Альфонс Муха: Жизнь и творчество чешского художника.

Введение

Чешский художник, иллюстратор и график (1860–1939)

Альфонс Мария Муха (24 июля 1860 – 14 июля 1939), известный на международном уровне как Альфонс Муха, был чешским художником, иллюстратором и графиком. Живя в Париже в период модерна, он был широко известен своими ярко стилизованными и декоративными театральными плакатами, особенно созданными для Сары Бернхардт. Он создавал иллюстрации, рекламу, декоративные панно, а также эскизы, ставшие одними из самых известных образов эпохи. Во второй части своей карьеры, в возрасте 57 лет, он вернулся на родину и посвятил себя серии из двадцати монументальных символических полотен, известных как «Славянская эпопея», изображающих историю всех славянских народов мира, в то время являвшихся провинцией Австрийской империи (в настоящее время регион Чешской Республики). Его семья имела скромный доход; его отец, Ондржей, был придворным усадебным слугой, а мать, Амалия, – дочерью мельника. Альфонс был старшим из шести детей, у всех имена начинались на букву «А». Альфонс проявил ранний талант к рисованию; местный торговец, впечатлённый его работами, подарил ему бумагу, которая в то время считалась предметом роскоши. В дошкольном возрасте он рисовал исключительно левой рукой. Он обладал музыкальным талантом: пел альтом и играл на скрипке. После окончания народной школы он хотел продолжить учёбу, но его семья не могла себе этого позволить, поскольку уже оплачивала обучение троих сводных братьев и сестёр. После полового созревания он оставил должность хориста, но продолжал играть на скрипке во время мессы. В 1889 году он поступил в Академию Коларосси. Обе школы преподавали самые разные стили. Его первыми преподавателями в Академии Жюлиана были Жюль Лефевр, специализировавшийся на женской наготе и аллегорических картинах, и Жан-Поль Лоранс, чьей специализацией были исторические и религиозные картины в реалистичном и драматичном стиле. В конце 1889 года, приближаясь к тридцати годам, его покровитель, граф Беласи, решил, что Муха получил достаточно образования и прекратил его финансирование. Прибыв в Париж, Муха нашёл приют благодаря помощи большой славянской общины. Он жил в пансионе под названием «Кремье» на улице де ла Гранд-Шомьер, 13, хозяйка которого, Шарлотта Карон, была известна тем, что приющала борющихся художников; при необходимости она принимала картины или рисунки в качестве платы за аренду. Муха решил пойти по пути другого чешского художника, которого он знал из Мюнхена, Людека Марольда, сделавшего успешную карьеру в качестве иллюстратора для журналов. В 1890 и 1891 годах он начал предоставлять иллюстрации для еженедельного журнала La Vie populaire, который публиковал романы по частям. Его иллюстрация к роману Ги де Мопассана «Бесполезная красавица» была помещена на обложку выпуска от 22 мая 1890 года. Он также делал иллюстрации для Le Petit Français Illustré, который публиковал рассказы для молодёжи как в журнальном, так и в книжном формате. Для этого журнала он создал драматические сцены сражений и других исторических событий, включая иллюстрацию обложки сцены из франко-прусской войны, опубликованную в выпуске от 23 января 1892 года. Его иллюстрации стали приносить ему регулярный доход. Он смог купить гармонь, чтобы продолжить свои музыкальные занятия, и свой первый фотоаппарат с использованием стеклянных негативов. Он фотографировал себя и своих друзей, а также регулярно использовал его для создания своих рисунков. Он подружился с Полем Гогеном и некоторое время делил с ним студию, когда Гоген вернулся с Таити летом 1893 года. В конце осени 1894 года он также подружился с драматургом Августом Стриндбергом, с которым разделял интерес к философии и мистицизму. Его иллюстрации в журналах привели к иллюстрациям в книгах; историк Шарль Сеньобос поручил ему создать иллюстрации для «Сцен и эпизодов немецкой истории». Четыре его иллюстрации, в том числе изображающая смерть Фридриха Барбароссы, были отобраны для экспонирования на Парижском салоне художников 1894 года. Он получил почётную медаль, его первое официальное признание. В начале 1890-х годов Муха привлёк ещё одного важного клиента – Центральную библиотеку изобразительных искусств, которая специализировалась на издании книг об искусстве, архитектуре и декоративно-прикладном искусстве. Позже, в 1897 году, был запущен новый журнал под названием Art et Decoration, который сыграл важную роль в популяризации стиля модерн. Он продолжал публиковать иллюстрации для других своих клиентов, включая иллюстрации к детской книге стихов Эжена Мануэля и иллюстрации для журнала о театральном искусстве La Costume au théâtre.

