Козимо III Медичи: Великий герцог Тосканский и закат дома Медичи

Введение

Великий герцог Тосканы с 1670 по 1723 год.

Козимо III де Медичи (14 августа 1642 – 31 октября 1723) был Великим герцогом Тосканы с 1670 года до своей смерти в 1723 году, шестой и предпоследний представитель Дома Медичи. Он правил с 1670 по 1723 год и был старшим сыном великого герцога Фердинанда II. 53-летнее правление Козимо, самое продолжительное в истории Тосканы, ознаменовалось рядом законов, регулирующих проституцию и майские празднества. Его правление также сопровождалось упадком Тосканы до невиданных ранее экономических глубин. В 1723 году, после смерти Козимо, его преемником стал младший из его двоих выживших детей, Джан Гастоне. Он был женат на Маргарите Луизе Орлеанской, двоюродной сестре Людовика XIV. Брак был заключен по доверенности в Королевской капелле Лувра 17 апреля 1661 года. Это был брак, полный испытаний. Маргарита Луиза в конечном итоге покинула Тоскану и ушла в монастырь Монмартр. У них было трое детей: Фердинандо, родившийся в 1663 году, Анна Мария Луиза, пфальцграфиня, родившаяся в 1667 году, и Джан Гастоне, последний правитель Тосканы из Дома Медичи, родившийся в 1671 году. В более поздние годы он пытался добиться признания Анны Марии Луизы универсальной наследницей Тосканы, но император Священной Римской империи Карл VI не позволил этого, поскольку Тоскана была имперским феодом, и он считал, что только он может изменять тосканские законы о престолонаследии. Все усилия Козимо по спасению этого плана потерпели неудачу, и в 1737 году, после смерти его младшего сына Джан Гастоне, Тоскана перешла к Дому Лотарингскому.

Наследник престола

Козимо де Медичи родился 14 августа 1642 года, как старший выживший сын Виттории делла Ровере из Урбино и Фердинанда II де Медичи, великого герцога Тосканы. Их двое предыдущих детей умерли вскоре после рождения. Великий герцог Фердинанд хотел дать своему сыну лучшее доступное научное образование, но благочестивая великая герцогиня Виттория была против этого. Ей удалось настоять на своем. Волунио Бандинилли, сиенский теолог, был назначен наставником Козимо. Его характер был схож с характером великой герцогини. В юности Козимо любил заниматься спортом. Его дядя Джан Карло однажды написал другому члену семьи с "новостью, которая вас удивит: молодой принц [Козимо] застрелил гуся в полете". В ранней юности он был влюблен в некую Петрилло, певицу. Их роман был раскрыт, когда Фердинанд спонтанно обнял и поцеловал его в присутствии наставника. Петрилло бежала из Флоренции и больше никогда не возвращалась. Отец Фердинанда, Козимо III, знал о его гомосексуальных наклонностях и пытался устроить брак, поскольку Козимо был единственным возможным наследником. В 1687 году у него был любовник в Венеции, Чекино, прозванный де Кастрис из-за того, что он был кастрирован. К 1659 году Козимо перестал улыбаться на публике.

Брак

Маргарита Луиза Орлеанская, внучка Генриха IV, была замужем за Козимо по доверенности 17 апреля 1661 года во дворце Лувр. Она прибыла в Тоскану 12 июня, высадившись в Ливорно, и совершила свой торжественный въезд во Флоренцию 20 июня. В качестве свадебного подарка великий князь Фердинанд преподнес ей жемчужину «размером с маленькое голубиное яйцо». Брак был несчастливым с самого начала. Спустя несколько ночей после торжественного въезда Маргарита Луиза потребовала тосканские королевские драгоценности для личного пользования; Козимо отказал. Те драгоценности, которые ей все же удалось получить от Козимо, едва не были вывезены контрабандой из Тосканы ее фрейлинами, но этому помешали усилия агентов Фердинанда. В связи с этим процентная ставка была снижена на 0,75%. Экономика пришла в упадок настолько, что на сельских рынках широко распространился бартер. В августе 1663 года Маргарита Луиза родила сына: Фердинандо. За ним последовали еще двое детей: Анна Мария Луиза в 1667 году и Джан Гастоне в 1671 году. Фердинанд умолял Людовика XIV принять меры в отношении поведения своей невестки; он послал графа де Сен-Месме. Маргарита Луиза хотела вернуться во Францию, и Сен-Месме сочувствовал ей, как и большая часть французского двора, поэтому он уехал, не найдя решения семейных неурядиц наследника, что привело в ярость и Фердинанда, и Людовика XIV. Она унижала Козимо при каждой возможности: она настаивала на найме французских поваров, опасаясь, что Медичи могут ее отравить. В сентябре 1664 года Маргарита Луиза покинула свои апартаменты во дворце Питти. Козимо переселил ее в виллу Лапеджи. Там за ней следили сорок солдат, а шесть придворных, назначенных Козимо, должны были сопровождать ее повсюду. В следующем году она примирилась с великой герцогской семьей и в августе 1667 года родила Анну Марию Луизу, будущую пфальцскую курфюрстину. Хрупкое примирение между Маргаритой Луизой и остальными членами семьи рухнуло после рождения Анны Марии Луизы, когда Маргарита Луиза заболела оспой и решила обвинить Козимо во всех своих бедах. Из Амстердама он отправился в Гамбург, где его ждала королева Швеции Кристина. Он прибыл во Флоренцию в мае 1668 года. Другим выдающимся человеком, сопровождавшим Козимо, был итальянский философ и дипломат Лоренцо Магалотти, который документировал и описывал их путешествия. Эта поездка пошла Козимо на пользу. Его здоровье и самооценка были лучше, чем когда-либо. Однако неустанная враждебность его жены свела на нет вышеупомянутые улучшения. Великий князь Фердинанд снова забеспокоился о его здоровье и в сентябре 1668 года отправил его во второе путешествие. В Лиссабоне Козимо также имел возможность несколько раз поговорить с иезуитским священником Антониу Виейрой и посетить его знаменитые мессы. Козимо был тепло встречен в Оксфордском и Кембриджском университетах за то, что его отец, как считалось, защитил Галилео Галилея от инквизиции. По возвращении он снова проехал по Голландской республике; на этот раз он купил автопортрет, который Рембрандт закончил тем временем. Он посетил Яна Свамердама и его коллекцию насекомых. Проезжая через Аахен, Козимо посетил Людовика XIV и его свекровь Маргариту Лотарингскую в Париже. Он вернулся во Флоренцию 1 ноября 1669 года. Его путешествия были подробно описаны в дневнике его спутника Лоренцо, графа Магалотти (1637–1712).

