Введение
Инфекция стронгилоидиоза – это паразитарное заболевание человека, вызываемое нематодой Strongyloides stercoralis, или иногда близкородственным видом S. fülleborni. Эти гельминты относятся к группе нематод, называемых круглыми червями. Эти кишечные черви могут вызывать у людей ряд симптомов, главным образом кожные проявления, боли в животе, диарею и потерю веса, но также множество других специфических и неясных симптомов при диссеминированном заболевании и серьезные, угрожающие жизни состояния вследствие гиперинфекции. У некоторых людей, особенно тех, кому необходимы кортикостероиды или другие иммуносупрессивные препараты, Strongyloides может вызвать гиперинфекционный синдром, который при отсутствии лечения может привести к смерти. Диагноз ставится на основании анализов крови и кала. Препарат ивермектин широко используется для лечения стронгилоидиоза. Стронгилоидиоз является типом гельминтоза, передающегося через почву. По приблизительным оценкам, он поражает 30–100 миллионов человек во всем мире.
Strongyloidiasis is a human parasitic disease caused by the nematode called Strongyloides stercoralis, or sometimes the closely related S. fülleborni. These helminths belong to a group of nematodes called roundworms. These intestinal worms can cause a number of symptoms in people, principally skin symptoms, abdominal pain, diarrhea and weight loss, but also many other specific and vague symptoms in disseminated disease, and severe life threatening conditions through hyperinfection. In some people, particularly those who require corticosteroids or other immunosuppressive medication, Strongyloides can cause a hyperinfection syndrome that can lead to death if untreated. The diagnosis is made by blood and stool tests. The medication ivermectin is widely used to treat strongyloidiasis. Strongyloidiasis is a type of soil transmitted helminthiasis. Low estimates postulate it to affect 30–100 million people worldwide,
Неосложненное заболевание
Часто протекает бессимптомно. Симптомы со стороны желудочно-кишечного тракта включают боль в животе и диарею и/или, наоборот, запор. Лёгочные симптомы (включая синдром Лёфлера) могут возникать при лёгочной миграции филяриоформных личинок. При рентгенологическом исследовании может быть выявлен лёгочный инфильтрат. Дерматологические проявления включают крапивную сыпь на ягодицах и в области поясницы, а также larva currens (ползучую личинку). Обычно наблюдается эозинофилия. Стронгилоидоз может стать хроническим и затем полностью бессимптомным.
Распространенные болезни
Диссеминированный стронгилоидиаз развивается у пациентов с хроническим стронгилоидиазом при иммуносупрессии. Важно различать диссеминацию и гиперинфекцию – это преимущественно семантическая разница. Диссеминация может быть легкой, с относительно небольшой паразитарной нагрузкой, вызывающей коварные симптомы, или экстремальной, для описания которой используется термин "гиперинфекция". Таким образом, гиперинфекция, представляющая собой различные степени тяжелой диссеминации, может проявляться болью в животе, вздутием, шоком, легочными и неврологическими осложнениями, сепсисом, кровотечениями, мальабсорбцией и, в зависимости от комбинации, степени, количества и тяжести симптомов, потенциально быть смертельной. Гельминты проникают в кровоток из стенки кишечника, одновременно обеспечивая доступ кишечной флоры, такой как Escherichia coli. Это может вызывать симптомы, как сепсис (инфекция крови), а бактерии могут распространяться в другие органы, вызывая локализованные инфекции, например, менингит. Диссеминация без гиперинфекции может проявляться в меньшей степени вышеперечисленными и многими другими симптомами. Диссеминация может возникнуть спустя десятилетия после первоначальной инфекции и связана с применением высоких доз кортикостероидов, трансплантацией органов, любыми другими причинами и состояниями, вызывающими иммуносупрессию, ВИЧ-инфекцией, лепроматозной проказай, третичным сифилисом, апластической анемией, недоеданием, прогрессирующим туберкулезом и лучевой болезнью. Часто рекомендуется проводить скрининг на хронический стронгилоидиаз у пациентов, начинающих иммуносупрессивную терапию; однако это часто непрактично (скриннинговые тесты часто