Национальный мемориал павших героев Канады

Введение

Национальный военный мемориал, названный «Отклик», — это высокий гранитный мемориальный свод с наложенными бронзовыми скульптурами в Оттаве, Онтарио, спроектированный Верноном Маршем и впервые освященный королем Георгом VI в 1939 году. Первоначально построенный в память о канадцах, погибших в Первой мировой войне, он был повторно освящен в 1982 году, чтобы также включать погибших во Второй мировой войне и Корейской войне, а затем в 2014 году – чтобы почтить память погибших во Второй бурской войне и войне в Афганистане, а также всех канадцев, погибших во всех конфликтах прошлых и будущих. В настоящее время он является главным военным мемориалом среди 76 кенотафов в Канаде. В 2000 году перед мемориалом была добавлена Могила Неизвестного солдата, символизирующая жертвы, принесенные всеми канадцами, погибшими или которые могут погибнуть за свою страну.

Контекст и использование

Национальный военный мемориал является центральной точкой площади Конфедерации в столице Канады, Оттаве, Онтарио. Площадь расположена между несколькими важными зданиями и сооружениями: Холмом Парламента к северо-западу, каналом Ридо к северо-востоку и Национальным центром искусств к востоку. К западу от площади расположены ряд зданий, включая здание Колокольного блока, здание Центральных залов, офис премьер-министра и Тайного совета, а также здание Шотландской палаты Онтарио. В непосредственной близости находятся другие мемориальные здания и памятники, такие как Башня Мира (и Мемориальная палата) в здании парламента, Национальный памятник ветеранам – коренным народам, Мемориал животным, погибшим на войне, мемориал войны буров, Монумент миротворцам, Мемориал Героев и Монумент войны 1812 года. С 1940 года Национальный военный мемориал является местом проведения общенациональной церемонии Дня памяти, ежегодно организуемой Королевским канадским легионом 11 ноября. В церемонии участвуют не только канадские ветераны, но и генерал-губернатор, иногда члены канадской королевской семьи, премьер-министр, Мать Серебряного креста, представители Канадских вооруженных сил и Королевской канадской конной полиции, члены дипломатического корпуса и представители молодежи. Некоторые из этих групп возлагают венки к подножию военного мемориала. Посещают мероприятие от 25 000 до 45 000 человек, и его транслируют по всей стране. Перед каждой церемонией в День памяти Служба общественных работ и государственных услуг Канады ремонтирует и выравнивает камни в районе мемориала, заделывает швы, покрывает бронзовые элементы воском и наносит защитное покрытие на надписи на Могиле Неизвестного Солдата. Фанера укладывается над окружающими клумбами, прокладывается около кабеля для подключения звукового оборудования и 12 телевизионных камер. Все памятные вещи и фотографии, оставленные посетителями после церемонии, передаются в Канадский военный музей для рассмотрения и возможного хранения, а пожертвованные средства направляются в Центр здоровья ветеранов Перли и Ридо. Иностранные высокопоставленные лица также иногда возлагают венки к памятнику; среди них президент США Джон Ф. Кеннеди в 1961 году, лидер Советского Союза Михаил Горбачев в 1990 году, государственный секретарь США Джон Керри и президент Франции Франсуа Олланд в 2014 году. Департамент канадского наследия и Департамент по делам ветеранов также финансируют летнюю подработку для студентов, которые предоставляют информацию о мемориале и его истории.

