Хилмар Рекстен: От богатства к банкротству норвежского судовладельца

Введение

Норвежский бизнесмен

Хильмар Август Рекстен (Hilmar August Reksten) (29 октября 1897 – 1 июля 1980) был норвежским судоходным магнатом. Осенью 1973 года его считали одним из самых богатых людей в мире, владевшим флотом стоимостью около 300 миллионов фунтов стерлингов. К моменту его смерти в 1980 году он потерял все и оставил после себя долг в размере около 100 миллионов фунтов стерлингов.

Предыстория

Хильмар Рекстен вырос в небольшой квартире в Норднесе, центральном районе Бергена. Он был старшим из троих детей: у него был младший брат Хьялмар (1900–1961) и сестра Софи. Их мать, Хелен Монсен Сёндервог (1869–1902), умерла, когда Рекстену было всего четыре года. Его отец, Эрик Рекстен (1873–1963), работал кочегаром, а затем инженером, проводя большую часть времени в море. Он присылал домой деньги на содержание детей. Лишь в 1907 году Рекстен-старший накопил достаточно средств, чтобы больше времени проводить дома с детьми, оставшимися без матери. В том же году он женился на Ханне Грегориуссен, которую Рекстен позже стал называть "матерью", и которая создала уютный дом для своих приемных детей. У них родился сын Карл (1909–1999). Рекстен хорошо учился в школе, а в свободное время вступил в местный буэкорпс, Nordnæs Bataillon. Он мечтал о карьере в судоходстве, но Первая мировая война создала трудности в этой области. В 1917 году он начал неоплачиваемую работу в новой судоходной фирме. Талант Рекстена быстро заметили, и ему предложили оплачиваемую должность, однако его работодатель обанкротился в 1919 году из-за рецессии в судоходстве, последовавшей за Первой мировой войной.

Ранние годы в судоходстве

Рекстен изучал экономику в Кельне, получив стипендию в размере 5000 норвежских крон от судоходной компании Ханса Вестфала Ларсена. Однако к концу 1921 года оставшаяся сумма практически обесценилась из-за гиперинфляции в Веймарской республике. Тем не менее, Рекстен выживал в течение следующих трех лет, зарабатывая написанием платных статей из Германии для газеты Bergens Tidende, что позволило ему закончить учебу и вернуться в Норвегию в 1924 году. Он жил на Траянштрассе в старом квартале Кельна, что пробудило его пожизненный интерес к Древнему Риму. Когда он основал собственную компанию в 1929 году, он назвал ее «Траян» в честь римского императора. Его первый корабль, «Дорис», также был переименован в «Траян». Его отец, который более года был безработным, стал первым инженером этого судна. Рекстен руководил своей фирмой из Минде, жилого района Бергена, где он проживал до 1932 года. В августе 1939 года его жена, Бьёрг Элизабет Йоханнессен, умерла в возрасте всего 36 лет, после 14 лет брака. В то время семья жила в вилле недалеко от Бергена, где также был дом для отца Бьёрг Элизабет, а в отдельном здании располагалась судоходная компания.

