Эльфгифу: Королева Англии и её происхождение.

Введение

Королева Англии с 955 по 958 год.

Эльфгифу была королевой англичан как жена короля Эдвига (правил в 955–959 гг.) в течение короткого времени, до 957 или 958 года. О ней известно немного, и сведения о ней происходят главным образом из англосаксонских хартий, возможно, включая завещание, Англосаксонской хроники и враждебных рассказов в агиографических произведениях. Её брак с королем, аннулированный в первые годы правления Эдвига, по-видимому, стал объектом междоусобной борьбы за власть, окружавшей трон в конце 950-х годов. К 1000 году, когда жизнь бенедиктинских реформаторов Дунстана и Освальда стала предметом агиографии, память о ней сильно исказилась. Однако в середине 960-х годов она, судя по всему, стала состоятельной землевладелицей, находившейся в хороших отношениях с королем Эдгаром, и по своему завещанию щедро жертвовала церковным учреждениям, связанным с королевской семьей, в частности, Старому и Новому монастырям в Винчестере.

Семейное происхождение

Источники однозначно указывают на два факта о семейном прошлом Эльфгифу. Во-первых, ее мать носила имя Этельгифу, женщина очень высокого происхождения (natione præcelsa). Во-вторых, она была родственницей своего мужа Эдвига, поскольку в 958 году их брак был расторгнут архиепископом Одой на том основании, что они были слишком близко связаны кровью, то есть в пределах запрещенных степеней родства. Эльфгифу также была соотнесена с одноименной женщиной, оставившей завещание между 966 и 975 годами, что может пролить дополнительный свет на ее происхождение. Эти немногочисленные и неудовлетворительные зацепки были использованы для построения двух возможных – и, возможно, совместимых – генеалогий Эльфгифу, обе из которых приписывают ей королевское происхождение. Одна из теорий, предложенная Сирилом Хартом и рассмотренная Полин Стаффорд, считает ее знатной дамой мерсийского происхождения, происходящей от эалдормана Этельфрита Мерсийского и его жены Этельгит, которая, возможно, была дочерью эалдормана Этельвульфа и племянницей мерсийской супруги короля Альфреда, Ээлсвиты. Эта реконструкция основана на вероятности того, что Рисборо (Бэкингемшир), одно из владений Эльфгифу, упомянутых в завещании, ранее принадлежало Этельгит. Возможно, Эльфгифу унаследовала это поместье и многие другие в Бэкингемшире. Учитывая, что она попросила епископа Этельвольда, одного из своих бенефициаров, помолиться за "душу матери", она, возможно, сделала это по материнской линии. Если это предположение верно, она была бы тесно связана с влиятельной семьей эалдормана Этельстана Полукороля и его потомков. Ее предполагаемое завещание также служит отправной точкой для другой, более распространенной гипотезы. В этом документе она делает завещания Эльфверду и Этельверду, по-видимому, своим братьям (один из которых был женат на Этельфлэде), и своей сестре Эльфвару. Этельвард и Эльфвард упоминаются как братья и тегни (ministri) в списке свидетелей поддельной королевской хартии, датированной 974 годом. По-видимому, это тот же Этельвард, который регулярно подтверждал королевские хартии между 958 и 977 годами как королевский тегн и, возможно, впоследствии стал знаменитым эалдорманом Западных провинций и автором латинской хроники, в которой он утверждал о своем происхождении от короля Этельреда Уэссекского (ум. 871), четвертого сына короля Этельвульфа. Вывод, который можно сделать из этих просопографических изысканий, заключается в том, что если эалдорман и летописец Этельвард был ее братом, то они должны были иметь общего предка в лице короля Этельреда. В этом случае Эльфгифу была бы троюродной сестрой Эдвига. Эти две генеалогии не исключают друг друга. Эндрю Уорэм предполагает, что эти две разные ветви королевской семьи могли сойтись в браке, который произвел на свет Эльфгифу. Учитывая особое упоминание в завещании "души матери" Эльфгифу, это может означать, что Этельгифу была потомком Этельгит, а анонимный отец прослеживал свое происхождение от Этельреда. Ни одна из этих гипотез не является окончательной. Общая слабость этих предположений заключается в том, что они основаны на допущении, что составительница завещания Эльфгифу – это та же самая женщина, что и бывшая королевская супруга. Однако, по причинам, которые будут рассмотрены ниже, большинство историков склоняются к этой идентификации, хотя обычно с оговорками.

