Введение
Максим Родинсон (Maxime Rodinson; 26 января 1915 – 23 мая 2004) – французский историк, социолог и ориенталист. Идеологически марксист, Родинсон был выдающимся авторитетом в области востоковедения. Он был сыном русского польского торговца одеждой и его жены, оба из которых были убиты в концентрационном лагере Освенцим. После изучения восточных языков он стал профессором гээза в École pratique des hautes études. Он является автором множества работ, включая книгу «Мухаммад» – биографию пророка ислама. Родинсон вступил во Французскую коммунистическую партию в 1937 году по «моральным соображениям», но был исключен из неё в 1958 году после критики. Он стал широко известен во Франции, когда выразил резкую критику Израиля, особенно выступая против политики поселенчества еврейского государства. Некоторые считают, что он в 1979 году ввел термин «исламский фашизм» (le fascisme islamique), который использовал для описания иранской революции.
Maxime Rodinson (French pronunciation: ʁɔdɛ̃sɔ̃; 26 January 191523 May 2004) was a French historian and sociologist. Ideologically a Marxist, Rodinson was a prominent authority in oriental studies. He was the son of a Russian Polish clothing trader and his wife, who both were murdered in the Auschwitz concentration camp. After studying oriental languages, he became a professor of Ge'ez at the École pratique des hautes études. He was the author of a body of work, including the book Muhammad, a biography of the prophet of Islam. Rodinson joined the French Communist Party in 1937 for "moral reasons" but was expelled in 1958 after criticizing it. He became well known in France when he expressed sharp criticism of Israel, particularly opposing the settlement policies of the Jewish state. Some credit him with coining the term Islamic fascism (le fascisme islamique) in 1979, which he used to describe the Iranian Revolution.
Семья
Родители Максима Родинсона были русскими польскими еврейскими иммигрантами, состоявшими в Коммунистической партии. Они прибыли во Францию в конце XIX века как беженцы от погромов в Российской империи. Его отец был торговцем одеждой, который открыл мастерскую по пошиву водонепроницаемой одежды в идиш-говорящем районе Парижа, известном как Плетцль, в районе Маре. Они стали местом встречи для других русских эмигрантов, большинство из которых были революционерами, враждебно настроенными к царскому режиму. Его отец пытался организовать профсоюз и создать образовательные и другие службы для своей рабочей группы иммигрантов. В 1892 году он помог основать общественную библиотеку, в которой хранились сотни книг на идише, русском и французском языках. В 1920 году Родинсоны вступили в Коммунистическую партию, а как только Франция признала Российскую СФСР в 1924 году, они подали заявление о получении советского гражданства. Родинсон вырос в семье, страстно преданной коммунистическим идеям, нерелигиозной и антисионистской. Он начал изучать восточные языки, сначала по субботам и вечерам. В 1932 году, благодаря правилу, позволявшему лицам без академической квалификации сдавать конкурсные экзамены, Родинсон поступил в Эколь де Лангю Орьенталь и готовился к карьере дипломатического переводчика. Он изучал арабский язык, но позже, готовясь к диссертации по сравнительной семитской филологии, выучил также иврит, что удивило его семью. В 1937 году он поступил в Национальный совет научных исследований, стал профессиональным студентом, изучающим ислам, и вступил в Коммунистическую партию.
Профессор восточных языков и марксист без партии
В 1948 году Родинсон стал библиотекарем Национальной библиотеки в Париже, где ему поручили руководство мусульманским отделом. В 1955 году он был назначен директором исследований в École pratique des hautes études, а четыре года спустя стал профессором классического эфиопского языка. Родинсон вышел из Коммунистической партии в 1958 году после разоблачений преступлений Сталина Никитой Хрущёвым. В 1995 году он был удостоен премии Рационалистической организации. Родинсон умер 23 мая 2004 года в Марселе.
