Танцевальный партнер за плату: история танцевальных залов и "dime a dance"

Введение

Танцевальный партнер по парному танцу

Танцовщица такси – это оплачиваемый партнер по бальному танцу. Танцовщицы такси работают (иногда за деньги, но не всегда) по одному танцу за раз. Когда танцы такси впервые появились в танцевальных залах такси в начале 20-го века в Соединенных Штатах, мужчины-посетители обычно покупали билеты на танцы за небольшую плату. Когда посетитель предъявлял билет выбранной танцовщице такси, она танцевала с ним на протяжении всей песни. Она получала комиссию за каждый полученный билет на танец. Хотя танцы такси в основном исчезли в Соединенных Штатах, они все еще практикуются в некоторых других странах.

Этимология

Термин "танцовщица такси" возник из-за того, что оплата танцовщицы, подобно оплате труда водителя такси, пропорциональна времени, проведенному в танце с клиентом. Посетители танцевальных залов такси обычно покупали билеты на танец по десять центов за штуку, что дало начало термину "девушка за десять центов" (dime a dance girl). Другие названия для танцовщицы такси – "танцевальная компаньонка" и "такси" (в Аргентине). В 1920-х и 1930-х годах в Соединенных Штатах получил распространение термин "никелевый скакун" ("nickel hopper"), поскольку танцовщица такси обычно зарабатывала пять центов с каждого танца, оплаченного десятью центами.

