Эдмунд Уолш: Жизнь и деятельность американского иезуита и дипломата.

Введение

Американский иезуитский священник и автор

Эдмунд Алойсиус Уолш (10 октября 1885 – 31 октября 1956) – американский католический священник Общества Иисуса и профессиональный дипломат из Южного Бостона, штат Массачусетс. Он также был автором, профессором геополитики и основателем Школы иностранных дел Джорджтаунского университета – первой в Соединенных Штатах школы, специализирующейся на международных отношениях. Он основал эту школу в 1919 году, за шесть лет до создания Службы иностранных дел США, и был ее первым регентом. Пережив советские антирелигиозные преследования в качестве руководителя американской и папской гуманитарных миссий во время голода в России в 1921 году, Уолш стал широко известен как публичный интеллектуал, который активно выступал и писал о нетерпимом марксистско-ленинском атеизме, ГУЛАГе, советских военных преступлениях и других нарушениях прав человека, а также как ритор, поддерживавший глобальную религиозную свободу и верховенство закона. Помимо участия в расследовании нацистских военных преступлений и религиозных преследований в качестве помощника Роберта Х. Джексона на Нюрнбергском процессе, Уолш сыграл значительную роль в привлечении общественного внимания к нарушениям прав человека как в условиях крайне левых, так и крайне правых полицейских государств. Его репутация была настолько высока, что отец Уолш был доверенным лицом нескольких президентов и других высокопоставленных членов традиционно антикатолической элиты белых англосаксонских протестантов Америки, в то время как католикам и американцам белого этнического происхождения все еще отказывали в полноценном социальном признании в Соединенных Штатах. Более чем через десять лет после его смерти Уолш вновь привлек к себе внимание, когда Рой Кон заявил, что именно его мнение сенатор Джозеф Маккарти из Висконсина впервые запросил, прежде чем публично выступить с обвинениями, основанными на данных американской контрразведки о том, что КГБ и ГРУ Советского Союза завербовали агентов влияния в правительстве США и пропагандистов в индустрии развлечений. Кон отрицал, что располагает какой-либо дополнительной информацией о предполагаемом разговоре между сенатором Маккарти и Уолшем, или о том, какие советы, если таковые были, Уолш ему дал. Некоторые историки считают, что именно Уолш, а не сенатор Маккарти, заслуживает того, чтобы его помнили как величайшего американского католического антикоммуниста XX века.

Edmund Aloysius Walsh (October 10, 1885 – October 31, 1956) was an American Roman Catholic priest of the Society of Jesus and career diplomat from South Boston, Massachusetts. He was also an author, professor of geopolitics and founder of the Georgetown University School of Foreign Service, the first school for international affairs ever founded in the United States. He founded the school in 1919, six years before the U. S. Foreign Service existed, and served as its first regent. After experiencing Soviet anti religious persecution through his role as the head of the American and Papal humanitarian missions during the Russian famine of 1921, Walsh became widely known as a public intellectual who both spoke and wrote extensively about intolerant Marxist Leninist atheism, the Gulag, Soviet war crimes, and other human rights abuses, and as a rhetorician who supported global religious freedom and the rule of law. In addition to his role as an investigator of Nazi war crimes and religious persecution while working as an assistant to Robert H. Jackson during the Nuremberg trial, Walsh played a major role in raising public awareness of human rights abuses under both Far Left and Far Right police states. So great was his reputation that Fr. Walsh was a confidant of multiple Presidents and other senior members of America's traditionally anti Catholic White Anglo Saxon Protestant elite, at a time when both Catholics and Americans of White ethnic ancestry were still being denied social acceptance in the United States. More than a decade after his death, Walsh became famous once again, when he was alleged by Roy Cohn to have been the man whose opinion Senator Joseph McCarthy from Wisconsin had first sought before going public with allegations provided by U. S. counterintelligence that the Soviet Union's KGB and the GRU had recruited moles throughout the U. S. Federal Government and propagandists throughout the entertainment industry. Cohn denied knowing anything further about the alleged conversation between Senator McCarthy and Walsh, or what advice if any Walsh provided. Some historians claim that Walsh, rather than Senator McCarthy, deserves to be remembered as the greatest American Catholic anti communist of the 20th century.