Теоретическая позиция
Его антисионизм основывался на двух основных упреках: попытке навязать всем людям иудейского происхождения во всем мире единую идентичность и националистическую идеологию, а также на иудеизации территорий ценой изгнания и доминирования над палестинцами. Поэтому в своей книге «Израиль и арабы» 1968 года он рассматривал палестинцев как единственный национальный фактор на палестинских территориях: арабы Палестины имели те же права на палестинскую территорию, что и французы во Франции и англичане в Англии. Эти права были нарушены без какой-либо провокации с их стороны. От этого простого факта нельзя отмахнуться. В другом месте он подчеркнул, что моя бескомпромиссная критика ошибок и преступлений, совершенных под эгидой сионистского движения, в отличие от оправданий этих действий моими оппонентами, дала мне право критиковать более или менее аналогичные идеи и практики среди арабов, которые, естественно, не заинтересованы в явно предвзятых рассуждениях. Я, со своей стороны, пытался объяснить арабской аудитории, арабскому общественному мнению, что поведение сионистов, хотя и заслуживает критики, вписывается в рамки человеческого поведения. Я говорил и повторял, например, перед тремя комиссиями, созванными Народным собранием Египта в конце 1969 года, что я сожалею об исторической ошибке создания государства Израиль на арабской земле, но что там теперь существует новая национальность или этническая группа со своей культурой, а не религиозная община, которая могла бы также принять арабский язык и арабскую культуру, или пестрая группа банд оккупантов, которых можно было бы легко отправить обратно, откуда они пришли. Его подход к израильско-палестинскому конфликту включал призыв к мирным переговорам между израильскими евреями и палестинцами. Израиль нельзя рассматривать только как колониальное поселенческое государство, но и как национальный факт. Израильские евреи обладают коллективными правами, которые палестинцы должны уважать: если в одной стране проживает две или более этнических групп, и необходимо избежать опасности доминирования одной над другой, то обе эти группы должны быть представлены как отдельные общины на политическом уровне, и каждой из них должна быть предоставлена возможность защищать свои интересы и устремления. Именно поэтому он не согласился с Организацией освобождения Палестины (ООП), предостерегая ее от иллюзий, основанных на партизанской войне алжирского ФНО, изгнавшего французских «колонов». В то же время он призвал израильтян перестать притворяться частью Европы и признать, что они являются частью Ближнего Востока, и тогда израильтянам необходимо научиться жить со своими соседями, учитывая несправедливость, причиненную палестинцам, и придерживаясь языка примирения и компромисса.
The Arabs of Palestine used to have the same rights over Palestinian territory as the French exercise in France and the English in England. These rights have been violated without any provocation on their part. There is no evading this simple fact. Elsewhere, he emphasized that my uncompromising condemnation of the errors and crimes committed under the aegis of the Zionist movement, in contradistinction to the apologies for these things by my opponents, has given me the right to criticize more or less analogous ideas and practices among the Arabs, who understandably are not interested in obviously biased discourses. For my part, I have been able to try to explain to Arab audiences, to Arab public opinion, that the behaviour of the Zionists, although surely meriting criticism, does belong to the gamut of human conduct. I have said and reiterated, for example before three commissions convoked by the Egyptian Popular Assembly in late 1969, that I deplored the historical error of the creation of the state of Israel on Arab land, but that a new nationality or ethnic group with a culture of its own now exists there, and not a religious community that could as well adopt the Arabic language and Arab culture, nor a heterogeneous collection of gangs of occupiers who could be sent back where they came from with the greatest of ease." His approach to the Israeli–Palestinian conflict included a call for peaceful negotiations between Israeli Jews and Palestinians. Israel could not be regarded only as a colonial settler state but a national fact too. Israeli Jews had collective rights that the Palestinians had to honour:
If there are two or more ethnic groups in the same country, and if the danger of the domination of one by the other is to be avoided, then both these groups must be represented as distinct communities at the political level, and each must be accorded the right to defend its interests and aspirations. That is the reason why he disagreed with the Palestinian Liberation Organization (PLO), warning them against the illusion based on the Algerian FLN guerilla warfare which had driven out French "colons". At the same time, he urged the Israelis to stop pretending to be part of Europe and accept being a part of the Middle East, then, Israelis have to learn to live with their neighbours, by reckoning the injustices made against the Palestinians and adopting a language of conciliation and compromise.