Введение
Итальянский реформатский богослов (1499 – 1562)
Петр Мартир Вермигли (8 сентября 1499 – 12 ноября 1562) – итальянский богослов-реформатор. Его ранняя деятельность в качестве реформатора в католической Италии и решение бежать в протестантскую Северную Европу побудили многих других итальянцев к обращению и бегству. В Англии он оказал влияние на Эдвардианскую реформацию, включая евхаристическую службу в Книге общих молитв 1552 года. Он считался авторитетом по Евхаристии среди реформатских церквей и участвовал в полемике по этому вопросу, написав трактаты. "Loci Communes" Вермигли, сборник отрывков из его библейских комментариев, организованных по темам систематического богословия, стал стандартным реформатским богословским учебником. Родившийся во Флоренции, Вермигли вступил в религиозный орден и был назначен на влиятельные должности аббата и приора. Он вступил в контакт с лидерами итальянского движения духовных реформ и читал протестантских богословов, таких как Мартин Буцер и Ульрих Цвингли. Изучая эти труды, Библию и Отцов Церкви, он пришел к принятию протестантских верований о спасении и Евхаристии. Чтобы успокоить свою совесть и избежать преследований со стороны Римской инквизиции, он бежал из Италии в протестантскую Северную Европу. В конечном итоге он прибыл в Страсбург, где преподавал Ветхий Завет Библии под руководством Буцера. Английский реформатор Томас Кранмер пригласил его занять влиятельную должность в Оксфордском университете, где он продолжил преподавать Библию. Он также защищал свои взгляды на Евхаристию против католических сторонников транссубстанциации в публичных диспутах. Вермигли был вынужден покинуть Англию после восшествия на престол католической королевы Марии. Будучи марианским изгнанником, он вернулся в Страсбург и свою прежнюю преподавательскую должность. Взгляды Вермигли на Евхаристию и предопределение противоречили убеждениям ведущих лютеран в Страсбурге, поэтому он переехал в Цюрих, где преподавал до своей смерти в 1562 году. Наиболее известным богословским вкладом Вермигли было отстаивание реформатского учения о Евхаристии против католиков и лютеран. В отличие от католической доктрины о транссубстанциации, Вермигли не верил, что хлеб и вино преобразуются в тело и кровь Христа. Он также не соглашался с лютеранским взглядом, согласно которому тело Христа вездесуще и поэтому может физически присутствовать во время Евхаристии. Вместо этого Вермигли учил, что Христос пребывает на небесах, хотя Он предлагается принимающим Евхаристию и принимается верующими. Вермигли разработал сильную доктрину предопределения независимо от Иоанна Кальвина. Его толкование заключалось в том, что воля Бога определяет избрание и отлучение не избранных. Верования Вермигли схожи, но не идентичны верованиям Кальвина. Политическая теология Вермигли была важна для елизаветинского религиозного урегулирования; он предоставил теологическое обоснование королевского верховенства, доктрины о том, что король территории, а не какая-либо церковная власть, управляет церковью.
Ранние годы жизни (14991525)
Вермигли родился во Флоренции, центре Флорентийской республики, 8 сентября 1499 года в семье Стефано ди Антонио Вермигли, состоятельного сапожника, и Марии Фумантины. На следующий день его крестили как Пьеро Мариано. Он был старшим из трех детей: его сестра Феличита Антонио родилась в 1501 году, а брат Антонио Лоренцо Ромуло – в 1504 году. Мать обучала его латыни, прежде чем отдать в школу для детей знатных флорентийцев. Она умерла в 1511 году, когда Пьеро было двенадцать лет. Вермигли с юных лет испытывал склонность к католическому священству. В 1514 году он стал послушником в монастыре Бадия Фиесолана, принадлежащем к ордену каноников Латерана. Латеранские каноники были одним из нескольких орденов, возникших в результате религиозного реформаторского движения XV века. Они отличались строгой дисциплиной и могли переводиться из монастыря в монастырь, не будучи привязанными к одному месту, как это было принято в бенедиктинском монашестве. Они также стремились к служению в городских поселениях. В том же году сестра Пьеро последовала за ним в монастырь, приняв постриг в качестве монахини. По завершении послушничества в 1518 году Вермигли принял имя Петра Мученика в честь Святого Петра из Вероны, доминиканца XIII века. Латеранская конгрегация недавно решила отправлять перспективных молодых кандидатов в священники в монастырь Святого Иоанна Вердарского в Падуе для изучения Аристотеля, и Вермигли был направлен туда. Университет Падуи, с которым монастырь Святого Иоанна Вердарского был опосредованно связан, в то время был очень престижным учебным заведением. В Падуе Вермигли получил глубокое образование в томистской схоластике и проникся уважением к Августину и христианскому гуманизму. Вермигли был полон решимости читать Аристотеля на языке оригинала, несмотря на отсутствие преподавателей греческого языка, и поэтому занимался самообразованием. Он также познакомился с видными богословами-реформаторами Пьетро Бембо, Реджинальдом Полом и Маркантонио Фламинио.
