Введение
Филантроп, меценат искусств, одна из самых уважаемых женщин Техаса XX века.
Има Хогг (10 июля 1882 – 19 августа 1975), известная как «Первая леди Техаса», не имела отчества, что было необычно для того времени. Её имя было взято из эпической поэмы её дяди Томаса Хогга о Гражданской войне «Судьба Марвина», в которой фигурировали две молодые женщины по имени Има и Лейла. Согласно биографии Вирджинии Бернхард, «есть мнение, что Джеймс Стивен Хогг назвал свою единственную дочь Има Хогг, чтобы привлечь внимание избирателей Техаса» в год, когда он участвовал в упорной гонке за пост окружного прокурора Седьмого округа Техаса. В качестве альтернативы, переписка Джима Хогга указывает на то, что он, возможно, не осознавал эффекта от сочетания имени и фамилии своей дочери. Позже Има Хогг вспоминала, что «мой дед Стинсон жил в двадцати четырех километрах от Минеолы, и новости распространялись медленно. Когда он узнал имя своей внучки, он примчался в город, чтобы протестовать, но было уже поздно. Крещение состоялось, и Има осталась Имой». На протяжении всей взрослой жизни Хогг подписывалась неразборчиво, так что её имя было трудно прочитать. Её личные бланки обычно печатались как «Мисс Хогг» или «I. Hogg», и она часто размещала заказ на бланки через своего секретаря, чтобы избежать вопросов. Хогг не использовала прозвище до нескольких месяцев до своей смерти, когда начала называть себя «Имоджен». Её последний паспорт был выдан на имя «Има Имоджен Хогг». Ей часто приходилось опровергать миф о своём имени; сотни людей писали ей, спрашивая, действительно ли её имя настоящее и есть ли у неё сестра по имени Ура. В начале 1930-х годов Хогг работала над сборником трудов и речей своего отца вместе с его биографом, историком Робертом Котнером; она стала защитницей его исторического наследия, часто писала, чтобы уточнить или опровергнуть статьи, опубликованные об отце. По словам Бернхард, «тот факт, что Има была обременёна именем, которое требовало объяснений на протяжении всей жизни, также заставлял её стремиться защитить своего отца от любого осуждения. Так она защищала и себя, и делала это с немалым мастерством и неизменной вежливостью». Има Хогг стала объектом шуток, списков и конкурсов на «необычное имя» или «худшее имя для ребёнка», включая неверное утверждение о том, что Джим Хогг назвал своих двух дочерей «Има Хогг» и «Ура Хогг». По данным переписи населения США, другие неудачные имена для детей включают Има Пигг, Има Мускурат, Има Нат, Има Хукер. Семья Хогг давно была вовлечена в государственную службу. Её прадед, Томас Хогг, служил в законодательных собраниях штатов Джорджия, Алабама и Миссисипи. Её дед, Джозеф Льюис Хогг, служил в Конгрессе Республики Техас и помогал составить Конституцию штата Техас. К моменту её рождения отец Хогг был окружным прокурором Седьмого округа Техаса. Когда Джим Хогг был избран первым уроженцем Техаса на пост губернатора четыре года спустя, Има сопровождала свою мать и старшего брата на церемонии принесения присяги и инаугурационный бал в январе 1891 года, став свидетелем первой инаугурации в недавно возведённом здании Капитолия штата Техас. Семья переехала в резиденцию губернатора. Здание, построенное в 1855 году, находилось в плохом состоянии, с трещинами в стенах и обветшалой мебелью. Има и её братья и сёстры должны были помочь в ремонте здания, чтобы сделать его пригодным для жизни — ей, среди прочего, пришлось выковыривать жевательную резинку из мебели и дверных рам. Хогг и её младшие братья были непоседливыми. Она вспоминала, что им особенно нравилось спускаться по перилам в резиденции губернатора. Родители Хогг разрешали это продолжаться до тех пор, пока Томас не порезал подбородок, после чего Джим Хогг прибил гвозди вдоль центра перил, чтобы остановить это занятие из-за страха получить повреждения; отверстия от гвоздей оставались видимыми на перилах ещё много десятилетий после того, как семья Хогг покинула дом. Дети любили животных, и в их коллекции были собаки, кошки, птицы, еноты, опоссумы, кролики, шетландский пони и попугай. Однажды дети использовали своих животных для проведения цирка на территории резиденции губернатора. Хогг взимала с каждого посетителя по пять центов, но была вынуждена вернуть деньги, когда её отец обнаружил эту схему. В последующие годы семья добавила к своей коллекции животных медведя, лошадь, лань, какаду и двух страусов по имени Джек и Джилл. В ответ на вызов своих братьев Хогг однажды взобралась на одного из страусов, но была сброшена с его спины, когда один из мальчиков ударил его рогаткой. Има и её страусы позже стали главными героями детской книги «Има и Великая Техасская гонка страусов» Маргарет Оливии МакМанис и Брюса Дюпри. Её мать так и не оправилась после рождения Томаса и на протяжении всей своей жизни была полуинвалидом. Има сопровождала её в несколько санаториев во время их пребывания в Остине. В 1895 году Саре был поставлен диагноз туберкулёз, и по рекомендации врача она и Има переехали в Колорадо, где жили с сестрой Джима Хогга, Мартой Фрэнсис Дэвис. Сара Хогг умерла в Колорадо 25 сентября 1895 года. Дэвис сопровождала семью в Остин и несколько месяцев заботилась об Хогг и её братьях. Хотя семья наняла экономку, Хогг