Marguerite Louise d'Orléans, a granddaughter of Henry IV of France, was married to Cosimo by proxy on 17 April 1661 at the Louvre Palace. She arrived in Tuscany on 12 June, disembarking at Livorno, and made her formal entry to Florence on 20 June to much pageantry. As a wedding gift, Grand Duke Ferdinando presented her with a pearl the "size of a small pigeon's egg." The marriage was unhappy from the start. A few nights following the formal entry, Marguerite Louise demanded the Tuscan crown jewels for her own personal use; Cosimo refused. The jewels that she did manage to extract from Cosimo were almost smuggled out of Tuscany by her attendants but for the efforts of Ferdinando's agents. Accordingly, the interest rate was lowered by 0.75%. The economy, too, was so decrepit that barter trade became prevalent in rural marketplaces. In August 1663 Marguerite Louise delivered a boy: Ferdinando. Two more children followed: Anna Maria Luisa in 1667 and Gian Gastone in 1671. Ferdinando beseeched Louis XIV to do something about his daughter in law's behaviour; he sent the Comte de Saint Mesme. Marguerite Louise wanted to return to France, and Saint Mesme sympathised with this, as did much of the French court, so he left without finding a solution to the heir's domestic disharmony, incensing both Ferdinando and Louis XIV. She humiliated Cosimo at every chance she got: she insisted on employing French cooks, as she feared the Medici would poison her. In September 1664 Marguerite Louise abandoned her apartments in the Pitti Palace. Cosimo moved her into Villa Lapeggi. Here, she was watched by forty soldiers, and six courtiers, appointed by Cosimo, had to follow her everywhere. The next year she reconciled with the grand ducal family, and gave birth to Anna Maria Luisa, future Electress Palatine, in August 1667. The delicate rapprochement that existed between Marguerite Louise and the rest of the family collapsed after Anna Maria Luisa's birth, when Marguerite Louise caught smallpox and decided to blame Cosimo for all her problems. From Amsterdam, he travelled to Hamburg, where awaiting him was Queen Christina of Sweden. He reached Florence in May 1668. Another great personage that accompanied Cosimo was the Italian philosopher and diplomat Lorenzo Magalotti, who proceeded to document and describe their travels. The excursion did Cosimo good. His health was better than ever, as was his self esteem. His wife's unrelenting enmity towards him, however, undid the aforesaid progressions. Grand Duke Ferdinando, once again, feared for his health, so he sent him on a second tour in September 1668. In Lisbon, Cosimo also had the opportunity to talk several times with the Jesuit Priest António Vieira and to attend his famous masses. Cosimo was amiably welcomed by the Universities of Oxford and Cambridge, for his father's perceived protection of Galileo Galilei from the Inquisition. On the return, he travelled again through the Dutch Republic; this time he bought a self portrait which Rembrandt had finished in the meantime. He visited Jan Swammerdam and his collection of insects. Passing Aachen, Cosimo visited Louis XIV and his mother in law, Marguerite of Lorraine, in Paris. He arrived back in Florence on 1 November 1669. His travels were described in a detailed journal by his travelling companion Lorenzo, Conte Magalotti (1637–1712).