The National War Memorial is the focal point of Confederation Square in Canada's capital city, Ottawa, Ontario. The square is located between several major buildings and features, with Parliament Hill to the northwest, the Rideau Canal to the northeast, and the National Arts Centre to the east. A number of buildings is situated west of the square, including the Bell Block, the Central Chambers building, the Office of the Prime Minister and Privy Council, and the Scottish Ontario Chambers building. There are several other commemorative buildings and monuments nearby, including the Peace Tower (and the Memorial Chamber) at the parliament buildings, the National Aboriginal Veterans Monument, the Animals in War Memorial, a Boer War memorial, the Peacekeeping Monument, the Valiants Memorial, and the War of 1812 Monument. Since 1940, the National War Memorial is the site of the national Remembrance Day ceremony, organized every year by the Royal Canadian Legion for 11 November. Along with Canadian war veterans, the ceremony is attended by the governor general, sometimes members of the Canadian royal family, the prime minister, the Silver Cross mother, representatives of the Canadian Armed Forces and Royal Canadian Mounted Police, members of the diplomatic corps, and youth representatives. Some of these groups place wreaths at the foot of the war memorial. The event is attended by between 25,000 and 45,000 people and is nationally televised. Before each Remembrance Day ceremony, Public Works and Government Services Canada repairs and levels stones in the area of the war memorial, fill joints, waxes the bronzes, and applies a protective coating to the lettering on the Tomb of the Unknown Soldier. Plywood is placed over surrounding flower beds and approximately of cable is run to connect sound systems and 12 television cameras. Any mementos or pictures attendees leave at the memorial following the ceremony are given to the Canadian War Museum for review and possible storage, while any money left is donated to The Perley & Rideau Veterans' Health Centre. Visiting foreign dignitaries will also sometimes lay a wreath at the monument; prominent figures who have done so include US President John F. Kennedy in 1961, Soviet Union leader Mikhail Gorbachev in 1990, US Secretary of State John Kerry, and French President François Hollande in 2014. The Department of Canadian Heritage and the Department of Veterans Affairs also fund summer students at the site, hired to provide information on the site and its history.

Дизайн

Памятник, от основания до кончиков крыльев возвышающихся статуй, достигает приблизительно 21,34 м (70 футов), при этом ширина самой арки составляет 3,05 м (10 футов), глубина – 2,44 м (8 футов), а высота – 8,03 м (26 футов 4 дюйма). Самая нижняя ступень пьедестала имеет размеры 15,9 м (52 фута 2 дюйма) в длину и 8,08 м (26 футов 6 дюймов) в ширину. 503 тонны розового канадского гранита из карьера Дюма в Ривьере-а-Пьер, Квебек,

На вершине арки стоят две аллегории мира и свободы, их близость друг к другу символизирует неразрывность этих двух понятий. Однако фигура с факелом отсылает к римской мифологии и Деметре, а крылатая фигура с лавровой ветвью изображает Нику, греческую богиню победы и сельского хозяйства, соответственно. Ниже изображены 22 канадских военнослужащих из всех родов войск и других групп, участвовавших в Первой мировой войне. Спереди, слева – пулемётчик с пулемётом Льюиса, справа – пехотинец в килте с пулемётом Викерса. За ними следуют пилот в полной экипировке и авиамеханик Королевских военно-воздушных сил Канады, а также моряк с HMCS Stadacona из Королевского военно-морского флота Канады. Две фигуры на лошадях – член Канадской кавалерийской бригады и связной на мотоцикле – выезжают из арки бок о бок, за ними – два пехотинца со стрелковым оружием, проходящие сквозь арку, а за ними – мужчины и женщины из вспомогательных служб, включая двух медсестёр из Медицинского корпуса армии, санитара, а также по одному представителю Королевских канадских инженеров и Канадского лесного корпуса. Фигуры в задней части тянут 18-фунтовую пушку QF. Кроме того, представлены по одному члену Канадского армейского снабженческого корпуса, Канадского корпуса связи, Корпуса канадских железнодорожных войск, Королевского канадского артиллерийского полка и Корпуса мотострелковых пулеметов. Есть еще три пехотинца; все шестеро несут с собой противогазы и другие предметы "базовой нагрузки", которые носит каждый пехотинец. Фигуры движутся к призыву долга, возвышаясь над пьедесталом. Чтобы избежать эффекта перспективы для пешеходов, группа фигур расположена на определенной высоте над уровнем улицы; рост каждой фигуры составляет примерно, или на треть больше реального размера. Позы динамичны и напряжены, не парадные, а выражения лиц "передают гордость, тоску, вызов, сильное чувство цели, отрешенность, товарищество и, возможно, легкую подавленность, но в основном твердую решимость". Художник-скульптор, Вернон Марч, намеренно создал их такими, чтобы не ассоциировать их с каким-либо конкретным регионом страны, этнической группой или языком, подчеркивая тем самым единство. Фигуры, выходящие из арки, также интерпретируются как символ канадского "посвящения" или "взросления", призванного объединить всех канадцев, служивших во всех вооруженных конфликтах – в прошлом, настоящем и будущем. Даты 1939–1945 (Вторая мировая война) и 1950–1953 (Корейская война) нанесены на восточный и западный фланги основания, а годы 1899–1902 (Вторая буерская война) и 2001–2014 (Война в Афганистане) – на восточные и западные опоры арки, соответственно. Могила Неизвестного солдата расположена на поверхности постамента непосредственно перед мемориалом и на одной оси с ним.

