Введение
Мировоззрение об отношении между светским миром и иудаизмом. Тора у-мада (; , "Тора и знание") – это мировоззрение в ортодоксальном иудаизме, касающееся взаимосвязи между светским миром и иудаизмом, и в особенности между светскими знаниями и еврейскими религиозными знаниями. Возникающее в результате направление ортодоксального иудаизма называется центристским ортодоксальным иудаизмом.
Torah Umadda (; , "Torah and knowledge") is a worldview in Orthodox Judaism concerning the relationship between the secular world and Judaism, and in particular between secular knowledge and Jewish religious knowledge. The resultant mode of Orthodox Judaism is referred to as Centrist Orthodoxy.
История
Тора Умадда тесно связана с Йешива университетом. Фактическая философия, лежащая в основе сочетания Торы и светской мудрости в Йешива университете, была по-разному сформулирована сначала Бернардом Ревелем, затем его преемниками Сэмюэлем Белкином и Джозефом Соловейчиком, а в последнее время и формально Норманом Ламмом. Хотя ее корни восходят к 1886 году, университет принял "Тора Умадда" в качестве своего лозунга только в 1946 году. (В 2005 году президент Йешива университета Ричард Джоэл инициировал кампанию по добавлению фразы "Оживляя мудрость", как "дополнительного слогана" к девизу университета.) Сегодня Йешива университет издает журнал "Тора Умадда", который "исследует сложные взаимосвязи между Торой, гуманитарными науками, естественными и социальными науками", а также публикует исследования по смежным темам в Библиотеке еврейского права и этики (совместно с издательством Ktav). Считается, что сама фраза берет начало у Йонатана Эйбешуца, который упоминает "Тора у Мадда" в своем труде "Яарот Деваш" по крайней мере в шестнадцати местах. Однако использование "Madda" в значении "светское знание" – относительно недавнее. В раввинской литературе "светское знание" обычно именуется как чохма (חכמה). Первая книга в своде Халахи Маймонида, "Мишне Тора", называется "Мадда" (מדע), однако там этот термин относится к знанию основ иудаизма. "В первую книгу я включу все заповеди, которые являются принципами закона Моисея и которые человек должен знать прежде всего, такие как Единство Бога и запреты, связанные с идолопоклонством. И я назвал эту книгу "Сефер ха-Мадда" – "Книга Знания". Тора и Мадда также является учением Виленского Гаона, как указано в "Сефер Коль ха-Тор", согласно которому Тора неполна без знания семи мудростей.
Тора и светское знание
По мнению Торы Умадда, "еврейство, еврейская вера и универсальные заботы и устремления человечества" не являются "в корне несовместимыми"; иудаизм и культура, "по сути, представляют собой единый континуум". Еврейские знания и светские знания, Тора и Мадда, следовательно, не нуждаются в "существенном согласовании"; более того, изучение Торы в сочетании с другими знаниями приводит к углубленному и обогащенному иудаизму. Как выразился раввин Норман Ламм:
Синтез
Хотя Тора Уммадда рассматривает науку и религию как отдельные области, где "мудрость мира" сохраняет собственное значение, она, тем не менее, предполагает возможность синтеза между этими двумя сферами. В данном понимании, "синтез не подразумевает логического единства теорий науки, демократии и иудаизма"; скорее, идея синтеза имеет психологический и социологический смысл. Здесь "человек впитывает установки, свойственные науке, демократии и еврейскому образу жизни, и адекватно реагирует в различных ситуациях и контекстах". Исходя из этой концепции, реализация Торы Умадда может находить "различные легитимные проявления в каждом отдельном человеке". В своей книге Ламм исследует шесть различных моделей Торы Умадда, включая те, что были предложены Маймонидом, Самсоном Рафаэлем Хиршем и Авраамом Исааком Куком. Эта философия признает вызовы, которые она, вероятно, представляет для своих последователей, и предлагает рамки, в которых "столкновение иудаизма и светской культуры приводит к усилению творческого потенциала в иудаизме".
