Введение
Австрийский архитектор Гарри Зайдлер (Harry Seidler) (25 июня 1923 – 9 марта 2006) – австрийский по происхождению австралийский архитектор, которого считают одним из ведущих представителей методологии модернизма в Австралии и первым архитектором, в полной мере выразившим принципы Баухауса в Австралии. Зайдлер спроектировал около 119 зданий (96 из которых находились в его родном штате Новый Южный Уэльс), однако некоторые из них впоследствии были снесены или перестроены с отступлением от стиля Зайдлера. Он получил широкое признание за вклад в австралийскую архитектуру. На протяжении почти 58-летней австралийской карьеры Зайдлер неизменно получал архитектурные награды каждое десятилетие в различных категориях – за жилые проекты с 1950 года, коммерческие проекты с 1964 года и общественные заказы с 1970-х годов. Он был противоречивой фигурой на протяжении всей своей карьеры, регулярно подвергая публичной критике органы градостроительства и систему планирования в Сиднее.
Harry Seidler (25 June 19239 March 2006) was an Austrian born Australian architect who is considered to be one of the leading exponents of Modernism's methodology in Australia and the first architect to fully express the principles of the Bauhaus in Australia. Seidler designed about 119 buildings (96 of which were in his home state of New South Wales) but some have since been demolished or altered in a non Seidler manner, and he received much recognition for his contribution to the architecture of Australia. Seidler consistently won architectural awards every decade throughout his Australian career of almost 58 years across the varied categories – his residential work from 1950, his commercial work from 1964, and his public commissions from the 1970s. He was a controversial figure throughout his long career as he regularly publicly criticised planning authorities and the planning system in Sydney.
Ранние годы
Зайдлер родился в Вене, в семье еврейского производителя одежды. Подростком он бежал в Англию вскоре после оккупации Австрии нацистской Германией в 1938 году.
Образование
В Англии он изучал строительство и архитектуру в Кембриджской технической школе. Несмотря на то, что британский военный трибунал классифицировал его как беженца "категории С – без риска", спасавшегося от нацистов, из-за того, что он родился в Австрии, 12 мая 1940 года он был интернирован британскими властями как лицо враждебного происхождения, где сначала содержался в лагерях интернирования в Хьютоне близ Ливерпуля, затем на острове Мэн, после чего был отправлен в Квебек, Канада, и оставался в интернировании до октября 1941 года, когда был освобожден под надзором с условием продолжения обучения архитектуре в Университете Манитобы в Виннипеге, который он окончил с отличием первого класса в 1944 году. После непродолжительной работы в архитектурной фирме в Торонто, Сейдлер (в возрасте 21 года) получил лицензию архитектора в Онтарио в феврале 1945 года. Хотя к моменту закрытия Баухауса ему было десять лет, аналитики неизменно связывают Сейдлера с Баухаусом, поскольку впоследствии он учился у эмигрировавших преподавателей Баухауса в США. В 1945/46 годах он учился в Гарвардской школе дизайна под руководством Уолтера Гропиуса и Марселя Брюэра по стипендии, а во время зимнего (рождественского) перерыва между семестрами, длившегося около четырех недель, Сейдлер работал с Альваром Аалто в Бостоне над планами общежития Бейкера в MIT. Затем летом 1946 года он изучал визуальную эстетику в Колледже Блэк Маунтин под руководством художника Йозефа Альберса.