Two allegories of peace and freedom stand at the apex of the arch, their proximity to each other representing the inseparability of the two concepts, though, the figure bearing a torch alludes in Roman mythology to Demeter and the winged figure with a laurel depicts Nike, the Greek goddesses of agriculture and victory, respectively. Below are the depictions of 22 Canadian servicemembers from all branches of the forces and other groups engaged in the First World War. At the front, to the left, a Lewis gunner, to the right, a kilted infantryman with a Vickers machine gun. Following these are a pilot in full gear and an air mechanic of the Royal Canadian Air Force, as well as a sailor in the Royal Canadian Navy from HMCS Stadacona. Two mounted figures—a member of the Canadian Cavalry Brigade and a dispatch rider—are emerging from the arch, side by side, followed by two infantry riflemen pressing through the arch and behind them are the men and women of the support services, including two nurses from the Militia Army Medical Corps, a stretcher bearer, and one member each of the Royal Canadian Engineers and the Canadian Forestry Corps. The rear figures are pulling a QF 18 pounder gun. Further, there is one member each of the Canadian Army Service Corps, the Canadian Signals Corps, the Corps of Canadian Railway troops, the Royal Regiment of Canadian Artillery, and the Motor Machine Gun Corps. There are three additional infantrymen; all six carry among them respirators and other items of the "basic load" carried by every member of the infantry. The figures are moving towards the call of duty atop a pedestal. To avoid foreshortening from a pedestrian viewpoint, the group of figures is placed at a specific height above street level; each body is approximately high, or one third larger than life size. The postures are animated and strained, not in parade form, and the expressions "convey pride, longing, defiance, a strong sense of purpose, vacancy, camaraderie and perhaps a touch of dejection, but mostly firm resolve." and they were deliberately rendered by the sculpture's artist, Vernon March, so as to not associate any with a particular region of the country nor any ethnicity or language, thus highlighting unity. The persons emerging through the arch have also been interpreted as representing Canada's "rite of passage" or "coming of age", which are intended to include all Canadians who served in all armed conflicts, past, present, and future. The dates 1939–1945 (the Second World War) and 1950–1953 (the Korean War) are on the east and west flanks of the base, while the years 1899–1902 (the Second Boer War) and 2001–2014 (the War in Afghanistan) are on the east and west arch pier footings, respectively. The Tomb of the Unknown Soldier rests in the podium surface immediately in front of and on axis with the war memorial.