Alfons Maria Mucha (; 24 July 1860 – 14 July 1939), known internationally as Alphonse Mucha, was a Czech painter, illustrator, and graphic artist. Living in Paris during the Art Nouveau period, he was widely known for his distinctly stylized and decorative theatrical posters, particularly those of Sarah Bernhardt. He produced illustrations, advertisements, decorative panels, as well as designs, which became among the best known images of the period. In the second part of his career, at the age of 57, he returned to his homeland and devoted himself to a series of twenty monumental symbolist canvases known as The Slav Epic, depicting the history of all the Slavic peoples of the world, then a province of the Austrian Empire (currently a region of the Czech Republic). His family had a very modest income; his father Ondřej was a court usher, and his mother Amálie was a miller's daughter. Alphonse was the eldest of six children, all with names starting with "A". Alphonse showed an early talent for drawing; a local merchant impressed by his work gave him a gift of paper, at the time a luxury item. In the preschool period, he drew exclusively with his left hand. He had a talent for music: he was an alto singer and violin player. After completing Volksschule, he wanted to continue with his studies, but his family was not able to fund them, as they were already funding the studies of his three step siblings. After his voice broke, he gave up his chorister position, but played as a violinist during masses. and the following year, 1889, Académie Colarossi. The two schools taught a wide variety of different styles. His first professors at the Académie Julian were Jules Lefebvre who specialized in female nudes and allegorical paintings, and Jean Paul Laurens, whose specialties were historical and religious paintings in a realistic and dramatic style. At the end of 1889, as he approached the age of thirty, his patron, Count Belasi, decided that Mucha had received enough education and ended his subsidies. When he arrived in Paris, Mucha found shelter with the help of the large Slavic community. He lived in a boarding house called the Crémerie at 13 rue de la Grande Chaumière, whose owner, Charlotte Caron, was famous for sheltering struggling artists; when needed she accepted paintings or drawings in place of rent. Mucha decided to follow the path of another Czech painter he knew from Munich, Ludek Marold, who had made a successful career as an illustrator for magazines. In 1890 and 1891, he began providing illustrations for the weekly magazine La Vie populaire, which published novels in weekly segments. His illustration for a novel by Guy de Maupassant, called The Useless Beauty, was on the cover of 22 May 1890 edition. He also made illustrations for Le Petit Français Illustré, which published stories for young people in both magazine and book form. For this magazine he provided dramatic scenes of battles and other historic events, including a cover illustration of a scene from the Franco Prussian War which was on 23 January 1892 edition. His illustrations began to give him a regular income. He was able to buy a harmonium to continue his musical interests, and his first camera, which used glass plate negatives. He took pictures of himself and his friends, and also regularly used it to compose his drawings. He became friends with Paul Gauguin, and shared a studio with him for a time when Gauguin returned from Tahiti in the summer of 1893. In late autumn 1894, he also became friends with the playwright August Strindberg, with whom he had a common interest in philosophy and mysticism. His magazine illustrations led to book illustration; he was commissioned to provide illustrations for Scenes and Episodes of German History by historian Charles Seignobos. Four of his illustrations, including one depicting the death of Frederic Barbarossa, were chosen for display at the 1894 Paris Salon of Artists. He received a medal of honor, his first official recognition. Mucha added another important client in the early 1890s; the Central Library of Fine Arts, which specialized in the publication of books about art, architecture and the decorative arts. It later launched a new magazine in 1897 called Art et Decoration, which played an early and important role in publicizing the Art Nouveau style. He continued to publish illustrations for his other clients, including illustrating a children's book of poetry by Eugène Manuel, and illustrations for a magazine of the theater arts, called La Costume au théâtre.