Раннее итальянское служение (15251536)
Вермигли был рукоположен в 1525 году и, вероятно, получил степень доктора богословия примерно в то же время. Генеральная капитула конгрегации избрала его на должность общественного проповедника в 1526 году. Его первая серия проповедей прозвучала в Брешиа позднее в том же году. Затем он три года проповедовал, путешествуя по северной и центральной Италии. В отличие от практики других проповеднических орденов, которые обычно проповедовали только во время Великого поста и Адвента, августинцы проповедовали круглый год. Он также читал лекции по Библии и по Гомеру в домах Латеранской конгрегации. В 1530 году Вермигли был назначен викарием монастыря Сан-Джованни-ин-Монте в Болонье. Там он изучал иврит у местного еврейского врача, чтобы читать Священное Писание на языке оригинала. Даже среди тех, кто стремился к более глубокому изучению Библии, изучение иврита духовенством было необычным, хотя и не беспрецедентным. В 1533 году генеральная капитула избрала Вермигли аббатом двух Латеранских монастырей в Сполето. На этом посту он также отвечал за два женских монастыря. Дисциплина в монастырях, находившихся под опекой Вермигли, была ослаблена до его прибытия, и они стали источником скандала в Сполето. Существовала также история борьбы за власть между епископом Сполето Франческо Эроли и Сполетской аббатством, до такой степени, что епископ отлучил предшественника Вермигли, но это решение было отменено Римом. Вермигли навел порядок в своих обителях и восстановил отношения с епископом. Генеральная капитула переизбрала Вермигли аббатом Сполетского аббатства в 1534 и снова в 1535 году, но в следующем году он не был избран настоятелем ни одного дома. Возможно, его стали рассматривать как перспективного реформатора, который мог бы помочь в проведении реформ на более высоком уровне. Вермигли поддерживал связь с католическими лидерами, работавшими над Consilium de emendanda ecclesia – внутренним докладом о потенциальных реформах Церкви, заказанным папой Павлом III. Возможно, он даже ездил в Рим, чтобы помочь в его написании.
Первое спорное проповедь и служение в Луке (15371541)
В 1537 году Конгрегация избрала Вермигли аббатом монастыря Сан-Пьетро-ад-Арам в Неаполе. Там он познакомился с Хуаном де Вальдесом, одним из лидеров движения спиритуали. Вальдес познакомил Вермигли с трудами протестантских реформаторов. К концу своего пребывания в Неаполе он прочел комментарии Мартина Буцера к Евангелиям и Псалмам, а также «Commentarius de vera et falsa religione» Цвингли. Чтение этих произведений было актом церковного неповиновения, но не редкостью в реформаторских кругах. Вероятно, Вермигли постепенно склонялся к протестантизму, главным образом благодаря изучению Библии и творений отцов Церкви, особенно Августина. Вероятно, он критически относился к протестантской литературе; это было обычным делом для тех, кто, оставаясь в католической церкви, проявлял реформаторские настроения. В это время Вермигли принял протестантское учение о спасении только верой и, вероятно, отверг традиционное католическое понимание таинств. Вероятно, Вермигли также оказал влияние на Вальдеса. Исследователи полагают, что Вальдес усвоил от Вермигли твердое учение о двойном предопределении, согласно которому Бог избрал одних людей для спасения, а других – для осуждения. В свою очередь, Вермигли почерпнул его из изучения трудов Григория Римини или Фомы Аквинского в Падуе. Отход Вермигли от ортодоксальных католических убеждений стал очевиден в 1539 году, когда он проповедовал на темы 1 Коринфянам 3:9–17 – отрывка, обычно используемого в качестве доказательства доктрины о чистилище. Вермигли не придерживался этой точки зрения в своих проповедях, хотя и не отрицал открыто существование чистилища. Гаетано да Тьене, противник спиритуали, донес о своих подозрениях в отношении Вермигли испанскому вице-королю Неаполя Дону Педро де Толедо, который запретил Вермигли проповедовать. Запрет был снят после обращения Вермигли в Рим, которому помогли влиятельные друзья, приобретенные им в Падуе, такие как кардиналы Поле и Бембо. Несмотря на этот инцидент, Вермигли продолжал продвигаться по служебной лестнице в Латеранской конгрегации. В 1540 году он был назначен одним из четырех визитаторов генеральным капитулом. Визитаторы помогали генеральному ректору, инспектируя религиозные дома конгрегации. В 1541 году конгрегация избрала