Введение

Распадение личного союза королевств в 1905 году.

Распадение союза (; Landsmål: unionsuppløysingi; unionsupplösningen) между королевствами Норвегии и Швеции под династией Бернадот было инициировано резолюцией Стортинга от 7 июня 1905 года. После нескольких месяцев напряженности и опасений начала войны между соседними королевствами (находившимися тогда в личном союзе) – и норвежского плебисцита 13 августа, на котором подавляющее большинство высказалось за расторжение союза – переговоры между двумя правительствами привели к признанию Швецией Норвегии как независимой конституционной монархии 26 октября 1905 года. В этот день король Оскар II отказался от своих притязаний на норвежский престол, фактически распустив Объединенные королевства Швеции и Норвегии. Вскоре после этого, 18 ноября, к норвежскому престолу взошел принц Карл Датский, принявший имя Хокон VII.

Предыстория

Норвежские националистические устремления в 1814 году были сорваны победой Швеции в короткой, но решающей войне, в результате которой Норвегия вступила в личный союз со Швецией. Конституция Норвегии в значительной степени осталась нетронутой. Норвегия юридически имела статус независимого государства с собственным парламентом, судебной системой, правовой системой, вооруженными силами, флагом и валютой. Однако Норвегия и Швеция имели общего монарха и проводили общую внешнюю политику через шведское министерство иностранных дел. Между двумя народами в значительной степени существовали чувства доброй воли, и король обычно пытался действовать в интересах обоих королевств. Однако с годами стало очевидным расхождение норвежских и шведских интересов. В частности, норвежцы считали, что их внешнеполитические интересы недостаточно защищены шведским министерством иностранных дел. За нарастающим конфликтом стояло несколько движущих факторов: норвежская экономика была более зависима от внешней торговли и, следовательно, более чувствительна к протекционистским мерам, которые поддерживало меркантилистское шведское правительство того времени. Норвегия имела торговые и другие связи с Соединенным Королевством, в то время как Швеция – более тесные связи с Германией. Норвегия имела больше интересов за пределами Европы, чем Швеция. Кроме того, в норвежской политике все больше доминировали либеральные тенденции, характеризующиеся расширением парламентской демократии, в то время как шведская политика имела тенденцию быть более консервативной. Согласно норвежской конституции, норвежский парламент, Стортинг, был самым могущественным законодательным органом на континенте. Король имел лишь право вето, приостанавливающего действие закона, в Норвегии, и Стортинг сопротивлялся многочисленным королевским попыткам получить абсолютное вето, которым обладала монархия в Швеции. Кроме того, к 1884 году власть Стортинга выросла настолько, что король больше не мог назначать норвежское правительство исключительно по своему усмотрению или удерживать его в должности против воли Стортинга. В отличие от этого, король оставался почти самодержавным правителем (по крайней мере, на бумаге) в своих шведских владениях до 1905 года, незадолго до окончания союза. Когда в 1895 году свободная торговля между двумя странами была ограничена отменой "межгосударственных законов" (Mellomrikslovene), экономические причины для продолжения союза также ослабли.

Консульское дело

Конфликт достиг своего пика из-за так называемого "консульского дела", в котором последовательные норвежские правительства настаивали на учреждении Норвегией собственных консульских учреждений за рубежом, а не на использовании общих консульств, назначаемых министром иностранных дел Швеции. Критика в Норвегии была многогранной. Во-первых, многие консулы не были ни норвежцами, ни шведами, а являлись гражданами страны, в которой они находились. Несмотря на то, что они должны были представлять Норвегию, они мало знали о норвежских потребностях и условиях. Во-вторых, существовала критика в отношении того, что существующая сеть консульств в Европе отдавала приоритет шведским интересам в ущерб норвежской торговле (что задерживало модернизацию тоннажного налога, несмотря на политическое согласие в Норвегии относительно таких изменений). В-третьих, хотя Норвегия расширила свои торговые связи из Европы в Северную и Южную Америку, Вест-Индию, Африку и Азию, ни один из этих регионов не был должным образом охвачен существующей консульской сетью. Более того, в то время как в большинстве других западных стран хорошие консулы обычно становились дипломатами, в Швеции наблюдалась обратная практика. Дипломаты, не имевшие опыта консульской работы, часто назначались на такие должности. Таким образом, они придерживались скорее дипломатического, чем коммерческого подхода. Дополнительной проблемой было то, что в то время как международная тенденция заключалась в том, что индустриализация и свободная торговля требуют более широких рынков, а консульства, следовательно, должны были активно заниматься торговлей, шведский парламент был под влиянием протекционистской торговой политики. В результате консульствам приходилось учитывать как наступательные торговые интересы Норвегии, так и шведский скептицизм в отношении торговли.

