Гримке: Первые американские аболиционистки и феминистки

Введение

Белые американские женщины-защитницы отмены рабства и прав женщин

Сестры Гримке, Сара Мур Гримке (1792–1873) и Анджелина Эмили Гримке (1805–1879), были первыми широко известными белыми американками, выступавшими за отмену рабства и права женщин на национальном уровне. Они были ораторами, писателями и педагогами. Они были и остались единственными белыми женщинами с Юга в аболиционистском движении. Как первые американки, предпринявшие тур с публичными выступлениями, они проложили путь для участия женщин в общественной жизни. Будучи первыми женщинами-агентами против рабства, они рано осознали связь между гражданскими правами афроамериканцев и гражданскими правами женщин. Памфлет Сары Гримке «Равенство полов и положение женщин» представляет собой первое серьезное обсуждение прав женщин, написанное американской женщиной. Они выросли в семье рабовладельцев в Южной Каролине и в возрасте двадцати лет стали частью значительной общины квакеров в Филадельфии. Они глубоко вовлеклась в аболиционистское движение, путешествуя с лекциями и рассказывая о своем личном опыте рабства на семейной плантации. Среди первых американок, публично участвовавших в движениях за социальные реформы, они подвергались насмешкам за свою аболиционистскую деятельность. Они стали одними из первых активисток движения за права женщин. Вместе с Уэлдом (см. ниже) они в конечном итоге основали частную школу. Узнав, что у их покойного брата было трое сыновей смешанной расы, чьей матерью была одна из его рабынь, они помогли мальчикам получить образование на Севере. Арчибальд и Фрэнсис Дж. Гримке остались на Севере, Фрэнсис стал пресвитерианским пастором, а их младший брат Джон вернулся на Юг.

Ранние годы и образование

Судья Джон Фохер Гримке, отец сестер Гримке, был ярым сторонником рабства. Состоятельный плантатор, владевший несколькими успешными плантациями и сотнями рабов, Гримке имел 14 детей от жены и как минимум троих детей от порабощенных женщин. (См. «Дети плантации»). Трое детей умерли в младенчестве. Гримке занимал должность главного судьи Верховного суда Южной Каролины. Их дядя, Бенджамин Смит, был губернатором Северной Каролины. Сара была шестым ребенком, а Анжелина – тринадцатым. Сара мечтала стать адвокатом и пойти по стопам отца. Она постоянно изучала книги в отцовской библиотеке, самостоятельно осваивая географию, историю и математику, но отец не разрешал ей изучать латынь или поступать в колледж вместе со своим братом Томасом, который учился в Йельской юридической школе. Тем не менее, отец ценил ее острый ум и говорил, что если бы она была мужчиной, она стала бы величайшим адвокатом в Южной Каролине. После завершения учебы Сара умоляла родителей позволить ей стать крестной матерью Анжелины. Она стала образцом для подражания для своей младшей сестры, и эти две сестры поддерживали близкие отношения на протяжении всей жизни. Анжелина часто называла Сару «мамой».