Сара Бернхардт и Гисмонда

В конце 1894 года его карьера приняла драматический и неожиданный поворот, когда он начал работать для французской актрисы Сары Бернхардт. Как позже описал это Муха, 26 декабря Бернхардт позвонила Морису де Брунхофу, менеджеру издательской фирмы Lemercier, которая печатала ее театральные плакаты, заказав новый плакат для продолжения пьесы «Gismonda». Пьеса Викториена Сарду с большим успехом была представлена 31 октября 1894 года в театре «Ренессанс» на бульваре Сен-Мартен. Бернхардт решила сделать плакат, чтобы объявить о продлении театрального сезона после рождественских каникул, настаивая на том, чтобы он был готов к 1 января 1895 года. Из-за праздников ни один из постоянных художников Lemercier не был доступен. Когда Бернхардт позвонила, Муха оказался в издательстве, исправляя корректуры. У него уже был опыт работы с Бернхардт; он создал серию иллюстраций ее выступления в роли Клеопатры для журнала Costume au Théâtre в 1890 году. Когда «Гисмонда» открылась в октябре 1894 года, Муха был поручен журналу Le Gaulois создать серию иллюстраций Бернхардт в этой роли для специального рождественского приложения, которое было опубликовано на Рождество 1894 года по высокой цене – пятьдесят сантимов за экземпляр. Брунхофф попросил Муху быстро разработать новый плакат для Бернхардт. Плакат был больше натуральной величины – чуть более двух метров в высоту, с Бернхардт в костюме византийской дворянки, одетой в орхидеи и цветочную шаль, и держащей пальмовую ветвь в пасхальной процессии в конце пьесы. Одной из инновационных особенностей плаката была украшенная радужная арка за головой, почти похожая на нимб, которая фокусировала внимание на ее лице; эта особенность появилась на всех его будущих театральных плакатах. Вероятно, из-за нехватки времени некоторые участки фона остались пустыми, без его обычного декора. Единственным декоративным элементом фона была византийская мозаичная плитка за ее головой. Плакат отличался чрезвычайно тонкой проработкой деталей и нежными пастельными цветами, в отличие от типичных ярко окрашенных плакатов того времени. Верхняя часть плаката с названием была богато оформлена и украшена, а нижняя, где была представлена основная информация в кратчайшей форме, содержала только название театра. Плакат появился на улицах Парижа 1 января 1895 года и сразу же вызвал сенсацию. Бернхардт была довольна реакцией; она заказала четыре тысячи экземпляров плаката в 1895 и 1896 годах и заключила с Мухой шестилетний контракт на создание новых. С его плакатами по всему городу Муха внезапно стал знаменитым. После «Гисмонды» Бернхардт перешла к другому типографу, Ф. Шампуа, который, как и Муха, был заключен контракт на работу с Бернхардт на шесть лет. У Шампуа была большая типография на бульваре Сен-Мишель, в которой работало триста рабочих и было двадцать печатных машин. Он платил Мухе щедрую ежемесячную зарплату в обмен на права на публикацию всех его работ. С увеличением дохода Муха смог переехать в трехкомнатную квартиру с большой студией в большом историческом доме по адресу 6 rue du Val de Grâce, первоначально построенном Франсуа Мансаром. Муха создавал плакаты для каждой последующей пьесы Бернхардт, начиная с повторения одного из ее ранних больших успехов, «La Dame aux Camelias» (сентябрь 1896 года), за которым последовали «Lorenzaccio» (1896); «Медея» (1898); «La Tosca» (1898) и «Гамлет» (1899). Иногда он работал с фотографиями Бернхардт, как он делал для «La Tosca». Помимо плакатов, он разработал театральные программы, декорации, костюмы и украшения для Бернхардт. Предприимчивая Бернхардт откладывала определенное количество печатных плакатов каждой пьесы для продажи коллекционерам.