Центральное место Торы
Несмотря на принятие как Торы, так и светских знаний и культуры, "Тора у-мадда" отдает приоритет торическому мировоззрению и торическому знанию, а на практике требует строгого соблюдения Галахи (еврейского закона). "Тора у-мадда" требует "безоговорочной верности первенству Торы, и чтобы постижение всех других интеллектуальных дисциплин было укоренено и рассматривалось через призму Торы". Отмечается, что "Тора у-мадда может быть жизнеспособной только в том случае, если она налагает строгие ограничения на свободу мысли в областях, которые могут подвергнуть сомнению основополагающие еврейские убеждения". Однако, в отношении соблюдения еврейского закона, "Мы не нарушили ни одного из основ иудаизма, мы придерживаемся тех же иккарим (принципов веры), мы верны той же Торе, мы стремимся к тому же изучению Торы и соблюдению мицвот, которые наши родители и предки бережно хранили на протяжении поколений".
Другие парадигмы
Другая модель Торы у-Мадды, менее акцентируемая в современной ортодоксальной литературе, принижает значение интеллектуальной роли Мадды. Скорее, в определенной степени, "теории и методы светских дисциплин [могут] использоваться не для достижения интеллектуальных целей, а для достижения практических целей в [повседневной] жизни". Божье благословение Адаму и Еве "Наполните землю и покорите ее" (Бытие 1:28) Рав Соловейчик (наряду с Самсоном Рафаэлем Хиршем и Исааком Брюэром) интерпретирует как позитивную мицву, призывающую человека развивать и совершенствовать мир Божий; эта мицва творческой деятельности выражает божественный образ во всех сферах человеческой культуры. Таким образом, светские знания позволяют религиозному еврею "выполнить библейский наказ "наполните землю и покорите ее", исполнять свои обязанности перед другими и, более того, расширяя возможности для улучшения благосостояния людей, расширять сферу этих обязанностей; и, наконец, исполнять повеление imitatio Dei". См. также .
Православие
Центристское православие – преобладающая форма современного ортодоксального иудаизма в Соединенных Штатах и западном мире, а также оказывает значительное влияние на движение современного ортодоксального иудаизма в Израиле.
Характеристики
Мировоззрение централистского православия (Хашкафа) характеризуется "образованием, умеренностью и центральным положением народа Израиля" и, в некоторой степени, это проявляется и в политике. В отличие от них, члены харедитских общин, как правило, не получают никакого светского образования после окончания средней школы (за исключением отдельных случаев, связанных с необходимостью зарабатывать на жизнь), и в целом стремятся к минимальному взаимодействию с светской средой.
Умеренность
Для централистского православия умеренность "не является результатом ни хитрости, ни безразличия, ни осмотрительности, а вопросом священного принципа – это не бездумное применение арифметического среднего, а серьезная, трезвая и разумная оценка каждой ситуации. [Таким образом,] умеренность проистекает из широкого мировоззрения, а не из узкого взгляда". Эта умеренность, "стремящаяся к дозволенному, а не к запретному", проявляется тремя способами. Во-первых, наряду с общиной харедим, идеология требует соблюдения Галахи; однако она не настаивает на том, что строгие постановления (хумры) являются обязательными, а скорее считает их вопросом личного выбора (см. 3.1 и 4.1 в разделе "Современное ортодоксальное иудаизм"). Во-вторых, по сравнению с общиной харедим, но в меньшей степени, чем в неортодоксальных общинах, женщины начинают играть публичную роль в общине (в сферах, отличных от строго религиозных). В-третьих, движение будет взаимодействовать с более широкой еврейской общиной, как будет обсуждаться ниже, и с светским миром, в отличие от подхода харедим, направленного на минимизацию таких контактов.
Центральное место народа Израиля
Все ортодоксальные идеологии придают большое значение ахават исраэль (любви к ближнему-еврею) и все считают Землю Израиля священной, а проживание там – мицвой. Однако для центристского православия "народ Израиля" играет центральную роль. Это различие, по сравнению с другими направлениями, проявляется двумя способами. Во-первых, взаимодействие с неортодоксальными общинами выходит за рамки простого "привлечения", которым занимаются многие хареди-организации, и включает в себя поддержание институциональных отношений и сотрудничества (несмотря на "отступления от Торы и Галахи" со стороны неортодоксальных). Во-вторых, центристское православие придает Государству Израиль высокое как национальное, так и религиозное значение. Поэтому центристские ортодоксальные организации и отдельные лица придерживаются сионистских взглядов, уровень алии (иммиграции в Израиль) в этой общине высок по сравнению с другими, а обучение в израильских хесдер-ешивах также распространено. Таким образом, хотя центристское православие и религиозный сионизм не тождественны, они разделяют многие общие ценности и имеют много общих последователей.