недоступны), а в развитых странах распространенность хронического стронгилоидиаза невелика, поэтому скрининг обычно не является экономически целесообразным, за исключением эндемичных регионов. Реальность глобальных путешествий и потребность в современной высокотехнологичной медицинской помощи, даже в так называемом "развитом мире", диктует необходимость обеспечения доступного тестирования и скрининга на заброшенные тропические болезни, такие как стронгилоидиаз, в неэндемичных регионах. Важно отметить, что эозинофилия не всегда присутствует при диссеминированном заболевании. Отсутствие эозинофилии при инфекции, ограниченной желудочно-кишечным трактом, может указывать на неблагоприятный прогноз. Эозинофилия часто отсутствует при диссеминированной инфекции. Стероиды также подавляют эозинофилию, одновременно способствуя диссеминации и потенциальной гиперинфекции. Усугубляющиеся диссеминированные инфекции, вызванные иммуносупрессией, могут приводить к широкому спектру разнообразных и переменной степени выраженности симптомов, зависящих от состояния и других биологических особенностей организма, которые могут имитировать другие заболевания или диагнозы. Помимо многочисленных ощутимых желудочно-кишечных и других симптомов, часто наблюдается выраженная кахексия в сочетании с общей слабостью, хотя тяжелые диссеминированные инфекции могут возникать и у людей без потери веса, независимо от индекса массы тела.
Лечение
Консенсусным препаратом выбора для лечения неосложненного стронгилоидиоза является ивермектин. Однако, даже при том, что ивермектин считается основным препаратом, недавние исследования продемонстрировали трудности, связанные с полным излечением стронгилоидиоза с его помощью. Ивермектин не уничтожает личинок Strongyloides, а воздействует только на взрослых червей, поэтому для эффективной эрадикации инфекции может потребоваться повторное применение. Существует цикл аутоинфекции, длящийся около двух недель, в течение которого следует повторно вводить ивермектин; однако, дополнительная доза может быть необходима, поскольку он не действует на Strongyloides в крови или на личинки, находящиеся глубоко в кишечнике или дивертикулах. Альбендазол и тиабендазол (25 мг/кг дважды в день в течение 5 дней, максимум 400 мг (обычно)) также могут быть эффективны, даже после первоначального или недостаточного длительного лечения. В связи с этим может потребоваться продолжение терапии и мониторинг крови и кала, даже если симптомы временно исчезли. Как отмечалось ранее, из-за того, что некоторые инфекции протекают бессимптомно, а дорогостоящие анализы крови часто дают ложноположительные или ложноотрицательные результаты, равно как и анализы кала могут быть неточными в диагностике, к сожалению, не существует общепринятого «золотого стандарта» для подтверждения излечения, что отражает отсутствие эффективной и надежной методологии диагностики. Объективный критерий эрадикации стронгилоидиоза труднодостижим, учитывая высокую степень настороженности, необходимую для начала лечения, иногда сложность единственных достоверных диагностических критериев – обнаружения и выделения личинок или взрослых червей, важность ранней диагностики, особенно перед началом лечения стероидами, а также значительную вариабельность и включение/исключение различных проявлений диффузных симптомов. Исключая ошибочную диагностику бредовых паразитозов, стронгилоидиоз должен быть более известен медицинским работникам, а также необходимы масштабные образовательные кампании в географических регионах, как в полутропических развитых странах, так и в других, а также в развивающихся тропических странах, где он является эндемичным наряду с другими заброшенными тропическими болезнями. Необходимы государственные программы для дезинфекции эндемичных районов и помощи пострадавшему населению. Кроме того, необходимо добиться прогресса в создании финансовой поддержки для обеспечения доступности лекарств для людей в группах риска в пораженных регионах и общинах, чтобы обеспечить продолжение лечения. Существуют противоречивые данные об эффективности лекарственных препаратов. Зафиксирована неэффективность ивермектина и рост лекарственной устойчивости. ВОЗ отмечает альбендазол как наименее эффективный препарат. Тиабендазол