At the end of 1894 his career took a dramatic and unexpected turn when he began to work for French stage actress Sarah Bernhardt. As Mucha later described it, on 26 December Bernhardt made a telephone call to Maurice de Brunhoff, the manager of the publishing firm Lemercier which printed her theatrical posters, ordering a new poster for the continuation of the play Gismonda. The play, by Victorien Sardou, had already opened with great success on 31 October 1894 at the Théâtre de la Renaissance on the Boulevard Saint Martin. Bernhardt decided to have a poster made to advertise the prolongation of the theatrical run after the Christmas break, insisting it be ready by 1 January 1895. Because of the holidays, none of the regular Lemercier artists were available. When Bernhardt called, Mucha happened to be at the publishing house correcting proofs. He already had experience painting Bernhardt; he had made a series of illustrations of her performing in Cleopatra for Costume au Théâtre in 1890. When Gismonda opened in October 1894, Mucha had been commissioned by the magazine Le Gaulois to make a series of illustrations of Bernhardt in the role for a special Christmas supplement, which was published at Christmas 1894, for the high price of fifty centimes a copy. Brunhoff asked Mucha to quickly design the new poster for Bernhardt. The poster was more than life size; a little more than two meters high, with Bernhardt in the costume of a Byzantine noblewoman, dressed in an orchid headdress and floral stole, and holding a palm branch in the Easter procession near the end of the play. One of the innovative features of the posters was the ornate rainbow shaped arch behind the head, almost like a halo, which focused attention on her face; this feature appeared in all of his future theater posters. Probably because of a shortage of time, some areas of the background were left blank, without his usual decoration. The only background decoration were the Byzantine mosaic tiles behind her head. The poster featured extremely fine draftsmanship and delicate pastel colors, unlike the typical brightly colored posters of the time. The top of the poster, with the title, was richly composed and ornamented, and balanced the bottom, where the essential information was given in the shortest possible form: just the name of the theater. The poster appeared on the streets of Paris on 1 January 1895 and caused an immediate sensation. Bernhardt was pleased by the reaction; she ordered four thousand copies of the poster in 1895 and 1896, and gave Mucha a six year contract to produce more. With his posters all over the city, Mucha found himself quite suddenly famous. Following Gismonda, Bernhardt switched to a different printer, F. Champenois, who, like Mucha, was put under contract to work for Bernhardt for six years. Champenois had a large printing house on Boulevard Saint Michel which employed three hundred workers, with twenty steam presses. He gave Mucha a generous monthly salary in exchange for the rights to publish all his works. With his increased income, Mucha was able to move to a three bedroom apartment with a large studio inside a large historic house at 6 rue du Val de Grâce originally built by François Mansart. Mucha designed posters for each successive Bernhardt play, beginning with a reprise of one of her early great successes, La Dame aux Camelias (September 1896), followed by Lorenzaccio (1896); Medea (1898); La Tosca (1898) and Hamlet (1899). He sometimes worked from photographs of Bernhardt, as he did for La Tosca. In addition to posters, he designed theatrical programs, sets, costumes, and jewelry for Bernhardt. The enterprising Bernhardt set aside a certain number of printed posters of each play to sell to collectors.

Коммерческие произведения искусства и плакаты

Успех плакатов Бернхардта принес Мухе заказы на рекламные плакаты. Он разработал плакаты для сигаретных бумаг JOB, шампанского Ruinart, печенья Lefèvre Utile, детского питания Nestlé, шоколада Idéal, пива Meuse, шампанского Moët Chandon, бренди Trappestine, велосипедов Waverly и Perfect. Вместе с Champenois он также создал новый вид продукции – декоративную панель, плакат без текста, предназначенный исключительно для украшения. Они печатались большими тиражами по умеренной цене. Первая серия, «Времена года», была опубликована в 1896 году и изображала четырех разных женщин в пышных цветочных композициях, символизирующих времена года. В 1897 году для Champenois он создал отдельную декоративную панель с изображением юной девушки в цветочной обстановке под названием «Грёзы» (Reverie). Он также разработал календарь с изображением женской головы, окруженной знаками зодиака. Права на него были перепроданы Леону Дешампу, редактору художественного журнала La Plume, который опубликовал его с большим успехом в 1897 году. За серией «Времена года» последовали «Цветы», «Искусства» (1898), «Время суток» (1899), «Драгоценные камни» (1900) и «Луна и звезды» (1902). В период с 1896 по 1904 год Муха создал более ста плакатов для Champenois. Они продавались в различных форматах – от дорогих версий, напечатанных на японской бумаге или пергаменте, до более доступных, объединяющих несколько изображений, календарей и открыток. Его плакаты почти целиком посвящены изображению красивых женщин в роскошных интерьерах, с волосами, обычно завитыми в арабески и заполняющими все пространство. Его плакат для железнодорожной линии между Парижем и Монако – Монте-Карло (1897) не изображал ни поезда, ни каких-либо узнаваемых видов Монако или Монте-Карло; на нем была изображена прекрасная молодая женщина, погруженная в свои мысли, окруженная кружащимися цветочными мотивами, которые напоминали вращающиеся колеса поезда. Слава его плакатов принесла ему успех в мире искусства: Дешамп пригласил его представить свои работы на выставке Salon des Cent в 1896 году, а затем, в 1897 году, организовать в той же галерее крупную ретроспективную выставку, на которой было представлено 448 работ. Журнал La Plume выпустил специальный номер, посвященный его творчеству, а его выставка побывала в Вене, Праге, Мюнхене, Брюсселе, Лондоне и Нью-Йорке, что принесло ему международную известность.