Подготовка к независимости

В то время как Либеральная партия Норвегии первоначально проводила бескомпромиссную политику, известную как "политика кулака", Консервативная партия также заняла твердую позицию в поддержку, по крайней мере, фактической независимости и равноправия в рамках персональной унии. Несмотря на усилия обеих сторон по разрешению вопроса путем переговоров, общественное мнение в Норвегии постепенно становилось все более устойчивым. И Швеция, и Норвегия увеличили свои военные расходы; Норвегия не только модернизировала пограничные форты Конгсвингера и Фредрикстена, но и возвела серию новых военных укреплений вдоль своей границы со Швецией.

Плебисцит

Первоначально, реагируя на эту декларацию как на акт неповиновения, шведское правительство выразило готовность к переговорам о прекращении союза, настаивая, в частности, на проведении норвежского плебисцита. Однако норвежское правительство предвидело это и уже назначило плебисцит на 13 августа, чтобы избежать впечатления, будто он был созван в ответ на требования Швеции. Проведенный 13 августа плебисцит продемонстрировал один из самых подавляющих результатов референдума в истории: 368 208 голосов (99,95%) – за подтверждение роспуска союза, и лишь 184 (0,05%) – против. Таким образом, правительство получило подтверждение роспуска. В голосовании приняли участие 85 процентов норвежских мужчин, однако женщины не имели права голоса, поскольку всеобщее избирательное право на них не распространялось (и не было распространено до 1913 года). Тем не менее, норвежские активистки собрали 279 878 подписей женщин в поддержку роспуска союза.

Реакция за пределами Норвегии

Помимо внутренних изменений в Норвегии, важнейшим фактором, позволившим Норвегии отделиться от Швеции, стало формирующееся шведское социал-демократическое движение. В начале XX века лидер шведских социал-демократов Хьялмар Брантинг возглавил партию в противодействии войне за сохранение союза со Швецией. Когда в 1905 году разразился кризис, он выдвинул лозунг "Руки прочь от Норвегии, король!". Социал-демократы организовали сопротивление призыву резервистов и всеобщую забастовку против войны. Большинство шведского народа поддерживало полное отделение Норвегии. Полярный исследователь Фридтйоф Нансен активно выступал за роспуск союза и лично отправился в Великобританию, где успешно добился британской поддержки движения за независимость Норвегии.

Карльштадтские переговоры

31 августа норвежские и шведские делегаты встретились в шведском городе Карлстад для переговоров об условиях роспуска союза. Несмотря на то, что многие влиятельные шведские политики правого толка выступали за жесткую линию в этом вопросе, исторические исследования показали, что шведский король изначально пришел к выводу, что лучше потерять союз, чем рисковать войной с Норвегией. Подавляющая общественная поддержка независимости среди норвежцев убедила ведущие европейские державы в легитимности движения за независимость, и Швеция опасалась изоляции в случае подавления этого движения; к тому же, не было стремления к усилению враждебности между двумя странами. Даже по мере продвижения переговоров, военные силы, хотя и разделенные 2 километрами, незаметно были развернуты с обеих сторон границы между Швецией и Норвегией. В норвежских левых кругах преобладало мнение в пользу войны за независимость, если это потребуется, несмотря на численное превосходство Швеции. 23 сентября переговоры завершились. 9 октября норвежский парламент проголосовал за принятие условий роспуска; 13 октября шведский парламент последовал его примеру. Хотя Норвегия считала союз со Швецией расторгнутым с 7 июня, Швеция официально признала независимость Норвегии 26 октября, когда король Оскар II отказался от своих и любых прав на норвежский трон, принадлежащих ему и его потомкам.