Two facts about Ælfgifu's family background are unambiguously stated by the sources. First, her mother bore the name of Æthelgifu, a woman of very high birth (natione præcelsa). Second, she was related to her husband Eadwig, since in 958 their marriage was dissolved by Archbishop Oda on grounds that they were too closely related by blood, that is, within the forbidden degrees of consanguinity. Ælfgifu has been also identified with the namesake who left a will sometime between 966 and 975, which might shed further light on her origins. These dangling clues, unsatisfying as they are in themselves, have been used to construct two possible—and possibly compatible—genealogies for Ælfgifu, both of which ascribe to her a degree of royal rank. One theory espoused by Cyril Hart and considered by Pauline Stafford makes her a noblewoman of Mercian stock, who descended from Ealdorman Æthelfrith of Mercia and his wife Æthelgyth, who may have been a daughter of ealdorman Æthelwulf and a niece of King Alfred's Mercian consort Ealhswith. This reconstruction is based on the probability that Risborough (Buckinghamshire), one of Ælfgifu's holdings mentioned in the will, was previously held by Æthelgyth. The possible implication is that Ælfgifu inherited the estate and many others in Buckinghamshire. Given that she asked Bishop Æthelwold, one of her beneficiaries, to intercede for her "mother's soul", she may have done so through the maternal line. If the suggestion is correct, she would have been closely related to the politically prominent family of ealdorman Æthelstan Half King and his offspring. Her supposed will also provides the starting point for another, more widely regarded hypothesis. In this document, she makes bequests to Ælfweard and Æthelweard, seemingly her brothers (one of whom was married to Æthelflæd), and to her sister Ælfwaru. Æthelweard and Ælfweard re appear as brothers and thegns (ministri) in the witness list of a spurious royal charter dated 974. This appears to be the same Æthelweard who regularly attests royal charters between 958 and 977 as the king's thegn and may have moved on to become the illustrious ealdorman of the Western Provinces and author of a Latin chronicle, in which he claimed descent from King Æthelred of Wessex (d. 871), fourth son of King Æthelwulf. The conclusion which can be derived from these prosopographical byways is that if the ealdorman and chronicler Æthelweard was her brother, she must have shared with him a common ancestor in King Æthelred. In this light, Ælfgifu would have been Eadwig's third cousin once removed. The two genealogies are not mutually exclusive. Andrew Wareham suggests that these two different branches of the royal family may have come together in the marriage which produced Ælfgifu. In view of the will's special mention of Ælfgifu's "mother's soul", this could mean that Æthelgifu was a descendant of Æthelgyth, while the anonymous father traced his descent to Æthelred. Neither hypothesis is conclusive. A weakness shared by these suggestions is that they hinge on the assumption that the testatrix Ælfgifu is the same as the erstwhile royal consort. However, for reasons explored below, the identification is favoured by most historians, though usually with reservations.

