарабской. Вместо этого Премингер нанял внесённого в "черный список" сценариста Далтона Трамбо, с которым он сотрудничал над сценарием за сорок дней. Трамбо никогда не посещал Израиль, что привело к первоначальным ошибкам, например, к неверному указанию места побега из тюрьмы в Акко – прибрежного города, – как происходящего посреди пустыни. Трамбо также в меньшей степени использовал библейские мотивы, чем хотел Урис. Его биограф писал, что Трамбо отказывался "возвращаться во времена Ветхого Завета и следовать за евреями на протяжении веков диаспоры и ужасов Холокоста". Трамбо и Премингер не разделяли увлечения Уриса историей как фактором, формирующим израильский национальный характер. Пол Ньюман и Ева Мари Сент ранее снимались вместе в роли подростков-влюбленных, которые впоследствии женятся в музыкальной версии 1955 года пьесы Торнтона Уайлдера "Наш городок" с Фрэнком Синатрой в роли распорядителя, в эпизоде антологического телесериала "Producer's Showcase". Ньюман и Сент исполняют дуэт во время сцены в молочном баре. Роль Джилл Хоуорт предлагали Хейли Миллс, но ее родители отказались.

Exodus was filmed on location in Israel and Cyprus. Although filming key elements of Exodus on the Mediterranean island of Cyprus was authentic, as it was the location of the British internment camps for Jewish refugees trying to reach Palestine, it was difficult, as the island was in the middle of a Greek insurgency against British rule, led by the Greek nationalist organisation EOKA. EOKA was considered a terrorist organisation by the British authorities in Cyprus, who were opposed to the filming of a movie on the island that seemed to combine anti British sentiments with a storyline that appeared to show terrorist action could be successful. As a result, the British authorities refused to help Preminger with the logistical side of filming. The only assistance given by the British authorities was the placement of an armed guard on the large number of decommissioned rifles used as props in the film, to prevent them from falling into the hands of EOKA and being recommissioned. Relations between the director and actors were difficult, particularly with the male lead, Paul Newman. After Newman's suggested changes to the script were rejected by Preminger, and the actor given a dressing down for making the suggestions, Newman hid a mannequin on a high balcony on which he was due to play out a fight scene. At the end of the scene, Newman pretended to stumble, and threw the mannequin over the balcony. Not realising this was a practical joke, Preminger collapsed and required medical attention. At other times, Preminger and Newman were barely on speaking terms. Uris was originally signed to write a screenplay of the film, but Preminger rejected his script as excessively anti British and anti Arab. Preminger instead hired blacklisted writer Dalton Trumbo, with whom he collaborated on a script in forty days. Trumbo had never visited Israel, resulting in initial errors, such as locating the site of the Acre prison break, located in a coastal city, as taking place in the middle of the desert. Trumbo also made less use of Biblical themes than Uris wanted. His biographer wrote that Trumbo refused "to go back to Old Testament times, and follow the Jews through the centuries of the Diaspora and the horror of the Holocaust." Trumbo and Preminger did not share Uris's preoccupation with history as moulding the Israeli national character. Paul Newman and Eva Marie Saint had previously appeared together as the teenage lovers who subsequently marry in a 1955 musical version of Thornton Wilder's Our Town with Frank Sinatra as the stage manager, an episode of the anthology television series Producer's Showcase. Newman and Saint sing a duet during the malt shop sequence. The Jill Haworth part was offered to Hayley Mills whose parents turned it down.