Ранняя карьера за пределами Австралии
Затем Зейдлер работал первым ассистентом Марселя Брёйера в Нью-Йорке с конца 1946 года до марта 1948 года. Дом стал известен как Дом Роуз Зейдлер (1948–1950), расположенный в Вахруонге, в отдаленной лесистой местности пригорода на Верхнем Северном берегу Сиднея. Этот проект стал первой полностью современной жилой резиденцией, в полной мере выразившей философию и визуальный язык Баухауса в Австралии, и был удостоен премии Сулмана в 1951 году. Благодаря широкой огласке этого дома, к Зейдлеру стали обращаться другие заказчики с просьбой спроектировать их дома. С таким количеством клиентов и его любовью к сиднейскому климату и видам на гавань, Зейдлер решил остаться в Австралии. Дом Роуз Зейдлер стал домом-музеем в 1991 году. В 1952 году Зейдлер успешно обжаловал отказ совета Ку-ринг-гай в утверждении его проекта «стеклянного дома» в Роузвилле. В 1960-х годах Зейдлер вновь совершил прорыв с проектом Australia Square (первые проекты 1961 года, здание площади 1962–64 годы, башня 1964–67 годы). В то время башня Australia Square была самым высоким в мире зданием, построенным из легкого бетона. Проект представил концепцию большой общественной открытой площади и заметных произведений искусства в офисных башнях Австралии. Он был одним из основателей Австралийской архитектурной ассоциации. В 1984 году он стал первым австралийцем, избранным членом Академии архитектуры в Париже, а в 1987 году был удостоен звания Компаньона Ордена Австралии, чести, которую он принял в своем фирменном костюме и галстуке-бабочке. За годы своей работы г-н Зейдлер также был награжден пятью медалями Сулмана Королевским австралийским институтом архитекторов, а также Золотой медалью Королевского австралийского института архитекторов в 1976 году и Королевской золотой медалью Королевского института британских архитекторов в 1996 году. На протяжении 50 лет Гарри Зейдлер играл важную роль в международной архитектуре. Его работы широко признаны оригинальным и глубоко творческим вкладом в архитектуру второй половины 20-го века. | Деннис Шарп во введении к книге «Главные архитекторы: Гарри Зейдлер».
Личная жизнь
Гарри Зайдлер стал гражданином Канады, когда учился в США в конце 1945 года. Он отправился в Австралию в 1948 году по канадскому паспорту (который он получил в середине 1946 года). К 1958 году он прожил в Австралии десять лет, а затем попытался продлить свой канадский паспорт, но не смог этого сделать, поскольку был натурализованным канадцем и не проживал в Канаде более трех лет. Он стал австралийским гражданином в конце 1958 года, чтобы иметь паспорт для рабочих поездок и медового месяца. Гарри Зайдлер женился на Пенелопе Эватт, дочери Клайва Эватта, 15 декабря 1958 года; у них было двое детей. Зайдлер любил фотографировать архитектуру по всему миру, и некоторые из этих фотографий вошли в его фотоальбом "Великое путешествие". Он также увлекался горными лыжами. Пенелопа Зайдлер, сама архитектор, получила степень бакалавра архитектуры в Сиднейском университете и в 1964 году присоединилась к компании Seidler and Associates в качестве архитектора и финансового директора. Она совместно спроектировала дом Гарри и Пенелопы Зайдлер в Килларе (пригород Сиднея), который в 1967 году был удостоен премии NSW Wilkinson. 24 апреля 2005 года Зайдлер перенес инсульт, от которого так и не оправился полностью, и умер от сепсиса в Сиднее 9 марта 2006 года в возрасте 82 лет.
Модернизм и принципы дизайна
Зайдлер сказал, что термин «Международный стиль» был неверным и поэтому он возражал против его использования для описания современной архитектуры или его собственных архитектурных проектов, поскольку и то, и другое менялось со временем по мере развития социального использования и строительных технологий. Зайдлер настаивал, что модернизм – это не стиль, а постоянный процесс изменений. Он объяснил, что в современной архитектуре Ле Корбюзье 1920-х годов колонны располагались на расстоянии 6 метров друг от друга, в то время как к середине 1980-х годов технология предварительно напряженного бетона позволила создавать пространства без колонн шириной 34 метра, что привело к иному визуальному выражению и большей открытости в архитектуре. Работы Зайдлера демонстрируют смешение влияний четырех великих мастеров модернизма, у которых он учился или с которыми работал: Вальтера Гропиуса, Марселя Бройера, (художника) Йозефа Альберса и Оскара Нимейера. Зайдлер поддерживал отношения со своими наставниками даже после переезда в