Брак

В неизвестную дату, примерно во время его восшествия на престол, молодой король Эдвиг женился на Эльфгифе. Этот союз был или должен был стать одним из самых спорных королевских браков в Англии X века. Брат Эдвига, Эдгар, был престолонаследником, но рождение законного сына от этого брака серьезно уменьшило бы шансы Эдгара на наследование престола, особенно если оба родителя принадлежали к королевскому роду. Эдгар пользовался поддержкой Этельстана (умер после 957 года) и его сыновей, чья власть была сосредоточена в Мерсии и Восточной Англии, и которые не хотели бы потерять власть и влияние в пользу родственников и сторонников Эльфгифы. Если предположение Харта о том, что Эльфгифа происходила из мерсийской королевской семьи и была связана с этим родом, верно, то, возможно, брак должен был дать Эдвигу некоторое политическое преимущество в осуществлении западносаксонского контроля над Мерсией. Мать Эльфгифы, Этельгифу, по-видимому, сыграла решающую роль в ее возвышении при дворе, о чем свидетельствуют их совместные упоминания в источниках. Вместе они засвидетельствовали хартию об обмене землей между епископом Бритхельмом и Этельвольдом, тогдашним аббатом Абингдона, и оба их имени встречаются среди "прославленных" благотворителей на листе Liber Vitae Нового монастыря в Винчестере начала XI века. В своем предполагаемом завещании (см. выше) Эльфгифа просит епископа Этельвольда, одного из своих бенефициаров, заступиться за нее и ее мать. Вероятно, именно эти две женщины изображены как любовницы Эдвига в "Жизни святого Дунстана" автора "Б" и в "Жизни святого Освальда" Бертферта из Рамси, обе датируются примерно 1000 годом. В "Жизни святого Дунстана" утверждается, что на пиру, последовавшем за торжественной коронацией в Кингстоне (Суррей), Эдвиг покинул стол и удалился в свои покои, чтобы предаться распутству с двумя женщинами – непристойной знатной дамой (quaedam, licet natione præcelsa, inepta tamen mulier), позже идентифицированной как Этельгифу, и ее взрослой дочерью (adulta filia). Говорят, что они привязались к нему "очевидно, чтобы вступить с ним в законный брак и объединить себя или свою дочь". Возмущенные непристойным уходом Эдвига, знатные люди послали Дунстана и епископа Кинзиге, которые силой вернули короля на пир. За этот поступок Дунстан навлек на себя гнев короля, который по наущению Этельгифы отправил его в изгнание. Названная современной Иезавелью, она могла использовать гнев Эдвига, приказав преследовать Дунстана и конфисковать его имущество. То, что память о сексуальных связях Эдвига стала искаженной и запутанной к концу века, свидетельствует "Жизнь святого Освальда" Бирхферта, в которой рассказывается более фантастическая история о двух женщинах Эдвига. В ней говорится, что король был женат, но сбежал с дамой, стоявшей ниже его жены. Архиепископ Ода лично схватил новую любовницу короля в ее доме, выгнал ее из страны и сумел исправить поведение короля. Эти истории, записанные спустя примерно 40 лет, по-видимому, уходят корнями в более поздние клеветнические кампании, направленные на дискредитацию Эдвига и его супружеских отношений. Хотя обе "Жизни" сосредоточены на личном аспекте этих дел с точки зрения их авторов, последствия фракционных распрей просматриваются на заднем плане. Известно, что в 958 году архиепископ Кентерберийский Ода, сторонник Дунстана, аннулировал брак Эдвига и Эльфгифы на основании их кровного родства. Летом 957 года Эдгар был избран королем Мерсии. Автор "Б" представляет это как результат северного восстания против Эдвига, в результате которого он потерял контроль над северной частью Темзы (Мерсией и Нортумбрией), а Эдгар был провозглашен королем этой части Англии. Это явное преувеличение, поскольку Эдвиг сохранил титул "король англичан" в своих хартиях, а Этельвард предполагал "непрерывное" правление. Описание Эдгара как regulus в аллитеративной хартии 956 года может даже означать, что было достигнуто предварительное соглашение о том, что Эдгар станет вассальным королем своего брата в Мерсии, как только достигнет совершеннолетия. Слабость политического положения Эдвига, тем не менее, подтверждается ретроспективной запиской епископа Этельвольда, в которой он жалуется, что Эдвиг "из-за невежества юности рассеял свое королевство и разрушил его единство". Хотя Дунстан и архиепископ Ода, по-видимому, выступали против брака, Эльфгифе не пришлось столкнуться только с враждебностью со стороны церковных магнатов. Другой бенедиктинский реформатор, Этельвольд, аббат Абингдона и впоследствии епископ Винчестера, по-видимому, предпочитал поддерживать ее, даже если он не одобрял правление ее мужа. Одной из немногих хартий, засвидетельствованных Эльфгифой, является вышеупомянутая грамота из Абингдона, подтверждающая обмен землей между Этельвольдом и Бритхельмом. В подписке она признана женой короля (þæs cininges wif).