Прием

Босли Кроутер из "Нью-Йорк таймс" описал фильм как "ослепительное, захватывающее, волнующее зрелище, демонстрирующее широкий спектр индивидуальных и массовых реакций на колоссальные вызовы и, в некоторых наиболее ярких деталях, прекрасное отражение опыта, разрывающего сердце". "Главный недостаток" фильма, по мнению Кроутера, заключался в том, что "в нем кипит столько всего, что не формируется глубокий и устойчивый интерес, за исключением смутного желания, чтобы все хорошие люди выжили". Филипп К. Шеуэр из Los Angeles Times назвал фильм "калейдоскопическим, но запоминающимся впечатлением от ключевых моментов из долгоигравшего бестселлера Леона Юриса" с "в целом превосходным" сценарием Трамбо. Variety отметил: "В 'Исход' есть к чему придраться: его продолжительность можно было бы сократить, возможно, Премингер попытался втиснуть слишком много эпизодов из книги ради драматической ясности, и некоторые сцены можно было бы улучшить более жестким монтажом. Но достоинства перевешивают недостатки. Премингер может гордиться тем, что представил на экране рождение нации в XX веке". Ричард Л. Коу из The Washington Post заявил, что фильм "обладает этой жизненной силой, присущей настоящему моменту, и окажет неоценимое влияние на тех, кто не знаком с историей Израиля. Можно с уверенностью сказать, что через несколько лет, когда этот фильм покажут во всем мире, его влияние станет решающим". В "Monthly Film Bulletin" писали: "'Исход' лишен исторического воображения, необходимого для осмысления его темы, и человеческого понимания, чтобы драматизировать ее. После трех с половиной часов его подход остается скорее изнурительным, чем исчерпывающим. И стремление быть справедливым ко всем сторонам – почти единственный персонаж, к которому сценарий проявляет неприязнь, – лидер нацистских арабских террористов, – приводит к странным последствиям". Роджер Ангел из The New Yorker отметил: "Такой клокочущий котел интриг, насилия и ненависти почти гарантирует динамичный фильм, но мистер Премингер подошел к своей задаче с кропотливым почтением, которое больше подошло бы при съемке первоисточника. Он позволяет почти каждому актеру в его большом ансамбле излагать свои идеологические и политические убеждения до и после каждого нового поворота событий, и в результате получается потрясающая болтовня, которую слишком редко прерывают выстрелы винтовок". Критические отзывы о политическом посыле фильма появлялись лишь в менее известных источниках. Например, Гидеон Бахман, находившийся в Палестине в 1947 году, написал в журнале Film Quarterly (издаваемом Калифорнийским университетом), что фильм был "нечестным" и пропагандистским, призванным стать "лучшей рекламой, которую когда-либо получал Израиль". У фильма 65% положительных отзывов на Rotten Tomatoes на основе 17 рецензий, со средним рейтингом 6/10. На Metacritic он получил 70/100 на основе 11 рецензий, что указывает на "в целом благоприятные отзывы". К сентябрю 1961 года, несмотря на показ всего в 22 зарубежных кинотеатрах, фильм принес 14 миллионов долларов сборов по всему миру.

Bosley Crowther of The New York Times described the film as a "dazzling, eye filling, nerve tingling display of a wide variety of individual and mass reactions to awesome challenges and, in some of its sharpest personal details, a fine reflection of experience that rips the heart." The film's "principal weakness," Crowther wrote, "is that it has so much churning around in it that no deep or solid stream of interest evolves—save a vague rooting interest in the survival of all the nice people involved." Philip K. Scheuer of the Los Angeles Times described the film as "a kaleidoscopic yet memorable impression of highlights from the long time best seller by Leon Uris," with a "generally excellent" screenplay by Trumbo. Variety declared, "There is room to criticize 'Exodus'—its length might be shortened to advantage; perhaps Preminger tried to crowd too much incident from the book for dramatic clarity, and some individual scenes could be sharpened through tighter editing. But the good outweighs the shortcomings. Preminger can take pride in having brought to the screen a Twentieth Century birth of a nation." Richard L. Coe of The Washington Post stated that the film "has this vitality of the immediate and will be of incalculable influence in reaching those unfamiliar with the background of Israel It is safe to say that in several years, when this film will have played much of the world, its influence will have become critical." The Monthly Film Bulletin wrote, "Exodus lacks the historical imagination to cope with its theme on one level, the human awareness to dramatise it on the other. At the end of three and a half hours, its approach remains more exhausting than exhaustive. And the determination to be fair to all sides—almost the only character the script is prepared to dislike is the Nazi leader of the Arab terrorists—produces some strange consequences." Roger Angell of The New Yorker wrote, "Such a bubbling pot of intrigue, violence, and hatred would almost seem to guarantee a lively film, but Mr. Preminger has approached his task with a painstaking reverence that would have been more suitable if he had been filming the original work of this title. He permits nearly everyone in his large cast to state his ideological and political convictions before and after each new turn of events, and the result is an awesome talkfest that is all too rarely interrupted by the popping of rifles." Reviews criticizing the film’s political message only appeared in less mainstream sources. For example, Gideon Bachmann, who was present in Palestine in 1947, wrote in Film Quarterly (published by University of California Press) that the film was "dishonest" and propaganda designed to be "the best promotion Israel ever had." The film holds an approval rating of 65% on Rotten Tomatoes based on 17 reviews, with an average rating of 6/10. On Metacritic, it has a 70/100, based on 11 reviews, indicating "generally favorable reviews. By September 1961, although having only played 22 locations overseas, the film had earned theatrical rentals of $14 million worldwide.