может вызывать серьезные побочные эффекты и недоступен во многих странах. Для разработки эффективных лекарств и протоколов лечения стронгилоидиоза и других заброшенных тропических болезней требуются значительные усилия. Заражение через текстиль, в отличие от Enterobius vermicularis, не подтверждено. Как и, в целом, заразность от человека к человеку при бессимптомной и диссеминированной инфекции. Передача при трансплантации органов встречается редко. Брак ветеранов Вьетнамской войны, инфицированных, но не развивших значительной гиперинфекции, продолжался десятилетиями с неинвалидизирующей диссеминированной инфекцией без лечения, с женами, которые никогда не заражались. Заражение происходит преимущественно при контакте кожи с загрязненной почвой, горшечной почвой, водой, отсутствии санитарии или факторами окружающей среды, выступающими в качестве потенциальных переносчиков. Передача от человека к человеку (за исключением инфицированного мужского гомосексуального контакта) почти никогда не документируется, за исключением тесного контакта с продуктивным кашлем тяжелобольного человека с гиперинфекцией. Показано, что это возможно в такой ситуации или в потенциально подобных сценариях, предположительно через легочные выделения человека с тяжелой гиперинфекцией. В этом случае лечение может быть показано другим, если это сочтут необходимым, исходя из близости, симптомов, мер предосторожности, вероятного воздействия тех же переносчиков или путем скрининга серологии и образцов кала до эрадикации инфекции. Перед назначением стероидов рекомендуется хотя бы частично проводить скрининг на инфекцию даже у отдаленно потенциально восприимчивых людей, чтобы предотвратить усугубление инфекции. Несоблюдение этого правила в определенных группах может привести к чрезвычайно высокой смертности от непреднамеренно вызванной гиперинфекции из-за иммуносупрессии, вызванной применением определенных стероидов. Поэтому крайняя осторожность в отношении ятрогенных рисков имеет решающее значение для предотвращения смерти или других неблагоприятных последствий лечения, что, конечно, предполагает правильный диагноз. Люди с высоким риском заражения Strongyloides stercoralis могут снизить риск развития гиперинфекции, связанной с лечением кортикостероидами, при презумптивном применении ивермектина. Такая гиперинфекция вызывала особую обеспокоенность во время пандемии COVID-19 из-за использования кортикостероидов для лечения симптомов COVID-19. CDC и другие международные организации рекомендуют использовать ивермектин для беженцев из районов, где существует риск заражения стронгилоидиозом. В 1940-х годах препаратом выбора были кишечнорастворимые таблетки генцианвиолета по 60 мг три раза в день в течение 16 дней. Уровень излечения, по сообщениям, составлял всего около 50–70%, что требовало повторных курсов. Возможно, уровень излечения был даже ниже, чем указано в литературе, из-за трудностей с точной диагностикой инфекции.
Эпидемиология
По минимальным оценкам, это заболевание может поражать от 30 до 100 миллионов человек во всем мире, преимущественно в тропических и субтропических странах, тогда как по более высоким, консервативным оценкам, число инфицированных достигает или превышает 370 миллионов человек. Оно входит в группу пренебрегаемых тропических болезней, и глобальные усилия направлены на ликвидацию этой инфекции.
История
Болезнь была впервые описана в 1876 году французским врачом Луи Алексисом Нормандом, работавшим в военно-морской больнице в Тулоне; он идентифицировал взрослых червей и отправил их Артуру Рене Жану Батисту Бавайю, главному инспектору здравоохранения, который отметил, что это взрослые формы личинок, обнаруженных в кале. В 1883 году немецкий паразитолог Рудольф Лёкарт сделал первые наблюдения за жизненным циклом паразита, а бельгийский врач Поль Ван Дюрме (основываясь на наблюдениях немецкого паразитолога Артура Лосса) описал путь заражения через кожу. Немецкий паразитолог Фридрих Фюльберн описал аутоинфекцию и механизм вовлечения кишечника при стронгилоидозе. Интерес к этому заболеванию возрос в 1940-х годах, когда было установлено, что у людей, заразившихся инфекцией за границей и затем получивших иммуносупрессивную терапию, развивается синдром гиперинвазии.