Вермигли на важный пост приора базилики Сан-Фредиано в Лукке. Приор в Сан-Фредиано осуществлял определенную епископскую власть над половиной города, а также контролировал религиозные дома Латерана. Как и на его предыдущем посту в Сполето, монахи монастыря Сан-Фредиано и духовенство Лукки были известны своим моральным разложением, что привело к восприимчивости к новой лютеранской религии. Вермигли видел свою задачу не только в образовании, но и в моральной коррекции. Он основал колледж, основанный на гуманистических принципах образования и по образцу недавно основанных колледжей Святого Иоанна в Кембридже и Корпус-Кристи в Оксфорде. Обучение велось на греческом, латинском и еврейском языках. Среди профессоров были гуманисты Имманюил Тремеллиус, Паоло Лацици, Целио Секондо Курионе и Джироламо Дзанки, которые впоследствии обратились в протестантизм. Конгрегация признала заслуги Вермигли, назначив его в мае 1542 года в дисциплинарную комиссию из семи каноников.
Бегство из Италии и первое профессорство в Страсбурге (1542-1547)
Вермигли был широко уважаемым и очень осторожным человеком. Ему удалось продолжить свои реформаторские усилия в Лукке, не вызывая подозрений в неортодоксальных взглядах, несмотря на папскую встречу с императором Карлом V, проходившую там в 1541 году. Его падение было вызвано двумя его последователями, один из которых открыто ставил под сомнение папскую власть, а другой совершал протестантское таинство Евхаристии. Возрождение Римской инквизиции в 1542 году могло быть отчасти вызвано опасениями, что Лукка и другие города отступят от католической церкви. Власти Луккской республики стали опасаться, что их политическая независимость от Священной Римской империи окажется под угрозой, если их город продолжит считаться убежищем для протестантов. Запреты на протестантские книги, ранее игнорировавшиеся, были введены в действие, отмененные ранее религиозные праздники были восстановлены, а религиозные процессии были запланированы, чтобы заверить Рим в лояльности Лукки. Вермигли был вызван на чрезвычайную сессию Латеранской конгрегации, и его друзья предупредили его о могущественных врагах. Эти все более зловещие события способствовали его решению проигнорировать вызов и бежать, но в конечном итоге его совесть убедила его отказаться от обязательной мессы. 12 августа 1542 года Вермигли бежал из Лукки в Пизу верхом с тремя своими канониками. Там он впервые совершил протестантскую форму Евхаристии. Остановившись во Флоренции и поселившись в Бадии Фиесолана, где он когда-то принял монашеский постриг, Вермигли узнал о прибытии Бернардино Очино. Вермигли убедил Очино, популярного проповедника с протестантскими взглядами, также покинуть Италию. 25 августа Вермигли отправился в Цюрих через Феррару и Верону. По прибытии в Цюрих он был допрошен несколькими протестантскими лидерами, включая Генриха Буллингера, Конрада Пеликана и Рудольфа Гвальтера. В конечном итоге они пришли к выводу, что он может преподавать протестантское богословие, но ни в Цюрихе, ни в Базеле, куда он отправился следом, не было свободных должностей. В письме к своей бывшей пастве в Лукке он объяснил причины своего отъезда и выразил разочарование тем, что не смог найти работу. Базельский гуманист Бонифаций Амербах оказал ему финансовую помощь, а реформатор Освальд Миконий рекомендовал его Мартину Буцеру в Страсбурге, с трудами которого Вермигли уже был знаком. Вермигли переехал в Страсбург и стал близким другом и союзником Буцера, который предоставил ему кафедру Ветхого Завета в старшей школе, сменив Вольфганга Капито. Он начал с лекций о малых пророках, затем перешел к Плачу Иеремии, Бытию, Исходу и Левиту. Вермигли был рад возможности преподавать по оригинальному тексту Ветхого Завета, поскольку многие его ученики умели читать на иврите. Он пользовался любовью студентов и коллег-ученых. Вермигли был известен точностью, простотой и ясностью изложения, в отличие от склонности Буцера к отступлениям, которые иногда сбивали с толку его учеников. Два бывших коллеги Вермигли из Лукки – Лацици и Тремеллиус – присоединились к нему в Страсбурге. В 1544 году он был избран каноником церкви Святого Фомы в Страсбурге. В 1545 году Вермигли женился на своей первой жене, Катерине Даммартен, бывшей монахине из Меца. Катерина не знала итальянского языка, а Пётр – лишь немного немецкого, поэтому предполагается, что они общались на латыни.