считалась хозяйкой дома и руководила уборкой, а также образованием своих младших братьев. В 1898 году Хогг сопровождала своего отца на Гавайи, где они встретились с гавайской королевой Лилиуокалани и наблюдали за церемонией передачи Гавайев Соединённым Штатам. Им было запланировано плыть в Сиэтл, но Хогг отказалась садиться на корабль. Плача, она умоляла своего отца изменить планы, потому что у неё было «ужасное предчувствие». Он уступил, и они вместо этого отправились в Калифорнию, где узнали, что их первоначальный корабль затонул в море без выживших. В 1899 году она поступила в Техасский университет в Остине (UT). Позже она заметила, что «ни один первокурсник не был более незрелым, неподготовленным и испуганным, чем я». Она вступила в женский социальный клуб под названием Valentine Club и помогла основать первый женский студенческий клуб на территории UT, Pi Beta Phi. После двух лет в университете она переехала в Нью-Йорк, чтобы изучать фортепиано и музыкальную теорию в Национальной консерватории музыки. Ближе к концу XIX века отец Хогг начал спекулировать нефтью. Он купил участок земли недалеко от Уэст-Колумбии в 1901 году, который ранее был частью плантации Варнер. После двух лет обучения в Нью-Йорке Има Хогг вернулась в Техас, разделив своё время между плантацией и Хьюстоном, где её отец занимался юридической практикой. Под её руководством дом был перестроен, и к задней части дома была добавлена колоннада, которая стала новым главным входом, ориентируя дом в сторону от ручья Варнер. Но 3 марта 1906 года она обнаружила своего отца мёртвым в постели. Има была опустошена; чтобы унять свою скорбь, её брат Уильям взял её в Нью-Йорк. Во время своего пребывания она погрузилась в концерты и музеи. В 1907 году она отдыхала в Германии и ей там так понравилось, что она решила остаться в Европе, чтобы продолжить обучение игре на фортепиано. В течение следующих двух лет она изучала музыку в Вене у Франца Ксавера Шарвенки, пианиста при дворе Франца Иосифа I Австрийского, и в Берлине у Мартина Краузе. Вернувшись из Европы, Хогг поселилась в Хьюстоне со своим братом Уильямом. Хотя в городе проживало около 100 000 человек, в нём не было музеев или парков, а также профессионального театра, музыки или балетных трупп. Хогг решила преподавать музыку и продолжала заниматься этим в течение следующих девяти лет. Одним из её первых учеников был Жак Абрам, который позже стал концертным пианистом. В 1917 году совет директоров попросил её стать президентом; она прослужила на этом посту 12 сроков. Когда Джоном Конналли был губернатором Техаса, он…
Реставрация
Хотя Хогг проводила мало времени на плантации Варнера после строительства Байо-Бенда, она продолжала приобретать произведения искусства и старинную мебель от его имени. В 1950-х годах она восстановила плантацию, и каждой комнате была посвящена отдельная тема из истории Техаса: колониальная эпоха, Конфедерация, эпоха Наполеона (1818 год) и мексикано-американская война. Одна комната была посвящена её отцу и содержала его письменный стол и кресло, а также его коллекцию тростей. Она передала это имущество штату, и в 1958 году, в 107-ю годовщину рождения Джима Хогга, оно было объявлено Государственным историческим памятником плантации Варнер-Хогг. Когда реставрация Варнер-Хогга была завершена, Хогг вновь сосредоточила своё внимание на своём доме в Хьюстоне, Байо-Бенде, где хранилась часть её личной коллекции антиквариата и произведений искусства. У неё была обширная коллекция американских и колониальных мексиканских декоративных искусств, часть которой до сих пор находится в доме. В конце 1950-х годов она сказала: «Я собирала американскую мебель. Я собирала, собирала и собирала, пока у меня не накопилось столько, что я не знала, что с ней делать. Я решила передать её музею». Она сотрудничала с первоначальным архитектором Джоном Стаубом, чтобы внести структурные изменения, необходимые для превращения дома в музей. Она избавила дом от личных вещей и предметов, не соответствующих её замыслу; единственным предметом мебели неамериканского производства в доме был её английский обеденный стол, который хранил слишком много воспоминаний, чтобы от него избавиться. Несколько жителей Ривер-Оукс подали в суд, чтобы помешать превращению Байо-Бенда в музей, но Хогг выиграла дело в суде. В 1966 году МФАХ открыл новый музей для публики под названием «Коллекция и сады Байо-Бенд МФАХ». На церемонии открытия Чарльз Ф. Монтгомери назвал Байо-Бенд «самой большой и изысканной коллекцией к западу от Винтертура». В 1963 году Хогг приобрела недвижимость недалеко от Раунд-Топа, надеясь перенести историческое здание в Байо-Бенд. Когда этот план оказался невыполнимым, она решила восстановить его на месте и временно переехала в Раунд-Топ. После личного контроля за восстановлением гостиницы Виндейл, постоялого двора недалеко от Раунд-Топа, Хогг передала это имущество Техасскому университету в Остине. Известный как Исторический центр Виндейл, он в основном используется как музей под открытым небом и музыкальный центр. В музее хранятся экспонаты, связанные с историей округа Вуд и северо-восточного Техаса. Позже она восстановила дом своего деда по материнской линии и перенесла его в парк.