Социальная активность

Саре было двадцать шесть лет, когда она сопровождала своего отца, нуждавшегося в медицинской помощи, в Филадельфию, штат Пенсильвания, где познакомилась с квакерами. Квакеры придерживались либеральных взглядов на рабство и гендерное равенство, и Сара была очарована их религиозной искренностью и простотой, а также их неприятием гендерного неравенства и рабства. Вследствие смерти отца Саре пришлось покинуть Филадельфию в 1818 году и вернуться в Чарльстон. Там её аболиционистские взгляды окрепли, и она оказала влияние на Анджелину. Сара окончательно покинула Чарльстон в 1821 году и переехала в Филадельфию, где к ней присоединилась Анджелина в 1829 году. Сестры активно включились в квакерскую общину. В 1835 году Анджелина написала письмо Уильяму Ллойду Гаррисону, редактору и издателю газеты "Освободитель", которое он опубликовал без её разрешения. Поскольку квакеры того времени строго придерживались традиционных правил приличия и требовали согласия всех членов общины перед публичными выступлениями, обе сестры были немедленно осуждены квакерским сообществом, но в то же время привлекли внимание аболиционистского движения. Сестрам предстояло сделать выбор: отказаться от своих убеждений и остаться членами квакерской общины или активно бороться против рабства. Они выбрали второй путь. Элис С. Росси отмечает, что этот выбор "похоже, освободил обеих сестер для быстрого осознания множества ограничений, налагаемых на их жизнь. Их физические и интеллектуальные силы вскоре полностью раскрылись, словно они и их идеи были внезапно освобождены после долгого периода созревания". Аболиционист Теодор Велд, который впоследствии женился на Анджелине, обучил их выступать с речами против рабства. Впервые в жизни они оказались в окружении единомышленников, что придало сестрам сил. В 1836 году квакеры вновь осудили Сару за попытку обсудить отмену рабства на собрании. Следуя примеру афроамериканской ораторши Марии Стюарт из Бостона, сестры Гримке стали одними из первых женщин, выступавших с публичными речами в Соединенных Штатах. Сначала они выступали на "салонных собраниях" или "кружках рукоделия", состоявших только из женщин, что считалось приличным. Заинтересованные мужчины часто проникали на эти собрания. Сестры привлекли внимание своим происхождением и тем, что принадлежали к классу владельцев рабов, происходивших из богатой семьи плантаторов. По мере увеличения аудитории сестры Гримке стали выступать перед смешанной аудиторией (мужчинами и женщинами). Они бросили вызов социальным устоям двумя способами: во-первых, они выступали за движение против рабства в то время, когда это было непопулярно; многие мужчины, выступавшие с публичными речами по этому вопросу, подвергались критике в прессе. Во-вторых, сам факт их публичных выступлений подвергался критике, поскольку считалось, что это недопустимо для женщин. Группа священнослужителей написала письмо, ссылаясь на Библию и упрекая сестер за то, что они вышли за пределы "надлежащей сферы женщины", которая характеризовалась молчанием и подчинением. Они поняли, что женщины угнетены и, не имея власти, не могут решать или исправлять несправедливость общества. Они стали убежденными феминистками. Анжелина Гримке написала свой первый трактат "Обращение к христианским женщинам Юга" (1836), чтобы призвать женщин Юга присоединиться к движению за отмену рабства ради благополучия белых женщин, а также черных рабов. Она обращалась к южным женщинам в сестринском, разумном тоне. Она начала свою работу с демонстрации того, что рабство противоречит Декларации независимости Соединенных Штатов и учению Христа. Она обсудила ущерб, наносимый как рабам, так и обществу. Она выступала за обучение рабов чтению и освобождение любых рабов, которыми могли владеть её читатели. Хотя законы рабовладельческих штатов ограничивали или запрещали оба этих действия, она призывала своих читателей игнорировать несправедливые законы и делать то, что правильно. "Последствия, друзья мои, не зависят от вас больше, чем от апостолов. Наш долг – выполнять его, а исход – в руках