Концепция и обсуждение

Тема возведения мемориала в память о погибших в Первой мировой войне была поднята еще до окончания конфликта; премьер-министр Роберт Борден заявил в 1915 году: «Мое желание и намерение – воздвигнуть в этой стране, возможно, в столице Доминиона, великолепный памятник, увековечивающий память тех, кто так блистательно откликнулся на призыв долга». Идее противостояли, главным образом из-за ее стоимости, особенно учитывая, что обсуждение продолжалось в период Великой депрессии. Лорд Бивербрук в партнерстве с правительством учредил Канадский фонд военного мемориала (CWMF) в апреле 1918 года с целью «сохранить память о том, чего достигла Канада в этой войне» посредством картин, фотографий и возведения мемориалов. Одним из первых предложений в 1919 году был мемориальный зал в Оттаве, который должен был служить социальным центром для 2000–4000 человек, а также памятником канадцам, служившим в Великой войне. Он не вышел за рамки концепции, однако идея CWMF о мемориальном здании продвинулась до стадии детального проектирования. Оно должно было напоминать Пантеон в Риме и размещать произведения искусства из коллекции CWMF, выступая «как великий военный мемориал само по себе». Однако сразу после окончания войны внимание переключилось на погребение погибших: разработку надгробий и памятных знаков. В последний день сессии парламента Кабинет министров запросил выделение средств на строительство военного мемориала в Оттаве. Первоначально рассматривался участок в Гатино-Хиллз, но было признано, что оптимальным вариантом будет реконструкция и расширение Коннаут-Плейс в центре Оттавы, превратив его в площадь для мемориала. В мае 1923 года министр общественных работ Джеймс Хорас Кинг попросил законодательное собрание утвердить 10 000 долларов на мемориал. Однако, поскольку министр не смог дать удовлетворительные ответы на вопросы депутатов о том, на что будут потрачены деньги, а премьер-министр отсутствовал, было решено вернуться к этому вопросу позже. Впоследствии, 11 мая 1923 года, вопрос был вновь поднят, когда Кинг заявил: «В каждой стране мира дух нации нашел выражение в отношении великих событий в форме постоянных памятников, если эти события были достаточно значимыми для такого признания с национальной точки зрения. Правительство считало, что в столице Канады должен быть воздвигнут памятник, выражающий чувства всего канадского народа в память о тех, кто участвовал в Великой войне и отдал свою жизнь на службе человечеству». В ответ на заявление Мюррея Макларена о том, что на центральной колонне Зала Конфедерации (главном входе) нового Центрального блока уже есть надпись, отмечающая службу канадцев, воевавших за рубежом, Маккензи Кинг сказал, что надпись относится ко многим другим событиям в канадской истории и, следовательно, никогда не предназначалась для национального военного мемориала; он уточнил: «пока нет памятника национального масштаба в столице Доминиона», и то, что предлагает Кабинет министров, «предназначено быть национальным памятником в национальной столице», а не следовать прецеденту и подражать древним странам. В целом, оппозиция поддерживала идею, но критиковала предполагаемые затраты. Маккензи Кинг ответил: «Когда нация теряет то, что выражает ее искусство, она теряет свой дух, а когда она теряет память о жертвах и героизме, благодаря которым обрела свободу, она теряет все видение, которое делает народ великим».

The subject of a memorial to commemorate those killed in the First World War was raised even before the conflict had ended; Prime Minister Robert Borden said in 1915 "[i]t is my desire and intention that some splendid monument shall be erected in this country, perhaps in the capital of the Dominion, which will commemorate the men who responded so splendidly to the call of duty." There was opposition to the idea, mostly to its cost, especially as the argument continued through the Great Depression. The Lord Beaverbrook initiated, in partnership with the government, the Canadian War Memorial Fund (CWMF) in April 1918 with the purpose of "perpetuating the memory of what Canada has accomplished in this war" through paintings, photographs, and the erection of memorials. An early proposal in 1919 was a memorial hall in Ottawa, to act as a social centre for between 2,000 and 4,000 people as well as a monument to the Canadians who served in the Great War. It did not grow past the concept stage, but, an idea from the CWMF for a memorial building did progress to the detail design phase. It would have resembled the Pantheon in Rome and housed the art in the CWMF's collection while acting "as a great war memorial in itself." Immediately after the war's end, however, the focus shifted to the burial of the dead: the design of markers and headstones. in parliament on the last day of the session, the Cabinet requested appropriation for a war memorial to be built in Ottawa. A site in the Gatineau Hills was originally considered but it was determined the best option was the redevelopment and expansion of downtown Ottawa's Connaught Place into a plaza for the memorial,