Отъезд Маргариты Луизы

Фердинанд II умер 23 мая 1670 года от апоплексии и отеков и был похоронен в базилике Сан-Лоренцо, медичейской усыпальнице. К моменту его смерти население великого герцогства составляло 720 594 души; улицы в Пизе были засажены травой, а здания находились на грани обрушения, в то время как Сиена была практически покинута жителями. Великая герцогиня Маргарита Луиза и вдовствующая великая герцогиня Виктория боролись за власть. Вдовствующая герцогиня, после продолжительной борьбы, одержала верх, однако эта новизна вскоре улетучилась. В это время, в первую годовщину смерти Фердинанда II, у великой герцогской четы родился Джан Гастоне. В начале 1672 года Маргарита Луиза притворилась больной: Людовик XIV послал к ней Аллио ле Вье, личного врача Анны Австрийской. Вместо возвращения во Флоренцию, Маргарита Луиза предпочла жить в полузатворничестве в вилле ди Поджио а Каяно. Великий герцог в конце концов согласился, но опасался, что она может бежать, поэтому ей не разрешалось покидать виллу без его разрешения, а во время верховой езды её сопровождали четыре солдата. Все двери и окна виллы также должны были быть надёжно заперты. Эта вражда продолжалась до 26 декабря 1674 года, и после того, как все попытки примирения провалились, измученный Козимо согласился разрешить своей жене отправиться в монастырь Монмартр во Франции. В контракте, подписанном в тот день, она отказалась от своих прав как принцессы крови и, вместе с ними, от достоинства «Королевское Высочество». Козимо предоставил ей пенсию в размере 80 000 ливров в качестве компенсации. Она отбыла в следующем июне, предварительно вывезя из Поджио а Каяно все ценности.

Преследование евреев и лорренская наследственность

Без Маргариты Луизы, чтобы занять его внимание, Козимо обратился к преследованию еврейского населения Тосканы. Сексуальные отношения между евреями и христианами были запрещены, и законом, изданным 1 июля 1677 года, христианам было запрещено работать в заведениях, принадлежащих евреям. В случае нарушения, налагался штраф в 50 крон; если у человека не хватало средств, его подвергали пыткам на дыбе; а если его считали неспособным к пыткам, заменяли четырёхмесячным тюремным заключением. Антисемитский список был дополнен дальнейшими указами от 16 июня 1679 года и 12 декабря 1680 года, запрещавшими евреям посещать христианских проституток и совместное проживание, соответственно. Тем временем в Лотарингии Карл V оставался без наследника, и Маргарита Луиза, как дочь лорренской принцессы, передала право наследовать герцогство своему старшему сыну Фердинандо. Великий герцог Козимо пытался добиться международного признания своего сына в качестве наследника, но безуспешно. Леопольд I, император Священной Римской империи, поддержал притязания Козимо, не желая, чтобы Лотарингия вернулась под контроль Франции. Нимвегенские мирные договоры, завершившие франко-голландскую войну, не утвердили амбиции Козимо, как он надеялся. Лотаринский вопрос был разрешен с рождением сына у Карла V в 1679 году, положив конец мечте Козимо о младшей ветви Медичи, которая должна была возродиться в 1697 году благодаря браку Джан Гастоне с наследницей.

1679 1685

Козимо держал себя в курсе поведения своей жены во Франции через тосканского эмиссара Гонди. Маргарита-Луиза часто просила у великого герцога больше денег, в то время как он был возмущен ее поведением: она завязала связь с конюхом по имени Жантилли. В январе 1680 года аббатиса Монтемарте попросила Козимо оплатить строительство резервуара для воды, после скандала в монастыре: великая герцогиня поставила корзину со своей собакой близко к огню, и корзина загорелась, но вместо того, чтобы попытаться потушить пламя, она призвала своих сомонахинь спасаться бегством. Ранее она неоднократно заявляла, что сожжет монастырь, если аббатиса не будет с ней согласна, из-за чего аббатиса сочла произошедшее поджогом. Козимо, не имея возможности предпринять что-либо еще из страха рассердить Людовика XIV, упрекал ее в серии писем. Летом того же года разразился еще один скандал: великая герцогиня, как было принято, купалась обнаженной в местной реке. Козимо пришел в ярость, узнав об этом. Людовик XIV, уставший от просьб Флоренции, возразил: «Поскольку Козимо согласился на отъезд своей жены во Францию, он фактически отказался от всякого права вмешиваться в ее поведение». После этого отпора Людовика XIV Козимо тяжело заболел, но его врач Франческо Реди помог ему изменить свой образ жизни, чтобы болезнь больше не вернулась. После этого случая Козимо окончательно перестал интересоваться жизнью великой герцогини. В 1682 году Козимо III назначил своего брата Франческо Марию де Медичи губернатором Сиены. Леопольд I, император Священной Римской империи, попросил Козимо принять участие в Великой турецкой войне. Сначала он сопротивлялся, но затем отправил партию боеприпасов в Триест и предложил присоединиться к Священной Лиге. В сентябре 1683 года они одержали победу над турками в битве при Вене. К большому огорчению Козимо, «продолжалось множество скандалов и беспорядков, связанных с внебрачными связями между евреями и христианками, и особенно с отдачей их детей на вскармливание христианским кормилицам». Кроме того, количество публичных казней возросло до шести в день. Гильберт Бернет, епископ Солсберийский и известный мемуарист, посетил Флоренцию в ноябре 1685 года и написал о ней: «[Флоренция] сильно пришла в упадок по сравнению с тем, чем она была; население едва ли достигает пятидесяти тысяч душ. Другие государства, которые когда-то были великими республиками, такие как Сиена и Пиза, почти исчезли, утратив свою независимость». Основными претендентками на руку наследника были: Виоланта Баварская, баварская принцесса, Изабелла Луиза Португальская (наследница португальского престола) и дочери пфальцского курфюрста. Фердинанд решительно отверг эти предложения при полной поддержке своего прадеда Людовика XIV. Внимание Козимо теперь обратилось к Виоланте Баварской. Ее выбор укрепил бы связи между Францией, где ее сестра была дофиной, и Баварией. Оставалось лишь одно препятствие: Фердинанд II, отец Козимо, беспристрастно посоветовал отцу Виоланты, Фердинанду Марии, вложить крупную сумму в банк. Вскоре после внесения этой суммы банк обанкротился.