"Оферта Бернадотт"

В своей резолюции от 7 июня Стортинг сделал так называемое «предложение Бернадотта», пригласив короля Оскара II разрешить одному из его младших сыновей взойти на норвежский трон. Это предложение, с одной стороны, было попыткой норвежского правительства проявить добрую волю к Швеции и ее королевскому дому, несмотря на разделение двух стран. С другой, более важной стороны, оно также было направлено на то, чтобы заверить другие европейские державы в том, что отделение Норвегии не является радикальным революционным предприятием, несмотря на влияние социалистов. Сохранение монархической системы должно было продемонстрировать, что традиции, преемственность и порядок будут так же ценны в новой стране, как и прежде. Таким образом, Норвегия стремилась получить поддержку других крупных европейских держав, которые, за исключением Франции, являлись наследственными монархиями. В отличие от декларации независимости, «предложение Бернадотта» вызвало разногласия и споры внутри норвежского правительства. Пять социалистов в парламенте проголосовали против идеи монархии, а министр финансов Гуннар Кнудсен, республиканец в составе кабинета, ушел в отставку из-за этого вопроса. Было известно, что король Оскар II не намерен принимать предложение, но вопрос оставался открытым до тех пор, пока король официально не отказался от него, отказавшись от своих притязаний 26 октября.

Принц Карл Дания

Отклонение королем предложения Бернадотты было ожидаемо за несколько месяцев до этого, и уже летом норвежская делегация обратилась к Дании с предложением относительно 33-летнего принца Карла Датского, второго сына наследного принца Фридриха. Принц Карл был связан по отцовской линии со средневековыми норвежскими королями, что обеспечивало связь с историей Норвегии. Мать принца Карла, Луиза Шведская, была племянницей Оскара II и единственным ребенком старшего брата и предшественника Оскара, Карла XV Шведского, и таким образом связь с королевским домом Швеции должна была быть сохранена. Кроме того, Карл был женат на Мод, дочери короля Эдуарда VII Соединенного Королевства. В Норвегии надеялись, что привлечение королевы британского происхождения поможет заручиться поддержкой Великобритании. Другим преимуществом было то, что принц Карл уже был отцом сына, двухлетнего Александра, что гарантировало наличие наследника для продолжения династии. Норвежский парламент рассматривал и других кандидатов, но в конечном итоге выбрал принца Карла. Принц Карл произвел большое впечатление на делегацию, в том числе благодаря своей чуткости к либеральным и демократическим движениям, которые привели к независимости Норвегии. Хотя норвежская конституция предусматривала, что Стортинг может избрать нового короля в случае вакансии престола, Карл знал, что многие норвежцы, включая ведущих политиков и высокопоставленных военных, склонялись к республиканской форме правления. Попытки убедить принца принять трон на основании выбора парламента, а не волеизъявления народа, не увенчались успехом; Карл настаивал на том, что примет корону только в том случае, если норвежский народ выразит свою поддержку монархии на референдуме, а затем парламент изберет его королем. 12 и 13 ноября, во время второго конституционного плебисцита за три месяца, норвежские избиратели большинством в почти 79% (259 563 голосов против 69 264) решили установить монархию вместо республики. Многие, кто в принципе выступал за республику, проголосовали за монархию, полагая, что это поможет новому независимому норвежскому государству обрести легитимность в глазах европейских монархий. Пять дней спустя, 18 ноября, Стортинг подавляющим большинством голосов избрал Карла и его потомков новой королевской династией Норвегии. В тот же день спикер Стортинга направил принцу Карлу телеграмму, уведомив его об избрании. Получив официальное разрешение от своего деда, короля Кристиана IX Датского, принц Карл ответил тем же вечером, приняв норвежский трон и выбрав имя Хакон – традиционное имя норвежских королей. Последним королем с таким именем был Хакон VI, умерший в 1380 году. Таким образом, новый король принял царское имя Хакон VII, а его сын Александр был переименован в Олава и стал наследным принцем. Хакон VII стал королем Норвегии сразу после принятия своего избрания, поэтому 18 ноября 1905 года считается первым днем его правления. После трехдневного путешествия новая королевская семья прибыла в столицу Кристианию (позже переименованную в Осло) 25 ноября. 27 ноября Хакон VII принес конституционную присягу перед парламентом. Однако Норвегия считает 18 ноября, день его избрания, официальным началом его правления. Он и королева Мод были коронованы в Нидаросском соборе в Тронхейме 22 июня 1906 года. Это была последняя коронация, проведенная в Норвегии.