Постоянное урегулирование в Бенгалии: Соглашение с землевладельцами Ост-Индской компании

Введение

Соглашение между Ост-Индской компанией и землевладельцами Бенгалии

Постоянное урегулирование, также известное как Постоянное урегулирование Бенгалии, было соглашением между Ост-Индской компанией и землевладельцами Бенгалии о фиксировании доходов с земли, что имело далеко идущие последствия как для методов ведения сельского хозяйства, так и для производительности во всей Британской империи, а также для политической ситуации в индийской деревне. Оно было заключено в 1793 году администрацией компании во главе с Чарльзом, графом Корнуоллисом. Оно являлось частью более широкого законодательного кодекса, известного как Кодекс Корнуоллиса. Кодекс Корнуоллиса 1793 года разделил персонал Ост-Индской компании на три ветви: доходную, судебную и коммерческую. Доходы собирали заминдары, коренные индийцы, которых считали землевладельцами. Это разделение создало индийский класс землевладельцев, поддерживавший британскую власть. Корнуоллис полагал, что они немедленно примут это и начнут инвестировать в улучшение своих земель. В 1790 году Совет директоров издал десятилетний договор с заминдарами, который был закреплен в 1793 году. Законом о постоянном урегулировании 1793 года у них было отменено право на содержание вооруженных сил. Они остались лишь сборщиками налогов с земли. Они были значительно ослаблены, поскольку им было запрещено осуществлять судопроизводство, которое перешло под надзор коллектора, назначенного компанией. Британские чиновники считали, что инвестиции в землю улучшат экономику. Также были убиты некоторые британские чиновники. В 1819 году генерал-губернатор Индии Фрэнсис Роудон Гастингс отметил, что "[Постоянное урегулирование,] разработанное с большой тщательностью и обдуманностью, подвергло почти все низшие классы в этих провинциях самым жестоким угнетениям". В 1829 году лорд Бентинк, однако, отметил, что схема преуспела в одном важном отношении, заявив: "Если, однако, не было уверенности в защите от масштабных народных волнений или революции, я бы сказал, что Постоянное урегулирование имеет, по крайней мере, это большое преимущество – оно создало огромное количество богатых землевладельцев, глубоко заинтересованных в сохранении британского господства и имеющих полный контроль над массами людей".

The Permanent Settlement, also known as the Permanent Settlement of Bengal, was an agreement between the East India Company and landlords of Bengal to fix revenues to be raised from land that had far reaching consequences for both agricultural methods and productivity in the entire British Empire and the political realities of the Indian countryside. It was concluded in 1793 by the Company administration headed by Charles, Earl Cornwallis. It formed one part of a larger body of legislation, known as the Cornwallis Code. The Cornwallis Code of 1793 divided the East India Company's service personnel into three branches: revenue, judicial, and commercial. Revenues were collected by zamindars, native Indians who were treated as landowners. This division created an Indian landed class that supported British authority. Cornwallis believed that they would immediately accept it and so begin investing in improving their land. In 1790, the Court of Directors issued a ten year (decennial) settlement to the zamindars, which was made permanent in 1793. By the Permanent Settlement Act of 1793, their right to keep armed forces was removed. They remained just the tax collectors of the land. There were considerably weakened as they were now banned from holding any court, as it was brought under the supervision of a collector appointed by the company. British officials believed that investing in the land would improve the economy. People also killed some British officials. In 1819, the Governor general of India, Francis Rawdon Hastings, observed that "[the Permanent Settlement,] fashioned with great care and deliberation has subjected almost the whole of the lower classes throughout these provinces to most grievous oppression." In 1829, Lord Bentinck, however, noted that the scheme did succeed in one important respect, saying, "If, however, security was wanting against extensive popular tumult or revolution, I should say that the Permanent Settlement has this great advantage at least, of having created a vast body of rich landed proprietors deeply interested in the continuance of the British Dominion and having complete command over the mass of the people."