Англия (15471553)
В 1547 году на английский престол взошел Эдуард VI, и протестантские реформаторы надеялись воспользоваться этой возможностью для более глубокой реформы Англиканской церкви. Архиепископ Томас Кранмер пригласил Вермигли и Очино оказать содействие в этом деле. Кроме того, победа католического императора Карла V в Шмалькальденской войне и последовавшее за ней Аугсбургское Временное положение привели к неблагоприятной обстановке для протестантов в Германии. Вермигли принял приглашение в ноябре и отплыл с Очино в Англию. В 1548 году он сменил Ричарда Смита, став вторым Регийским профессором богословия в Оксфорде. Это была весьма влиятельная должность в университете, который не спешил принимать реформы. По прибытии в Оксфорд Вермигли начал читать лекции по Первому посланию к Коринфянам, обличая католические доктрины о чистилище, безбрачии духовенства и Великом посте. Затем он выступил против католического учения об Евхаристии – наиболее болезненного вопроса разногласий между протестантами и католиками в Англии того времени. Консервативный профессорский состав во главе со Смитом вызвал Вермигли на формальные дебаты для защиты его взглядов. Смит бежал в Сент-Эндрюс, а затем в Лёвен, прежде чем состоялись бы дебаты, поэтому вместо него выступили три католических богослова – Уильям Трэшем, Уильям Чедси и Морган Филлипс. Дебаты состоялись в 1549 году в присутствии Ричарда Кокса, канцлера университета и убежденного протестанта. Они были сосредоточены на доктрине транссубстанциации, где противники Вермигли отстаивали ее, а он – выступал против. Канцлер Кокс ясно дал понять, что считает аргументы Вермигли более убедительными, но официально не объявил победителя. Эти дебаты выдвинули Вермигли на передний план дискуссий о природе Евхаристии. В 1549 году серия восстаний, известных как Восстание молитвенника, вынудили Вермигли покинуть Оксфорд и поселиться в Ламбетском дворце вместе с Кранмером. Восстание было вызвано консервативной оппозицией литургии на народном языке, введенной вместе с Книгой общих молитв в Пятидесятницу 1549 года. В Оксфорде бунтовщики угрожали Вермигли смертью на улицах. В Ламбете Вермигли помогал Кранмеру в написании проповедей против восстания. По прошествии некоторого времени он вернулся в Оксфорд, где в январе 1551 года был назначен первым каноником Христа Церкви. Вермигли, первый женатый священник в Оксфорде, вызвал споры, поселив свою жену в своих покоях с видом на Рыбную улицу в Большом Четырехугольнике. Его окна неоднократно разбивали, пока он не переехал в кельи, где построил укрепленную каменную студию. Вермигли глубоко вовлечен в английскую церковную политику. В 1550 году он и Мартин Буцер предоставили Кранмеру рекомендации по внесению дополнительных изменений в Евхаристическую литургию Книги общих молитв. Вермигли поддержал позицию церкви в споре о вестментах, касающемся того, должен ли епископ Джон Хупер быть вынужден носить сутану. Вермигли соглашался с желанием Хупера избавить церковь от вычурных одежд, но не считал, что они строго запрещены. Он посоветовал Хуперу уважать власть своих превосходств. Вероятно, Вермигли сыграл важную роль в убеждении Хупера отказаться от своего сопротивления в феврале 1551 года. В октябре 1551 года он участвовал в комиссии по пересмотру канонического права Англии. Зимой он помог в составлении проекта такого свода законов, который был опубликован Джоном Фоксом под названием Reformatio legum ecclesiasticarum в 1552 году. Король Эдуард умер в 1553 году, после чего на престол взошла Мария I Английская, которая выступала против протестантских реформаторов. Вермигли был помещен под домашний арест на шесть месяцев, и его католические противники в Оксфорде, вероятно, казнили бы его, как в конечном итоге казнили Кранмера в 1556 году. Несмотря на этот риск, он согласился на публичные дебаты с Кранмером против нового католического режима, но они так и не состоялись из-за заключения Кранмера в тюрьму. Вермигли смог получить разрешение от Тайного совета покинуть Англию, и Кранмер посоветовал ему это сделать. Жена Вермигли, Екатерина, стала хорошо известна в Оксфорде своей набожностью и служением будущим матерям. Ей также нравилось вырезать лица на косточках слив. Она умерла бездетной в феврале, незадолго до отъезда Вермигли. Вскоре после отъезда Вермигли кардинал Пол приказал выкопать ее тело и выбросить на навозную кучу. После восшествия на престол протестантской королевы Елизаветы в 1558 году ее перезахоронили…
