Введение
Ирредентистская и националистическая идея, акцентировавшая территориальную экспансию Финляндии.
«Великая Финляндия» (; ; Storfinland) – ирредентистская и националистическая идея, являвшаяся частью панфиннизма и подчеркивавшая территориальную экспансию Финляндии. Наиболее распространенное представление о «Великой Финляндии» видело страну в границах, определяемых естественными рубежами, охватывающими территории, населенные финнами и карелами – от Белого моря до Онежского озера, вдоль рек Свирь и Нева, или, более умеренно, до реки Сестры – и до Финского залива. Некоторые сторонники также включали в состав «Великой Финляндии» долину Торне (в Швеции), Ингрию и Эстонию. Идея «Великой Финляндии» быстро приобрела популярность после обретения Финляндией независимости в декабре 1917 года, но потеряла поддержку после Второй мировой войны (1939–1945).
Естественные границы
Идея так называемой границы трех перешейков, определяемой Белым перешейком, Олонецким перешейком и Карельским перешейком, насчитывает сотни лет и восходит к периоду, когда Финляндия входила в состав Швеции. Между Швецией и Россией существовали разногласия относительно того, где должна проходить граница между двумя странами. Шведское правительство считало, что границу, состоящую из трех перешейков, легче всего оборонять. Хотя термин «Великая Финляндия» в начале XIX века еще не использовался, идея о естественных географических границах Финляндии берет начало именно в то время. В 1837 году ботаник Йохан Эрнст Адгемар Вирзен определил ареал распространения дикорастущих растений Финляндии как восточные границы Белого моря, озера Онега и реки Свирь. Геолог Вильгельм Рамзи в начале XIX века сформулировал концепцию фундаментной основы Фенноскандии.
Карелианство
Карелианство было национально-романтическим увлечением художников, писателей и композиторов, в котором карельская и карело-финская культура служили источником вдохновения. Наибольшую популярность карелианство приобрело в 1890-х годах. Например, писатель Ильмари Кианто, известный как "Белый друг", описал свои путешествия в Белую Карелию в книге 1918 года "Финляндия в своих наибольших границах: за освобождение Белой Карелии".
Другие скандинавские страны
Квены, меньшинство в Северной Норвегии, способствовали распространению финских поселений, особенно в 1860-х годах. Академическое общество Карелии и Ассоциация финского наследия активно взаимодействовали с квенами с 1927 по 1934 год, а финские СМИ распространяли панфенистическую пропаганду по различным каналам. Активность снизилась с 1931 по 1934 год. В первые годы независимости Финляндия стремилась к присоединению финноязычных районов в Норрботене (Швеция) к Финляндии. Это было реакцией на попытки финских Аландов присоединиться к Швеции. Правительство Финляндии создало комитет для поддержки финских национальных движений. Швеция, в свою очередь, продвигала обучение на шведском языке в своих северных финских регионах. Вплоть до 1950-х годов многим школьникам в Норрботене запрещали говорить на финском языке во время перемен.
Домашний сорт
Идеология Великой Финляндии набирала силу с 1918 по 1920 год, во время Хеймосод, с целью объединения всех финно-угорских народов в единое государство. Подобные идеи также распространились в западной части Восточной Карелии. Два российских муниципалитета, Репола и Порайярви, стремились войти в состав Финляндии, но это было невозможно из-за строгих условий Тартуского договора. Они провозгласили независимость в 1919 году, однако изменение границы так и не было официально подтверждено, главным образом из-за договора, заключенного в следующем году. В ходе переговоров по Тартускому договору в 1920 году Финляндия предъявила претензии на большую часть Восточной Карелии. Россия согласилась, но оставила Реполу и Порайярви за собой, предложив Финляндии взамен Петсамо. Президент Финляндии Каарло Юхо Столберг согласился на этот обмен. Карелы в Ухте (ныне Калевала, Россия) стремились к созданию собственного государства и образовали Республику Ухта. Финны Ингрии также создали собственное государство – Северную Ингрию, но с намерением войти в состав Финляндии. Оба этих государства прекратили своё существование в 1920 году. Идеология Великой Финляндии вдохновила Академическое карельское общество, движение Лапуа и его преемника – Патриотическое народное движение. Декларации Маннергейма о ножнах для сабли в 1918 и 1941 годах способствовали росту энтузиазма по отношению к этой идее.