Награды и номинации

Номинация на премию (категория) Результат
Премия «Оскар» Лучший актер второго плана Сал Миньо
Лучшая операторская работа (цвет) Сэм Ливитт
Лучшая музыка к драматическому или комедийному фильму Эрнест Голд
Премия «Золотой глобус» Лучший актер второго плана в кинофильме Сал Миньо
Лучшая оригинальная музыка к кинофильму Эрнест Голд
Самый многообещающий новичок (актриса) Джилл Хоуорт
Премия «Грэмми» Лучший саундтрек к фильму или телесериалу – музыка Эрнеста Голда («Исход»)
Международная премия кинокритиков Лучшая перезапись существующей партитуры Эрнест Голд, Ник Райн и Джеймс Фицпатрик
Премия «Лорел» Лучшее мужское исполнение в драматическом фильме Ли Джей Кобб (4-е место)
Пол Ньюман (4-е место)
Лучшее мужское исполнение второго плана Сал Миньо
Премия «Спутник» Лучший классический DVD – «Башня в огне»

Фильм был показан на Каннском кинофестивале 1961 года, но не участвовал в конкурсе на «Золотую пальмовую ветвь».

Саундтрек

Музыкальное сопровождение Эрнеста Голда было удостоено премии «Оскар» за лучшую музыку к драматическому или комедийному фильму, а главная тема получила широкое распространение в записях других исполнителей. Версия Ferrante & Teicher достигла 2-го места в чарте Billboard Hot 100 в январе 1961 года. Другие версии были записаны джазовым саксофонистом Эдди Харрисом, Мантовани, Грантом Грином, Мэнни Альбамом, Энди Уильямсом, Питером Неро, Конни Фрэнсис, Куинси Джонсом, британской инструментальной группой 1960-х годов The Eagles и The Duprees, которые исполнили тему со словами, написанными Пэтом Буном. Среди других исполнителей, записавших эту песню, – пианист в стиле госпел Энтони Бергер (в составе Gaither Vocal Band в композиции "I Do Believe"), Эдит Пиаф (исполнившая песню на французском языке) и классический пианист Максим Мрвица. Дэви Грэм переосмыслил главную тему в своем альбоме 1963 года "The Guitar Player". Трей Спраунс из Secret Chiefs 3 создал новую аранжировку темы для "серф-группы и оркестра" на альбоме 2004 года "Book of Horizons". Говард Стерн использует её для комического эффекта при обсуждении аспектов еврейской жизни. WWF использовала главную тему в качестве музыкального сопровождения рестлера Мистера Совершенства. Фрагмент темы был исполнен вживую южной рок-группой 70-х годов Black Oak Arkansas, чьи три ведущих гитариста использовали eBow для гармоничного исполнения темы, включенной в аранжировку песни Бадди Холли "Not Fade Away".

Наследие

Фильм часто характеризуется как "сионистская эпопея", и многие комментаторы отмечают его огромное влияние на развитие сионизма и поддержку Израиля в Соединенных Штатах. Хотя фильм Премингера и смягчил антибританские и антиарабские настроения, присутствовавшие в романе, он по-прежнему вызывает споры из-за своего изображения арабо-израильского конфликта.