Военное время

Рекстен проявил выдающиеся способности к инвестициям; к началу Второй мировой войны у вдовца было шесть судов в эксплуатации. Во время немецкого вторжения в Норвегию он был призван на военную службу в военно-морской центр Marineholmen в Бергене. Утром 9 апреля 1940 года он вернулся туда, одетый в гражданскую одежду, незаметно прошел мимо немецких охранников и тайно вывел норвежского командира вместе с важными секретными документами. В последующие дни он продолжал конспиративную деятельность, создав сеть, известную как "Круг Рекстена", из людей, связанных с движением сопротивления. Постепенно опасаясь за свою жизнь, но и стремясь продолжить работу в сфере судоходства, он решил оставить своих пятерых детей и бежал в Англию. Он отправился в Нью-Йорк с целью создания Nortraship в Соединенных Штатах. Пять его судов находились за границей и могли помочь союзникам в военных действиях. Однако одно из них, "Адриан", застряло в Дакаре, а затем поступило на немецкую службу, пока не было потоплено советскими войсками у берегов Севастополя в мае 1944 года. Рекстен вступил в конфликт с другими руководителями Nortraship. Осенью 1940 года он передал свой корабль "Октавиан" компании, зарегистрированной в Панаме и находящейся под его управлением, тем самым нарушив правило, согласно которому все норвежские суда должны контролироваться Nortraship, хотя он утверждал, что получил от норвежских властей соответствующее разрешение. Его не уволили, а перевели в бухгалтерию. В сентябре 1941 года он вернулся в Лондон, где тесно сотрудничал с премьер-министром в изгнании Йоханом Нигардсвольдом, министром иностранных дел Тригве Ли и другими членами правительства. Он вел переговоры с британским Министерством военного транспорта об интересах Норвегии и передаче британского тоннажа в качестве компенсации за потерю норвежских судов. Ему возражали из-за вмешательства в дела Nortraship, и в феврале 1942 года он был отправлен обратно в Нью-Йорк для оценки Nortraship и его руководства. Рекстен особенно критически относился к главе Nortraship Эйвинду Лоренцену и считал себя более компетентным в управлении компанией. Вместо этого он был трудоустроен в офисе Nortraship в Монреале, где вел переговоры с американскими властями о продлении срока службы норвежского флота, ремонте и компенсациях. С 1941 года он был председателем лондонского совета директоров компании Store Norske Spitsbergen Kulkompani. В июне 1943 года он отправился на Шпицберген от имени компании и в качестве представителя армии, где служил офицером. На Шпицбергене Рекстен, свободно владевший немецким языком, получил разрешение присоединиться к экспедиции, целью которой было захватить коттедж, использовавшийся в качестве немецкой метеостанции. Экспедиция увенчалась успехом, поскольку пять находившихся там немцев заранее покинули коттедж; однако, пока Рекстен нес охрану у коттеджа, в заливе появилась немецкая подводная лодка и открыла огонь по норвежцам. Рекстен не пострадал и вернулся в Англию. Неоднократно пересекая Атлантический океан во время Второй мировой войны, Рекстен хорошо понимал, какое давление испытывают норвежские моряки. Он позаботился о том, чтобы их семьи в Норвегии получали заработную плату моряков на протяжении всей войны. Его забота об их благополучии была искренней. Три из четырех его судов, находившихся в составе союзнических конвоев, были потоплены во время Второй мировой войны, и в августе 1943 года он подал заявление на получение авансовой компенсации. Он получил 70 000 фунтов стерлингов и инвестировал их в британский пароход "Марсден". Британцы согласились с этим, при условии, что "Марсден" будет плавать под британским флагом.