История

Танец такси берет свое начало в районе Барбари-Кост в Сан-Франциско, который развился из Калифорнийской золотой лихорадки 1849 года. В период своего расцвета Барбари-Кост был экономически процветающим районом, населенным преимущественно мужчинами, который посещали золотоискатели и моряки со всего мира. В этом районе возник уникальный тип танцевального зала, известный как танцевальный зал Барбари-Кост, или танцевальный зал "Сорок девять" ['49]. В танцевальных залах Барбари-Кост женщины-сотрудницы танцевали с мужчинами-посетителями и зарабатывали на жизнь комиссионными, выплачиваемыми за напитки, которые они могли уговорить своих партнеров купить. Позднее, после землетрясения в Сан-Франциско в 1906 году и в первые дни джазовой музыки, в Сан-Франциско появился новый развлекательный район, получивший прозвище Террифик-стрит. В этом районе инновационный танцевальный зал, "Клуб "Так Различен", внедрил систему, при которой клиенты могли приобрести жетон, дающий право на один танец с женщиной-сотрудницей. Поскольку танцы стали популярным времяпрепровождением, многие посетители "Клуба "Так Различен" приходили туда, чтобы увидеть и изучить новые танцы. В 1913 году в Сан-Франциско был принят закон, запрещающий танцы в кафе или барах, где подается алкоголь. Закрытие танцевальных залов на Террифик-стрит привело к появлению нового вида платных танцев, известного как закрытый танцевальный зал, где алкоголь не подавался. Это название произошло от того факта, что женщинам-посетительницам вход был запрещен – в этих залах разрешалось находиться только женщинам-сотрудницам. Закрытый танцевальный зал внедрил систему оплаты за танец, которая стала основой бизнес-модели танцевальных залов такси. Первым примером системы оплаты за танец в Чикаго были Mader Johnson Dance Studios. Владелец танцевальной студии, Годфри Джонсон, описывает свое нововведение:
Я был в Нью-Йорке летом 1919 года и посетил новую студию, открытую мистером В. В. из Сан-Франциско, где он внедрил систему оплаты за танец по десять центов. Вернувшись домой, я продолжал думать об этом плане как о способе привлечь моих продвинутых учеников для регулярных занятий и предоставить им возможность танцевать с разными инструкторами. Поэтому я решил ввести систему уроков по десять центов в большом зале на третьем этаже моего здания. Но вскоре я заметил, что на танцы поднимались не мои бывшие ученики, а грубая шпана с Кларк-стрит. Ситуация ухудшалась, и я делал все возможное, чтобы держать хулиганов под контролем. Эта система была настолько популярна в танцевальных академиях, что система танцев такси быстро распространилась на все большее число танцевальных залов, не предлагающих обучение. Танцовщицы такси обычно получали половину стоимости жетона в качестве заработной платы, а другая половина шла на оплату оркестра, аренду танцевального зала и операционные расходы. Хотя они работали всего несколько часов в сутки, их заработок часто был в два-три раза выше, чем у женщины, работающей на фабрике или в магазине. В то время танцевальный зал такси превзошел публичные бальные залы по популярности среди городских танцоров. Танцы такси процветали в Соединенных Штатах в 1920-х и 1930-х годах, и десятки танцевальных залов такси открылись в Чикаго, Нью-Йорке и других крупных городах. Как и другие ночные заведения, танцевальные залы такси варьировались от фешенебельных заведений до тесных и сомнительных забегаловок. Например, Roseland в Нью-Йорке, предлагавший танцы такси в конце 1930-х годов, привлекал более взыскательных посетителей. Гораздо более распространены были залы, ориентированные на клиентов рабочего класса. К середине 1920-х годов танцы такси стали неотъемлемой частью ночной жизни во многих крупных американских городах. Отражая эту популярность, индустрия развлечений отреагировала выпуском популярной песни "Ten Cents a Dance" (1930) и фильмов "Такси-танцовщица" (1927) с Джоан Кроуфорд и "Десять центов за танец" (1931) с Барбарой Стэнвик. Также в фильме "Леди ночи" (1925) танцы такси – это профессия одной из двойных ролей, сыгранных Нормой Ширер, а Джоан Кроуфорд выступила в роли дублерши. В 1931 году только в Нью-Йорке было более 100 танцевальных залов такси, которые посещали от 35 000 до 50 000 мужчин каждую неделю. В то же время, когда танцы такси набирали популярность, эта деятельность подвергалась все более пристальному вниманию моральных реформаторов в Нью-Йорке и других местах, которые считали некоторые танцевальные залы притонами разврата. Большинство заведений были хорошо организованы и уважаемы, но некоторые из них были менее благополучными. В менее респектабельных залах нередко можно было встретить "благотворительниц", работающих танцовщицами. Хотя практика "благотворительности" встречалась во многих залах, и даже в некоторых из более респектабельных, она редко переходила в проституцию. Танцовщицы такси, занимавшиеся "благотворительностью" или получением "подарков", обычно проводили четкое различие между этой деятельностью и проституцией, но часто балансировали на грани между ними. Периодически в некоторых сомнительных залах происходили распутные "близкие" танцы (см. опыт танцовщицы такси ниже). Считавшиеся скандальными и непристойными многими реформаторами, эти танцы также вызывали беспокойство у властей. Вскоре реформа танцевальных залов такси набрала обороты, что привело к введению систем лицензирования и усилению полицейского надзора, и в конечном итоге некоторые танцевальные залы были закрыты за распутное поведение. В Сан-Франциско, где все началось, полицейская комиссия в 1921 году запретила нанимать женщин в качестве танцовщиц такси, и с тех пор танцы такси в Сан-Франциско стали незаконными навсегда. После Второй мировой войны популярность танцев такси в Соединенных Штатах начала снижаться. К середине 1950-х годов большое количество танцевальных залов такси исчезло, и хотя несколько заведений пытались продержаться еще несколько лет в Нью-Йорке и других местах, к 1960-м годам танцы такси практически исчезли из ночной жизни в США.