Ранние годы и образование

Уолш родился 10 октября 1885 года в Южном Бостоне, штат Массачусетс. Младший из шести детей, его отец, Джон Фрэнсис Уолш, был карьерным полицейским в Бостонском полицейском департаменте, а его мать, Кэтрин Дж. (урождённая Нунан) Уолш, эмигрировала из Ирландии в Соединенные Штаты с семьей в юном возрасте. Уолш вырос в Южном Бостоне, где одним из его друзей детства был его будущий иезуитский коллега Луис Дж. Галлагер. Сначала Уолш посещал государственную начальную школу, а затем получил стипендию для обучения в средней школе Бостонского колледжа в 1898 году. После окончания в 1902 году он решил вступить в Общество Иисуса и поступил в иезуитский новициат в Фредерике, штат Мэриленд.

С 1909 по 1912 год, во время своей иезуитской подготовки, Уолш преподавал литературу в то, что тогда было подготовительным отделением Джорджтаунского университета. Уолш получил степень бакалавра искусств в Джорджтауне. В августе 1914 года, с началом Первой мировой войны, его учёба там была прервана, и он получил степень магистра искусств. В 1919 году, учитывая недавно установленную политику иезуитов, согласно которой деканы и президенты всех иезуитских колледжей должны иметь докторскую степень, Уолш был удостоен почетной степени доктора философии в Джорджтауне. Во время Первой мировой войны он выполнял специальные обязанности в качестве помощника директора по образованию в "Студенческом армейском учебном корпусе". Президент университета Джон Б. Криден назначил Уолша первым регентом школы. Занятия начались в октябре 1919 года, а первый выпуск состоялся в 1921 году. После основания школы Уолш продолжал руководить ею в течение нескольких десятилетий. В 1958 году, вскоре после его смерти, школа была названа в его честь.