Cosimo kept himself apprised of his wife's conduct in France through the Tuscan emissary, Gondi. Marguerite Louise frequently requested more money from the Grand Duke, while he was scandalised by her behaviour: she took up with a groom named Gentilly. In January 1680 the Abbess of Montemarte asked Cosimo to pay for the construction of a reservoir, following a scandal at the convent: The Grand Duchess had placed her pet dog's basket in close proximity to the fire, and the basket burst into flames, but instead of trying to extinguish it, she urged her fellow nuns to flee for their lives. On previous occasions, she had explicitly stated that she would burn down the convent if the Abbess disagreed with her, too, making the Abbess view the accident as intentional. Cosimo, unable to do much else for fear of upsetting Louis XIV, reproached her in a series of letters. Another scandal erupted that summer, the Grand Duchess bathed nude, as was the custom, in a local river. Cosimo exploded with anger upon hearing of this. Louis XIV, tiring of Florence's petitions, retorted: "Since Cosimo had consented to the retirement of his wife into France, he had virtually relinquished all right to interfere in her conduct." Following Louis XIV's rebuff, Cosimo fell grievously ill, only to be roused by Francesco Redi, his physician, who helped him reform his ways so illness would never strike him again. It was after this event that Cosimo finally stopped bothering with the Grand Duchess's life. In 1682 Cosimo III appointed his brother, Francesco Maria de' Medici, Governor of Siena. Leopold I, Holy Roman Emperor requested Cosimo's participation in the Great Turkish War. At first, he resisted, but then sent a consignment of munitions to Trieste, and offered to join the Holy League. They defeated the Turks at the Battle of Vienna in September 1683. To Cosimo's dismay, "many scandals and disorders continued to occur in the matter of carnal intercourse between Jews and Christian women, and especially putting their children out to be suckled by Christian nurses." In addition, public executions increased to six per day. Gilbert Burnet, Bishop of Salisbury and a famed memorialist, visited this Florence in November 1685, of which he wrote that "[Florence] is much sunk from what it was, for they do not reckon that there are fifty thousand souls in it; the other states, that were once great republic, such as Siena and Pisa, while they retained their liberty, are now shrunk almost into nothing " The main suitors were: Violante of Bavaria, a Bavarian princess, Isabel Luisa of Portugal (the heiress apparent of Portugal), and the Elector Palatine's daughters. Ferdinando rejected it outright with the fullest support of Louis XIV, his great uncle. Cosimo's eyes now fell upon Violante of Bavaria. Choosing her would strengthen ties between France—where Violante's sister was the dauphine—and Bavaria. There was only one obstacle in the way, Ferdinando II, Cosimo's father, impartially advised Violante's father, Ferdinand Maria, to invest a huge sum into a bank. Soon after the Elector deposited the sum, the bank collapsed.

Ваше Королевское Высочество .

Герцог Виктор Амадей II Савойский получил титул «Королевское Высочество» от Испании и Священной Римской империи в июне 1689 года, что возмутило великого герцога Козимо, который пожаловался в Вене, что статус герцога ниже, чем статус великого герцога, и заявил, что это «несправедливое возвышение», поскольку Дом Савойский не достиг уровня, позволяющего соперничать с королями, а Дом Медичи не утратил своего великолепия и владений, поэтому не было причин возвышать одних и принижать других. Козимо также напомнил о многочисленных случаях, когда Тоскана оказывала финансовую и военную помощь Империи. Император, стремясь избежать конфликта, предложил выдать Анну Марию Луизу замуж за Иоганна Вильгельма, курфюрста Пфальцского, в качестве компенсации за нанесенное оскорбление. Курфюрст Пфальцский, два года спустя, за несколько месяцев до свадьбы с Анной Марией Луизой, добился присвоения этого титула Козимо и его семье, несмотря на отсутствие у них каких-либо прав на королевство. С тех пор Козимо именовался Его Королевским Высочеством Великим Герцогом Тосканы.

