Введение

Opus Dei и политика – это обсуждение взглядов Opus Dei на политику, его роли в политической сфере и участия его членов в политической деятельности.

Общие политические вопросы

Опус Деи обвиняли в поддержке тоталитаризма в первой половине XX века, а затем и крайне правых правительств. История Опус Деи созвучна с консервативной диктатурой Франсиско Франко в Испании и начала формироваться в неспокойные межвоенные годы, одновременно с диктатурами Антониу де Оливейра Салазара, Адольфа Гитлера и фашистским режимом Бенито Муссолини. Некоторые министры Франко были членами Опус Деи. Однако сторонники Опус Деи указывают на то, что обвинения в поддержке Гитлера, Франко или тоталитаризма зачастую основывались на фрагментарной информации и отдельных показаниях бывших членов организации. Они также отмечают, что в 1920-х и 1930-х годах основной линией социалистических и коммунистических партий была оппозиция организованным религиям, особенно в преимущественно католических странах, таких как Испания, где Церковь массово поддержала Франко во время Гражданской войны в Испании (1936–1939).

Гитлер и нацизм

На неофициальной веб-странице Опус Деи говорится: в статье в Telegraph также сообщается, что Фелзманн слышал, как Эскрива сказал: «Влад, Гитлер не мог быть настолько плохим человеком», – сказал отец. – «Он не мог убить шесть миллионов. Скорее всего, не более четырех миллионов». Сторонники Опус Деи утверждают, что слова Фелзманна противоречат его собственному свидетельству, написанному в 1980 году, где он называет Эскриву «святым нашего времени». Они также утверждают, что бывшие члены, которых их прежняя организация называет «отступниками», часто присоединяются к коалициям, борющимся с их бывшими религиозными организациями (см. работы доктора Брайана Р. Уилсона). Эскрива ответил на эти обвинения в 1975 году, заявив о своей «любви к еврейскому народу». Кроме того, по словам сторонников Опус Деи, единственное устное свидетельство о предполагаемых симпатиях Эскривы к Гитлеру оспаривается многочисленными документальными свидетельствами как членов, так и не членов организации, которые утверждают, что он также осуждал нацизм как «ересь», «антихристианство», «язычество», «тоталитаризм», «политическую аномалию» и «расизм». По поводу нацистских преследований христиан и евреев он якобы говорил: «Достаточно одной жертвы, чтобы осудить это». Он осуждал нацизм, даже вопреки общественному и официальному молчанию Испании относительно нацизма, несмотря на осуждение идеологии Гитлера Святым Престолом. Таким образом, прелат Опус Деи, сменивший Эскриву, дель Портильо, заявил, что нападения на основателя Опус Деи – это «явная ложь», часть «клеветнической кампании» (del Portillo 1996, с. 22–25). Хотя представители еврейской общины и защищали Эскриву в прошлом, этот вопрос оставался нерешенным на момент его беатификации в 1992 году.

Франко в Испании

Есть статьи журналистов-расследователей, особенно написанные за пределами Испании, такими как в США, Великобритании, Германии и Италии, которые сходятся во мнении, что Opus Dei была и остаётся "аполитичной", то есть, что у Opus Dei нет единой целенаправленной стратегии или тайной повестки дня, как подозревали некоторые. Джон Аллен (2005), американский журналист, опираясь на новейшие исторические исследования, отмечает, что "некоторые члены работали в Испании при Франко и даже стали его министрами. Но члены Opus Dei свободны в своих политических взглядах и действиях. Другие члены были против Франко". Аллен ссылается на диссидента Рафаэля Кальво Серера, который был вынужден покинуть Испанию в начале 70-х годов, а его газета была закрыта правительством. Аллен подтверждает, что к концу эпохи Франко члены Opus Dei в Испании разделились "50 на 50" в отношении к режиму. Аллен также рассказывает историю Джованни Бенелли и Хосемарии Эскривы. Кардинал Бенелли, ближайший помощник Павла VI, хотел создать в Испании католическую партию по образцу итальянской Democrazia Cristiana и добивался, чтобы все испанские католики поддерживали эту инициативу. Эскрива, искренне нуждавшийся в помощи Бенелли для обращения к Павлу VI по вопросу, который его особенно беспокоил – юридической проблеме Opus Dei, которую можно было решить, придав Opus Dei статус "персональной прелатуры", отказал Бенелли. Позже он жаловался Бенелли на то, что тот пытался использовать Opus Dei в своих целях. Аллен пишет: "История с Бенелли – хороший способ проверить, насколько серьёзен был Эскрива в своих заявлениях об отсутствии у Opus Dei политической повестки дня. Если когда-либо существовала благоприятная ситуация для "захвата власти", то это была она. Если бы Opus Dei возглавила создание испанской версии христианской демократии, то можно представить, что её 8 министров за 36 лет правления Франко были бы затмлены её представительством в новом испанском правительстве".