Миссии по оказанию помощи в Россию

В 1922 году, во время учебы на факультете политических наук, Уолш получил назначение католическим представителем в Американскую администрацию помощи, также известную как "Миссия Гувера", в период российского голода 1921 года. В марте 1922 года Уолш прибыл в Москву для работы в миссии. Однако в июне 1922 года папа Пий XI также назначил Уолша генеральным директором Папской миссии помощи, в течение которого он "вел обширные переговоры с советскими лидерами того времени в интересах католиков в России", включая Патриарха Московского Тихона и Митрополита Петроградского Вениамина. В то время Патриарх Тихон столкнулся с продолжающимся, при поддержке Советского Союза, обновленческим расколом и был полон решимости защитить вновь обретенную независимость Московского Патриархата от повторного подчинения государству. По этой причине Патриарх Тихон регулярно встречался с Экзархом и отцом Владимиром Абрикосовым для обсуждения возможного преобразования Русской Православной Церкви в одну из Восточных Католических Церквей. Патриарх также призывал верных ему православных священнослужителей и мирян встречаться с русскими католиками для обсуждения возможного воссоединения Русской Православной Церкви со Святым Престолом на условиях, изложенных на Флорентийском соборе в 1439 году. Именно поэтому, когда о. Уолш и первый Экзарх Русской греко-католической церкви впервые встретились и беседовали на церковной латыни, Федоров, восхищавшийся Патриархом Тихоном и его последователями и презирающий так называемую Живую Церковь, настоял на том, чтобы продовольственные поставки для помощи голодающим были доверены не только католическому духовенству, но и тем русским православным священникам, которые оставались верны Патриарху Тихону, для раздачи голодающим. О. Уолш с энтузиазмом согласился с идеей Экзарха и обеспечил ее реализацию. Только в Оренбурге о. Луи Галлахер пригласил за свой стол шестерых местных русских православных епископов для организации доставки продовольствия голодающим. По словам историка Пола Гейбла, "к началу октября миссия приступила к работе. По собственным данным, она создала сотни пунктов питания в Крыму и еще больше, простиравшихся на север до Москвы и Петрограда. В конечном итоге она обеспечивала ежедневным продовольственным пайком более 160 000 человек в более чем 400 населенных пунктах и нанимала 2500 русских рабочих на станциях. В пик своей деятельности летом 1923 года она создала фабрики по пошиву одежды и обуви, пожертвовала средства на санатории для детей с туберкулезом и импортировала медикаменты для борьбы с тифом и малярией, потратив в общей сложности эквивалент 1,5 миллиона долларов на все программы. Конечно, эти усилия можно рассматривать как великодушие или оппортунизм – последнее толкование, которое предпочитают многие православные иерархи и священнослужители". Тем временем о. Уолш и архиепископ Ян Цепляк также добились передачи мощей святого Андрея Боболы, конфискованных советским правительством из их святыни в Полоцке и помещенных в антирелигиозный музей. Мощи были затем доставлены в церковь Джезу в Риме другом детства Уолша и помощником директора Луисом Дж. Галлахером, который впоследствии опубликовал биографии как Уолша, так и святого Андрея Боболы. Во время пребывания в России Уолш стал ярым и открытым противником коммунизма, сначала благодаря близкой дружбе с архиепископом Цепляком, монсеньором Будкевичем и Экзархом Леонидом Федоровым, а затем, став ужаснувшимся свидетелем их судебного процесса в 1923 году, устроенного Николаем Крыленко за антисоветскую агитацию во время Первой советской антирелигиозной кампании. 10 апреля 1923 года народный комиссар по иностранным делам Георгий Чичерин написал письмо члену Политбюро Иосифу Сталину, в котором описал политические последствия успешных усилий о. Уолша по привлечению внимания мировой общественности к процессу Цепляка и казни монсеньора Константина Будкевича в московской тюрьме Лубянка в Пасхальное воскресенье 1923 года. В Америке, Франции и Великобритании усилия по достижению дипломатического признания СССР потерпели серьезный провал. В Вестминстере депутаты от Лейбористской партии были завалены петициями "с требованием защиты Цепляка и Будкевича", от "рабочих организаций", "умирающих социалистов" и "профессионалов". В Соединенных Штатах сенатор-республиканец Уильям Бора собирался обсудить возможность признания СССР с государственным секретарем США Чарльзом Эвансом Хьюзом. В связи с процессом и последующей казнью монсеньора Будкевича встреча была отменена, и сенатору пришлось неопределенно отложить создание комитета для продвижения дипломатических переговоров. Чичерин объяснил, что внешний мир рассматривает продолжающуюся антирелигиозную кампанию "не иначе как как откровенное религиозное преследование". Чичерин выразил опасение, что если Патриарх Тихон также будет предан суду и приговорен к смерти, новости "еще больше ухудшат наше международное положение во всех наших отношениях". Он заключил, предложив "заранее отклонить смертный приговор Тихону". Один католический епископ во Второй Польской Республике назвал миссию по оказанию помощи голодающим и ее сотрудников "миссионерами", и многие православные и левые теоретики заговора утверждали то же самое как в то время, так и много раз за прошедшее столетие. Несмотря на роль о. Уолша и капитана Маккаллаха в спасении его жизни и роль Секретариата Ватикана в успешном требовании его освобождения из заключения в июне 1923 года, Патриарх Тихон немедленно отреагировал, гневно обвинив Папскую миссию помощи в прозелитизме Православной Церкви и призвал русский народ сопротивляться тому, что он теперь назвал "католическим вторжением". Интерпретация Патриархом фактов, согласно историкам Полу Гейблу и Джеймсу Дж. Затко, не подтверждается имеющимися историческими данными. По словам Пола Гейбла, "Уолш публично заявил, что Папская миссия помощи должна строго избегать религиозной пропаганды; миссия находилась под строгим контролем как большевиков, так и Ватикана и не должна была заниматься прозелитизмом. Даже причастие для сотрудников миссии должно было проводиться за закрытыми дверями. Многие наблюдатели утверждали, что миссия придерживалась условий соглашения, но другие писали, что миссионеры приносили с собой цветные фотографии Папы, чтобы повесить их на видном месте в пунктах помощи, где кормили голодающих". В октябре 1923 года некоторые католики, связанные с миссией, были высланы из страны, предположительно за прозелитизм. Само слово "миссионер" было очевидно двусмысленным. В любом случае они предоставляли еду голодным и медицинскую помощь больным всех религий и национальностей на недискриминационной основе. (Конечно, преданные теоретики заговора увидят в недискриминации лишь большую возможность для религиозного империализма). В письме от 16 ноября 1923 года в британский Форин-офис Уолш описал недавний совместный рейд ГПУ и Красной Армии ночью на московский византийский доминиканский монастырь и незаконную католическую школу, возглавляемые матерью Екатериной Абрикосовой, за которым рано утром последовали арест настоятельницы и сестер. Уолш также описал одновременные рейды и массовые аресты священнослужителей и мирян Русской греко-католической церкви по всей Москве. Копия письма Уолша была получена Государственным департаментом США и оказалась на столе государственного секретаря США Чарльза Эванса Хьюза, который по-прежнему внимательно следил за религиозными преследованиями в Советском Союзе. Следовательно, письмо Уолша, вероятно, сыграло роль в продолжающемся решении Хьюза отказать в дипломатическом признании СССР.