1691 1694

Людовик XIV был возмущен браком Анны Марии Луизы с его заклятым врагом. Козимо, после долгих убеждений, сумел его переубедить. Тем временем Империя пыталась взыскать феодальные повинности с Козимо и требовала от него союза с Австрией. Это совпало с новой волной налогов, которая затормозила и без того слабеющую экономику Тосканы. Гарольд Актон рассказывает, что тюки шерсти, отправляемые из Легорна и Кортоны, должны были проходить через десять промежуточных таможенных постов. Великий герцог руководил созданием Управления общественной нравственности, целью которого было регулирование проституции. Проституток часто заключали в Стинке, тюрьму для женщин этой профессии, на годы, с скудным питанием, если они не могли заплатить штрафы, налагаемые Управлением общественной нравственности. Вечерние разрешения и освобождения от штрафов были доступны тем, кто готов был платить шесть крон в месяц. Козимо возродил закон времен регентства своего отца, запрещавший студентам учиться в университетах за пределами Тосканы, тем самым укрепив влияние иезуитов на образование. Один из современников писал, что во Флоренции не осталось ни одного человека, способного читать или писать на греческом языке, что резко контрастировало с ситуацией в старой республике. В письме от 10 октября 1691 года личный секретарь Козимо написал: «По прямому приказу Его Светлости я должен уведомить Ваше Высочество, что Его Высочество не позволит ни одному профессору в его университете в Пизе читать или преподавать, публично или частным образом, устно или письменно, философию Демокрита, атомистическую философию или какую-либо другую, кроме философии Аристотеля». Фердинанд не обращал внимания на Виоланте, предпочитая оказывать знаки внимания своему фавориту, кастрированному венецианцу Чекино де Кастрису. В том же году скончалась вдова великой княгини Виттории, которая когда-то оказывала значительное влияние на Козимо. Ее аллодиальные владения, герцогства Монтефельтро и Ровере, унаследованные от ее деда, последнего герцога Урбино, были переданы ее младшему сыну, Франческо Марии Медичи.

Брак Джан Гастоне

Козимо был обеспокоен вопросом о тосканском престолонаследии после смерти матери. Фердинандо не имел детей, как и Анна Мария Луиза. Последняя, находившаяся в большой милости у отца, предложила кандидатуру немецкой принцессы в жены Джан Гастоне. Эта дама, Анна Мария Франциска Саксонская Лауенбургская, номинальная наследница герцогства Саксен-Лауенбургского, была чрезвычайно богата. Козимо вновь мечтал о создании младшей ветви Медичи в чужой земле. Их брак состоялся 2 июля 1697 года. Джан Гастоне и она не ладили, и он в конце концов оставил ее в 1708 году. В мае 1700 года Козимо отправился в паломничество в Рим. Папа Иннокентий XII, после долгих убеждений, назначил Козимо каноником собора Святого Иоанна Латеранского, чтобы он мог увидеть Volto Santo – ткань, которую, как считалось, использовал Христос перед распятием. Воодушевленный теплым приемом римлян, Козимо покинул Рим, взяв с собой частицу внутренностей святого Франциска Ксавьера. В ноябре 1700 года умер Карл II Испанский. Его смерть, не оставившая явного наследника, привела к войне за испанское наследство, в которую были вовлечены все европейские державы. Однако Тоскана сохранила нейтралитет. Козимо признал Филиппа Анжуйского преемником Карла, чья администрация отказалась утвердить Trattamento Reale, положенный королевской семье. Вскоре после этого конфликта великий герцог принял от Филиппа инвеституру на номинальный испанский феод Сиена, тем самым подтвердив свой вассальный статус по отношению к Испании. Джан Гастоне быстро растрачивал деньги в Богемии, накапливая огромные долги. Обеспокоенный великий герцог послал маркиза Риннучи для проверки долгов принца. Риннучи был потрясен, узнав, что среди кредиторов Джан Гастоне был Ян Йозеф, граф Брюнер и архиепископ Пражский. Пытаясь спасти Джан Гастоне от разорения, Риннучи попытался убедить Анну Марию Франциску вернуться во Флоренцию, куда Джан Гастоне очень хотел попасть. Она решительно отказалась. Ее духовник, надеясь удержать ее в Богемии, рассказывал ей истории об «отравленных» Элеоноре Толедской и Изабелле Орсини, других супругах Медичи. Шотландские художники Джон Смиберт и Джон Александр пользовались покровительством Козимо в начале XVIII века. Смиберту была предоставлена привилегия копировать картины из его коллекции. Помощь герцога побудила Александра посвятить ему свои гравюры по мотивам работ Рафаэля.