Reksten showed a remarkable capacity for investments; by the time of World War II the widower had six ships in operation. At the German invasion of Norway, he was drafted for military service at the naval centre of Marineholmen in Bergen. In the morning of 9 April 1940 he returned there, dressed in civilian clothes, got past the German guards there and smuggled the Norwegian commander out, along with important, secret papers. In the following days he conspired further, building up a network called "the Reksten circle" of people from the resistance movement. Gradually fearing for his life, but also because he wanted to continue his work within shipping, he chose to leave his five children behind while he himself fled to England. He went on to New York City with the intention of building up Nortraship in the United States. Five of his ships were abroad and could help the Allied with the war effort. However one of them, Hadrian, was stuck in Dakar and later in German service, until sunk by the Soviets outside Sevastopol in May 1944. Reksten ended in conflict with more of Nortraship's leaders. In the autumn of 1940 he transferred his ship Octavian to a company registered in Panama and run by himself, thus breaking the rule that all Norwegian ships be controlled by Nortraship, albeit he claimed to have obtained a dispensation from Norwegian authorities. He was not fired, but transferred to the accounts department. In September 1941 he returned to London, where he cooperated closely with prime minister in exile, Johan Nygaardsvold, foreign minister Trygve Lie and other government members. He negotiated with the British Ministry of War Transport about Norwegian interests and transfer of British tonnage as replacement for Norwegian loss of ships. There were protests against him interfering with Nortraship's interests, and in February 1942 he was returned to New York to evaluate Nortraship and its leaders there. Reksten was particularly critical to the Head of Nortraship Øivind Lorentzen, and felt himself to be more competent at running Nortraship. Instead he was employed at the Nortraship office in Montreal, negotiating with American authorities about renewals of the Norwegian fleet, repairs and indemnity. Since 1941 he had been Head of the London based board of Store Norske Spitsbergen Kulkompani. He left for Svalbard in June 1943 on behalf of the company and as a representative of the army, where he was an officer. On Svalbard Reksten, being fluent in German, was permitted to join an expedition meant to conquer a cottage functioning as a German weather station. The expedition succeeded, as the five Germans stationed there had fled in advance; but while Reksten was on guard outside the cottage, a German submarine surfaced in the bay, opening fire at the Norwegians. Reksten was unhurt though and returned to England. Crossing the Atlantic Ocean a number of times during World War II, Reksten was well aware of the pressure faced by the Norwegian sailors. He made sure that their families in Norway received the sailors' pay throughout the war. His concern for their welfare was genuine. Three of his four ships in Allied traffic were sunk during World War II, and in August 1943 he applied for indemnity paid in advance. He received £70 000, and invested in a British steam ship, Marsden. The Brits accepted this, provided Marsden sailed under British flag.

Послевоенный

После войны он продолжал расширять свой бизнес, и в 1974 году компания располагала судами, перевозившими… В этот момент компания Rekstens была третьей по величине судоходной компанией в Норвегии, уступая лишь Bergesen и Jahre и, таким образом, одной из крупнейших в мире. Бизнес-принцип Рекстена был прост: он отказывался от долгосрочных контрактов, полагая, что политические кризисы будут периодически приводить к росту фрахтовых ставок. Долгое время его прогнозы оправдывались. Он извлекал выгоду как из начала Корейской войны в 1950 году, так и из Суэцкого кризиса 1956 года. Тот факт, что между кризисами он неоднократно оказывался на грани банкротства, ничуть не поколебал его уверенности. Его «норвежский период» начался в 1963 году, когда он разместил заказ на семь крупных танкеров общей стоимостью 450 миллионов крон на заводе Akers mekaniske verksted (механическая мастерская Акера), 80% которого финансировалось его банком. Было даже неясно, смогут ли корабли найти заказы после постройки. «Но мне не потребовалось предоставлять банковскую гарантию, – хвастался он, – потому что я отказался это делать». К 1967 году, когда был закрыт Суэцкий канал, он располагал четырнадцатью супертанкерами. В 1968 году Рекстен разместил заказ на еще семь супертанкеров на заводе Aker – крупнейших судах, которые мир видел к тому времени. Он обратился к другим норвежским судовладельцам с предложением объединиться в одну гигантскую судоходную компанию. Однако остальные отказались от этого плана, осознав, что Рекстен намеревался доминировать в новом объединении. В 1970 году Рекстен заключил крупнейший в истории судоходный контракт, когда Ливия сократила добычу нефти, Нигерия погрузилась в хаос, а Сирия закрыла нефтепровод из Ближнего Востока в Средиземноморье. Двенадцать его супертанкеров были сданы в аренду British Petroleum по контракту, принесшему Рекстену чистую прибыль в 500 миллионов крон. Позднее «дело Рекстена» возникло из-за этой огромной суммы, которая была незаконно выведена из Норвегии и спрятана в секретных «почтовых ящиках» за границей. Он считал эту прибыль исключительно своей и в частном порядке высказывал мнение, что налоговая политика Норвежской лейбористской партии вынуждает выводить средства из страны. Однако из-за этого у империи Рекстена оказалось мало резервов, когда с 1971 года фрахтовые ставки резко упали. Рынок был настолько вялым, что пять супертанкеров Рекстена были выведены из эксплуатации, а еще два ему пришлось продать. У него все еще были значительные заказы на заводе Akers mekaniske. Руководство завода было настолько обеспокоено, что предлагало объявить Рекстена банкротом, но зимой 1972/73 года фрахтовые ставки снова выросли благодаря увеличению импорта в США и опасениям по поводу роста цен на нефть.