In 1922, while studying political science, Walsh received appointment as Catholic representative to the American Relief Administration, also known as the "Hoover Mission", during the Russian famine of 1921. Walsh arrived in Moscow in March 1922 to serve the mission. In June 1922, however, Pope Pius XI also appointed Walsh as director general of the Papal Relief Mission, during which time he "conducted extensive negotiations with the Soviet leaders of that time on behalf of Catholic interests in Russia." including Patriarch Tikhon of Moscow and Metropolitan Benjamin of Petrograd. At the time, Patriarch Tikhon was faced with the ongoing Soviet backed Living Church Schism and was determined defend the hard won independence of the Moscow Patriarchate from again being lost to control by the State. For this reason, Patriarch Tikhon was both meeting regularly to discuss with both the Exarch and with Father Vladimir Abrikosov the possible transformation of the Russian Orthodox Church into one of the Eastern Catholic Churches. The Patriarch had also been urging those Orthodox clergy and laity who remained loyal to him to similarly meet with the Russian Catholics in order to discuss the possible reunion of the Russian Orthodox Church with the Holy See under the terms laid down at the Council of Florence in 1439. This was why, when Fr. Walsh and the first Exarch of the Russian Greek Catholic Church first met one another and conversed in Ecclesiastical Latin, Feodorov, who admired Patriarch Tikhon and his followers and felt only contempt for the so called Living Church, urged that the Famine Relief food supplies be entrusted not only to Catholic clergy, but also to those Russian Orthodox priests who remained loyal to Patriarch Tikhon for distribution to the starving. Fr. Walsh enthusiastically agreed with the Exarch's idea and ensured that it was carried out. In Orenburg alone, Fr. Louis Gallagher hosted six local Russian Orthodox bishops to his table to organize the delivery of food supplies to the starving. According to historian Paul Gabel, "By early October the mission was at work. By its own accounts it established hundreds of food kitchens in the Crimea and many more reaching as far north as Moscow and Petrograd. Eventually it gave daily food rations to over 160,000 people in over 400 localities and employed 2,500 Russians as workers at the stations. At its peak in the summer of 1923, it had created clothing and boot making factories, donated money to sanitaria for children with tuberculosis, and imported medical supplies to combat typhus and malaria, ultimately spending the equivalent of $1.5 million on all programs. This effort can, of course, be construed as magnanimity or opportunism the latter interpretation favored by many Orthodox Hierarchs and clergy." Meanwhile, Fr. Walsh and Archbishop Jan Cieplak also succeeded in securing the surrender of the Relics of St. Andrew Bobola, which had been confiscated from their shrine at Polotsk and placed in an anti religious museum by the Soviet Government. The relics were then transported to the Church of the Gesù in Rome by Walsh's childhood friend and Assistant Director, Louis J. Gallagher, who later published biographies of both Walsh and St. Andrew Bobola. During his time in Russia, Walsh became militantly and vocally anti Communist, first through his close friendships with Archbishop Cieplak, Monsignor Budkiewicz, and Exarch Leonid Feodorov and then having been a horrified eye witness to their 1923 show trial prosecution by Nikolai Krylenko for anti Soviet agitation during the First Soviet anti religious campaign. On 10 April 1923, People's Commissar for Foreign Affairs Georgy Chicherin wrote a letter to fellow Politburo member Joseph Stalin, which described the political fallout from Fr. Walsh's successful efforts to globally publicize both the Cieplak show trial and the execution of Monsignor Konstanty Budkiewicz inside Moscow's Lubyanka Prison on Easter Sunday, 1923. In America, France, and the United Kingdom, efforts to gain diplomatic recognition for the USSR had suffered a major setback. In Westminster, Labour MPs had been flooded by petitions "demanding the defense of Cieplak and Budkiewicz", by "worker's organizations", "dying socialists", and "professionalists". In the United States, Republican Senator William Borah had been about to discuss