Бога". В заключение она призвала своих читателей "восстать и подготовиться к этой великой моральной борьбе". Сестры вызвали еще больше споров, когда Сара опубликовала "Послание к духовенству южных штатов" (1836), а Анджелина переиздала свой "Обращение" в 1837 году. В том же году они отправились в лекционный тур, выступая в конгрегационалистских церквях на Северо-востоке. Помимо осуждения рабства, сестры осуждали расовую предвзятость. Более того, они утверждали, что (белые) женщины имеют естественную связь с рабынями. Эти последние две идеи были радикальными даже для радикальных аболиционистов. Их публичные выступления в поддержку аболиционистского движения продолжали вызывать критику, и каждая атака делала сестер Гримке более решительными. В ответ на критику Кэтрин Бичер за свои публичные выступления Анджелина написала серию писем Бичер, которые впоследствии были опубликованы под названием "Письма к Кэтрин Бичер", в которых она твердо защищала аболиционистское движение и свое право публично выступать в его защиту. К концу года сестры подвергались осуждению с конгрегационалистских кафедр. В следующем году Сара ответила на нападки священнослужителей, написав серию писем, адресованных президенту аболиционистского общества, которое спонсировало их выступления. Эти письма стали известны как "Письма о равенстве полов", в которых она защищала право женщин на публичную трибуну. К 1838 году тысячи людей стекались, чтобы послушать их бостонскую серию лекций. В 1839 году сестры вместе с Велдом опубликовали "Американское рабство таким, какое оно есть: свидетельства тысячи свидетелей", сборник свидетельств очевидцев и объявлений из южных газет. До 1854 года Теодор часто отсутствовал дома, либо в лекционном туре, либо в Вашингтоне, округ Колумбия. После этого финансовые трудности заставили его заняться более прибыльной профессией. В течение некоторого времени они жили на ферме в Нью-Джерси и руководили пансионом. Многие аболиционисты, в том числе Элизабет Кэди Стэнтон, отправляли туда своих детей. В конечном итоге это превратилось в кооператив "Raritan Bay Union". Хотя сестры больше не выступали с лекциями, они продолжали активно участвовать в аболиционистском и феминистском движении. Ни Сара, ни Анджелина изначально не стремились стать феминистками, но считали эту роль неизбежной. Будучи глубоко религиозными, работы этих обращенных квакеров в основном носят религиозный характер, с сильными библейскими аргументами. Действительно, как их аболиционистские настроения, так и их феминизм проистекали из глубоко укоренившихся религиозных убеждений. И Сара, которая в конечном итоге отдавала предпочтение феминизму перед аболиционизмом, и Анджелина, которая оставалась в основном заинтересованной в аболиционистском движении, были влиятельными писателями. Они четко сформулировали аболиционистские аргументы, которые в конечном итоге привели к Гражданской войне. Работа Сары затронула многие вопросы, которые были знакомы феминистскому движению конца 20-го века, спустя 150 лет. Перед Гражданской войной сестры узнали, что их покойный брат Генри состоял в отношениях с Нэнси Уэстон, рабыней смешанной расы, после того, как овдовел. Они жили вместе и имели трех сыновей смешанной расы: Арчибальда, Фрэнсиса и Джона (родившегося через несколько месяцев после смерти отца). Сестры организовали обучение для двух старших племянников и помогали им материально. Фрэнсис Дж. Гримке стал пресвитерианским священником, окончившим Университет Линкольна (Пенсильвания) и Принстонскую теологическую семинарию. В декабре 1878 года Фрэнсис женился на Шарлотте Фортен, известном педагоге и писательнице, и у них была одна дочь, Теодора Корнелия, которая умерла в младенчестве. Арчибальд также окончил Университет Линкольна, а затем Гарвардскую школу права; он служил американским консулом в Доминиканской Республике с 1894 по 1898 год. Дочь Арчибальда, Анджелина Велд Гримке (названная в честь своей тети), стала известной поэтессой. Когда Саре было почти 80 лет, чтобы проверить действие 15-й поправки, сестры безуспешно попытались проголосовать.