Австралию. Он сыграл важную роль в организации выступления Вальтера Гропиуса на конвенции RAIA в Сиднее в 1954 году. Зайдлер сотрудничал с Марселем Бройером при проектировании австралийского посольства в Париже (у Бройера был офис в Париже), а Зайдлер был главным архитектором проекта Бройера – фабрики Torin в Пенрите (штат Новый Южный Уэльс) в 1970-х годах. В середине 1970-х годов Зайдлер заказал работы Йозефа Альберса для MLC Centre. Он также поддерживал тесную дружбу с Оскаром Нимейером посредством переписки и визитов в Рио-де-Жанейро. Учения Гропиуса оказали большое влияние на Зайдлера. Гропиус учил, что модернизм – это не стиль, а методология подхода, которая варьируется в зависимости от региона и климата. Зайдлер также настаивал, что модернизм – это не стиль: «Вы знаете, существует распространенное заблуждение, что модернизм – это стиль. Это не так. Это методология подхода, которая находится в постоянном движении, в постоянном изменении». Проекты Зайдлера основывались на методологии модернистского дизайна, которую он считал сочетанием трех элементов: социального назначения, эффективных методов строительства и визуальной эстетики. Поскольку эти три элемента постоянно менялись, Зайдлер всегда утверждал, что у него нет фиксированного «стиля», и поэтому, по мере развития строительных технологий и изменения социального назначения, визуальное выражение его проектов постоянно эволюционировало на протяжении 57 лет его работы в Австралии. Форма работ Зайдлера менялась вместе с развитием строительных технологий: от деревянных домов 1950-х годов (многие из которых повторяли форму биядерного дома Бройера) до железобетонных домов и зданий 1960–1980-х годов, а также развитие криволинейных форм (в планах) с достижениями в технологии бетона в 1980-х годах и позже, и развитие стальных технологий, которые позволили создавать изогнутые крыши в 1990-х годах и далее (например, дом Бермана). Зайдлер заявил в 1980 году, что интерьер Оскара Нимейера в банке Boavista в Рио-де-Жанейро (1946 года, который Зайдлер видел в 1948 году) с его взаимодействующими кривыми, должно быть, повлиял на использование им взаимодействующих кривых во внешних игровых площадках и подпорных стенах с середины 1960-х годов и на протяжении 1970-х годов. Отмечая 50-летие своей архитектурной практики в Австралии, Зайдлер отметил, что развитие строительных технологий позволило создать более богатую форму в его тогда почти завершенной жилой башне Horizon: «Я не мог построить Horizon двадцать лет назад с использованием более ранних строительных технологий (так, как это возможно) – перекрытия были бы слишком ограниченными. (Но Horizon) стал возможен благодаря таким средствам, как предварительно напряженный бетон, который экономичен и быстр. Это также дает вам большую свободу в выборе форм. Сегодня мы можем перекрывать огромные расстояния, и для этого не просто вставлять стальную сетку или что-то подобное в бетон, а вставлять сталь, высокопрочную стальную проволоку и натягивать ее, что позволяет легко перекрывать большие расстояния и придавать зданию такую изменяемую форму, которую было бы очень трудно достичь каким-либо другим способом». В то время как некоторые критики называют использование Зайдлером (неокрашенного) бетона в 1960-х и 1970-х годах «бруталистским» (от французского «beton brut»), Зайдлер отвергал этот термин, поскольку критиковал британских бруталистов как «жалкие подражания Ле Корбюзье». Тяжелые монолитные конструкции «бруталистов» были противоположны визуальной эстетике Зайдлера, основанной на прозрачности и легкости, и возможности видеть сквозь архитектуру, сквозь пустоты, сквозь различные архитектурные пространства. В 1960-х и 70-х годах Зайдлер работал с итальянским инженером-конструктором Пьером Луиджи Нерви над проектированием офисных башен Australia Square и MLC Centre в Сиднее, здания Эдмунда Бартона (ранее известного как Trade Group Offices) в Канберре и австралийского посольства в Париже в 1970-х годах. Те же Т-образные балки, разработанные Нерви, Зайдлер использовал в своем собственном офисном здании в Милсонс-Пойнт (Сидней), построенном в 1973 году. Позже Зайдлер работал с преемником Нерви, Марио Дезидери, над проектом Riverside Centre в Брисбене. Зайдлер учился у Гропиуса (как у одного из трех необходимых элементов хорошей архитектуры) разрабатывать эффективные «системы» для строительства зданий – помимо индивидуальных домов это подразумевало «облегчение строительства в соответствии с системой, позволяющей повторять идентичные