Cosimo became perturbed by the question of the Tuscan Succession following the death of his mother. Ferdinando was lacking any children, as was Anna Maria Luisa. The latter, who was high in her father's estimation, put forward a German princess to marry Gian Gastone. The lady in question, Anna Maria Franziska of Saxe Lauenburg, nominal heiress of the Duchy of Saxe Lauenburg, was extremely wealthy. Cosimo once again dreamed of a Medici cadet branch in a foreign land. They were married on 2 July 1697. Gian Gastone and herself did not get along; he eventually abandoned her in 1708. In May 1700 Cosimo embarked on a pilgrimage to Rome. Pope Innocent XII, after much persuasion, created Cosimo a Canon of Saint John in the Lateran, in order to allow him to view the Volto Santo, a cloth thought to have been used by Christ before his crucifixion. Delighted by his warm reception from the Roman people, Cosimo left Rome with a fragment of Saint Francis Xavier's bowels. Charles II of Spain died in November 1700. His death, without any ostensible heir, brought about the War of the Spanish Succession, which involved all of the European powers. Tuscany, however, remained neutral. Cosimo recognised Philip, duc d'Anjou, as Carlos's successor, whose administration refused to sanction the Trattamento Reale reserved for the royal family. The Grand Duke, soon after the royal altercation, accepted the investiture of the nominal Spanish fief of Siena from Philip, thereby confirming his status as a Spanish vassal. Gian Gastone was consuming money at a rapid pace in Bohemia, wracking up titanic debts. The Grand Duke, alarmed, sent the Marquis Rinnuci to scrutinise the Prince's debts. Rinnuci was abhorred to discover that Jan Josef, Count of Breuner and Archbishop of Prague, was among his creditors. In an attempt to salvage Gian Gastone from shipwreck, Rinnuci tried to coerce Anna Maria Franziska to return to Florence, where Gian Gastone longed to be. She blankly refused. Her confessor, hoping to keep her in Bohemia, regaled her with tales of the "poisoned" Eleanor of Toledo and Isabella Orsini, other Medici consorts. The Scottish artists John Smibert and John Alexander benefited from Cosimo's patronage in the early years of the 18th Century. Smibert was accorded the privilege of copying from paintings in his collection. The Duke's help led Alexander to dedicate his engravings by Raphael to him.