1920-е и 1930-е годы
В соответствии с Тартуским договором Советская Россия согласилась предоставить Восточной Карелии (известной просто как Карелия в позднем Советском Союзе) политическую автономию в качестве уступки финским настроениям. Это соответствовало политике большевистского руководства в то время, заключавшейся в предоставлении политической автономии каждому из национальных меньшинств в новом советском государстве. Одновременно Лига Наций урегулировала кризис на Аландских островах в пользу Финляндии. После финской гражданской войны 1918 года Красная гвардия бежала в Россию и заняла ведущие позиции в Восточной Карелии. Под руководством Эдварда Гиллинга они способствовали созданию Карельской рабочей коммуны. Красногвардейцам также было поручено служить плацдармом для финской революции. Финские политики в Карелии укрепили свои позиции в 1923 году с созданием Карельской АССР. Финские националисты помогли некоторым карельцам, недовольным неудачей движения за независимость Карелии, организовать восстание, но оно не увенчалось успехом, и небольшое число карельцев бежало в Финляндию. После гражданской войны в Карельскую АССР бежало большое количество финских беженцев левых взглядов. Эти финны – урбанизированная, образованная и большевистская элита – стремились монополизировать руководящие должности в новой республике. «Финскость» региона усилилась за счет некоторой миграции ингерманских финнов и Великой депрессии. Гиллинг призывал финнов в Северной Америке бежать в Карельскую АССР, которая преподносилась как маяк просвещенной советской национальной политики и экономического развития. Уже к 1926 году 96,6% населения Карельской АССР говорили на карельском языке как на родном. Единого литературного карельского языка не существовало, и перспектива его создания считалась проблематичной из-за большого количества диалектов. Местное финское руководство не видело потенциала карельского языка как литературного и не пыталось его развивать. Гиллинг и красные финны, возможно, считали карельский лишь диалектом финского языка. Они также могли надеяться, что, приняв финский язык, они смогут объединить карельцев и финнов в единый финский народ. Все обучение карельцев велось на финском языке, и все публикации стали выходить на финском (за исключением некоторых на русском языке). В отличие от этого, карельцы Тверской области, получившие определенную политическую автономию, независимую от финского влияния, смогли к 1931 году разработать литературный карельский язык на основе латинского алфавита. Эти тверские карельцы стали враждебно относиться к тому, что они считали финским доминированием в Карелии, как и некоторые представители немногочисленной местной карельской интеллигенции. Реакция на использование финского языка среди самих карельцев была неоднозначной. Некоторые испытывали трудности с пониманием письменного финского языка. Жители Олонецкой Карелии открыто сопротивлялись языку, в то время как белые карельцы относились к нему более благосклонно. Летом 1930 года «политика финнификации» стала политически чувствительной темой. Ленинградский партийный аппарат (мощный южный сосед карельских красных финнов) начал протестовать против финского шовинизма в отношении карельцев в унисон с тверскими карельцами. Это совпало с усилением централизации при Иосифе Сталине и одновременным ослаблением власти многих местных элит национальных меньшинств. Гиллинг и Кустаа Ровио попытались расширить использование карельского языка в определенных сферах, но этот процесс едва начался, когда они были отстранены от власти. Затем академик Дмитрий Бубрих разработал литературный карельский язык на основе кириллицы, широко заимствуя из русского языка. Центральный комитет Совета национальностей и Советская академия наук протестовали против насильственной финнификации советской Карелии. Карельский язык Бубриха был принят в период с 1937 по 1939 год, а финский язык подвергся репрессиям. Но новый язык, основанный на незнакомом алфавите и с широким использованием русской лексики и грамматики, был труден для понимания многим карельцам. К 1939 году сам Бубрих был репрессирован, и все формы карельского языка были отменены как в Карельской АССР, так и в Тверской области (где Карельский национальный округ был полностью распущен).
