Введение

Дело о конституционном праве Австралии 1983 года, дело 1904 года.

Дело «Содружество против Тасмании» (широко известное как «Дело о тасманийской плотине») — важное австралийское судебное дело, рассмотренное в Высшем суде Австралии 1 июля 1983 года. Это решение стало знаковым в австралийском конституционном праве и важным моментом в истории охраны природы в Австралии. В центре дела находился предлагаемый проект строительства гидроэлектростанции на реке Гордон в Тасмании, который поддерживало правительство Тасмании, но которому выступало против федеральное правительство Австралии и экологические организации.

Общие обстоятельства дела

В 1978 году Комиссия по гидроэлектроэнергетике, находившаяся в государственной собственности Тасмании, предложила строительство гидроэлектростанции на реке Гордон, ниже её слияния с рекой Франклин, в суровом юго-западном регионе Тасмании. Плотина должна была затопить реку Франклин. В июне 1981 года правительство штата, представленное Лейбористской партией, создало Национальный парк «Дикие реки» в попытке защитить реку. Границы парка позволяли строительство ещё одной плотины ниже по течению реки Гордон, ниже её слияния с рекой Ольгой. В мае 1982 года было избрано либеральное правительство штата, поддержавшее строительство плотины. Федеральное либеральное правительство во главе с Малкольмом Фрейзером предлагало Тасмании компенсацию, однако не смогло остановить строительство плотины. В ноябре 1982 года ЮНЕСКО объявило территорию Франклина объектом Всемирного наследия после того, как Комитет Всемирного наследия принял номинацию, предложенную правительством Лейбористской партии и переданную через Содружество. Во время федеральных выборов 1983 года Лейбористская партия под руководством Боба Хоука пообещала вмешаться и предотвратить строительство плотины. После победы на выборах правительство Лейбористской партии приняло Закон о сохранении объектов Всемирного наследия 1983 года (Cth), который, в сочетании с Законом о национальных парках и охране дикой природы 1975 года, позволил ему запретить вырубку леса, земляные работы и другие виды деятельности на территории Всемирного наследия Тасмании. Правительство Тасмании оспорило эти действия, утверждая, что Конституция Австралии не предоставляет федеральному правительству полномочий издавать подобные нормативные акты. В мае и июне 1983 года обе стороны представили свои аргументы в Высшем суде Австралии.

Дело

Дело касалось нескольких ключевых конституционных вопросов, важнейшим из которых была конституционность Закона об охране объектов всемирного наследия 1983 года (или Закона о всемирном наследии). Разделение полномочий между федеральным правительством Австралии и правительствами отдельных штатов в основном определяется статьей 51 австралийской конституции. Федеральное правительство предприняло ряд действий, ссылаясь на определенные подпункты статьи 51 в качестве правового основания. Правительство Тасмании не согласилось с этими доводами.

Власть корпораций

Раздел 51(xx) предусматривает, что федеральное правительство имеет полномочия принимать законы в отношении иностранных, торговых и финансовых корпораций. Тасмания утверждала, что это полномочие не может применяться к ее Комиссии по гидроэлектроэнергии, поскольку она по сути являлась департаментом правительства Тасмании, а не торговой корпорацией. Однако, поскольку HEC занималась масштабным производством и продажей электроэнергии, а также обладала определенной независимостью от правительства, ее признали торговой корпорацией.

Приобретение имущества на справедливых условиях

Раздел 51(xxxi) австралийской Конституции предусматривает, что федеральное правительство имеет право изымать собственность "на справедливых условиях" для любых целей, по которым оно уполномочено принимать законы (см. Раздел 51 Конституции Австралии: например, приобретение земли для строительства военной базы). Ключевой фразой в этом разделе является "на справедливых условиях". Тасмания утверждала, что федеральное правительство несправедливо лишило ее собственности, обойдя Закон о всемирном наследии. Однако судья Бреннан заявил, что Тасмания не обладала правами собственности на участок, предназначенный под плотину (то есть это не была частная земля), и, следовательно, не была лишена какой-либо собственности.

Решение

Большинство в четыре голоса против трех из семи членов Высокого суда постановило, что федеральное правительство законно предотвратило строительство плотины и что Закон о всемирном наследии был уполномочен на основании полномочий по "внешним делам". Несмотря на то, что другие части закона были признаны недействительными, положение, запрещающее строительство плотин, было признано действительным.

Последствия

Дело положило конец планам HEC по строительству новых гидроэлектростанций в Тасмании. Юридические дебаты о пределах полномочий по "внешним делам" продолжались в течение десятилетия в серии дел, рассматривавшихся в Высоком суде, где возобладало широкое толкование этих полномочий. В настоящее время прочно установлено, что в соответствии с пунктом 51(xxix) австралийской Конституции правительство Австралии имеет право принимать законы, которые разумно могут рассматриваться как уместные и адаптированные для выполнения международных юридических обязательств Австралии. В связи с большим количеством международных обязательств, принятых Австралией на основании международных договоров, полномочия по внешним делам, закрепленные в пункте 51(xxix), предоставляют правительству Австралии весьма широкие конституционные полномочия по принятию законов по многим вопросам, включая охрану окружающей среды. Значительная часть основного национального природоохранного законодательства Австралии, Закон об охране окружающей среды и сохранении биоразнообразия 1999 года (Cth), обосновывает свою конституционную законность решением по делу о плотине в Тасмании, касающимся полномочий по внешним делам. К ним относятся защита объектов Всемирного наследия, водно-болотных угодий, включенных в Рамсарскую конвенцию, исчезающих видов и находящихся под угрозой исчезновения экологических сообществ, а также перелетных видов.

Определение аборигенности

Позже на это дело ссылались в других судебных разбирательствах, касающихся определения аборигенности (австралийской идентичности аборигенов). В деле "Commonwealth v Tasmania" абориген или житель островов Торресова пролива был определен как "лицо, имеющее аборигенное или происхождение с островов Торресова пролива, которое идентифицирует себя как абориген или житель островов Торресова пролива и признается таковым в сообществе, в котором он или она проживает". Это решение представляло собой трехкомпонентное определение, включающее происхождение, самоидентификацию и признание со стороны общины. Первый компонент – происхождение – основывался на генеалогическом родстве и был однозначным, однако приводил к ситуациям, когда отсутствие документальных подтверждений происхождения исключало некоторых людей. Самоидентификация и признание со стороны общины были более сложными, поскольку означали, что коренной австралиец, отдалившийся от своей общины из-за семейного конфликта, мог больше не считаться аборигеном или жителем островов Торресова пролива. В результате, на протяжении 1990-х годов возникали судебные процессы, в которых люди, исключенные из числа аборигенов, требовали признания их идентичности. В 1998 году судья Меркель в деле "Shaw v Wolf" постановила, что аборигенное происхождение является "формальным", а не "действительным", тем самым отменив требование генетического родства. Это решение установило, что любой человек может юридически заявить о своей принадлежности к аборигенам, при условии, что его признают таковым в его общине.