Эскрива и Франко

Критики, однако, указывают на письмо, написанное Эскривой 23 мая 1958 года генералу Франсиско Франко, диктатору Испании. Они также утверждают, что Эскрива поддерживал Франко. С другой стороны, члены Opus Dei заявляют, что письмо Эскривы (написанное через 8 лет после признания Франко США, ООН и союзниками) демонстрирует его образцовые добродетели как гражданина и католического священника, поскольку он пишет: «Хотя я далек от какой-либо политической деятельности, я не могу не радоваться как священник и испанец» тому, что глава государства Испании провозглашает принятие Испанией закона Божьего в соответствии с доктриной Римско-католической церкви, веры, которая вдохновит его законодательство. Эскрива сообщает ему, что «в верности католической традиции нашего народа всегда будет найдена наилучшая гарантия успеха в государственных делах, уверенность в справедливом и прочном мире в национальном сообществе». По мнению сторонников, говоря это, Эскрива побуждал Франко (вместе с сотнями испанцев, писавших Франко) уважать права человека, человеческое достоинство и свободу. Они утверждают, что Эскрива признавал роль Франко в установлении порядка в стране, но полностью отвергал любую форму клерикализма, при которой католики придерживаются однопартийного мышления или используют государственную власть как светский инструмент Церкви. Сторонники также ссылаются на немедленную реакцию Эскривы на оскорбление, нанесенное одному из нумерариев режимом, назвав его «человеком без семьи», как на пример его принципиальности. Однако историки согласны с тем, что Католическая церковь, членом которой был Эскрива, являлась опорой режима Франко, несмотря на жестокие репрессии диктатуры против республиканцев и коммунистов после Гражданской войны в Испании. Джон Аллен в книге «Опус Дей: секреты и власть в Католической церкви» (2005) утверждает, что на протяжении всего режима Франко, от начала и до конца, Эскрива сохранял полное молчание относительно правительства Франко. Он утверждает, что в записях нет ни одного публичного заявления Эскривы, будь то критическое или поддерживающее режим. В 1930-х и 1940-х годах это молчание даже интерпретировалось как пассивная оппозиция. К 1960-м и 1970-м годам, когда преобладающее мнение в испанском католицизме стало критическим по отношению к Франко, его молчание было истолковано как своего рода скрытая поддержка. По словам Аллена, это молчание означало отсутствие единой позиции Opus Dei по отношению к Франко. «Стоит отметить, что в контексте Гражданской войны в Испании, в которой антиклерикальные республиканские силы убили 13 епископов, 4000 епархиальных священников, 2000 монахов и 300 монахинь, практически все слои и группы в Католической церкви Испании были «за Франко»». Аллен продолжает отмечать, что, несмотря на это, «нет ни одного случая, когда [Эскрива] хвалил или критиковал режим» на протяжении всего его правления. «В 1930-х и 1940-х годах, когда преобладало про-Франко настроение в католической Испании, молчание Эскривы часто расценивалось как признак скрытого либерализма; к 1960-м и 1970-м годам, когда католическое общественное мнение изменилось, то же самое молчание интерпретировалось как маскировка про-Франко консерватизма», – пишет он. «В целом создается впечатление, что Эскрива стремился сохранять нейтралитет по отношению к режиму Франко, даже если в частном порядке он испытывал некоторое сочувствие к лидеру, пытающемуся, по его мнению, быть добродетельным христианином», – заключает г-н Аллен. «Обвинение в «про-Франко» не может быть обосновано, за исключением того, что большинство испанских католиков изначально поддерживали Франко. Максимум, что можно сказать, это то, что Эскрива также не был «анти-Франко»».