The success of the Bernhardt posters brought Mucha commissions for advertising posters. He designed posters for JOB cigarette papers, Ruinart Champagne, Lefèvre Utile biscuits, Nestlé baby food, Idéal Chocolate, the Beers of the Meuse, Moët Chandon champagne, Trappestine brandy, and Waverly and Perfect bicycles. With Champenois, he also created a new kind of product, a decorative panel, a poster without text, purely for decoration. They were published in large print runs for a modest price. The first series was The Seasons, published in 1896, depicting four different women in extremely decorative floral settings representing the seasons of the year. In 1897 he produced an individual decorative panel of a young woman in a floral setting, called Reverie, for Champenois. He also designed a calendar with a woman's head surrounded by the signs of the zodiac. The rights were resold to Léon Deschamps, the editor of the arts review La Plume, who brought it out with great success in 1897. The Seasons series was followed by The Flowers, The Arts (1898), The Times of Day (1899), Precious Stones (1900), and The Moon and the Stars (1902). Between 1896 and 1904 Mucha created over one hundred poster designs for Champenois. These were sold in various formats, ranging from expensive versions printed on Japanese paper or vellum, to less expensive versions which combined multiple images, to calendars and postcards. His posters focused almost entirely on beautiful women in lavish settings with their hair usually curling in arabesque forms and filling the frame. His poster for the railway line between Paris and Monaco Monte Carlo (1897) did not show a train or any identifiable scene of Monaco or Monte Carlo; it showed a beautiful young woman in a kind of reverie, surrounded by swirling floral images, which suggested the turning wheels of a train. The fame of his posters led to success in the art world; he was invited by Deschamps to show his work in the Salon des Cent exhibition in 1896, and then, in 1897, to have a major retrospective in the same gallery showing 448 works. The magazine La Plume made a special edition devoted to his work, and his exhibition traveled to Vienna, Prague, Munich, Brussels, London, and New York, giving him an international reputation.

Всемирная выставка 1900 года в Париже

Всемирная выставка в Париже 1900 года, прославленная как первая масштабная демонстрация модерна, предоставила Мухе возможность двигаться в совершенно ином направлении – к созданию крупных исторических полотен, которыми он восхищался в Вене. Она также позволила ему выразить свой чешский патриотизм. Его иностранное имя вызвало множество спекуляций во французской прессе, что его сильно беспокоило. Сара Бернхардт выступила в его защиту, заявив в газете La France, что Муха – «чех из Моравии не только по рождению и происхождению, но и по чувствам, убеждениям и патриотизму». Он обратился к австрийскому правительству и получил заказ на создание росписей для павильона Боснии и Герцеговины на выставке. В этом павильоне были представлены образцы промышленности, сельского хозяйства и культуры этих провинций, которые в 1878 году, согласно Берлинскому договору, были отняты у Турции и переданы под опеку Австрии. Временное здание, возведенное для выставки, имело три больших зала с двумя уровнями, потолком высотой более двенадцати метров и естественным освещением через световые люки. Его опыт в оформлении театральных постановок дал ему возможность быстро создавать масштабные картины. Изначальной задумкой Мухи была серия фресок, изображающих страдания славянского населения региона, вызванные оккупацией иностранными державами. Спонсоры выставки, австрийское правительство – новый оккупант региона, – сочли эту идею излишне пессимистичной для Всемирной выставки. Он изменил проект, чтобы изобразить будущее общество на Балканах, где католики, православные христиане и мусульмане жили бы в гармонии; этот вариант был принят, и он приступил к работе. Муха немедленно отправился на Балканы, чтобы сделать эскизы балканских костюмов, церемоний и архитектуры, которые он использовал в своей новой работе. Его оформление включало одну большую аллегорическую картину – «Босния предлагает свои продукты Всемирной выставке», а также дополнительный набор фресок на трех стенах, демонстрирующих историю и культурное развитие региона. Он незаметно включил в арочную полосу в верхней части фрески некоторые изображения страданий боснийцев под иностранным правлением. Как и в театральных работах, он часто фотографировал позирующих моделей и писал с них, упрощая формы. Несмотря на то, что в картинах изображались драматические события, общее впечатление от них было спокойным и гармоничным. Помимо фресок, Муха также разработал меню для ресторана Боснийского павильона. Его работы были представлены в различных формах на выставке. Он создал плакаты для официального участия Австрии в выставке, меню для ресторана в боснийском павильоне и меню для официального торжественного банкета. Он разработал экспозиции для ювелира Жоржа Фуке и парфюмера Хубиганта, с использованием статуэток и панно с изображением женщин, символизирующих ароматы розы, апельсинового цвета, фиалки и лютика. Его более серьезные художественные работы, включая рисунки для Le Pater, были представлены в Австрийском павильоне и в австрийской секции Гран-Пале. Его работа на выставке принесла ему звание рыцаря ордена Франца Иосифа от австрийского правительства и орден Почетного легиона от французского правительства. В ходе выставки Муха предложил еще один необычный проект. Французское правительство планировало снести Эйфелеву башню, построенную специально для выставки, сразу после ее окончания. Муха предложил заменить верхнюю часть башни скульптурным памятником человечеству, возведенным на пьедестале. Башня оказалась популярной как среди туристов, так и среди парижан, и Эйфелева башня осталась стоять после окончания выставки.