Страсбург и Цюрих (15531562)
Вермигли прибыл в Страсбург в октябре 1553 года, где был восстановлен в должности в старшей школе и начал читать лекции по книге Судей и по «Никомаховой этике» Аристотеля. Вермигли часто собирался с другими изгнанниками, последователями Марии, для совместного изучения и молитвы в своем доме. Его лекции по книге Судей часто касались политических вопросов, актуальных для изгнанников, таких как право сопротивляться тирану. После отъезда Вермигли и смерти Буцера в 1551 году лютеранство усилило свое влияние в Страсбурге под руководством Иоганна Марбаха. Вермигли просили подписать как Аугсбургское исповедание, так и Виттенбергский конкорд в качестве условия восстановления в должности профессора. Он был готов подписать Аугсбургское исповедание, но не Конкордию, которая утверждала реальное присутствие Христа в Евхаристии. Его все равно оставили и переназначили, но споры вокруг Евхаристии, а также твердая доктрина Вермигли о двойном предопределении продолжались среди лютеран. Другой профессор из Страсбурга, Джироламо Дзанки, обратившийся в протестантизм, находясь под руководством Вермигли в Лукке, разделял убеждения Вермигли относительно Евхаристии и предопределения. Дзанки и Вермигли стали друзьями и союзниками. Растущее отдаление Вермигли от лютеранского руководства привело его в 1556 году к принятию предложения Генриха Буллингера преподавать в школе Carolinum в Цюрихе. Джон Джуэл, сосланный вместе с Марией, последовал за ним. В Цюрихе Вермигли сменил Конрада Пеликана на посту руководителя кафедры еврейского языка, который он занимал до самой смерти. В 1559 году он женился на своей второй жене, Катарине Меренде из Брешии (Италия). Вермигли смог разделить свои учебные обязанности с другим знатоком еврейского языка, Теодором Библиандером, что дало ему время для изучения и подготовки заметок к своим предыдущим лекциям для публикации. Он начал читать лекции по книгам Самуила и Царств. Находясь в Цюрихе, Вермигли отклонил приглашения на престижные должности в Женеве, Гейдельберге и Англии. В Цюрихе приняли его взгляды на Евхаристию, но он столкнулся с разногласиями из-за своей доктрины о двойном предопределении. Подобно Иоанну Кальвину, Вермигли верил, что Бог в некотором смысле желает осуждения тех, кто не был избран к спасению. Вермигли пытался избегать конфронтации по этому вопросу, но Библиандер начал открыто нападать на него в 1557 году, однажды, как утверждают, даже вызвав его на дуэль с двусторонним топором. Библиандер придерживался эразмианской точки зрения, что Бог предопределяет к спасению только тех, кто верует в него, а не спасение конкретного человека. Реформированные богословы в то время придерживались различных взглядов на предопределение, а позиция Буллингера была неоднозначной, но они соглашались с тем, что Бог суверенно и безусловно избирает, кого спасти. Они верили, что спасение не основано на каких-либо качествах человека, включая его веру. Буллингер и цюрихская церковь не обязательно соглашались с двойным предопределением Вермигли, но взгляд Библиандера считался неприемлемым. Он был уволен в 1560 году, отчасти чтобы заверить другие реформистские церкви в ортодоксальности цюрихской церкви. Вермигли снова оказался вовлеченным в споры о предопределении, когда Дзанки, оставшийся в Страсбурге после отъезда Вермигли в Цюрих, был обвинен лютеранским Иоганном Марбахом в еретических учениях об Евхаристии и предопределении. Вермигли был выбран для написания официального решения цюрихской церкви по этому вопросу в заявлении, подписанном Буллингером и другими лидерами в декабре 1561 года. Его утверждение о твердой доктрине предопределения отражало мнение цюрихской церкви в целом. Летом 1561 года Вермигли вместе с Теодором Безой посетил неудачную конференцию в Пуасси, проходившую во Франции с целью примирения католиков и протестантов. Он смог беседовать с матерью-королевой Франции Екатериной Медичи на ее родном итальянском языке. Он выступил с речью об Евхаристии, утверждая, что слова Иисуса «это тело Мое» на Тайной Вечере были образными, а не буквальными. Здоровье Вермигли уже ухудшалось, когда он умер от эпидемической лихорадки в 1562 году. Он скончался 12 ноября 1562 года в своем цюрихском доме в присутствии врача Конрада Геснера. Его похоронили в соборе Гроссмюнстер, где его преемник Иосия Симлер произнес похоронную речь, которая была опубликована и является важным источником для более поздних биографий Вермигли. Вермигли имел двоих детей от своей второй жены, Катерины, пока был жив, но они не дожили до младенчества. Через четыре месяца после его смерти у нее родился их третий ребенок, Мария.
