Факторы, формирующие технологические инновации

Введение

Теории технологических изменений и инноваций стремятся объяснить факторы, формирующие технологические инновации, а также влияние технологий на общество и культуру. Некоторые из наиболее современных теорий технологических изменений отвергают два прежних подхода: линейную модель технологических инноваций и технологический детерминизм. В противовес линейной модели, некоторые современные теории технологических изменений и инноваций обращаются к истории технологий, где находят свидетельства того, что технологические инновации часто приводят к возникновению новых научных областей, и подчеркивают важную роль социальных сетей и культурных ценностей в создании и формировании технологических артефактов. Чтобы оспорить так называемый "технологический детерминизм", современные теории технологических изменений акцентируют внимание на широте спектра технического выбора, который, по их мнению, значительно больше, чем осознают большинство людей; как отмечают ученые, занимающиеся философией науки, и специалисты в области науки и технологий, "все могло быть иначе". По этой причине сторонники этих взглядов часто утверждают о необходимости расширения участия общественности в принятии технологических решений.

Социологические теории

Социологические теории и исследования Общества и Социального фокусируются на том, как человек и технологии фактически взаимодействуют и могут даже оказывать влияние друг на друга. Некоторые теории посвящены тому, как принимаются политические решения, касающиеся как людей, так и технологий, при этом люди и технологии рассматриваются как равноправные участники процесса принятия решений. Люди не только создают, используют, но и внедряют технологические инновации. Большинство теорий по этой теме рассматривают индивидуальное взаимодействие человека с технологическим оборудованием, однако существует и направление, изучающее взаимодействие групп людей с технологиями. По мнению некоторых критиков, описанные теории намеренно сформулированы расплывчато и неоднозначно, поскольку условия, в которых они применяются, меняются вместе с развитием человеческой культуры и технологическими изменениями и инновациями.

Подходы критической теории

Критическая теория, по мнению некоторых, стремится выйти за рамки простого описания существующего положения вещей, исследуя вопрос о том, почему всё сложилось именно так и каким оно могло бы быть в иных обстоятельствах. Критическая теория задается вопросом, чьи интересы обслуживает оспариваемый статус-кво, и оценивает возможности будущего, предлагающего альтернативы и стремящегося к улучшению как технологического обслуживания, так и социальной справедливости. Здесь приводится определение Гейсса, согласно которому «критическая теория – это рефлексивная теория, предоставляющая агентам знания, внутренне способствующие просвещению и эмансипации» (1964). Таким образом, Маркузе утверждал, что, хотя технологии и дизайн часто представляются как нейтральный технический выбор, на самом деле они выражают политические или моральные ценности. Критическая теория рассматривается как «форма археологии», стремящаяся проникнуть глубже общепринятых представлений, чтобы выявить властные отношения и интересы, определяющие конкретные технологические конфигурации и способы их использования. Вероятно, наиболее разработанная современная критическая теория технологий содержится в работах Эндрю Финберга, в частности, в его книге «Трансформирующая технология» (2002). В рамках подхода «Ценности в дизайне» ставится вопрос о том, как обеспечить место ценностям (наряду с техническими стандартами, такими как скорость, эффективность и надежность) в качестве критериев оценки качества и приемлемости информационных систем и новых медиа. Каким образом такие ценности, как конфиденциальность, автономия, демократия и социальная справедливость, могут стать неотъемлемой частью концепции, дизайна и разработки, а не просто добавляться после завершения проекта? К ключевым мыслителям в этой области относится Хелен Ниссенбаум (2001).