The Paris Universal Exposition of 1900, famous as the first grand showcase of the Art Nouveau, gave Mucha an opportunity to move in an entirely different direction, toward the large scale historical paintings which he had admired in Vienna. It also allowed him to express his Czech patriotism. His foreign name had caused much speculation in the French press, which distressed him. Sarah Bernhardt stood up on his behalf, declaring in La France that Mucha was "a Czech from Moravia not only by birth and origin, but also by feeling, by conviction and by patriotism." He applied to the Austrian government and received a commission to create murals for the Pavilion of Bosnia and Herzegovina at the Exposition. This pavilion displayed examples of industry, agriculture and culture of these provinces which in 1878, by the Treaty of Berlin, had been taken away from Turkey and put under the tutorship of Austria. The temporary building built for the Exposition had three large halls with two levels, with a ceiling more than twelve meters high, and with natural light from skylights. His experience in theater decoration gave him the ability to paint large scale paintings in a short period of time. Mucha's original concept was a group of murals depicting the suffering of the Slavic inhabitants of the region caused by the occupation by foreign powers. The sponsors of the exhibit, the Austrian government, the new occupier of the region, declared that this was a little pessimistic for a World's Fair. He changed his project to depict a future society in the Balkans where Catholic and Orthodox Christians and Muslims lived in harmony together; this was accepted, and he began work. Mucha immediately departed for the Balkans to make sketches of Balkan costumes, ceremonies and architecture which he put into his new work. His decoration included one large allegorical painting, Bosnia Offers Her Products to the Universal Exposition, plus an additional set of murals on three walls, showing the history and cultural development of the region. He did discreetly include some images of the sufferings of the Bosnians under foreign rule which appear in the arched band at the top of the mural. As he had done with his theater work, he often took photographs of posed models, and painted from them, simplifying the forms. While the work depicted dramatic events, the overall impression given by the work was one of serenity and harmony. In addition to the murals, Mucha also designed a menu for the restaurant of the Bosnia Pavilion. His work appeared in many forms at the Exposition. He designed the posters for the official Austrian participation in the Exposition, the menu for the restaurant at the Bosnian pavilion, and menu for the official opening banquet. He produced displays for the jeweler Georges Fouquet and the perfume maker Houbigant, with statuettes and panels of women depicting the scents of rose, orange blossom, violet and buttercup. His more serious art works, including his drawings for Le Pater, were shown in the Austrian Pavilion and in the Austrian section of the Grand Palais. His work at the Exposition earned him the title of Knight of the Order of Franz Joseph from the Austrian government, and the Legion of Honour from the French government. During the course of the Exposition, Mucha proposed another unusual project. The French Government planned to take down the Eiffel Tower, built especially for the Exposition, as soon as the Exposition ended. Mucha proposed that, after the Exposition, the top of the tower should be replaced by a sculptural monument to humanity be constructed on the pedestal. The tower proved to be popular with both tourists and Parisians, and the Eiffel Tower remained after the Exhibit ended.