Отношения с Торой в правом Эрец
См. также под Azriel Hildesheimer, Современный ортодоксальный иудаизм и ниже. Torah im Derech Eretz – «Тора с вовлечением в мир» – это философия ортодоксального иудаизма, касающаяся взаимоотношений между иудаизмом Торы и современным миром, впервые сформулированная Самсоном Рафаэлем Хиршем около 1840 года. В некотором смысле Тора Умадда и Тора им Дерех Эрец схожи. Обе ценят приобретение светских знаний в сочетании с соблюдением Галахи; обе, кроме того, подчеркивают вовлечение в мирскую жизнь. Фактически, Тора им Дерех Эрец иногда представляется как одна из парадигм, на которой основана Тора Умада (и современное православие в целом). В то же время, эти два подхода различаются в плане акцентов. В то время как Тора Умадда поддерживает две отдельные сферы – религиозную и светскую – и подчеркивает идею (психологического и социологического) синтеза, «борьба раввина Хирша была не за баланс и не за примирение, не за синтез и, тем более, не за параллельное сосуществование, а за господство – за истинное и абсолютное господство божественного предписания над новыми тенденциями» (Исаак Брюэр, внук Хирша). Другое отличие заключается в том, что Тора Умадда не отвергает общинного сотрудничества с неортодоксальными еврейскими общинами, в то время как для раввина Хирша «Аустрит» (галахическое требование не иметь официальных связей с неортодоксальными общинными институтами) было определяющей характеристикой его общины и главной темой в его трудах. Хотя эти различия могут показаться незначительными (особенно первое), они проявились в заметно различных религиозных установках и взглядах. Фактически, Шимон Шваб, лидер общины «Брюэров» в Вашингтон-Хайтс, был описан как «духовно очень далекий» от Торы Умада. Следует также отметить, что, учитывая оба вышеупомянутых пункта, некоторые предположили, что сегодня последователи Торы Умада фактически занимают «негиршианскую позицию», больше напоминающую позицию раввина Азриэля Хильдесхаймера.
Иудаизм харедизма
Критики Торы Умадда, особенно в среде харедим, полагают, что предлагаемое этой философией сочетание Торы и светских знаний подразумевает, что Тора сама по себе не является цельной и самодостаточной. По их мнению, Тора Умадда основывается на ошибочном понимании Торы. Более того, они считают, что Тора Умадда проблематична, поскольку её синтез допускает "проникновение" научного мировоззрения в еврейское богословие. Таким образом, Тора Умадда представляет собой ослабление "абсолютной святости" (тахарат хакодеш) Торы.
Нео-православие
Как и выше, критики в рамках нео-православия, движения, непосредственно произошедшего от франкфуртской общины Хирша, утверждают, что равенство между Торой и светским знанием, постулируемое Торой Умаддой, на самом деле приводит к снижению статуса Торы и искажению учений раввина Хирша: «даже предположение о том, что что-либо может быть сопоставимо с Торой, является кощунством высшей степени». Это различие между двумя подходами, хотя и тонкое, проявляется в заметно различающихся религиозных установках и взглядах; как и выше, Шимон Шваб, второй раввин этой общины в Соединенных Штатах, описывается как «духовно весьма отстраненный». В этой перспективе взаимодействие со светскими идеями и ситуациями допустимо и даже поощряется, но лишь постольку, поскольку это приносит пользу Государству Израиль. Таким образом, светские знания рассматриваются как ценные для практических целей, но не сами по себе. Например, в отличие от Торы Умадды, здесь не поощряется изучение литературы и гуманитарных наук, в то время как изучение инженерии или медицины (и последующая практика в Израиле) считается полезным.