At an unknown date around the time of his accession, the young King Eadwig married Ælfgifu. The union was or was to become one of the most controversial royal marriages in 10th century England. Eadwig's brother Edgar was the heir presumptive, but a legitimate son born out of this marriage would have seriously diminished Edgar's chances of succeeding to the kingship, especially if both parents were of royal rank. Fostered by Ælfwynn, wife of Æthelstan Half King together with her son Æthelwine, Edgar enjoyed the support of Æthelstan Half King (d. after 957) and his sons, whose power base was concentrated in Mercia and East Anglia and who would not have liked to lose power and influence to Ælfgifu's kinsmen and associates. If Hart's suggestion that Ælfgifu was of royal Mercian descent and related to the latter family is correct, it might have been hoped that the marriage would give Eadwig some political advantage in exercising West Saxon control over Mercia. Ælfgifu's mother, Æthelgifu, seems to have played a decisive role in her rise to prominence by the king's side, as indicated by their joint appearances in the sources. Together they witness a charter which records an exchange of land between Bishop Brihthelm and Æthelwold, then abbot of Abingdon. and both their names occur among “illustrious” benefactors on a leaf of the early 11th century Liber Vitae of the New Minster, Winchester. In her presumed will (see above), Ælfgifu asks Bishop Æthelwold, one of her beneficiaries, to intercede for her and her mother. It is probable that they are the two women who are portrayed as Eadwig's sexual partners in the Life of St Dunstan by author 'B' and that of St. Oswald by Byrhtferth of Ramsey, both dating from around 1000. Dunstan's Life alleges that on the banquet following the solemnity of his coronation at Kingston (Surrey), Eadwig left the table and retreated to his chamber to debauch himself with two women, an indecent noblewoman (quaedam, licet natione præcelsa, inepta tamen mulier), later identified as Æthelgifu, and her daughter of ripe age (adulta filia). They are said to have attached themselves to him "obviously in order to join and ally herself or else her daughter to him in lawful marriage.". Shocked by Eadwig's unseemly withdrawal, the nobles sent Dunstan and Bishop Cynesige, who forcefully dragged the king back to the feast. For this act, Dunstan had incurred the enmity of the king, who sent him into exile at Æthelgifu's instigation. Called a modern Jezebel, she would have exploited Eadwig's anger by ordering Dunstan's persecution and the spoliation of his property. That the memory of Eadwig's sexual affairs had become tainted and confused around the turn of the century is suggested by Byrhferth's Life of St. Oswald, which has a more fantastic tale to tell about Eadwig's two women. It recounts that the king was married, but ran off with a lady who was below his wife's rank. Archbishop Oda personally seized the king's new mistress at her home, forced her out of the country and managed to correct the king's behaviour. These stories, written down some 40 odd years later, seem to be rooted in later smear campaigns which were meant to bring disrepute on Eadwig and his marital relations. Although both Lives focus on the personal dimension of the affairs from the perspective of their protagonists, the effects of factional rivalries loom in the background. It is known that in 958 Archbishop Oda of Canterbury, a supporter of Dunstan, annulled the marriage of Eadwig and Ælfgifu on the basis of their consanguinity. In the summer of 957, Edgar was elected king of Mercia. Author 'B' presents this as the outcome of a northern revolt against Eadwig, whereby he lost control north of the Thames (Mercia and Northumbria) and Edgar was set up as king over that part of England. This is a gross exaggeration, since Eadwig retained the title "king of the English" in his charters and Æthelweard envisaged a "continuous" reign. Edgar's description as regulus in an alliterative charter of 956 may even signify that there was a prior agreement that Edgar would become his brother's subking in Mercia as soon as he reached majority. The weakness of Eadwig's political position is nevertheless confirmed by Bishop Æthelwold's retrospective note of complaint that Eadwig "had through the ignorance of childhood dispersed his kingdom and divided its unity". While it appears then that Dunstan and Archbishop Oda opposed the marriage, it was not all hostility that Ælfgifu had to endure from ecclesiastical magnates. Another Benedictine reformer, Æthelwold, abbot of Abingdon and later bishop of Winchester, seems to have preferred to support her, even if he was not uncritical of her husband's reign. One of the few charters to have been witnessed by Ælfgifu is the aforementioned memorandum from Abingdon, which confirms an exchange of land between Æthelwold and Brihthelm. In the subscription, she is recognised as the king's wife (þæs cininges wif).