Работы
Вермигли известен прежде всего своими "Локи коммун" (лат. "общие места"), собранием тематических дискуссий, разбросанных по его библейским комментариям. "Локи коммун" были составлены гугенотским пастором Робертом Массоном и впервые опубликованы в 1576 году, спустя четырнадцать лет после смерти Вермигли. Вероятно, Вермигли выражал желание опубликовать подобную книгу, и Теодор Беза настоятельно рекомендовал это сделать. Массон, при организации материала, следовал образцу "Институтов христианской религии" Иоанна Кальвина. Пятнадцать изданий "Локи коммун" между 1576 и 1656 годами способствовали распространению влияния Вермигли среди реформированных протестантов. Энтони Мартен перевел "Локи коммун" на английский язык в 1583 году, значительно дополнив его. При жизни Вермигли опубликовал комментарии к книгам "Первое послание к Коринфянам" (1551), "Послание к Римлянам" (1558) и "Судей" (1561). Его коллеги в Страсбурге критиковали его за то, что он на протяжении многих лет не отправлял свои лекции по книгам Библии в печать, а удерживал их у себя. Называя свои конспекты лекций по Бытию, Исходy, Левиту и книгам малых пророков "краткими и поспешными заметками", он испытывал трудности с поиском времени для подготовки их к публикации. После его смерти коллеги отредактировали и опубликовали некоторые из его оставшихся работ по Библии: молитвы на Псалмы (1564), комментарии к книгам Царств (1566), Бытие (1569) и Плач Иеремии (1629). Вермигли придерживался гуманистического акцента на поиске первоначального смысла Писания, в отличие от часто причудливых и произвольных аллегорических толкований средневековой экзегетической традиции. Он иногда прибегал к аллегорическому толкованию для интерпретации Ветхого Завета как типологически предвосхищающего Христа, но не использовал метод четырех смыслов средневековой библейской интерпретации, согласно которому каждый отрывок имеет четыре уровня значения. Знание Вермигли иврита, а также раввинской литературы превосходило знания большинства его современников, включая Кальвина, Лютера и Цвингли. В 1549 году Вермигли опубликовал отчет о диспуте с католиками из Оксфорда по вопросу об Евхаристии, а также трактат, в котором более подробно изложил свою позицию. Диспут в основном касался доктрины о транссубстанциации, которую Вермигли решительно отвергал, однако трактат позволил изложить собственное учение Вермигли об Евхаристии. Евхаристические взгляды Вермигли, выраженные в диспуте и трактате, оказали влияние на изменения в Книге общих молитв 1552 года. В 1559 году Вермигли вновь вмешался в евхаристическую полемику в Англии. Его "Защита против Гардинера" была ответом на "Confutatio Cavillationum" Стефана Гардинера, опубликованную в 1552 и 1554 годах, которая, в свою очередь, была ответом на работу покойного Томаса Кранмера. Объем работы составил 821 фолио-страница, что сделало ее самой объемной работой на эту тему, изданной в период Реформации. Его полемические сочинения по евхаристии изначально были направлены против католиков, но начиная с 1557 года он стал участвовать в дебатах с лютеранами. Многие лютеране в то время утверждали, что тело и кровь Христа физически присутствуют в Евхаристии, поскольку они вездесущи, то есть присутствуют повсюду. В 1561 году Иоганнес Бренц опубликовал работу, защищающую подобную точку зрения, и друзья Вермигли убедили его написать ответ. Результатом стал "Диалог о двух природах во Христе", написанный в форме диалога между Орофетом ("Устанавливающим границы"), защитником реформистского учения о том, что тело Христа физически находится на небесах, и Пантахом ("Вездесущим"), речи которого в значительной степени заимствованы непосредственно из работы Бренца. Бренц опубликовал ответ в 1562 году, на который Вермигли начал готовить опровержение, но умер, не успев его завершить.
