Введение

Английский аристократ

Филип Генри Стенхоуп, 4-й граф Стенхоуп, член Королевского общества (7 декабря 1781 – 2 марта 1855) — английский аристократ, наиболее известный своей ролью в деле Каспара Хаузера в 1830-х годах.

Происхождение

Он был старшим сыном и наследником Чарльза Стенхопа, 3-го графа Стенхопа (1753–1816), от его второй жены, Луизы Гренвилл (1758–1829), дочери и единственной наследницы достопочтенного Генри Гренвилла, губернатора Барбадоса в 1746 году и посла при Османской Порте в 1762 году, младшего брата Ричарда Темпла Ньюгента Бриджеса Чандоса Гренвилла, 1-го герцога Букингемского и Чандосского.

Карьера

Используя титул своего отца – виконта Махона, он был членом парламента от партии вигов, представляя округ Вендовер с 1806 по 1807 год, Кингстон-апон-Халл с 1807 по 1812 год и Мидхерст с 1812 года до получения пэрства 15 декабря 1816 года, когда он занял место в Палате лордов. Он разделял научные интересы отца и был избран членом Королевского общества 8 января 1807 года, а также являлся президентом Медико-ботанического общества. Он был вице-президентом Общества искусств. Как и другие члены его талантливой семьи, в особенности его сводная сестра леди Хестер Стенхоуп, его обычно изображают как несколько эксцентричного человека. Поучившись в Германии, он много путешествовал по Европе (в основном в одиночку, хотя был женат и имел сына и дочь), что привело его к знакомству с различными княжескими дворами и повлекло за собой значительные расходы. Вопреки некоторым сведениям, утверждающим, что он жил не по средствам, по-видимому, он оставался состоятельным, особенно после того, как унаследовал отцовские владения в 1816 году. Его эксцентричность можно понять, поскольку, как написала его дочь, герцогиня Кливлендская, в своей книге «Жизнь и письма леди Хестер Стенхоуп», его собственный отец отказался отправлять его в школу, оставив его в семейном поместье Шевенинг. План заключался в том, что Филипп согласится на отмену отцом майората на поместья. Биография предполагает, что граф затем продал бы поместья и отправил деньги за границу, разорив свою семью. Хестер помогла брату бежать, и в ее письмах, цитируемых в книге, говорится, что Уильям Питт-младший и другие радовались ее поступку.

Дело Каспара Хаузера

Стенхоуп заинтересовался историей "находки" (a.k.a. "дикий ребенок") Каспар Хаузера, молодого человека, появившегося в Нюрнберге в 1828 году и прославившегося благодаря утверждению, что он был воспитан в полной изоляции в темной комнате и ничего не мог рассказать о своей личности. Кроме того, Хаузер был найден с резаной раной в 1829 году и утверждал, что на него напал мужчина в капюшоне. Это породило различные слухи о его возможном княжеском происхождении, а также подозрения в том, что он был самозванцем. Стенхоуп впервые встретился с Хаузером в 1831 году и вскоре почувствовал к нему сильную привязанность; их отношения, как предполагали современники, могли иметь гомоэротический подтекст. Он щедро одаривал его и оплатил (безуспешные) расследования в Венгрии, чтобы прояснить происхождение молодого человека, поскольку в 1830 году Хаузер заявил, что помнит некоторые венгерские и славянские слова, что натолкнуло на мысль о его происхождении из этих земель. Опекун Хаузера, барон фон Тухер, критиковал педагогически неверное поведение Стенхопа по отношению к Хаузеру и отказался от опеки. В декабре 1831 года Стенхоуп стал приемным отцом Хаузера и передал его на попечение школьному учителю. В январе 1832 года он вернулся в Англию, откуда продолжал поддерживать связь по переписке со своим приемным сыном, а также с чиновниками, расследовавшими это дело. Стенхоуп склонялся к теории о том, что Хаузер происходил из венгерских магнатских родов, но был вынужден отказаться от нее, когда получил известие о полном провале очередных расследований в Венгрии. В письме баварскому придворному президенту Ансельму фон Фейербаху (от 5 октября 1832 года) Стенхоуп открыто выразил свои сомнения в правдивости Хаузера. Позже он высказал предположение, что Хаузер нанес себе рану, надавив на нож, и что после того, как острие проткнуло его стеганую куртку, оно проникло глубже, чем он намеревался. В своих "Трактатах, касающихся Каспара Хаузера" (1836, немецкий оригинал: 1835) Стенхоуп опубликовал все известные доказательства против Хаузера: "Чем больше я был обманут в этом деле и чем более ошибочными были мои представления, тем больше теперь мой долг – действовать с усердием и, если бы это было в моих силах, с умением, чтобы уберечь других, насколько это возможно, от подобных ошибок. Хотя я и предстал в неблагоприятном свете перед некоторыми из тех, кто мне знаком или незнаком, хотя меня оскорбляли и даже клеветали, я нахожу достаточное утешение в своей совести". Стенхоупа действительно атаковали сторонники Хаузера и даже обвинили в организации его смерти. Они предполагали, что Хаузер был наследным принцем Бадена и был убит по политическим мотивам. Некоторые профессиональные историки (например, Иво Стридингер) защищали лорда Стенхопа как "искателя истины" и как обманутого филантропа, осознавшего свою ошибку.