Великая чистка
В Сталинской Большой чистке 1937 года оставшиеся «красные финны» в советской Карелии были обвинены в троцкистском буржуазном национализме и полностью отстранены от руководства Карельской АССР. Большинство финнов в этом районе были казнены или насильственно переселены в другие части Советского Союза. В этот период официальное использование карельского языка не поощрялось, а применение финского языка подавлялось, что ограничивало его крайне маргинальной ролью и делало русский де-факто официальным языком республики. К этому времени экономическое развитие региона также привлекло растущее число внутренних мигрантов из других областей Советского Союза, которые постепенно размывали «национальный» характер Карельской АССР. Карело-Финская Советская Социалистическая Республика (КФССР) была основана Советским Союзом в начале Зимней войны и возглавлялась правительством Терейоки и Отто Вилле Куусиненом. Это новое образование было создано с расчетом на поглощение побежденной Финляндии в состав более крупного финно-угорского (и советского) государства, поэтому официальный язык вновь стал финским. Однако советским войскам не удалось полностью разгромить Финляндию, и эта идея не реализовалась. Несмотря на это, КФССР оставалась полноценной союзной республикой (наравне с Украиной или Казахстаном, например) до конца сталинского периода, а финский язык оставался, по крайней мере, номинально официальным до 1956 года. Территория, которую Финляндия была вынуждена уступить по Московскому мирному договору, была частично включена в КФССР, а также в Ленинградскую область на юге и Мурманскую область на севере. Во время войны-продолжения с 1941 по 1944 год около 62 000 ингерманландских финнов бежали в Финляндию из оккупированных немецкими войсками районов, из которых 55 000 были возвращены в Советский Союз и высланы в Сибирь. Начиная с 1950-х и 1960-х годов им было разрешено селиться на территории КФССР, хотя и не в самой Ингерманландии.
Война продолжения
Во время гражданской войны в 1918 году, когда военный лидер Карл Густав Эмиль Маннергейм находился в Антрее, он издал одну из своих знаменитых Деклараций ножен меча, в которой заявил, что не будет "вложить меч в ножны, пока в стране не воцарятся закон и порядок, пока все крепости не окажутся в наших руках, пока последний солдат Ленина не будет изгнан не только из Финляндии, но и из Белой Карелии". Во время войны-продолжения Маннергейм дал вторую Декларацию ножен меча. В ней он упомянул о "Великой Финляндии", что привлекло негативное внимание в политических кругах. Во время войны-продолжения Финляндия оккупировала самую обширную территорию за всю свою историю. Многие люди за рубежом, а также правые политики Финляндии, стремились аннексировать Восточную Карелию к Финляндии. Основания для этого были не только идеологическими и политическими, но и военными, поскольку так называемая линия трех перешейков считалась более удобной для обороны. 20 июля 1941 года в Вуоккинеми состоялась торжественная церемония, на которой Белая и Олонецкая Карелия были объявлены присоединенными к Финляндии. К русским и карелам в Финляндии относились по-разному, и этническое происхождение русскоязычного меньшинства изучалось, чтобы определить, кто из них является карелом (то есть "национальным меньшинством"), а кто преимущественно русским (то есть "не-национальным меньшинством"). Русское меньшинство помещали в концентрационные лагеря, чтобы облегчить их депортацию. В 1941 году правительство опубликовало немецкое издание книги "Finnlands Lebensraum", поддерживающей идею Великой Финляндии, с намерением аннексировать Восточную Карелию и Ингрию.
Восточный вопрос Финляндии
Во время фазы наступления в 1941 году, когда финны надеялись на победу Германии над Советским Союзом, Финляндия начала обдумывать, какие территории она могла бы получить в возможном мирном договоре с СССР. Целью Германии было овладение линией Архангельск – Астрахань, что позволило бы Финляндии расшириться на восток. В 1941 году профессор Джалмари Яаккола опубликовал книгу под названием «Восточный вопрос Финляндии», в которой стремился обосновать оккупацию Восточной Карелии. Книга была переведена на английский, финский и французский языки и вызвала критику в Швеции и Соединенных Штатах. 11 декабря 1941 года Министерство образования Финляндии учредило Научный комитет по Восточной Карелии для руководства исследованиями в этом регионе. Первым председателем комитета был ректор Хельсинкского университета Каарло Линкола, а вторым – Вайно Ауэр. Юристы работали над подготовкой международно-правовых обоснований для передачи Восточной Карелии Финляндии.
Мотивация
Объяснения, лежащие в основе идеи "Великой Финляндии", вызывают споры. Некоторые поддерживали эту идею из стремления к более широкому культурному сотрудничеству. Однако впоследствии эта идеология приобрела более выраженные империалистические черты. Главным сторонником идеи, Академическое общество Карелии, изначально возникло как культурная организация, но уже во второй год своего существования опубликовало программу, в которой рассматривались более широкие стратегические, географические, исторические и политические аргументы в пользу Великой Финляндии.
Сегодняшняя идея
Идея Великой Финляндии сегодня непопулярна, и сторонники территориальной экспансии Финляндии, такие как бывшая молодежная организация партии "Истинные финны" и другие, вместо этого стремятся к повторному присоединению финской Карелии.