Теории социальных групп

Существует также ряд теорий, связанных с наукой, технологиями и обществом, которые рассматривают даже то, как медиа влияют на развитие групп или другие процессы. В целом, считается, что эти технологические теории посвящены социальным последствиям средств коммуникации (например, богатству медиа) и вопросам выбора средств (когда и какое средство использовать эффективно). Другие теории (социальное присутствие и "естественность медиа") изучают последствия этого выбора (то есть, каковы социальные эффекты использования конкретных средств коммуникации). Теория социального присутствия (Short и др., 1976) является "ключевой" теорией, изучающей наблюдаемые социальные эффекты коммуникационных технологий. Основное внимание в ней уделяется, естественно, телефонии и телефонной связи, но также и конференцсвязи (исследования в этой области финансировались Генеральным почтовым отделением, ныне British Telecom). Она утверждает, что социальное воздействие средства коммуникации зависит от степени социального присутствия, которое оно обеспечивает взаимодействующим. Социальное присутствие определяется как характеристика самого средства: степень акустического, визуального и физического контакта, которое оно позволяет установить. Теория предполагает, что увеличение контакта усиливает ключевые компоненты "присутствия": большую близость, непосредственность, теплоту и взаимопонимание. Как следствие социального присутствия, ожидается усиление социального влияния. В случае коммуникационных технологий предполагается, что текстовые формы взаимодействия (электронная почта, мгновенные сообщения) менее социальны и, следовательно, менее способствуют социальному влиянию. Теория богатства медиа (Daft & Lengel, 1986) имеет общие черты с теорией социального присутствия. Она постулирует, что объем передаваемой информации варьируется в зависимости от богатства среды. Теория исходит из того, что разрешение неоднозначности и снижение неопределенности являются основными целями коммуникации. Поскольку средства коммуникации различаются по скорости достижения понимания в определенный промежуток времени (при этом "богатые" медиа передают больше информации), они не все одинаково хорошо справляются с разрешением неопределенности и двусмысленности. Чем меньше возможностей у средства коммуникации, тем меньше неопределенности и двусмысленности оно способно устранить. Следовательно, богатство медиа должно соответствовать поставленной задаче, чтобы избежать чрезмерного упрощения или усложнения. Теория естественности медиа (Kock, 2001; 2004) опирается на идеи эволюции человека и была предложена как альтернатива теории богатства медиа. Теория естественности медиа утверждает, что поскольку наши предки-гоминиды каменного века общались преимущественно лицом к лицу, эволюционное давление привело к развитию мозга, который, соответственно, предназначен для этой формы общения. Другие формы коммуникации слишком новы и вряд ли оказали эволюционное давление, которое могло бы сформировать наш мозг в соответствии с ними. Использование средств коммуникации, подавляющих ключевые элементы, присутствующие в личном общении, как это делают многие электронные средства коммуникации, таким образом, создает когнитивные препятствия для общения. Это особенно актуально в контексте сложных задач (например, реинжиниринг бизнес-процессов, разработка новых продуктов, онлайн-обучение), поскольку такие задачи, по-видимому, требуют более интенсивного общения в течение длительного времени, чем простые задачи. Теория синхроничности медиа (MST, Dennis & Valacich, 1999) переориентирует теорию богатства на синхроничность коммуникации. Социально-идентификационная модель эффектов деиндивидуализации (SIDE) (Postmes, Spears и Lea, 1999; Reicher, Spears и Postmes, 1995; Spears & Lea, 1994) была разработана в ответ на идею о том, что анонимность и снижение присутствия обедняют (или "деиндивидуализируют") социальные коммуникации посредством технологий. Она предложила альтернативное объяснение этих "эффектов деиндивидуализации", основанное на теориях социальной идентичности (например, Turner и др., 1987). Модель SIDE различает когнитивные и стратегические эффекты коммуникационной технологии. Когнитивные эффекты возникают, когда коммуникационные технологии делают "выразительными" определенные аспекты личной или социальной идентичности. Например, некоторые технологии, такие как электронная почта, могут скрывать характеристики отправителя, индивидуализирующие его (то есть передающие аспекты его личной идентичности), и в результате больше внимания может уделяться его социальной идентичности. Стратегические эффекты обусловлены возможностями, предоставляемыми коммуникационными технологиями, для избирательного проявления или реализации определенных аспектов идентичности и сокрытия других. Таким образом, SIDE рассматривает социальное и технологическое как взаимоопределяющие, а поведение, связанное с конкретными формами коммуникации, как продукт или взаимодействие этих двух факторов. Теория времени, взаимодействия и производительности (TIP; McGrath, 1991) описывает рабочие группы как социальные системы, основанные на времени, многомодальные и многофункциональные. Группы взаимодействуют в одном из режимов: зарождение, решение проблем, разрешение конфликтов и выполнение. Три функции группы: производство (достижение цели), поддержка (эмоциональная) и благополучие (нормы и роли).