In May 1923, the Minister of Public Works James Horace King asked the legislature to approve $10,000 for the memorial. However, with the minister unable to satisfactorily answer members' questions on what the money would be used for and the Prime Minister absent, it was determined to leave the matter for another time. Subsequently, the issue was again raised on 11 May 1923, when King stated "[i]n every country in the world the spirit of the nation has found some expression in regard to great events in the form of permanent monuments if the occasions have been sufficiently worthy of such recognition from the national point of view. The government felt that a monument should be erected in the capital of Canada expressive of the feelings of the Canadian people as a whole to the memory of those who had participated in the Great War and had lost their lives in the service of humanity." In response to a statement by Murray MacLaren that the central column of Confederation Hall (the main entrance) of the new Centre Block already had an inscription noting the service of Canadians who had fought overseas, Mackenzie King said the inscription made reference to many other events in Canadian history and, as such, was never meant to act as a national war memorial; he elaborated: "there is, as of yet, no monument of a national character in the capital of the Dominion" and what the Cabinet proposed was "intended to be a national monument in the national capital." and not reflexively "follow precedent, to follow ancient countries." Generally, the opposition was in favour of the idea, but criticized the projected costs. Mackenzie King responded: "When a nation loses what is signified by its art it loses its own spirit, and when it loses the remembrance of the sacrifices and heroism by which it has gained the liberty it enjoys, it loses all the vision that makes a people great."

Дизайн и строительство

Более двух лет параметры конкурса определялись командой, в которую входили, в частности, заместитель министра общественных работ Дж. Б. Хантер, имевший опыт создания многочисленных мемориалов в Канаде; Эрик Браун, бывший директор Национальной галереи Канады и член Консультативного комитета канадских военных художников; и полковник Х. С. Осборн, исполнявший обязанности почетного секретаря Канадской комиссии по мемориалам на полях сражений. 12 февраля 1925 года был объявлен запрос на проектные предложения, бюджет памятника был установлен в размере 100 000 долларов. Памятник должен был воплощать «дух героизма, дух самопожертвования, дух всего благородного и великого, проявленного в жизни тех, кто пал в Великой войне, и заслуги мужчин и женщин, отправившихся за границу». В документе не было упоминания об Империи, акцент делался исключительно на Канаде и ее усилиях. Это отражало стремление сделать военный мемориал символом обретения Канадой государственности. Было представлено 127 заявок: 66 из Канады, 24 из Англии, 21 из Франции, семь из Соединенных Штатов, пять из Бельгии, две из Италии, одна из Шотландии и одна из Тринидада. Из семи финалистов победителем, объявленным 18 января 1926 года, стал Вернон Марч из Фарнборо, Великобритания. Его темой была реакция Канады на войну, выраженная в униформенных фигурах, расположенных в тогдашнем правильном порядке прецеденции.

Работа над мемориалом началась в 1926 году под эгидой Департамента общественных работ Доминиона. Марчу помогали шесть его братьев и сестра, и все они завершили работу после его смерти в 1930 году. Его проект в последующие годы неоднократно пересматривался и корректировался: количество фигур и некоторые размеры были увеличены, а вместе с ними и сметная стоимость, на 85 000 долларов. Это подливало масла в огонь парламентской оппозиции, которая утверждала, что деньги лучше потратить на помощь ветеранам. Член парламента от Прогрессивной партии Дж. С. Вудсворт заявил в 1931 году: «Если есть контракт, мы должны его выполнить, но с бедными безработными солдатами в стране, я не думаю, что нам понадобится много памятников в ближайшее время». Даже во время пребывания Р. Б. Беннетта на посту премьер-министра (1930–1935) чиновники, курировавшие проект военного мемориала, продолжали придерживаться принципов проектирования, изложенных Маккензи Кингом и другими членами конкурсной комиссии, демонстрируя двухпартийную поддержку мемориала. Точность униформы и снаряжения – по просьбе Марча, вплоть до таких деталей, как пуговицы и ремни – контролировалась канадскими чиновниками и была выставлена в Хайд-парке, Лондон, в макете гранитной арки и постамента. Именно тогда более одного члена общественности указал на то, что арка слишком узкая для проезда артиллерийской кареты. Это привело к тому, что Марчи расширили арку на 1 метр в ширину и на 2 метра в высоту, а также увеличили размер постамента, на котором должны были быть установлены фигуры. Однако эти изменения создали пробелы по обе стороны от группы бронзовых статуй, что, по мнению Сиднея Марча, негативно сказалось на общем облике памятника. Он предложил решение – добавить еще три фигуры к существующим 19. Это было одобрено, бронзовые фигуры были отлиты, и вся коллекция была помещена на хранение на литейном заводе Марчей, пока в Оттаве продолжались споры о местоположении памятника. Федеральная окружная комиссия (предшественник Национальной столичной комиссии), мэр Дж. Е. Стэнли Льюис, общественные деятели, журналисты и представители общественности выразили неодобрение или прямое несогласие с площадкой Конно-Плейс. Некоторые группы требовали разместить военный мемориал в центре Парламентского холма, другие считали, что более подходящим местом будет участок с видом на реку Оттава, к западу от парламента. Даже французский архитектор Жак Гребер, с которым Маккензи Кинг (вновь премьер-министр) обсуждал благоустройство центра Оттавы и которого считали сторонником идеи размещения военного мемориала на Конно-Плейс, подготовил доклад о перепланировке Оттавы, в котором рекомендовал разместить памятник погибшим в войне в парке Майорс-Хилл. Однако после того, как Маккензи Кинг указал на то, что парк зимой будет менее гостеприимным и доступным, Гребер согласился и разработал планы для площадки Конно-Плейс. Бронзовые фигуры были перевезены в Оттаву летом 1937 года. В декабре, после многих лет споров, фигуры мира и свободы были установлены на гранитную арку в тот же день, когда в Германии было подписано Мюнхенское соглашение. Маккензи Кинг был оптимистичен: «Канада будет помнить на протяжении всей своей истории, что эти две символические фигуры заняли свое место на вершине Национального мемориала 30 сентября, в день подписания четырехстороннего соглашения, предотвратившего новую Великую войну».