Обзор

Поскольку вопрос стимулирования стал рассматриваться как ключевой, была гарантирована неприкосновенность земельной собственности землевладельцев. Иными словами, бывшим землевладельцам и сборщикам налогов были предоставлены права собственности (фактическое владение) на землю, которой они владели. Мелким землевладельцам больше не разрешалось продавать свои земли, но их новые землевладельцы не могли их экспроприировать. Стимулирование заминдаров было направлено на поощрение улучшения земель, например, осушение, орошение и строительство дорог и мостов; такая инфраструктура была явно недостаточной на большей части Бенгалии. Благодаря фиксированному земельному налогу заминдары могли безопасно инвестировать в увеличение своих доходов, не опасаясь, что прирост будет обложен дополнительным налогом компанией. Корнуоллис четко обозначил мотивацию, заявив, что «когда требования правительства фиксированы, землевладелец получает возможность увеличить свою прибыль за счет улучшения своих земель». Британцы имели в виду «прогрессивных землевладельцев» в своей стране, таких как Кок из Норфолка. Директорат компании также надеялся гарантировать доходы компании, которые постоянно страдали из-за неплатежеспособных заминдаров, допускавших просрочки, что затрудняло точное планирование расходов. Непосредственным следствием Постоянного урегулирования стали резкие и драматические изменения, которые, по-видимому, никто не предвидел. Обеспечив заминдарам право владения землей на вечной основе и с фиксированным налоговым бременем, земли стали привлекательным товаром. Кроме того, требования правительства по налогам были негибкими, и сборщики Британской Ост-Индской компании отказывались учитывать периоды засухи, наводнений или других стихийных бедствий. Налоговая нагрузка была выше, чем в Англии того времени. В результате многие заминдары сразу же оказались в долгах. Политика компании по проведению аукционов земель заминдаров, признанных просроченными, создала рынок земли, которого раньше не существовало. Многие из новых покупателей этих земель были индийскими чиновниками в правительстве Ост-Индской компании. Бюрократы имели идеальные возможности для покупки земель, которые, как они знали, были недооценены и, следовательно, прибыльны. Кроме того, их положение позволяло им приобретать богатство, необходимое для покупки земли. Они также могли манипулировать системой, чтобы выставить на продажу конкретные земли, которые им были нужны. Историк Бернард С. Кон и другие утверждают, что Постоянное урегулирование привело к коммерциализации земли, которой ранее не было в Бенгалии, и, как следствие, к изменению социального состава правящего класса – от «родовых связей и местных вождей» до «низших государственных служащих и их потомков, а также купцов и банкиров». Новые землевладельцы отличались своим мировоззрением; «часто они были рантье, которые управляли своими землями через управляющих и не имели особой привязанности к земле».

The question of incentivisation now being understood to be central, the security of tenure of landlords was guaranteed. In short, the former landholders and revenue intermediaries were granted proprietorial rights (effective ownership) to the land they held. Smallholders were no longer permitted to sell their land, but they could not be expropriated by their new landlords. Incentivisation of zamindars was intended to encourage improvements of the land, such as drainage, irrigation and the construction of roads and bridges; such infrastructure had been insufficient through much of Bengal. With a fixed land tax, zamindars could securely invest in increasing their income without any fear of having the increase taxed away by the company. Cornwallis made the motivation quite clear by declaring that "when the demand of government is fixed, an opportunity is afforded to the landholder of increasing his profits, by the improvement of his lands". The British had in mind "improving landlords" in their own country, such as Coke of Norfolk. The Court of Directors also hoped to guarantee the company's income, which was constantly plagued by defaulting zamindars who fell into arrears, making it impossible for them to budget their spending accurately. The immediate consequence of the Permanent Settlement was both very sudden and dramatic, one that nobody had apparently foreseen. By ensuring that zamindars' lands were held in perpetuity and with a fixed tax burden, they became desirable commodities. In addition, the government tax demand was inflexible, and the British East India Company's collectors refused to make allowances for times of drought, flood or other natural disaster. The tax demand was higher than that in England at the time. As a result, many zamindars immediately fell into arrears. The company's policy of auction of any zamindari lands deemed to be in arrears created a market for land that previously did not exist. Many of the new purchasers of this land were Indian officials within the East India Company's government. The bureaucrats were ideally placed to purchase lands which they knew to be underassessed and therefore profitable. In addition, their position as officials gave them opportunity to acquire the wealth necessary to purchase land. They could also manipulate the system to bring to sale land that they specifically wanted. Historian Bernard S. Cohn and others have argued that the Permanent Settlement led to a commercialisation of land that previously did not exist in Bengal and, as a consequence, it led to a change in the social background of the ruling class from "lineages and local chiefs" to "under civil servants and their descendants, and to merchants and bankers". The new landlords were different in their outlook; "often they were absentee landlords who managed their land through managers and who had little attachment to their land".