Вдовство

Не менее важным, чем обстоятельства ее супружеской жизни, является то, как Эльфгифу могла продвигаться после распада брака и особенно после осени 959 года, когда Эдвиг умер (1 октября 959 года) и был преемником его брата Эдгара как короля всей Англии. Виты в этом отношении не дают полезной информации. Биртферт пишет, что любовница Эдвига была изгнана Одой (ум. 958), но его рассказ о вмешательстве архиепископа сомнительный и лишь слабо перекликается с историческими сведениями Хроники. Еще менее достоверна история, записанная Осберном в конце XI века. Принимая изображение Эдгара, правящего в Мерсии, как результат переворота против Эдвига, он усиливает повествование, предполагая, что любовница Эдвига (прелюбодейка) была покалечена в засаде мерсийскими повстанцами и вскоре после этого умерла. Независимо от того, вела ли Эльфгифу скрытый образ жизни или действительно жила в изгнании, как полагает Биртферт, есть основания полагать, что к середине 960-х годов она обрела мир, благосостояние и хорошие отношения с королем Эдгаром и королевским домом. Эта картина основана на ее отождествлении с Эльфгифу, которая была богатой землевладелицей в юго-восточной Англии и родственницей короля Эдгара. Она упоминается под покровительством Эдгара в двух королевских хартиях 966 года, в которых он называет ее «определенной благородной матроной (matrona), связанной со мной узами кровного родства». Незадолго до смерти Эдгара (975 год) она составила завещание, в котором завещала обширные владения в Бакингемшире, Оксфордшире и Хартфордшире, значительные суммы денег и различные ценные предметы (1) церковным учреждениям (Старый и Новый Минстер, аббатство Аббингдон, аббатство Ромси и аббатство Бат), (2) епископу Этельвольду (лично), (3) членам королевской семьи (Эдгар, королева Эльфтрит и Эдвард Мученик) и (4) своим ближайшим родственникам (двум братьям, сестре и жене брата). Наиболее значительные завещания – это завещания королю Эдгару и Старому Минстеру, который получил обширное имение в Принсес-Рисборо площадью 30 гид. Дети не упоминаются. Исключительно высокий статус свидетельствует о даре или платеже Эдгару, который был истолкован как ее смерть, состоящий из двух браслетов по 120 манкусов каждый, чаши для питья, 6 лошадей, 6 щитов и 6 копий. Нет окончательных доказательств, но то, что обе Эльфгифу – это один и тот же человек, сильно указывает на их тесную связь с королевской семьей, епископом Этельвольдом, Новым Минстером в Винчестере и их общей матерью. Однако невозможно определить, какие из других владений составляли ее приданое, а какие были унаследованы или приобретены иным способом. Как отмечалось ранее, есть основания полагать, что Принсес-Рисборо перешел по материнской линии. Если другие владения также принадлежали ей, то восстановление ее положения могло дорого стоить, значительно обогатив королевскую семью землями к северу от Темзы. В своем завещании Эльфгифу связывает свои пожертвования «церкви Божьей» со спасением души как своей, так и Эдгара, что свидетельствует об их общем интересе к бенедиктинской реформе, щедрым спонсором которой был Эдгар, а епископ Этельвольд – ее видным проводником. В свою очередь, она, возможно, надеялась, что он использует ее пожертвования во благо и благочестиво. Согласно «Либеллу Этельвольда», это, по-видимому, сбылось в случае Марсуорта, который он пожертвовал аббатству Эли, вновь основанному епископом Этельвольдом в 970 году. Интересным аспектом завещания Эльфгифу является то, как оно могло быть использовано для укрепления связей ее родственных и дружеских кругов с королевской семьей и ведущими церковными учреждениями или для подтверждения этих связей. Это наиболее очевидно, когда она обращается к Эдгару с особой просьбой: «Я умоляю моего королевского господина ради любви к Богу, чтобы он не оставил моих людей, которые ищут его защиты и достойны его». Она также позаботилась о том, чтобы Монгевелл, недалеко от нового поместья Эдварда в Ньюхэм-Муррен, и Беркхэмпстед не перешли непосредственно в общину Старого Минстера, а сначала были сданы в аренду ее братьям и сестрам при условии, что они ежегодно выплачивали продовольственную ренту (феорм) двум минстерам. В то время как Эдвиг, как и Альфред и Эдвард, был похоронен в Новом Минстере, Эльфгифу намеревалась, чтобы ее тело было похоронено в соседнем Старом Минстере. В Винчестере Эльфгифу помнили с любовью за ее щедрость, и, возможно, ее мать тоже: Ælfgyfu coniunx Eadwigi regis и Æþelgyfu, которая, возможно, является ее матерью, упоминаются на странице Liber Vitae Нового Минстера 1031 года среди прославленных благодетельниц общины.