Тосканская преемственность и последующие годы

Благочестие Козимо нисколько не ослабело с юности. Он ежедневно посещал флорентийский монастырь Святого Марка. Один из современников рассказывал, что «Великий герцог знает всех монахов Святого Марка по крайней мере по виду». Однако это не заняло всех его усилий: он все еще пытался уговорить Анну Марию Франциску приехать во Флоренцию, где, как он полагал, ее капризы прекратятся. Кроме того, в 1719 году он утверждал, что Бог попросил его передать великое герцогство «на управление и абсолютное господство самого славного святого Иосифа». Леопольд I, император Священной Римской империи, умер в мае 1705 года. Его преемник, Иосиф I, приступил к правлению с вспышкой рвения. После битвы при Турине, решительной победы императора, император послал посланника во Флоренцию, чтобы собрать феодальные повинности в размере 300 000 дублонов – непомерную сумму, и заставить Козимо признать эрцгерцога Карла королем Испании. Опасаясь франко-голландского вторжения, Козимо III отказался признать титул Карла, но выплатил часть повинностей. Великий князь Фердинандо тяжело болел сифилисом; он преждевременно стал старческим, не узнавая никого из посетителей. Козимо отчаялся. Он успешно попросил помощи у папы Климента XI в отношении Анны Марии Франциски. Он послал архиепископа Пражского, чтобы отчитать ее. Она привела пример Маргариты Луизы, добавив, что папа не стал хлопотать о примирении. Козимо написал отчаянные письма к курфюрсту Палатинскому: «Я могу сообщить вам сейчас, если вы не в курсе, что у нас нет денег во Флоренции». Он добавил, что «две или три четверти моей пенсии задерживаются». Император, считая маловероятным рождение наследников мужского пола у Медичи, готовился к оккупации Тосканы под предлогом происхождения Медичи. Он намекнул, что после смерти великого князя тосканцы восстанут против самодержавного правления Козимо. Козимо, в отчаянии, заставил Франческо Марию, кардинала семьи Медичи, отказаться от своих духовных обетов и жениться на Элеоноре Гонзага, младшей дочери действующего герцога Гуастальского. Два года спустя Франческо Мария умер, унеся с собой всякую надежду на наследника. Без очевидного наследника Козимо задумал восстановить Флорентийскую республику. Однако это представляло множество препятствий. Флоренция номинально была имперским феодом, а Сиена – испанским. План был почти утвержден собравшимися в Гертруденберге державами, когда Козимо внезапно добавил, что если он и его два сына умрут раньше курфюрста Палатинского, то она должна наследовать ему, а республика будет восстановлена после ее смерти. Предложение сошло на нет и в конечном итоге было приостановлено после смерти императора Иосифа. Карл VI, император Священной Римской империи, согласился на аудиенцию с курфюрстом Палатинским в декабре 1711 года. Он пришел к выводу, что преемство курфюрста не вызывает затруднений, но добавил, что должен последовать за ней. Козимо и она были возмущены его ответом. Понимая, насколько он был неискренен, Карл написал во Флоренцию, соглашаясь с проектом, упомянув лишь одно условие: тосканское государство не должно быть передано врагам Дома Австрия. В кульминации войны за испанское наследство, в Утрехтском и Раштаттском договорах, Козимо не добивался международных гарантий преемства курфюрста. Бездействия, о котором он позже пожалел. Великий князь наконец скончался от сифилиса 30 октября 1713 года. 26 ноября Козимо внес законопроект о престолонаследии в Сенат, номинальный законодательный орган Тосканы. Законопроект гласил, что если Джан Гастоне умрет раньше курфюрста Палатинского, то она должна взойти на все земли великого герцогства. Сенаторы встретили его стоячими овациями. Карл VI пришел в ярость. Он ответил, что великое герцогство является имперским феодом, и только он имеет исключительное право решать, кто будет преемником. Элизабетта Фарнезе, наследница герцогства Парма и вторая жена Филиппа V Испанского, как правнучка Маргариты Медичи, предъявила права на Тоскану. В мае 1716 года император заверил курфюрста и великого герцога, что нет непреодолимых препятствий для ее вступления в наследство, но Австрия и Тоскана должны вскоре достичь соглашения о том, какой королевский дом должен преемствовать Медичи. В качестве стимула для ускорения ответа Козимо император намекнул, что Тоскана получит территориальные приобретения. В июне 1717 года Козимо выразил желание, чтобы дом Эсте преемствовал на престоле. Обещания Карла VI так и не были выполнены. В 1718 году он отверг решение Козимо, объявив объединение Тосканы и Модены (земель Эсте) неприемлемым. 4 апреля 1718 года Великобритания, Франция и Голландская республика (а позже Австрия) избрали инфанта Карла Испанского, старшего сына Элизабетты Фарнезе и Филиппа V Испанского, тосканским наследником. К 1722 году курфюрст даже не был признан наследником, и Козимо превратился в зрителя на конференциях по будущему Тосканы. Иоганн Вильгельм, курфюрст Палатинский, умер в июне 1717 года. Анна Мария Луиза вернулась домой в октябре 1717 года, принеся с собой огромные сокровища. Козимо назначил вдову своего старшего сына, Виоланту Баварскую, наместницей Сиены, чтобы четко определить ее приоритет. Это не помешало дамам ссориться, как и предполагал он. Козимо прекратил охоту после несчастного случая в январе 1717 года. Он случайно застрелил человека. Он был так потрясен, что пожелал предстать перед судом рыцарей Ордена Святого Стефана. Флот состоял из трех галеров и экипажа в 198 человек. В сентябре 1721 года великая герцогиня скончалась; вместо того чтобы завещать свое имущество своим детям, как предписывалось соглашением 1674 года, оно перешло к принцессе Эпинуа.