Taxi dancing traces its origins to the Barbary Coast district of San Francisco which evolved from the California Gold Rush of 1849. In its heyday the Barbary Coast was an economically thriving district, inhabited mostly by men, that was frequented by gold prospectors and sailors from all over the world. That district created a unique form of dance hall called the Barbary Coast dance hall, also known as the Forty Nine ['49] dance hall. Within a Barbary Coast dance hall female employees danced with male patrons, and earned their living from commissions paid for by the drinks they could encourage their male dance partners to buy. Still later after the San Francisco Earthquake of 1906 and during early days of jazz music, a new entertainment district developed in San Francisco and was nicknamed Terrific Street. And within that district an innovative dance hall, The So Different Club, implemented a system where customers could buy a token which entitled them to one dance with a female employee. Since dancing had become a popular pastime, many of the So Different Club's patrons went there to see and learn the latest new dances. In 1913, San Francisco enacted a law against dancing in any café or saloon where alcohol was served. The closure of the dance halls on Terrific Street fostered a new kind of pay to dance scheme, called a closed dance hall, which did not serve alcohol. That name was derived from the fact that female customers were not allowed—the only women permitted in these halls were the female employees. The closed dance hall introduced the ticket a dance system which became the centerpiece of the taxi dance hall business model. The first instance of the ticket a dance system in Chicago occurred at Mader Johnson Dance Studios. The dance studio's owner, Godfrey Johnson, describes his innovation:
I was in New York during the summer of 1919, and while there visited a new studio opened by Mr. W W of San Francisco, where he had introduced a ten cent ticket a dance plan. When I got home I kept thinking of that plan as a way to get my advanced students to come back more often and to have experience dancing with different instructors. So I decided to put a ten cent a lesson system in the big hall on the third floor of my building But I soon noticed that it wasn't my former pupils who were coming up to dance, but a rough hoodlum element from Clark Street Things went from bad to worse; I did the best I could to keep the hoodlums in check. This system was so popular at dance academies that the taxi dance system quickly spread to an increasing number of non instructional dance halls. Taxi dancers typically received half of the ticket price as wages and the other half paid for the orchestra, dance hall, and operating expenses. Although they only worked a few hours a night, they frequently made two to three times the salary of a woman working in a factory or a store. At that time, the taxi dance hall surpassed the public ballroom in becoming the most popular place for urban dancing. Taxi dancing flourished in the United States during the 1920s and 1930s, as scores of taxi dance halls opened in Chicago, New York, and other major cities. Like other nightlife venues, the taxi dance hall ran the gamut from the classy establishment to the cramped and seedy hole in the wall. Roseland in New York City, for example, which offered taxi dancing in the late 1930s, appealed to the more discerning patron. Far more common were halls catering to a working class clientele. By the mid 1920s taxi dancing had become a nightlife entertainment staple in many large American cities. Reflecting this popularity, the entertainment industry got into the act, releasing the crowd pleasing song "Ten Cents a Dance" (1930) and the movies The Taxi Dancer (1927), with star Joan Crawford, and Ten Cents a Dance (1931), featuring Barbara Stanwyck. Also in Lady of the Night (1925) taxi dancing is the profession of one of the dual roles played by Norma Shearer, with Joan Crawford as body double. In 1931, there were over 100 taxi dance halls in New York City alone, patronized by between 35,000 and 50,000 men every week. At the same time taxi dancing was growing in popularity, the activity was coming under the increasing scrutiny of moral reformers in New York City and elsewhere, who deemed some dance halls dens of iniquity. Most establishments were properly run, respectable venues, but a handful were less so. In the less reputable halls, it was not uncommon to find charity girls engaged in treating working as dancers. Although treating activity did occur in a good number of halls, and even in some of the more respectable places, it rarely crossed into prostitution. The taxi dancers who engaged in treating, or the receipt of "presents," typically drew sharp distinctions between the activity and that of prostitution, but they often walked a fine line between the two. Periodically, licentious "close" dancing also was happening (see taxi dancer experience below) in some of the shady halls. Considered scandalous and obscene by many reformers, this kind of dancing was another concern to the authorities. Before long taxi dance hall reform gained momentum, leading to licensing systems and more police supervision, and eventually some dance halls were closed for lewd behavior. In San Francisco where it all started, the police commission ruled against the employment of women as taxi dancers in 1921, and thereafter taxi dancing in San Francisco forever became illegal. After World War II the popularity of taxi dancing in the United States began to diminish. By the mid 1950s large numbers of taxi dance halls had disappeared, and although a handful of establishments tried to hold on for a few more years in New York City and elsewhere, taxi dancing had all but vanished from the nightlife scene in the U. S. by the 1960s.