Ювелирные изделия и сотрудничество с Фуке

Муча интересовался ювелирным искусством. Его книга 1902 года «Документы декоративные» содержала пластины с изысканными эскизами брошей и других украшений, с кружащимися арабесками и растительными мотивами, инкрустированными эмалью и цветными камнями. В 1899 году он сотрудничал с ювелиром Жоржем Фуке, чтобы создать браслет для Сары Бернхардт в форме змеи из золота и эмали, напоминающий театральные украшения, которые Бернхардт носила в роли Медеи. По словам Джири Мухи, этот браслет был сделан, чтобы скрыть артритное поражение запястья Бернхардт. Спиралевидная форма змеи отсылает к характерному вихревому стилю живописи Мухи в стиле модерн. Каскадный кулон, разработанный Мухой для Фуке (1900), выполнен в виде водопада и состоит из золота, эмали, опалов, мелких бриллиантов, паильонов и барочного или неправильной формы жемчуга. После выставки 1900 года Фуке решил открыть новый магазин по адресу 6 Rue Royale, напротив ресторана Maxim's. Он попросил Муху разработать дизайн интерьера. Главными элементами дизайна были два павлина – традиционный символ роскоши, выполненные из бронзы и дерева с цветным стеклом. Рядом располагался фонтан в форме раковины с тремя горгульями, извергающими воду в бассейны, окружающие статую обнаженной женщины. Интерьер салона дополнили резные украшения и витражи, тонкие колонны с растительным орнаментом и потолок с лепными цветочными и растительными элементами. Это стало апогеем декоративного стиля модерн. Салон открылся в 1901 году, как раз в период, когда вкусы начали меняться, отходя от модерна в сторону более натуралистичных мотивов. В 1923 году салон был разобран и заменен более традиционным дизайном магазина. К счастью, большая часть оригинального декора сохранилась и была передана в дар музею Карнавале в Париже в 1914 и 1949 годах, где ее можно увидеть и сегодня.

Документы Декоративные и учебные материалы

Следующим проектом Мухи стала серия из семидесяти двух печатных листов с акварельными эскизами, названная «Декоративные документы», опубликованная в 1902 году издательством Librarie Centrale des Beaux arts. Они демонстрировали возможности использования цветочных, растительных и природных форм в оформлении и декоративных предметах. Примерно в 1900 году он начал преподавать в Академии Коларосси, где сам когда-то учился, только что приехав в Париж. В каталоге его курс был описан следующим образом: «Цель курса Мухи – предоставить студентам необходимые знания для художественного оформления, применимые к декоративным панно, витражам, фарфору, эмалям, мебели, ювелирным изделиям, плакатам и т.д.»

"Ле Патер"

Муча получал значительный доход от своей театральной и рекламной работы, но он стремился ещё больше к признанию как серьёзный художник и философ. Он был преданным католиком, но также интересовался мистицизмом. В январе 1898 года он вступил в парижскую масонскую ложу Великого Востока Франции. Незадолго до выставки 1900 года, как он писал в своих мемуарах, «я не находил настоящего удовлетворения в своей прежней работе. Я понял, что мой путь лежит в другом месте, немного выше. Я искал способ распространить свет, который проникал бы даже в самые тёмные уголки. Мне не пришлось долго искать. "Отче наш" (Молитва Господня): почему бы не выразить эти слова в изобразительной форме?». Он обратился к своему издателю Анри Пьяцце и предложил книгу, сформулировав свою идею так: «Сначала обложка с символическим орнаментом; затем тот же орнамент, развитый в вариациях на каждой строке молитвы; страница, объясняющая каждую строку в каллиграфической форме; и страница, передающая идею каждой строки в виде изображения». "Le Pater" был опубликован 20 декабря 1899 года тиражом всего 510 экземпляров. Оригинальные акварельные рисунки страниц были выставлены в австрийском павильоне на выставке 1900 года. Он считал "Le Pater" своим печатным шедевром и упомянул о нём в New York Sun от 5 января 1900 года как о произведении, в которое он «вложил свою душу». Критик Шарль Массон, рецензировавший книгу в журнале "Искусство и Декорация", написал: «В этом человеке есть дар провидения; это творение воображения, о котором не подозревают те, кто знает лишь его талант создавать приятные и очаровательные вещи».