элементы». Именно поэтому Кеннет Фрамптон назвал проекты Зайдлера, не являющиеся домами, «изостатической архитектурой». В 1970-х и 1980-х годах Зайдлер использовал геометрию квадранта, который соединяет прямую линию с кривой и позволяет использовать балки одинакового размера, перекрывающие радиус квадранта. Это можно увидеть в проекте Зайдлера австралийского посольства в Париже и Karralyka (ранее известного как Ringwood Cultural) Centre. Зайдлер видел параллели между хорошей современной архитектурой и базовой структурной геометрией архитектуры барокко, особенно в проектах итальянского архитектора Франческо Борромини (которая была проиллюстрирована в книге «Пространство, время и архитектура» Зигфрида Гидиона, которую Зайдлер читал будучи студентом архитектуры). Проекты Зайдлера, начиная с 1969 года, часто демонстрировали противоположные отрицательные и положительные четверть круга (например, подпорные стены сада выставочного дома Pettit & Sevitt в Westleigh, 1969 год, и апартаменты Condominium в Акапулько, 1969–70 годы). С 1980-х годов Зайдлер часто включал в свои проекты планы с вычурными кривыми (например, Hannes House, Hong Kong Club), и некоторые критики назвали это началом «барочного» периода Зайдлера. Визуальный подход Зайдлера к двухмерной и трехмерной пространственной организации был последовательным на протяжении всей его карьеры и отражал то, чему он научился у своего преподавателя визуальной эстетики Йозефа Альберса. Зайдлер заявил, что он узнал больше о дизайне от Альберса, чем в любой архитектурной школе. Альберс утверждал, что проекты с высоким визуальным центром тяжести более динамичны, чем прочно стоящие на земле проекты, поэтому Зайдлер использовал (в проектах, не являющихся башнями) «консольные плиты, парящие в воздухе, которые, кажется, «отрицают» тот факт, что масса – это что-то твердое и тяжелое». Зайдлер утверждал: «Эстетически мы стремимся к дематериализации». Следуя Альберсу, Зайдлер также избегал традиционной симметрии или решетчатых модернистских дизайнов как статичных (и, следовательно, скучных), вместо этого он «смещал» противоположные элементы, чтобы создать «мерцание» и «визуальное напряжение», чтобы быть более динамичным и, следовательно, интересным для глаза, что можно увидеть в узоре окон башни Blues Point Tower (1958–62 годы) и в трех измерениях – в синкопированной компоновке балконов башни Horizon (1995–98 годы). Зайдлер сформулировал визуальный пространственный принцип современной архитектуры как «разрушение традиционной прочности» и взаимосвязанные пространственные перспективы. Зайдлер сказал, что визуальная суть современной архитектуры заключается «не в грозной прочности традиционной архитектуры, где все строилось вокруг четырех стен комнаты и пространств, которые были конечными. Скорее, наши глаза стремятся к прозрачности, легкости, возможности видеть сквозь вещи». Он сказал о своей первой работе, доме Розы Зайдлер: «Этот дом взрывает поверхности, которые окружают обычный дом или пространство, и превращает их…»
Сотрудничество с художниками-визуалистами
Зайдлер часто и с энтузиазмом сотрудничал с художниками-визуалами при создании своих зданий. Среди его соавторов были известные или выдающиеся деятели, такие как Александр Кальдер, Фрэнк Стелла, Лин Утзон, Норман Карлберг, Чарльз О. Перри (последние два были коллегами, а затем учениками Йозефа Альберса), Хелен Франкенталер, Сол Левитт и многие другие. Однако самым важным из соавторов был его наставник Альберс. Зайдлер включил работы Альберса – возможно, человека, оказавшего наибольшее влияние на его дизайн-философию – в ряд проектов (в частности, в Центр MLC с композицией «Ода квадрату» (позже выкупленной Фондом Альберса) и последний заказной проект Альберса «Борьба» на восточной стороне MLC Plaza). В 1966 году Зайдлер также организовал размещение гобеленов Ле Корбюзье и Виктора Вазарели в вестибюле башни Australia Square. В конце 2003 года их заменила монументальная роспись Сола Левитта. Зайдлер также отобрал и оплатил отправку в 1977 году австралийских произведений искусства, чтобы они были готовы к выставке к открытию австралийского посольства в Париже в начале 1978 года. Как отмечает Пол Бартизан в своем некрологе Зайдлеру, эти произведения искусства не были простым «плоп-артом»; они были тщательно спланированы для интеграции и гармоничного сочетания со зданиями, в которые они были включены: «Во многих своих проектах Зайдлер работал с художниками, чьи работы становились неотъемлемой частью его замысла».