Опыт работы

В 1920-х и 1930-х годах работа танцовщицы в танцевальном зале такси многими воспринималась как сомнительное занятие, находящееся на периферии приличного общества. Хотя большинство танцевальных залов такси были респектабельными заведениями, укомплектованными обычными молодыми женщинами, просто зарабатывающими на жизнь, некоторые из них вызывали подозрения. Менее респектабельные залы привлекали более грубую и низкосословную клиентуру, а также вызывали негодование реформаторов, что негативно сказалось на имидже профессии танцовщицы в танцевальном зале в целом. Молодые женщины, выбравшие работу танцовщицей, часто не решались рассказывать об этом родителям и соседям, или же прямо лгали, если их спрашивали. Танцевальные залы, как правило, были слабо украшены и тускло освещены и располагались на втором этаже зданий в районах ночной жизни городов. Так, несколько танцевальных залов такси находились на Таймс-сквер в Нью-Йорке. У входа обычно стоял зазывала, а посетителям приходилось подниматься по лестнице, чтобы попасть внутрь. Перед входом нужно было купить билет или набор танцевальных билетов. Свободно осматривать зал обычно не разрешалось. Внутри танцовщицы такси собирались за веревкой или ограждением высотой до пояса на одной стороне или в углу комнаты и не имели права свободно общаться с посетителями. Поскольку посетитель сам выбирал себе партнершу, танцовщицам приходилось привлекать его внимание из-за ограждения. Это создавало конкурентную ситуацию, и в тихие вечера, которые случались не редко, танцовщицы часто кокетничали и уговаривали, чтобы привлечь внимание. Со временем и с опытом танцовщица обычно вырабатывала какую-то отличительную особенность или манеру, в одежде или поведении, чтобы привлечь внимание посетителя. Тем, кому это не удавалось, часто не везло. После того, как танцовщицу выбирали, она старалась расположить к себе партнера, чтобы он оставался с ней танец за танцем. У успешных танцовщиц обычно было несколько постоянных посетителей, приходивших в зал исключительно для танцев с ними и на длительное время. В некоторых менее респектабельных заведениях танцы порой были особенно откровенными: танцовщица использовала свои бедра, чтобы возбудить партнера, и, если ее поощряли, довести его до оргазма. Посетители, уставшие от танцев, но желающие продолжить общение с танцовщицей, обычно могли это сделать. Для этого в танцевальном зале был отведен участок со столами и стульями. Это называлось «время для разговоров», хотя использовались и другие термины. В 1939 году в танцевальном зале «Honeymoon Lane Danceland» на Таймс-сквер час беседы с танцовщицей стоил шесть долларов, что было огромной суммой для того времени. В «Honeymoon» танцовщица и посетитель могли сидеть рядом, но их разделял невысокий забор из-за полицейских правил. Танцовщицы такси нередко встречались с посетителями, с которыми познакомились в танцевальных залах, и руководство обычно не возражало против этого. В 1923 году в Танцевальной академии Уилсона на Таймс-сквер писатель Генри Миллер впервые встретил Джульетту "Джун" Смердт, которая в 1924 году стала его второй женой. Она работала танцовщицей в танцевальном зале такси. Под псевдонимами Джун Мэнсфилд или Джун Смит она начала работать в Уилсонс инструктором по танцам в 1917 году, в возрасте 15 лет. (Впоследствии, в 1931 году, Танцевальная академия Уилсона была переименована в Орфейский танцевальный дворец.)

In the 1920s and 1930s, taxi dancer work was seen by many as a questionable occupation, somewhat on the margins of proper society. Even though most taxi dance halls were respectable venues, staffed with ordinary young women just working to make a proper living, some establishments were more suspect. The less reputable halls tended to draw a rougher, lower class clientele, as well as the ire of reformers, and the image of the taxi dancing profession as a whole suffered. Often the young women who took up taxi dancing determined not to tell their parents and neighbors about their employment, or just outright lied if queried. The dance halls, which were often sparsely decorated and dimly lit, were usually located on the second floors of buildings in the nightlife areas of cities. Several taxi dance halls, for instance, were located in New York City's Times Square. A barker was normally stationed outside the venue, and patrons typically had to climb stairs to enter the establishment. Before admittance patrons had to buy a ticket or a set of dance tickets. Usually they were not allowed in free to survey the scene. In the hall, the taxi dancers were usually gathered together behind a waist high rope or rail barricade on one side or corner of the room, and, as such, were not permitted to freely mingle with patrons. Because the male patron selected his dancing partner, the dancers had to appeal to him from their quarantined position. This produced a competitive situation, and on slow nights, which were not uncommon, the taxi dancers often cooed and coaxed to draw attention in their direction. In time, and with more experience, a dancer usually developed some sort of distinctiveness or mannerism, in dress or personality, to attract the male patron. Those who did not were often not successful. Once selected, the taxi dancer tried to build a rapport with her partner so he stayed with her, dance after dance. Successful taxi dancers usually had a few patrons who came to a hall solely to dance with them, and for long periods. In some of the less reputable establishments the dancing at times was particularly close; the dancer used her thighs to make her partner erect, and if encouraged to continue, ejaculate. Patrons who tired of dancing but wished to continue talking with a taxi dancer usually could do so. A section in the dance hall with tables and chairs was reserved for this purpose. It was called "talk time," although other terms were used. In 1939, at the Honeymoon Lane Danceland in Times Square, the fee to sit and chat with a dancer was six dollars an hour, a princely sum for the time. At Honeymoon, although the dancer and patron were able to sit side by side, a low fence like structure separated them due to police regulations. It was not uncommon for taxi dancers to date patrons they had met in the dance halls, and this was generally acquiesced to by management. It was at Wilson's Dancing Academy in Times Square in 1923, where author Henry Miller first encountered Juliet "June" Smerdt, who became his second wife in 1924. She was working as a taxi dancer. Using either the alias June Mansfield or June Smith, she had started at Wilson's as a dance instructor in 1917, aged 15. (Wilson's was later renamed the Orpheum Dance Palace in 1931.)