After the war he kept expanding his business, and in 1974 the company had ships carrying At this point Reksten’s was the third largest shipping company in Norway second only to Bergesen and Jahre and thereby also one of the largest in the world. Reksten's business principle was simple: He refused long term contracts, presuming that at intervals, political crises would cause an increase in freight rates. For a long period he was proved right. Both when the Korean war broke out in 1950 and the Suez crisis in 1956, Reksten profited. The fact that he, between each crisis, was on the verge of bankruptcy, did not in the least alter his conviction. His "Norwegian period" began in 1963 when he placed an order of seven large tank ships, worth 450 million kroner, with Akers mekaniske verksted (= Aker's mechanical workshop), 80% financed by his bank. It was even uncertain if the ships would find commissions when built. "But I did not have to show a bank guarantee," he boasted. "Because I refused to do so." He stood ready with 14 super tankers when the Suez Canal was closed in 1967. In 1968 Reksten placed an order for yet another seven supertankers from Aker, the largest ships the world had seen so far. He contacted other Norwegian shipping magnates, suggesting that they merge into one giant shipping firm. The others withdrew from the plan though, realizing that Reksten intended to dominate the colossus. In 1970 Reksten signed the shipping contract of all times, when Libya cut down on oil production, while Nigeria was in chaos, and Syria closed the oil pipeline from the Middle East to the Mediterranean. Twelve of his supertankers were now hired out to British Petroleum under a contract providing Reksten with a net profit of 500 million kroner. The later "Reksten case" originated in this giant sum, which was illegally transferred from Norway and hidden in secret "mailbox companies" abroad. To him, the profit was his, and his alone, and privately he had also ventilated the opinion that the tax policy of the Norwegian Labour party made it necessary to remove funds from Norway. Due to this action however, the Reksten empire had few funds to rely on when the freight rates dropped dramatically from 1971 onwards. The market was so slow that five of Reksten's supertankers were laid up, while he was forced to sell out another two. He still had considerable orders placed at Akers mekaniske. This firm was worried to such a degree that it was suggested to declare Reksten bankrupt; but in the winter of 1972/73, freight rates went up again, helped by an increase in the import to USA, as well as fear of rising oil prices.

Банкротство

Заявленной целью Рекстена было стать крупнейшим в мире судоходным магнатом до достижения 80 лет, что должно было произойти в 1977 году. Эта цель, по всей видимости, снизила его здравомыслие до такой степени, что весной 1973 года он приобрел флот компании Zapata, ранее принадлежавший судовладельцу Эрлингу Деке Нессу, за 208 миллионов долларов (750 миллионов крон). Это был скорее триумф для Рекстена, учитывая, что именно Несс отстранил его от Nortraship за нарушения во время Второй мировой войны. Однако покупка была оплачена прибылью, которую Рекстен незаконно вывел из Норвегии, что вынудило его отрицать свое фактическое владение. Его действия в конце 1973 года демонстрируют почти маниакальный настрой: он разместил заказ в Akers mekaniske на семь судов общей стоимостью 2,3 миллиарда крон и начал мечтать о танкерах вместимостью один миллион тонн. Осенью 1973 года он контролировал самое большое состояние, когда-либо принадлежавшее норвежцу. Пресса восхваляла его как одного из самых успешных инвесторов в мире, однако в большинстве сфер норвежской экономики он и его методы не пользовались популярностью. Даже Akers mekaniske, построившая большую часть его флота, относилась к нему с неодобрением. Он поссорился с пятью детьми от первого брака с Бьёрг Элизабет. С 1952 года и до своей смерти он был женат на Кэрол Монтгомери, от которой у него была одна дочь, Грейс Рекстен, его единственная наследница. В том же году его империя начала рушиться. Рекстен сильно пострадал от нефтяного кризиса 1973 года. Основная проблема заключалась в том, что многие другие танкерные магнаты начали разделять его оптимизм, ожидая дальнейшего роста фрахтовых ставок. Он был вынужден расторгнуть свой многомиллиардный контракт с Aker, что повлекло за собой штраф в 320 миллионов крон. В 1976 году он едва избежал банкротства, привлекая 100 миллионов крон из-за рубежа и получив государственную гарантию на кредит почти в один миллиард крон в обмен на передачу значительной доли акций компании. В 1979 году он предстал перед судом в Бергене по обвинению в налоговом мошенничестве, но был оправдан по всем восьми пунктам, кроме одного. В то время Рекстен был тяжело болен раком. В следующем году он скончался от этой болезни, был признан банкротом посмертно, а процедура банкротства продолжалась до 1993 года. После его смерти стало легче отследить спрятанные за границей активы. Фирма Ernst & Young оценила размер этих активов примерно в 213 миллионов крон. Компромисс с единственной наследницей, Грейс Рекстен Скауген, в 1990 году положил конец поискам скрытых средств: было переведено 60 миллионов крон, а также медицинский центр на Лансароте, оцененный в 10-12 миллионов крон. Однако относительно небольшая сумма его денег была помещена в трастовый фонд для его внуков в 1973 году. Это стало результатом судебного разбирательства между Хилмаром и его дочерью Астрид. Спустя годы появились обвинения в том, что сама Астрид вступила в сговор со своим мужем в схеме хищения, в результате которой дети так и не получили никакой выгоды от дохода или счета трастового фонда, и оставшимся в живых детям достались лишь гроши, когда они наконец получили контроль над средствами.

