Введение

Платоновский диалог – работа Цицерона с тем же названием.

«Законы» (др.-греч. Νόμοι, Nómoi; лат. De Legibus) – последний и самый объемный диалог Платона. Беседа, изображенная в двенадцати книгах этого произведения, начинается с вопроса о том, кому принадлежит заслуга в установлении законов государства. Размышления о нравственности власти и права сделали его классикой политической философии, наряду с более известной «Государством» Платона. Большинство исследователей сходятся во мнении, что Платон написал этот диалог в преклонном возрасте, после неудачных попыток направить правление тирана Дионисия I Сиракузского, и последовавшего за этим заключения в тюрьму. Об этих событиях упоминается в Седьмом письме. Этот текст примечателен тем, что является единственным общепризнанным диалогом Платона, в котором не участвует Сократ.

Обстановка

В отличие от большинства диалогов Платона, Сократ не появляется в «Законах». Разговор ведут афинский незнакомец и два других пожилых человека – обычный спартанский гражданин Мегилл и Клиниас из Кносса. Афинский незнакомец присоединяется к ним во время их религиозного паломничества из Кносса к пещере Зевса. Весь диалог происходит во время этого путешествия, которое подражает поступку Миноса: по словам критян, Минос проходил этим путем каждые девять лет, чтобы получить от Зевса наставления по законотворчеству. Считается также, что это самый длинный день в году, что позволяет уместить в нем двенадцать плотно написанных глав. К концу третьей книги Клиниас объявляет, что ему поручено разработать законы для новой критской колонии, и просит помощи афинского незнакомца. Остальная часть диалога посвящена обсуждению трех стариков, идущих к пещере и разрабатывающих законы для этого нового города, который называется городом магнетов (или Магнесия).

Сравнения с другими трудами по греческому праву

Платон был не единственным древнегреческим автором, писавшим о правовых системах своего времени и проводящим сравнения между афинскими и спартанскими законами. Важно отметить, что сохранились также «Конституция спартанцев» Ксенофонта, «Конституция афинян», ошибочно приписываемая Ксенофонту, и «Конституция афинян», предположительно написанная Аристотелем или одним из его учеников. Несколько столетий спустя Плутарх также уделял внимание теме древнегреческих правовых систем, например, в своей «Жизни Ликурга». Ликург был легендарным законодателем лакедемонян. Плутарх сравнивает Ликурга и его спартанские законы с правовой системой Нумы Помпилия, которую, как считается, он ввёл в Риме около 700 года до н.э. Как псевдо-Ксенофонт, так и Плутарх являются явными поклонниками спартанской системы, проявляя меньше сдержанности, чем Платон, в выражении своего восхищения. Георгий Гемист, который позднее взял имя Плетон, написал и назвал свой труд «Nómōn syngraphḗ» (Νόμων συγγραφή) или «Nómoi» (Νόμοι, «Книга законов») по аналогии с диалогом «Законы».

Наследие

Влияние «Законов» в древности было значительным. Возможно, современник Платона Исократ уже проявлял интерес к этому труду. Аристотель, критически относившийся к диалогу, составил сборник отрывков из обширного произведения. Аристотель ошибочно включил «Законы» в число диалогов Платона с участием Сократа; возможно, он был знаком с другой версией, где Сократ присутствует, но, скорее всего, не выразился достаточно ясно. Аристотель соотнес «Законы» с «Государством» Платона и считал обе работы в значительной степени согласующимися друг с другом. Он полагал, что предложенное афинянином число в 5000 граждан, способных носить оружие, было чрезмерно высоким. По мнению Аристотеля, это привело бы к непродуктивности граждан, что потребовало бы большого числа женщин и слуг, а следовательно, и обширной территории. Аристотель также видел проблему в неизменном количестве домохозяйств на фоне растущего числа детей. Аристотель отмечает, что Платон действительно нуждается в смешанной конституции. Однако он указывает на отсутствие в ней монархического элемента. По мнению Аристотеля, демократическая часть в «Законах» невыгодна, в то время как олигархическая преобладает. Изучение Аристотелем «Законов» легло в основу значительной части книг 7 и 8 его «Политики». Автор диалога «Эпиномис» – обычно считающийся Филиппом Опуским – развивал свой труд как продолжение «Законов». Поэтому он ввел в диалог тех же трех персонажей, что и Платон: афинянина, Клиниаса и Мегилла. Как и Платон, он отдал центральную роль афинянину. В некоторых случаях взгляды афинянина в «Эпиномисе» расходятся с взглядами афинянина в «Законах».