There are also a number of technologically related science and society theories that also address even on how media affects group developments or otherwise processes. Broadly speaking, these technological theories are said to be concerned with the social effects of communication media (e. g., media richness) are concerned with questions of media choice (when to use what medium effectively). Other theories (social presence and "media naturalness") are concerned with the consequences of those media choices (i. e., what are the social effects of using particular communication media). Social presence theory (Short, et al., 1976) is a "seminal theory" of the viewed social effects of communications technology. And its main concern is, naturally, with telephony and telephone, but also even conferencing (and the research here was found among the sponsored by the General Post Office, now British Telecom). It argues that the social impact of a communication medium depend on the social presence it allows communicators to have. Social presence is defined as a property of the medium itself: the degree of acoustic, visual, and physical contact that it allows. The theory assumes that more contact will increase the key components of "presence": greater intimacy, immediacy, warmth and inter personal rapport. As a consequence of social presence, social influence is expected to increase. In the case of communication technology, the assumption is that more text based forms of interaction (e mail, instant messaging) are less social, and therefore less conducive to social influence. Media richness theory (Daft & Lengel, 1986) shares some characteristics with social presence theory. It posits that the amount of information communicated differs with respect to a medium's richness. The theory assumes that resolving ambiguity and reducing uncertainty are the main goals of communication. Because communication media differ in the rate of understanding they can achieve in a specific time (with "rich" media carrying more information), they are not all capable of resolving uncertainty and ambiguity well. The more restricted the medium's capacity, the less uncertainty and equivocality it is able to manage. It follows that the richness of the media should be matched to the task so as to prevent over simplification or complication. Media naturalness theory (Kock, 2001; 2004) builds on human evolution ideas and has been proposed as an alternative to media richness theory. Media naturalness theory argues that since our Stone Age hominid ancestors have communicated primarily face to face, evolutionary pressures have led to the development of a brain that is consequently designed for that form of communication. Other forms of communication are too recent and unlikely to have posed evolutionary pressures that could have shaped our brain in their direction. Using communication media that suppress key elements found in face to face communication, as many electronic communication media do, thus ends up posing cognitive obstacles to communication. This is particularly the case in the context of complex tasks (e. g., business process redesign, new product development, online learning), because such tasks seem to require more intense communication over extended periods of time than simple tasks. Media synchronicity theory (MST, Dennis & Valacich, 1999) redirects richness theory towards the synchronicity of the communication. The social identity model of deindividuation effects (SIDE) (Postmes, Spears and Lea 1999; Reicher, Spears and Postmes, 1995; Spears & Lea, 1994 ) was developed as a response to the idea that anonymity and reduced presence made communication technology socially impoverished (or "deindividuated"). It provided an alternative explanation for these "deindividuation effects" based on theories of social identity (e. g., Turner et al., 1987). The SIDE model distinguishes cognitive and strategic effects of a communication technology. Cognitive effects occur when communication technologies make "salient" particular aspects of personal or social identity. For example, certain technologies such as email may disguise characteristics of the sender that individually differentiate them (i. e., that convey aspects of their personal identity) and as a result more attention may be given to their social identity. The strategic effects are due to the possibilities, afforded by communication technology, to selectively communicate or enact particular aspects of identity, and disguise others. SIDE therefore sees the social and the technological as mutually determining, and the behavior associated with particular communication forms as the product or interaction of the two. Time, interaction, and performance (TIP; McGrath, 1991) theory describes work groups as time based, multi modal, and multi functional social systems. Groups interact in one of the modes of inception, problem solving, conflict resolution, and execution. The three functions of a group are production (towards a goal), support (affective) and well being (norms and roles).

Другие станки

Кроме того, многие авторы рассматривали технологии, чтобы критиковать или подчеркивать аспекты технологий, затронутые в основных теориях. Например, Стив Вулгар (1991) рассматривает технологию как текст, чтобы критиковать социологию научного знания применительно к технологиям и выделить три типа реакций на эту концепцию: инструментальную (интерпретативная гибкость), интерпретативную (влияние среды/организации) и рефлексивную (двойная герменевтика). Pfaffenberger (1992) рассматривает технологию как драму, чтобы доказать, что рекурсивное структурирование технологических артефактов и их социальной структуры дискурсивно регулирует технологическое конструирование политической власти. Технологическая драма – это дискурс технологических «утверждений» и «контрутверждений» в процессах технологической регуляризации, адаптации и пересоздания. Значимый философский подход к технологиям предложен Бернаром Стиглером, на работы которого повлияли другие философы и историки технологий, включая Жильбера Симондона и Андре Ле Руа Гурхана. В теориях Шумпетера и нео-Шумпетера технологии являются ключевыми факторами экономического роста (Карлота Перес).