Теология
Вермигли был прежде всего учителем Священного Писания, а не систематическим богословом, но его устойчивое влияние в основном связано с его учением об Евхаристии. Это объясняется тесной связью, которую он видел между экзегезой Писания и богословским размышлением. Метод Вермигли в библейских комментариях, схожий с методом Мартина Буцера, включал в себя развернутые обсуждения доктринальных тем, затронутых в библейских текстах. Как и другие протестанты, он считал, что только Писание обладает высшим авторитетом в установлении истины. Тем не менее, он был знаком с отцами Церкви в большей степени, чем многие его современники, и постоянно ссылался на них. Он видел ценность в трудах отцов, поскольку они обнаружили понимание Писания, которое он, возможно, не нашел бы сам, и потому что многие его католические оппоненты придавали большое значение аргументам, основанным на патристическом авторитете. Однако часто он использовал отцов для поддержки интерпретаций, к которым он уже пришел самостоятельно, и не беспокоился, когда его толкования не имели прецедента в патристике. Вермигли наиболее известен своими полемиками против католической доктрины о транссубстанциации и реформатского учения о "сакраментальном присутствии". Он утверждал, что вера в транссубстанциацию, то есть в то, что субстанция хлеба и вина преобразуется в Тело и Кровь Христовы, не имеет под собой никаких библейских оснований. Он также утверждал, опираясь на халкидонскую христологию, что поскольку Христос сохранил Свою Божественную природу, когда стал человеком (Божественная природа была добавлена к человеческой, а не человеческая природа обожествлена), субстанция хлеба и вина остается неизменной, а не преобразуется в субстанцию Тела и Крови Христовых. Наконец, он использовал аналогию единения верующего со Христом в противовес идее транссубстанциации. Поскольку верующие сохраняют свою человеческую природу, даже после того, как Бог соединил их с Христом, следует, что евхаристические элементы не нуждаются в преображении, чтобы стать Телом Христовым. Вместо того чтобы субстанция элементов превращалась в Плоть Христову, Вермигли подчеркивал действие таинства как инструмента, посредством которого Христос предлагается причащающемуся. Он также не соглашался с анабаптистским убеждением, что Евхаристия является лишь символическим или образным представлением, то есть с мнением, называемым мемориализмом или тропизмом. Вермигли не считал предопределение центральным в своей теологической системе, но оно стало ассоциироваться с ним из-за споров, в которые он был вовлечен. Вермигли разработал свою доктрину независимо от Иоанна Кальвина и до того, как Кальвин опубликовал ее в своих «Институтах христианской религии» 1559 года. Вермигли видел Бога как суверенного над каждым событием и верил, что все вещи, включая зло, используются Им для достижения Своей воли. Тем не менее, Вермигли не считал, что люди принуждаются к добрым или злым поступкам. Вермигли полагал, что Бог избрал некоторых людей для спасения исключительно на основании благодати или незаслуженной милости, без учета каких-либо добрых или плохих качеств, что называется "безусловным избранием". Вермигли также верил, что Бог проходит мимо отверженных, тех, кто не был избран к спасению. Он рассматривал это как включенное в волю Божью, но отличающееся по характеру от решения избрать избранных к спасению. Поскольку все люди впали в грех, осуждающая воля Божья рассматривает их как по природе падших и заслуживающих проклятия. Формулировка Вермигли об отвержении как о части Божественного замысла, отличной от Его спасительного избрания, несколько отличалась от кальвиновской. Кальвин рассматривал предопределение к спасению и отвержение как две стороны одного и того же декрета. Учение Вермигли оказалось более влиятельным в реформатских исповеданиях. В своей ранней формулировке предопределения (ок. 1543–1544) Вермигли в значительной степени опирался на «Summa theologiae» Фомы Аквинского. Библейские труды Вермигли часто затрагивают политические вопросы. Он придерживался аристотелевского взгляда, что политическая власть учреждена