Cosimo's piety had not faded in the slightest since his youth. He visited the Florentine Convent of Saint Mark on a daily basis. A contemporary recounted that "The Grand Duke knows all the monks of Saint Mark at least by sight " This, however, did not occupy all his efforts: He was still trying to coax Anna Maria Franziska to Florence, where he believed her caprices would cease. Additionally, in 1719, he claimed that God asked him to pledge the grand duchy to "the governance and absolute dominion of the most glorious Saint Joseph". Leopold I, Holy Roman Emperor, died in May 1705. His successor, Joseph I, took to government with a burst of ebullience. Following the Battle of Turin, a decisive Imperial victory, the Emperor sent an envoy to Florence to collect feudal dues, amounting to 300,000 doubloons, an exorbitant sum; and to force Cosimo to recognise the Archduke Charles as king of Spain. Fearing a Franco Dutch invasion, Cosimo III refused to recognise Charles's title, but he did pay a fraction of the dues. The Grand Prince Ferdinando was grievously ill with syphilis; he had become prematurely senile, not recognising anybody who came to see him. Cosimo despaired. He successfully requisitioned the assistance of Pope Clement XI with Anna Maria Franziska. He sent the Archbishop of Prague to reproach her. She cited the example of Marguerite Louise, adding that the Pope did not bother himself to machinate a reconciliation. Cosimo wrote desperate missives to the Electress Palatine: "I can tell you now, in case you are not informed, that we have no money in Florence " He added that "two or three quarters of my pension are fallen into arrears". The Emperor, thinking it unlikely that any male heirs were to be born to the Medici, prepared to occupy Tuscany, under the pretext of Medici descent. He intimated that upon the Grand Prince's death the Tuscans would rebel against Cosimo's autocratic government. Cosimo, in an act of desperation, had Francesco Maria, the Medici family cardinal, renounce his religious vows and marry Eleanor of Gonzaga, the youngest child of the incumbent Duke of Guastalla. Two years later, Francesco Maria died, taking with him any hope of an heir. Without any ostensible heir, Cosimo contemplated restoring the Republic of Florence. However, this presented many obstacles. Florence was nominally an Imperial fief, and Siena a Spanish one. The plan was about to be approved by the powers convened at Geertruidenberg when Cosimo abruptly added that if himself and his two sons predeceased the Electress Palatine she should succeed and the republic be re instituted following her death. The proposal sank, and was ultimately put on hold following Emperor Joseph's death. Charles VI, Holy Roman Emperor, agreed to an audience with the Electress Palatine in December 1711. He concluded that the Electress's succession brought no quandary, but added that he must succeed her. Cosimo and herself were abhorred by his reply. Realising how unforthcoming he had been, Charles wrote to Florence agreeing to the project, mentioning but one clause: the Tuscan state must not be bequeathed to the enemies of the House of Austria. At the culmination of the War of the Spanish Succession, at the Treaties of Utrecht and Rattstatt, Cosimo did not vie for international assurances for the Electress's succession. An inaction he would later grow to lament. The Grand Prince finally succumbed to syphilis on 30 October 1713. Cosimo deposited a succession bill in the Senate, Tuscany's nominal legislature, on 26 November. The bill promulgated that if Gian Gastone predeceased the Electress Palatine, she should ascend to all the states of the grand duchy. It was greeted with a standing ovation by the senators. Charles VI was furious. He retorted that the grand duchy was an Imperial fief, and that he alone had the prerogative to choose who would succeed. Elisabeth Farnese, heiress to the Duchy of Parma and the second wife of Philip V of Spain, as a great granddaughter of Margherita de' Medici, exercised a claim to Tuscany. In May 1716, the Emperor assured the Electress and the Grand Duke that there was no insurmountable obstacle preventing her accession, but that Austria and Tuscany must soon reach an agreement regarding which royal house which was to succeed the Medici. As an incentive to accelerate Cosimo's reply, the Emperor hinted that Tuscany would reap territorial advancements. In June 1717 Cosimo declared his wish that the House of Este should succeed. Charles VI's promises never materialised. In 1718 he repudiated Cosimo's decision, declaring a union between Tuscany and Modena (the Este lands) unacceptable. On 4 April 1718 Great Britain, France and the Dutch Republic (and later Austria) selected Infante Charles of Spain, the eldest child of Elisabeth Farnese and Philip V of Spain, as the Tuscan heir. By 1722 the Electress was not even acknowledged as heiress, and Cosimo was reduced to a spectator at the conferences for Tuscany's future. Johann Wilhelm, Elector Palatine died in June 1717. Anna Maria Luisa returned home in October 1717, bringing with her vast treasures. Cosimo created his elder son's widow, Violante of Bavaria, Governess of Siena as to clearly define her precedence. That did not stop the two ladies from quarrelling, as was his intention. Cosimo discontinued hunting following an accident in January 1717. He accidentally shot, and killed, a man. He was so distraught, that he wished to be tried by the Knights of the Order of Saint Stephen. The navy composed of three galleys, and the crew 198. In September 1721, the Grand Duchess died; instead of willing her possessions to her children, as prescribed by the 1674 agreement; they went to the Princess of Epinoy.

Смерть и наследие

22 сентября 1723 года великий герцог испытал двухчасовой приступ дрожи. Его состояние неуклонно ухудшалось. Козимо посетили папский нунций и архиепископ Пизы на смертном одре. Последний произнес: «Этому принцу не требовалось особых усилий, чтобы достойно умереть, ведь всю свою долгую жизнь он посвятил лишь подготовке к смерти». 25 октября 1723 года, за шесть дней до кончины, великий герцог Козимо издал последнее провозглашение, повелевая, чтобы Тоскана оставалась независимой; Анна Мария Луиза должна была беспрепятственно наследовать Тоскану после Джан Гастоне; великий герцог сохранял за собой право выбора преемника, однако эти положения были полностью проигнорированы. Шесть дней спустя, в канун Дня всех святых, он скончался. Его похоронили в базилике Сан-Лоренцо, усыпальнице Медичи. Козимо III оставил Тоскану одной из беднейших стран Европы: казна была пуста, народ измучен религиозной нетерпимостью, а государство превратилось в пешку в европейской политике. Среди его значимых указов – учреждение винодельческого региона Кьянти. Джан Гастон отменил законы Козимо о преследовании евреев и облегчил таможенные пошлины и тарифы. Неспособность Козимо сохранить независимость Тосканы привела к тому, что после смерти Джан Гастоне в 1737 году власть перешла к дому Лотарингских.