Reksten's declared goal was to become the world's greatest shipping magnate before turning 80, which would happen in 1977. This agenda seems to have reduced his sound judgment to a level where he bought the fleet of Zapata, formerly of shipowner Erling Dekke Næss, in the spring of 1973 for $208 million 750 million kroner. Rather a triumph for Reksten, Næss being the one who had him removed from Nortraship for irregularities back during World War II. The purchase however was paid for by the profit Reksten had illegally removed from Norway, resulting in him being forced to deny that he was the actual owner. His actions later in 1973 reflect an almost maniacal streak, when he placed an order with Akers mekaniske of seven ships worth 2.3 billion kroner, and started imagining tank ships of one million tons. In the autumn of 1973 he controlled the largest fortune ever owned by a Norwegian. The press celebrated him as one of the world's most successful investors; but in most of Norwegian economic life he and his methods were generally disliked. Even Akers mekaniske that had delivered most of his fleet, frowned upon him. He had fallen out with the five children from his first marriage with Bjørg Elisabeth. From 1952 until his death he was married to Carol Montgomery, with whom he had one child, Grace Reksten, his sole heir. The same year his empire started crumbling. Reksten was hit hard by the 1973 oil crisis. The main problem was that many other tank magnates had begun to share his optimism, expecting a further increase in freight rates. He was forced to cancel his billion contract with Aker, resulting in a fine of 320 million kroner. He barely avoided bankruptcy in 1976, by fetching in 100 million kroner from abroad, and have the Norwegian state guarantee for a loan of almost one billion kroner in return for taking over a great portion of the company’s stocks. In 1979 he was tried in Bergen courthouse for tax fraud, but acquitted on all eight points except one. Reksten was at the time badly marked by his cancer. The following year he died of his disease, was declared bankrupt post mortem, while the bankruptcy proceedings went on until 1993. After his death it was easier to trace the hidden fortune abroad. The accountancy firm Ernst & Young estimated the size of this fortune to around 213 million kroner. A compromise in 1990 with sole heiress Grace Reksten Skaugen put an end to the hunt for the hidden means: 60 million kroner were transferred, along with a health centre on Lanzarote with an estimated value of 10 12 million kroner. Though, a relatively small amount of his money was put into a trust account, for his grandchildren, in 1973. This was the result of a lawsuit between Hilmar and his daughter, Astrid. Years later allegations were made that Astrid herself was complicit with her husband, in an embezzlement scheme wherein the children never received any of the benefits from that trust income or its account and the living children were left with pennies on the dollar when they finally gained control of the funds.