для содействия добродетели, и что это включает в себя религию как высшую добродетель. Вермигли защищал стандартную английскую протестантскую доктрину о королевском верховенстве, согласно которой короли, пока они повинуются Богу, имеют право управлять церковью в своей стране, в то время как Христос является единственным главой вселенской Церкви. Он отвергал идею о том, что папа или какая-либо другая церковная власть может осуществлять власть над светским правителем, таким как король, что было важным вопросом в то время, учитывая конфликты между папой Климентом VII и Генрихом VIII в начале английской Реформации. Хотя Вермигли возлагал на светского магистра обязанность обеспечивать соблюдение религиозных обязанностей, он следовал различению Августина в «Граде Божьем» между духовной сферой («внутренними побуждениями ума») и «внешней дисциплиной» общества. Власть светского магистра распространяется только на внешние вопросы, а не на внутреннее и духовное религиозное благочестие. Теологическое обоснование Вермигли королевского верховенства было использовано составителями Елизаветинского урегулирования 1559 года, введения протестантского богослужения на основе Книги общих молитв в качестве государственной религии.
Наследие
Руководство Вермигли в Лукке сделало этот город, возможно, самым последовательно протестантским в Италии. Инквизиция вынудила многих из этих протестантов бежать, образовав значительную общину протестантских беженцев в Женеве. Несколько видных деятелей Реформации также связаны с деятельностью Вермигли в Лукке, в том числе Джироламо Дзанки и Бернардино Очино. Ученые все чаще признают важность фигур, отличных от Иоанна Кальвина и Гульдриха Цвингли, в раннем формировании реформистской традиции. Ричард Мюллер, ведущий специалист по истории этого движения, утверждал, что Вермигли, Вольфганг Мускул и Генрих Буллингер оказали влияние на развитие реформированного богословия в XVI веке, не уступающее, а возможно, и превосходящее влияние Кальвина. Вермигли был переходной фигурой между эпохой Реформации и периодом, известным как реформистская ортодоксия. В эпоху реформистской ортодоксии богословие, впервые сформулированное деятелями Реформации, было кодифицировано и систематизировано. Теологи все больше обращались к методам схоластического богословия и традиции аристотелизма. Вермигли был первым из реформистских схоластических богословов и оказал влияние на более поздних схоластов, таких как Теодор Беза и Джироламо Дзанки. Вермигли оказал глубокое влияние на английскую Реформацию благодаря своим отношениям с Томасом Кранмером. До знакомства с Вермигли Кранмер придерживался лютеранских взглядов на евхаристию. По-видимому, Вермигли убедил Кранмера принять реформистскую точку зрения, что изменило ход английской Реформации, поскольку Кранмер нес основную ответственность за пересмотр Книги общих молитв и составление Сорока двух статей. Вермигли непосредственно участвовал в изменениях Книги общих молитв 1552 года. Считается, что он также внес вклад в статью о предопределении, если не написал ее сам, в Сорока двух статьях вероисповедания 1553 года. В елизаветинском Оксфорде и Кембридже теология Вермигли, возможно, оказала большее влияние, чем теология Кальвина. В частности, его политическое богословие сформировало религиозный компромисс эпохи Елизаветы, и его авторитет постоянно упоминался в спорах того времени. Различные труды Вермигли были напечатаны около 110 раз в период с 1550 по 1650 год. "Loci Communes" 1562 года стали стандартным учебником в реформистском богословском образовании. Он пользовался особой популярностью у английских читателей богословских трудов в XVII веке. Джон Мильтон, вероятно, обращался к его комментарию к книге Бытия при написании "Потерянного рая". Английское издание "Loci Communes" было привезено в колонию Массачусетского залива, где оно стало важным учебником в Гарвардском колледже. В библиотеках студентов-богословов Гарварда XVII века было обнаружено больше работ Вермигли, чем работ Кальвина. Труды Вермигли высоко ценились пуританскими богословами Новой Англии, такими как Джон Коттон и Коттон Мэзер.