Члены Опус Деи в правительстве Франко

Критики подчеркивают, что это свидетельствует о проникновении организации в высшие эшелоны фашистского режима Испании. Другие отмечают происхождение самого Опус-Дей и в Бургосе, тогдашней столице повстанцев, стремящихся свергнуть демократически избранное левое правительство Испании. Стоит отметить, что, по словам Берглара, утверждение о том, что министры, служившие при Франко, являются доказательством связи между фашизмом и Опус-Дей, неверно; он утверждает, что многие члены Опус-Дей обладали личными качествами, позволяющими им быть назначенными в правительство как технократы, содействующие экономическому испанскому чуду, поддержанному НАТО и США: «В 1957 году Франко реструктурировал свой кабинет с целью восстановления экономики Испании и направления страны к современной фискальной системе. С этой целью он назначил ряд талантливых молодых банкиров и экономистов». Эти технократы в значительной степени отвечали за разработку, внедрение и последующее администрирование программы экономической стабилизации, которая легла в основу экономического развития Испании, поощряя конкуренцию как средство достижения быстрого экономического роста и способствуя экономической интеграции с Европой. Историк Пол Престон, специалист по истории Гражданской войны в Испании и Франко, заявляет следующее: «Приход технократов по-разному интерпретируется как спланированный захват власти Опусом-Дей и как умный ход Франко, чтобы "заполнить вакантные места в очередном музыкальном стуле". На самом деле, приход технократов не был ни зловещим, ни коварным, а скорее поэтапным и прагматичным ответом на конкретный набор проблем. К началу 1957 года режим столкнулся с политическим и экономическим банкротством. Франко и Карреро Бланко искали новые силы и свежие идеи. Чтобы быть приемлемыми, новые люди должны были происходить из Movimiento, быть католиками, признавать идею возможного возвращения к монархии и быть, в понимании Франко, аполитичными. Лопес Родо, Наварро Рубио и Улластрес были идеальными кандидатами. Лопес Родо был выдвинут Карреро Бланко. Динамичный Наварро Рубио был выбором каудильо. Франко знал его с 1949 года. Он был Прокурадором в Кортесах от Синдикатос и был настоятельно рекомендован уходящим министром сельского хозяйства Рафаэлем Кавестани. И Лопес Родо, и Наварро Рубио предложили кандидатуру Улластреса. Появлялись яркие и трудолюбивые чиновники, которые больше заботились о получении высоких должностей в государственном аппарате, чем о реализации идеологии фалангизма. Это в полной мере относилось к таким людям, как Лопес Родо и Наварро Рубио, которых в основном считали членами Опус-Дей, но которых точнее рассматривать как часть того, что стало известно как «бюрократия первых», тех, кто выиграл конкурсные экзамены на государственную службу или университетские кафедры в очень молодом возрасте». (Курсив выделен автором)

Брайан Кройзер также заявляет: «Обвинение в том, что Опус-Дей стремился к политической власти и наконец добился ее, прозвучало в феврале 1957 года, когда Улластрес и Наварро Рубио вошли в кабинет Франко. В такой упрощенной форме это обвинение представляется необоснованным, поскольку основано на неверном представлении о том, что такое Опус-Дей. Это не политическая партия, как думают или хотят думать ее враги, и не политическая группа давления. И, кстати, это не супер-биржа труда для политиков. То, что произошло, было более прагматичным и менее зловещим. Франко слышал об интеллектуальных и технических достоинствах Улластреса и Наварро Рубио и послал за ними; они случайно оказались членами Опус-Дей. В то же время он услышал об интеллектуальных и технических достоинствах Кастельи и Гуаля Виллальби и послал за ними; но Кастелья и Гуаль Виллальби случайно не были членами Опус-Дей. Другими словами, Опус-Дей не была группой, которую нужно было умиротворить, предоставив ей долю власти, как это было с монархистами, Фалангой или армией». (Курсив выделен автором)