Дело Рекстена

В 2014 году Bergens Tidende заявило, что "Ни одно другое дело в Норвегии не сравнится с делом Рекстена, – говорит журналист и автор Эрлинг Борген. Он называет Рекстена налоговым мошенником международного масштаба. – Как ни парадоксально, Рекстен был "кораблевладельцем народа", при этом он обманывал народ Норвегии". В Бергене он пользовался большой популярностью. В 2014 году Bergens Tidende сообщило, что "когда репортер Dagsrevyen опубликовал книгу о деле Рекстена, то "Берген объявил войну Эрлингу Боргену", – написала VG на первой странице 7 ноября 1981 года".

Благотворительность

В 1951 году мэр Бергена Нильс Хандл попросил Рекстена помочь в организации Festspillene i Bergen, которые впервые состоялись в 1953 году. Рекстен оказал финансовую поддержку и в течение пяти лет был председателем правления фестиваля. Он пожертвовал значительные средства на строительство музея, в котором сейчас размещена художественная коллекция Рольфа Стенерсена в Бергене, а также потратил около 7,5 миллионов крон на приобретение земли и зданий вокруг будущего концертного зала Григхален, чтобы строительство могло начаться. В 1967 году, когда школьному судну Statsraad Lehmkuhl угрожала продажа за границу, Рекстен выкупил его и обеспечил, чтобы оно осталось в Бергене. Он оказывал финансовую поддержку Норвежскому институту в Риме. В 1971 году он учредил благотворительный фонд. После его банкротства деятельность практически прекратилась, но начиная с 1990-х годов ситуация стала улучшаться, и сегодня Rekstensamlingene (коллекции Рекстена) являются частью культурной жизни Бергена.

Фильм и книги о Хильмаре Рекстен

"Просвещенный интерес Хильмара Рекстена" Ричарда Хойера (внука Хильмара Рекстена) был опубликован на Kindle в 2023 году. Это была первая биография Хильмара Рекстена на английском языке. "Отравленный колодец" Ричарда Хойера (внука Хильмара Рекстена) был опубликован на Kindle в 2023 году. Эта книга рассказывает полную историю о том, как Хойер узнал, что его родители украли трастовый фонд, предназначенный ему и его братьям и сестрам Хильмаром Рекстеном. "Dagbok Hilmar Reksten 1940 1945": "Дневник Хильмара Рекстена 1940 1945". Этот том на норвежском языке представляет собой личный дневник Хильмара, в котором подробно описана его деятельность в норвежском движении сопротивления. Он был опубликован H. Aschehoug & Co в 1980 году. "Penger i Paradis": "Деньги в раю" написана на норвежском языке Трондом Граммом и опубликована в 2017 году. В этой книге подробно описывается государственная поддержка Рекстена, его уголовное преследование и двадцатилетняя глобальная охота кредиторов за его скрытым миллиардным состоянием. "Slik Var Det": "Так это было" написана на норвежском языке Оуденом Рекстеном, дядей автора, который много лет помогал управлять компанией Reksten Shipping. Она была опубликована Gyldendal Norsk Forlag в 1983 году. "Hilmar Rekstens Eventyr": "Приключение Хильмара Рекстена" написана на норвежском языке Эрлингом Боргеном, одним из репортеров, освещавших уголовный процесс Рекстена в 1979 году. В этой книге подробно описан огромный финансовый скандал Хильмара и последовавший за ним судебный процесс. Она была опубликована издательством J. W. Cappelens Forlag в 1981 году. "Reksten" написана на норвежском языке Кристианом Ильнером. Это полная биография жизни Рекстена, опубликованная издательством Vigmostad & Bjorke в 2006 году. В 2014 году вышел документальный фильм "Keiseren" ["император"] режиссера Ларса Скорпена. В 2012 году начато производство телевизионного документального фильма о жизни Рекстена, основанного на материалах из архивов фотографа Лене Лётведт.