Work on the memorial began in 1926 under the auspices of the Dominion's Department of Public Works. March was assisted by his six brothers and his sister, all of whom completed the work after March's death in 1930. His design was, over the ensuing years, revised and adjusted: the number of figures and certain dimensions increased and, accordingly, so did the estimated cost, by $85,000. This gave fuel to the parliamentary opposition, who argued the money could be better spent aiding veterans. Progressive Party Member of Parliament (MP) J. S. Woodsworth asserted in 1931: "[i]f there is a contract we must go through with it but with poor unemployed soldiers in the country, I do not think we shall need many monuments for a while." Even through R. B. Bennett tenure as prime minister (1930 to 1935), the officials overseeing the war memorial project continued to adhere to the design principles set out by Mackenzie King and the other competition directors, demonstrating bipartisan support for the memorial. As the accuracy of the uniforms and equipment—at March's request, down to details such as buttons and straps—was directed by Canadian officials, put on display in Hyde Park, London, within a mock up of the granite arch and plinth. It was then that more than one member of the public pointed out that the archway was too narrow for the artillery carriage to pass through. This led the Marchs to make the arch 3 feet (1 m) wider and 6 feet (2 m) taller and enlarge the size of the plinth the figures would be mounted on. Those moves, though, created gaps on either side of the crowd of bronze statues, which Sydney March felt negatively impacted the overall appearance of the monument. His proposed solution was to add another three figures to the existing 19. This was approved, the bronze figures were cast, and the entire collection was put in storage at the Marchs' foundry as the argument continued in Ottawa over the monument's location. Disapproval or blatant rejection of the Connaught Place site was expressed by the Federal District Commission (predecessor of the National Capital Commission), Mayor J. E. Stanley Lewis, social commentators, journalists, and members of the public. Some groups demanded the war memorial be central on Parliament Hill, others said a spot overlooking the Ottawa River, west of parliament was more appropriate. Even the French architect Jacques Gréber, whom Mackenzie King (once again prime minister) had spoken to about the beautification of downtown Ottawa and was thought to be a supporter of the idea to put the war memorial in Connaught Place, penned a report on the redevelopment of Ottawa in which he recommended the monument to the war dead be put in Major's Hill Park. However, after Mackenzie King pointed out that the park would not be as hospitable or accessible during the winter months, Gréber agreed and drew up plans for the Connaught Place site. The bronzes were finally relocated to Ottawa in the summer of 1937, In December, after years of bickering, Still, the figures of peace and freedom were placed atop the granite arch on the same day the Munich Agreement was signed in Germany. Mackenzie King was optimistic: "Canada will remember throughout her history, that these two symbolical figures found their place at the top of the National Memorial on September the 30th, the day of the signing of the 4 power agreement which averted another Great War."