Влияние

Компания надеялась, что класс заминдаров будет не только инструментом получения доходов, но и послужит посредниками в более политических аспектах их правления, сохраняя местные обычаи и защищая сельскую жизнь от возможного хищнического влияния собственных представителей. Однако это имело обратный эффект, поскольку заминдары стали естественно консервативной группой интересов. Когда британская политика в середине XIX века изменилась в сторону реформ и вмешательства в местные обычаи, заминдары активно выступили против этого. Постоянное урегулирование предусматривало фиксированную государственную повинность в размере 89% арендной платы, при этом 11% оставалось у заминдара. Государственную повинность нельзя было увеличить, но оплата должна была производиться вовремя, до захода солнца, поэтому это также было известно как «закон о закате». Неуплата приводила к продаже земли наиболее состоятельному покупателю. Хотя злоупотребления при сборе налогов были смягчены введением данного урегулирования, использование земли не являлось частью соглашения. Чиновники Компании и индийские землевладельцы имели тенденцию принуждать своих арендаторов к выращиванию товарных культур, таких как индиго и хлопок, в плантационном стиле, вместо риса и пшеницы. Это стало причиной многих из самых страшных голодов XIX века. После того как основные положения Постоянного урегулирования были воспроизведены по всей Индии и даже в других частях империи, включая Кению, политическая структура изменилась навсегда. Класс землевладельцев обладал гораздо большей властью, чем при моголах, которые осуществляли надзор за ними посредством обученной бюрократии, имевшей право ограничивать их полномочия. Влияние землевладельческой касты/класса на мелких землевладельцев в Индии не было ослаблено до первых попыток проведения земельной реформы в 1950-х годах, которые до сих пор остаются незавершенными повсеместно, за исключением Западной Бенгалии. В Пакистане, где земельная реформа так и не была проведена, выборы в сельских районах по-прежнему подвержены тенденции к олигархии, отражающей концентрацию влияния в руках семей заминдаров. Это произошло потому, что после отделения Пакистана от Индии и начала войны за Кашмир, целью правительства стало извлечение доходов для финансирования армии. В результате центральное руководство исказило отношения между выборными и невыборными институтами государства.

The Company hoped that the Zamindar class would not only be a revenue generating instrument but also serve as intermediaries for the more political aspects of their rule, preserving local custom and protecting rural life from the possibly rapacious influences of its own representatives. However, it worked both ways, as zamindars became a naturally conservative interest group. Once British policy in the mid 19th century changed to one of reform and intervention in custom, the zamindars were vocal in their opposition. The Permanent Settlement had the features that state demand was fixed at 89% of the rent and 11% was to be retained by the zamindar. The state demand could not be increased but payment should be made on the due date, before sunset, so it was also known as the 'Sunset Law'. Failure to pay led to the sale of land to the highest bidder. While the worst of the tax farming excesses were countered by the introduction of the Settlement, the use of land was not part of the agreement. There was a tendency of Company officials and Indian landlords to force their tenants into plantation style farming of cash crops like indigo and cotton rather than rice and wheat. That was a cause of many of the worst famines of the nineteenth century. Once the salient features of the Permanent Settlement were reproduced all over India, and indeed elsewhere in the Empire, including Kenya, the political structure was altered forever. The landlord class held much greater power than they had under the Mughals, who subjected them to oversight by a trained bureaucracy with the power to attenuate their tenure. The power of the landlord caste/class over smallholders was not diluted in India until the first efforts towards land reform in the 1950s, still incomplete everywhere except West Bengal. In Pakistan, where land reform was never carried out, elections in rural areas still suffer from a tendency towards oligarchy, reflecting the concentration of influence in the hands of zamindar families. This is because once Pakistan became separated from India, and the two began to fight over Kashmir, the goal of the government was revenue extraction to fund the military. As a result, the central leadership skewed the relationship between the elected and non elected institutions of the state.