Sarah was twenty six when she accompanied her father, who was in need of medical attention, to Philadelphia, Pennsylvania, where she became acquainted with the Quakers. The Quakers had liberal views on slavery and gender equality, and Sarah was fascinated with their religious sincerity and simplicity, and also their disapproval of gender inequality and slavery. Because of her father's death, Sarah had to leave Philadelphia in 1818 and return to Charleston. There her abolitionist views grew stronger, while she also influenced Angelina. Sarah left Charleston for good in 1821, and relocated to Philadelphia, where Angelina joined her in 1829. The sisters became very involved in the Quaker community. In 1835 Angelina wrote a letter to Wm. Lloyd Garrison, editor and publisher of The Liberator, which he published without her permission. As Quakers of the time were strict on traditional manners, as well as on individuals' deference to all decisions of the congregation before taking public actions, both sisters were immediately rebuked by the Quaker community — yet sought out by the abolitionist movement. The sisters had to choose: recant and become members in good standing in the Quaker community, or actively work to oppose slavery. They chose the latter course. Alice S. Rossi says that this choice "seemed to free both sisters for a rapidly escalating awareness of the many restrictions upon their lives. Their physical and intellectual energies were soon fully expanded, as though they and their ideas had been suddenly released after a long period of germination." Abolitionist Theodore Weld, who would later marry Angelina, trained them to be abolition speakers. Contact with like minded individuals for the first time in their lives enlivened the sisters. Sarah was rebuked again in 1836 by Quakers when she tried to discuss abolition in a meeting. Following the earlier example of the African American orator Maria W. Stewart of Boston, the Grimké sisters were among the first female public speakers in the United States. They first spoke to "parlor meetings" or "sewing circles," of women only, as was considered proper. Interested men frequently sneaked into the meetings. The sisters gained attention because of their class and background in having slaves, and coming from a wealthy planter family. As they attracted larger audiences, the Grimké sisters began to speak in front of mixed audiences (both men and women). They challenged social conventions in two ways: first, speaking for the antislavery movement at a time when it was not popular to do so; many male public speakers on this issue were criticized in the press. Secondly, their very act of public speaking was criticized, as it was not believed suitable for women. A group of ministers wrote a letter citing the Bible and reprimanding the sisters for stepping out of the "woman's proper sphere," which was characterized by silence and subordination. They came to understand that women were oppressed and, without power, women could not address or right the wrongs of society. They became ardent feminists. Angelina Grimké wrote her first tract, Appeal to the Christian Women of the South (1836), to encourage Southern women to join the abolitionist movement for the sake of white womanhood as well as black slaves. She addressed Southern women in sisterly, reasonable tones. She began her piece by demonstrating that slavery was contrary to the United States' Declaration of Independence and to the teachings of Christ. She discussed the damage both to slaves and to society. She advocated teaching slaves to read, and freeing any slaves her readers might own. Although legal codes of slave states restricted or prohibited both of these actions, she urged her readers to ignore wrongful laws and do what was right. "Consequences, my friends, belong no more to you than they did to [the] apostles. Duty is ours and events are God's." She closed by exhorting her readers to "arise and gird yourselves for this great moral conflict." The sisters created more controversy when Sarah published Epistle to the Clergy of the Southern States (1836) and Angelina republished her Appeal in 1837. That year they went on a lecture tour, addressing Congregationalist churches in the Northeast. In addition to denouncing slavery, the sisters denounced race prejudice. Further, they argued that (white) women had a natural bond with female black slaves. These last two ideas were extreme even for radical abolitionists. Their public speaking for the abolitionist cause continued to draw criticism, each attack making the Grimké sisters more determined. Responding to an attack by Catharine Beecher on her public speaking, Angelina wrote a series of letters to Beecher, later published with the title Letters to Catharine Beecher; staunchly defending the abolitionist cause and her right to publicly speak for that cause. By the end of the year, the sisters were being denounced from Congregationalist pulpits. The following year Sarah responded to the ministers' attacks by writing a series of letters addressed to the president of the abolitionist society which sponsored their speeches. These became known as Letters on the Equality of the Sexes, in which she defended women's right to the public platform. By 1838, thousands of people flocked to hear their Boston lecture series. In 1839 the sisters, with Weld, published American Slavery as It Is: Testimony of a Thousand Witnesses, a collection of eyewitness testimony and advertisements from Southern newspapers. Until 1854, Theodore was often away from home, either on the lecture circuit or in Washington, DC. After that, financial pressures forced him to take up a more lucrative profession. For a time they lived on a farm in New Jersey and operated a boarding school. Many abolitionists, including Elizabeth Cady Stanton, sent their children to the school. Eventually, it developed as a cooperative, the Raritan Bay Union. Although the sisters no longer spoke on the lecture circuit, they continued to be privately active as both abolitionists and feminists. Neither Sarah nor Angelina initially sought to become feminists, but felt the role was unavoidable. Devoutly religious, these Quaker converts' works are predominantly religious in nature, with strong Biblical arguments. Indeed, both their abolitionist sentiments and their feminism sprang from deeply held religious convictions. Both Sarah, who eventually emphasized feminism over abolitionism, and Angelina, who remained primarily interested in the abolitionist movement, were powerful writers. They neatly summarized the abolitionist arguments which would eventually lead to the Civil War. Sarah's work addressed many issues that are familiar to the feminist movement of the late 20th century, 150 years later. Before the Civil War, the sisters discovered that their late brother Henry had had a relationship with Nancy Weston, an enslaved mixed race woman, after he became a widower. They lived together and had three mixed race sons: Archibald, Francis, and John (who was born a couple of months after their father died). The sisters arranged for the oldest two nephews to come north for education and helped support them. Francis J. Grimké became a Presbyterian minister who graduated from Lincoln University (Pennsylvania) and Princeton Theological Seminary. In December 1878, Francis married Charlotte Forten, a noted educator and author, and had one daughter, Theodora Cornelia, who died as an infant. Archibald also graduated from Lincoln University, followed by Harvard Law School; he served as American Consul to the Dominican Republic from 1894 to 1898. The daughter of Archibald, Angelina Weld Grimké (named after her aunt), became a noted poet. When Sarah was nearly 80, to test the 15th Amendment, the sisters attempted, unsuccessfully, to vote.