No less important than the circumstances of her married life is the way Ælfgifu may have pushed on since the break up of her marriage and more especially since the autumn of 959, when Eadwig died (1 October 959) and was succeeded by his brother Edgar as king of all England. The vitae are unhelpful at this point. Byrhtferth writes that Eadwig's mistress was exiled by Oda (d. 958), but his account of the archbishop's intervention is dubious and only faintly echoes the historical information of the Chronicle. Less credible still is the tale recorded by Osbern in the late 11th century. Adopting B's depiction of Edgar's Mercian reign as the outcome of a very coup against Eadwig, he amplifies the story by suggesting that Eadwig's mistress (adultera) was hamstrung in an ambush by Mercian resurgents and died not long thereafter. Whether Ælfgifu kept a low profile or truly lived in exile, as Byrhtferth appears to claim, there is evidence to suggest that by the mid 960s, she had come to enjoy some peace, prosperity and a good understanding with King Edgar and the royal house. This picture is based on her identification with the Ælfgifu who was a wealthy landowner in Southeast England and a relative of King Edgar. She appears under Edgar's patronage in two royal charters of AD 966, in which he calls her "a certain noble matron (matrona) who is connected to me by the relationship of worldly blood". Sometime before Edgar's death (975), she left a will in which she bequeathed extensive estates in Buckinghamshire, Oxfordshire and Hertfordshire, considerable sums of money and various objects of value to (1) ecclesiastical houses (Old and New Minster, Abingdon Abbey, Romsey Abbey and Bath Abbey), (2) Bishop Æthelwold (in person), (3) members of the royal family (Edgar, Queen Ælfthryth and Edward the Martyr), and (4) her closest relatives (her two brothers, her sister and her brother's wife). The most substantial bequests are those to King Edgar and the Old Minster, which received the vast estate at Princes Risborough amounting to 30 hides. No children are mentioned. Exceptionally high status is suggested by a gift or payment to Edgar which has been interpreted as her heriot, consisting of two armlets of 120 mancuses each, a drinking cup, 6 horses, 6 shields and 6 spears. There is no conclusive proof, but that the two Ælfgifus are identical is strongly suggested by their intimate association with the royal family, Bishop Æthelwold, the New Minster at Winchester and with their own mother. but it is impossible to determine which of the other estates were part of her dower property and which were inherited or acquired otherwise. As noted earlier, a case has been made for Princes Risborough as having been passed on through the maternal line. If the other holdings were likewise her own, the rehabilitation of her position may have come at a great price, one which considerably enriched the royal family with land north of the Thames. In her will, Ælfgifu associates her endowments of "God's church" with the salvation of both her and Edgar's soul, which suggests that she expressed a shared interest in the Benedictine reform, of which Edgar was a generous sponsor and Bishop Æthelwold a prominent conductor. In turn, she may have hoped that he would put her grants to good and pious use. According to the Libellus Æthelwoldi, such seems to have come true in the case of Marsworth, which he donated to Ely Abbey, refounded by Bishop Æthelwold in 970. An intriguing aspect of Ælfgifu's will is the way in which it may have been used to tie her kin group and associates more closely in a beneficial relationship with the royal family and the leading ecclesiastical establishments, or else to reaffirm the association. This is seen at its most straightforward when she addresses Edgar with a special request: "I beseech my royal lord for the love of God, that he will not desert my men who seek his protection and are worthy of him." She also made sure that Mongewell, near Edward's new estate at Newnham Murren, and Berkhampstead did not pass directly to the community of the Old Minster, but was first leased by her siblings on the condition that they rendered a food rent (feorm) to the two minsters every year. While Eadwig, like Alfred and Edward, was buried in the New Minster, Ælfgifu intended her body to be buried in the nearby Old Minster. At Winchester, Ælfgifu was dearly remembered for her generosity and conceivably so was her mother: Ælfgyfu coniunx Eadwigi regis and Æþelgyfu, who may be her mother, appear on a page of the New Minster Liber Vitae of 1031 among the illustrious benefactresses of the community. BENEFICIARY BEQUEST Ecclesiastical houses: Old Minster, Winchester estate at Princes Risborough (Bucks. ), except manumitted slaves + 200 mancuses of gold, her shrine with relics + Estates at Mongewell (Oxon.) and Berkhampstead (Herts. ), see below. New Minster, Winchester estate at Bledlow (Bucks.) + 100 mancuses of gold Nunnaminster (St Mary's Abbey), Winchester a paten (offring disc) Nunnery of Christ and St Mary at Romsey (Hants. ), refounded by Edgar in 967. estate at Whaddon (Bucks.) Abingdon Abbey Chesham (Bucks.) Bath Abbey Wickham (Wicham), possibly in Berkshire or further south, Hampshire, but the place name is too common for identification. Royal family King Edgar estates at Wing (Bucks. ), Linslade (Bucks., cf: S 737), Haversham (Bucks. ), Hatfield (Herts.? ), Masworth or Marsworth (Bucks.) and Gussage (All Saints, Dorset) + 2 armlets (of 120 mancuses each), a drinking cup (sopcuppan), 6 horses, 6 shields and spears (presumably her heriot "death duty"). the ætheling, probably Edward estate at Newnham Murren (Oxon. ), previously granted by King Edgar (S 738) + armlet of 30 mancuses Queen (Ælfthryth) a necklace of 120 mancuses, armlet of 30 mancuses, and a drinking cup Family Ælfweard, Æthelweard and Ælfwaru estates at Mongewell (Oxon.) and Berkhampstead (Herts.) for their lifetime, with annual food rent of two days for the Old and New Minster; with reversion to the Old Minster after their life time. Ælfwaru "all that I have lent her" Ælfweard drinking cup Æthelweard ornamented drinking horn Æthelflæd, her brother's wife headband Bishops and abbots Bishop Æthelwold estate at Tæafersceat (unidentified), with a request to intercede for her and her mother. Each abbot 5 pounds of pence to spend on repairing their minster Bishop Æthelwold and Æthelgar, abbot of the New Minster. remaining money entrusted to them for (1) maintenance of the Old Minster and (2) alms giving.