Американские путешествия и брак

В марте 1904 года Муха отплыл в Нью-Йорк, начав свой первый визит в Соединенные Штаты. Его целью было найти финансирование для своего грандиозного проекта «Славянский эпос», который он задумал во время Всемирной выставки 1900 года. У него были рекомендательные письма от баронессы Соломон де Ротшильд. По прибытии в Нью-Йорк он уже был знаменитостью в США – его плакаты широко выставлялись во время ежегодных американских гастролей Сары Бернхардт с 1896 года. Он арендовал студию недалеко от Центрального парка в Нью-Йорке, писал портреты, давал интервью и читал лекции. Он также наладил контакты с панславянскими организациями. На одном из панславянских банкетов в Нью-Йорке он встретил Чарльза Ричарда Крейна, состоятельного бизнесмена и филантропа, страстного славянофила. Крейн заказал Мухе портрет своей дочери в традиционном славянском стиле. Более того, он разделил энтузиазм Мухи по поводу серии монументальных полотен, посвященных славянской истории, и стал его главным меценатом. При разработке чехословацких банкнот Муха использовал портрет дочери Крейна в качестве модели для Славии на банкноте номиналом 100 корон. В 2021 году было объявлено о поиске нового постоянного места для размещения полотен в центре Праги, завершение которого запланировано на 2026 год. Параллельно работе над «Славянским эпосом» Муха выполнял заказы для чешского правительства. В 1918 году он разработал дизайн банкноты в кронах с изображением Славии, дочери своего американского покровителя Чарльза Крейна. Он также создал почтовые марки для своей новой страны. Он отказывался от коммерческих заказов, но иногда создавал плакаты для благотворительных и культурных мероприятий, таких как лотерея Союза Юго-Западной Моравии, и для культурных событий в Праге.

Последние годы и смерть

В политических потрясениях 1930-х годов творчество Мухи не получило широкого признания в Чехословакии. Однако в 1936 году в парижском музее Jeu de Paume состоялась крупная ретроспективная выставка, на которой было представлено 139 работ, включая три полотна из цикла «Славянская эпопея». В 1930-е годы Гитлер и нацистская Германия стали угрожать Чехословакии. Муха начал работу над новой серией – триптихом, изображающим Эпоху Разума, Эпоху Мудрости и Эпоху Любви, над которым он трудился с 1936 по 1938 год, но так и не завершил его. 15 марта 1939 года немецкая армия вошла в Прагу, и Гитлер в Пражском Граде объявил земли бывшей Чехословакии частью Великого Германского рейха под названием Протекторат Богемии и Моравии. Роль Мухи как славянского националиста и масона сделала его приоритетной целью. Он был арестован, допрошен в течение нескольких дней и освобожден. К тому времени его здоровье было подорвано. Он заболел пневмонией и скончался 14 июля 1939 года, за 10 дней до своего 79-летия и более чем за месяц до начала Второй мировой войны. Несмотря на запрет на публичные собрания, на его погребении на кладбище Славин на Вышеграде, предназначенном для выдающихся деятелей чешской культуры, присутствовала огромная толпа.

Наследие

Муха был и остаётся широко известным своими работами в стиле модерн, что его огорчало. По словам его сына и биографа, Жири Мухи, он невысоко оценивал модерн. «Что такое модерн?» – спрашивал он. – «Искусство не может быть новым». Больше всего он гордился своей работой как исторического живописца. Хотя сегодня его творчество пользуется большой популярностью, при жизни Муха считался устаревшим художником. Его сын, писатель Жири Муха, посвятил значительную часть своей жизни написанию о нём и привлечению внимания к его произведениям. В своей стране новые власти не проявляли интереса к Мухе. «Славянский эпос» был свёрнут и хранился в течение двадцати пяти лет, прежде чем его представили публике в Моравском Крумлове. Национальная галерея в Праге сейчас экспонирует «Славянский эпос» и обладает крупной коллекцией работ Мухи. Мухе также приписывают возрождение движения чешского масонства. Музей Мухи, единственный музей, посвящённый творчеству художника, открылся в Праге в 1998 году. Одной из крупнейших коллекций работ Мухи владеет Иван Лендль, профессиональный теннисист, девять лет занимавший первое место в мировом рейтинге, который начал собирать его произведения после встречи с Жири Мухой в 1982 году. Эта коллекция была впервые выставлена публично в 2013 году в Праге. 24 июля 2010 года Google отметил 150-летие Альфонса Мухи, разместив дудл на своей главной странице.