Наследие

В 1880 году Теодор Велд опубликовал книгу под названием «В памяти: Анджелина Гримке Велд». Первый том «Истории женского избирательного права», опубликованный в 1881 году, посвящен памяти сестер Гримке, среди прочих. В 1973 году Рут Бадер Гинзбург процитировала Сару Гримке, сказавшую: «Я не прошу никаких льгот для моего пола. Все, о чем я прошу наших братьев, – это чтобы они сняли ноги с наших шей», когда Гинзбург выступила со своими первыми устными аргументами в Верховном суде по делу Frontiero v. Richardson; эту же фразу произнесла актриса, играющая Гинзбург, в фильме RBG (2018). Сестры Гримке и Теодор Дуайт Велд заметно фигурируют в юношеской книге Бетти Андервуд «Кузница и лес» (1975). Анжелина Гримке увековечена в художественном произведении Джуди Чикаго «Ужин» (1979). В 1998 году сестры Гримке были включены в Национальный Зал славы женщин. Сестры Гримке выступают в качестве главных героинь в пьесе Айна Гордона 2013 года «Если бы она стояла», написанной по заказу Художественного центра Painted Bride в Филадельфии. Роман Сью Монк Кидд «Изобретение крыльев» (2014) основан на жизни Сары Гримке. В 2016 году Анжелина Гримке была включена в Национальный Зал славы аболиционистов. «Сестры Гримке за работой над книгой Теодора Дуайта Уэлда «Американское рабство, каким оно есть» (1838)» – стихотворение Мелисы Рэндж, опубликованное в выпуске журнала The Nation от 30 сентября 2019 года. В ноябре 2019 года вновь построенный мост через реку Непонсет в Гайд-парке был переименован в честь сестер Гримке. Теперь он известен как мост сестер Гримке. Память о сестрах Гримке увековечена на Бостонском маршруте женского наследия.

Архивные материалы

Документы семьи Гримке хранятся в Южно-Каролинском историческом обществе, Чарльстон, Южная Каролина. Документы Уэлда и Гримке находятся в библиотеке Уильяма Л. Клеменса, Мичиганский университет, Энн-Арбор, штат Мичиган. Документы Сары Гримке хранятся в библиотеке Техасского университета в Остине, штат Техас. Библиотека Конгресса располагает пятью письмами Сары Гримке к Саре Мапс Дуглас.