possible recognition of the USSR with U. S. Secretary of State Charles Evans Hughes. Due to both the trial and Monsignor Budkiewicz's subsequent execution, the meeting had been cancelled and the senator had been forced to indefinitely postpone the founding of a committee to press for diplomatic negotiations. Chicherin explained that the outside world saw the continuing anti religious campaign "as nothing other than naked religious persecution." Chicherin expressed fear that, if Russian Orthodox Patriarch Tikhon were similarly tried and sentenced to death, the news would, "worsen much further our international position in all our relations." He concluded by proposing "the rejection in advance of the death sentence on Tikhon". One Catholic Bishop in the Second Polish Republic had called the famine relief mission and it's employees "missionaries" and many Orthodox and Left Wing conspiracy theorists have alleged the same both at the time and many times over the century since. Despite the roles played by Fr. Walsh and Captain McCullagh in saving his life and the role of the Vatican's Secretariat of State in successfully demanding his release from incarceration in June 1923, Patriarch Tikhon immediately responded by angrily accusing the Papal relief mission of proselytizing the Orthodox Church and called upon the Russian people to resist what he now termed a "Catholic invasion". The Patriarch's interpretation of the facts is not, according to historians Paul Gabel and James J. Zatko, supported by the existing historical evidence. According to Paul Gabel, "Walsh had said publicly that the Papal Relief Mission was to scrupulously avoid religious propaganda; the Mission was under strict orders from both the Bolsheviks and the Vatican not to proselytize. Even Communion for relief workers was to be held behind closed doors Many observers claimed the mission stuck to the terms of the agreement, but others wrote that missionaries brought along colored photographs of the Pope to hang in plain view in relief centers as the hungry were belong fed. In October 1923, some Catholics connected to the mission were forced out of the country, allegedly for proselytizing. The very word missionary was obviously ambiguous. In any case they provided food for the hungry and medical aid for the sick of all religions and nationalities on a nondiscriminatory basis. (Of course, dedicated conspiracy theorists would just see nondiscrimination as a greater opportunity for religious imperialism)." In a 16 November 1923 letter to the British Foreign Office, Walsh described the recent joint GPU and Red Army nighttime raid upon the Moscow Byzantine Rite Dominican convent and illegal Catholic school led by Mother Catherine Abrikosova, followed in the early morning by the arrest of the mother prioress and the sisters. Walsh also described the simultaneous raids and mass arrests of the priests and laity of the Russian Greek Catholic Church throughout Moscow. A copy of Walsh's letter was acquired by the U. S. State Department and landed across the desk of U. S. Secretary of State Charles Evans Hughes, who was still keeping a very close watch over religious persecution in the Soviet Union. Therefore, Walsh's letter very likely played a role in Hughes' continued decision to refuse to grant diplomatic recognition to the U. S. S. R.

По возвращении в Соединенные Штаты Уолш заказал портрет Экзарха Леонида Федорова у русского художника-эмигранта Павла Мальцева. Портрет был основан на фотографии Экзарха, сделанной во время его заключения в Соловецком концентрационном лагере, расположенном над…

Поздние годы

Уолш принес свой четвертый обет 27 марта 1924 года. В октябре 1941 года Уолш публично раскритиковал президента США Франклина Делано Рузвельта за утверждение о том, что Советское правительство соблюдает конституционные гарантии против религиозных преследований. Другие, включая студентов, преподавателей и выпускников, возражали против смены названия, основываясь как на несогласии с дипломатической политикой Олбрайт, так и на уважении к роли отца Уолша в защите глобальной религиозной свободы и других прав человека. 10 октября 2023 года Джорджтаунский университет объявил, что вопрос о замене имени отца Эдмунда А. Уолша на имя Мадлен Олбрайт больше не рассматривается, но поиск альтернативных способов увековечения памяти Олбрайт продолжается.