ПОЛУЧАТЕЛЬ ЗАВЕЩАНИЯ | ЗАВЕЩАНИЕ
Церковные учреждения: Старый Минстер, имение в Принсес-Рисборо (Бакс.), за исключением освобожденных рабов + 200 манкусов золота, ее святилище с реликвиями + имения в Монгевелле (Окс.) и Беркхэмпстеде (Хертс.), см. ниже. Новый Минстер, Винчестер имение в Бледлоу (Бакс.) + 100 манкусов золота. Наннаминстер (аббатство Святой Марии), Винчестер патена (диск для приношений). Монастырь Христа и Святой Марии в Ромси (Хэмпшир), вновь основанный Эдгаром в 967 году. имение в Уэддоне (Бакс.). Аббатство Аббингдон Чешем (Бакс.). Аббатство Бат Уикхем (Викхем), возможно, в Беркшире или южнее, Хэмпшир, но топоним слишком распространен для идентификации.
Королевская семья
Король Эдгар имения в Уинге (Бакс.), Линследе (Бакс., см.: S 737), Хавершеме (Бакс.), Хэтфилде (Хертс.?), Масуорте или Марсуорте (Бакс.) и Гассадже (Всех Святых, Дорсет) + 2 браслета (по 120 манкусов каждый), чаша для питья (sopcuppan), 6 лошадей, 6 щитов и копий (предположительно ее смерть). Этелинг, вероятно, Эдвард имение в Ньюхэм-Муррен (Окс.), ранее предоставленное королем Эдгаром (S 738) + браслет из 30 манкусов. Королева (Эльфтрит) ожерелье из 120 манкусов, браслет из 30 манкусов и чаша для питья.
Семья
Эльфвеард, Этельвеард и Эльфвару имения в Монгевелле (Окс.) и Беркхэмпстеде (Хертс.) на время их жизни, с ежегодной продовольственной рентой в два дня для Старого и Нового Минстера; с переходом к Старому Минстеру после их смерти. Эльфвару «все, что я ей одолжила». Эльфвеард чаша для питья. Этельвеард украшенный рог для питья. Этельфлэд, жена его брата повязка на голову.
Епископы и аббаты
Епископ Этельвольд имение в Тэаферсчеате (не идентифицировано), с просьбой заступиться за нее и ее мать. Каждому аббату 5 фунтов пенсов на ремонт их минстера. Епископ Этельвольд и Этельгар, аббат Нового Минстера. оставшиеся деньги доверены им для (1) содержания Старого Минстера и (2) милостыни.