Классическое социологическое исследование

В 1932 году издательство Чикагского университета опубликовало книгу "Такси-танцевальный зал: социологическое исследование коммерциализированных развлечений и городской жизни" исследователя Пола Г. Кресси. В ходе изучения танцевальной среды такси в Чикаго 1920-х и начала 1930-х годов, книга, опираясь на яркие и непосредственные интервью с танцорами такси и их клиентами, раскрыла малоизвестный мир танцевальных залов такси. В настоящее время это исследование считается одной из классических городских этнографий Чикагской школы.

Словарь

По мере развития танцев такси и превращения их в неотъемлемую часть американской ночной жизни 1920-х и 1930-х годов, танцовщицы такси выработали собственный арго. В своем социологическом исследовании 1932 года Кресси обратил внимание на специализированную лексику, использовавшуюся в чикагских танцевальных залах:

Современность

Хотя система оплаты танца по билетам, известная как "такси-данс", практически исчезла в Соединенных Штатах и во всем мире, некоторые ночные клубы и школы танцев продолжают предлагать танцоров, которых можно нанять в качестве партнеров для танца. Чаще всего это женщины, но иногда и мужчины. Вместо термина "такси-дансеры", сегодня их обычно называют "танцевальными хостесами". Танцевальные хостесы часто нанимают, чтобы помочь начинающим научиться танцевать или для достижения общей цели – развития танцевального сообщества заведения. В социальных условиях и при социальных формах танца, партнер, желающий получить конструктивную обратную связь от хостесы, должен об этом прямо попросить. Поскольку роль хостесы прежде всего социальная, она (или он) вряд ли будет критиковать напрямую. В связи с ростом популярности парных танцев в 2000-х годах, услуги хостес стали более востребованными в местах, где не хватает партнеров, как мужчин, так и женщин. Например, на круизных лайнерах часто нанимают танцоров-мужчин для танцев с одинокими женщинами-пассажирками. Эта система обычно называется программой "Танцевальный кавалер". Танцевальные хостесы (мужчины и женщины) также доступны для найма в Вене, Австрия, где ежегодно проводятся десятки торжественных балов. Волонтеры-хостесы (опытные танцоры и танцовщицы) часто используются в таких стилях танца, как Ceroc, чтобы помочь начинающим.

Соединенные Штаты

В Соединенных Штатах до сих пор существует небольшое количество ночных клубов, особенно в Нью-Йорке и Лос-Анджелесе, где можно заплатить за танец с танцовщицей. Обычно в этих современных клубах не используют систему билетов на танец, а вместо этого применяют табели учета времени и перфокарты, позволяющие посетителю оплачивать время танцовщицы почасово. Некоторые из этих клубов расположены в зданиях, где в начале XX века практиковались танцы "такси". Эти заведения больше не называют танцевальными залами "такси", теперь их называют клубами с танцовщицами (или клубами с хозяйками).

Аргентина

Рост танго-туризма в Буэнос-Айресе, Аргентина, привел к увеличению числа как официальных, так и неофициальных услуг танцевальных компаньонок в милонгах – танцевальных залах. В то время как некоторые предлагают туристам романтические знакомства, надежные танго-агентства предоставляют реальные услуги компаньонов тем, кому сложно освоить кабесео – систему поиска партнера для танца посредством зрительного контакта и кивков.