Мессори, который не является членом Опус-Дей, также заявляет, что из 116 министров при режиме Франко в Опус-Дей было всего 8 членов (5 из которых занимали должности только один срок или несколько месяцев), и они начали служить только после 1956 года, спустя несколько лет после того, как союзники признали организацию. В его последнем кабинете не было членов Опус-Дей. Они никогда не составляли большинства: «Миф о правительстве Франко, доминируемом Опус-Дей, – это просто миф» (Мессори 1997, с. 30) (Берглар 1994, с. 186). Ряд историков утверждают, что некоторые члены были приговорены к тюремному заключению или покинули Испанию при Франко, поскольку не соглашались с политикой Франко и его режима. (См. Opus Dei: Prominent Members) Антонио Фонтан и Рафаэль Кальво Серер – примеры журналистов, которые боролись за демократию и свободу печати и подвергались преследованиям со стороны режима Франко. Антонио Фонтан впоследствии стал президентом Сената. Фалангисты, главная политическая организация, поддерживавшая Франко, подозревали Эскрива в «интернационализме, антииспанских настроениях и масонстве», согласно Берглару, который заявляет, что «в течение первого десятилетия режима Франко Опус-Дей и Эскрива подвергались атакам с упорством, граничащим с фанатизмом, не со стороны врагов, а со стороны сторонников нового испанского государства». Эскрива был даже донесен в «Трибунал по борьбе с масонством» (Берглар 1994, с. 180–181; см. также Васкес де Прада 1997). Журналист-расследователь Джон Л. Аллен-младший, который не является членом Опус-Дей, поддерживает заявления Берглара. Джон Аллен также заявляет, что были священники Опус-Дей, участвовавшие в оппозиционных движениях. Он также заявляет, что единственный испанский епископ, который был заключен в тюрьму во время эпохи Франко, – один из двух кардиналов Опус-Дей, кардинал Хулиан Эрранс, который в то время был молодым мирянином Опус-Дей, боровшимся за аграрную революцию в Андалусии, Испания. Аллен также заявляет, что члены Опус-Дей (в социологическом, а не институциональном смысле) относились к Франко так же, как и все испанские католики. В социологическом плане в начале режима Франко они приветствовали его как спасителя, освободившего их от коммунизма и анархизма Второй Испанской Республики; это отношение со временем изменилось, и в конечном итоге…

Спор о политическом влиянии Опус Деи

Журналисты Джон Л. Аллен-младший и Витторио Мессори утверждают, что Опус Дей как институт не был ни сторонником Франко, ни противником Франко. По словам Аллена, его враги "яростно нападали" на него, начиная с некоторых иезуитов сразу после гражданской войны. Эти иезуиты, по словам Аллена, не поняли новизны его теологического учения о всеобщем призвании к святости. И, согласно Мессори, его репутация была намеренно очернена некоторыми группами Фаланги, поскольку они ошибочно считали его политическим соперником, так как эти испанцы склонны были к католической однопартийной системе в политике и не понимали новой доктрины Эскривы о свободе и ответственности каждого католика в мирских делах. Они не увидели, говорит Мессори, что многие другие члены Опус Деи были против режима Франко, такие как Рафаэль Кальво Серрер и Антонио Фонтан. Эта преднамеренная кампания Фаланги привела к созданию черного мифа о том, что Опус Дей – это своего рода политическая партия, утверждает он. Брайан Кройзер, английский историк, говорит, что "Опус Дей – это ни политическая партия, ни группа политического давления, как хотят представить его враги". Мессори отмечает, что верность Опус Деи католической вере делает его способным к новым идеям, а его членов – участниками прогресса общества. Папа Иоанн Павел II, который благосклонно относился к ортодоксальному католицизму организации, учредил ее как персональную прелатуру, часть социально-административной структуры Католической церкви. Эскрива утверждал в интервью 1960-х годов, что влияние Опус Деи носит не социально-экономический, а этический характер. Он заявил, что цель Опус Деи – объединить усилия богатых и бедных в построении более справедливого, более человечного и более прогрессивного общества. Жоземария Эскрива де Балагер был канонизирован Иоанном Павлом II в 2002 году, что вызвало критику со стороны прогрессивных кругов Церкви.