Введение

Августа Саксен-Веймар-Эйзенахская (Мария Луиза Августа Катерина; 30 сентября 1811 – 7 января 1890) – королева Пруссии и первая немецкая императрица как супруга Вильгельма I, немецкого императора. Принадлежа к Великому герцогскому дому Саксен-Веймар-Эйзенах и будучи тесно связанной с Российским императорским домом Романовых через свою мать Марию Павловну, в июне 1829 года Августа вышла замуж за принца Вильгельма Прусского. Брак был напряжённым: Вильгельм на самом деле хотел жениться на своей кузине Элизе Радзивилл, которую прусский двор счёл недостойной, а политические взгляды и интеллектуальные интересы супругов сильно различались. Несмотря на личные разногласия, Августа и Вильгельм часто сотрудничали в ведении переписки и организации придворных мероприятий. В 1831 и 1838 годах у них родились двое детей – Фридрих Вильгельм и Луиза. После смерти своего тестя, короля Фридриха Вильгельма III Прусского, в 1840 году Августа стала супругой наследника прусского престола. Политическое влияние Августы определялось не официальным положением, а её социальными связями и династической близостью к Вильгельму. Значительную роль играла обширная переписка с мужем, другими принцами, государственными деятелями, офицерами, дипломатами, представителями духовенства, учёными и писателями. Она считала себя политическим советником мужа и рассматривала прусского премьер-министра и немецкого канцлера Отто фон Бисмарка как своего главного политического противника. Хотя в биографиях Бисмарка политические взгляды императрицы иногда характеризуются как антилиберальные или деструктивные, направленные исключительно против политики Бисмарка, более поздние исследования относят их к либеральным. Соответственно, Августе в целом не удалось убедить мужа реформировать Пруссию и Германию по образцу конституционной монархии Великобритании. Тем не менее, она, безусловно, обладала определённой политической свободой действий в воспитании наследника престола, защите интересов католического населения и благодаря своему доступу к королю и представителям антимилитаристских сил. Степень влияния Августы как супруги монарха в XIX веке до сих пор остаётся предметом дискуссий в историографии.

Детство и юность (18111826): Веймарский двор

Принцесса Августа родилась 30 сентября 1811 года в Веймаре. Она была третьим (но вторым выжившим) ребенком Карла Фридриха, наследного принца Саксен-Веймар-Эйзенахского и великой княгини Марии Павловны, сестры императора (царя) Александра I. Крещение принцессы состоялось спустя несколько дней, 6 октября, и её полное имя было Мария Луиза Августа Катерина. Как это было принято в королевских и княжеских семьях, Августа росла не столько под опекой родителей, сколько с няней Амалией Батш. Ее придворные учителя обучали ее четырем иностранным языкам: английскому, русскому, французскому и латинскому. В программу обучения также входили математика, география, религия, история, танцы, рисование, верховая езда и музыка. Среди ее учителей были такие специалисты, как придворный художник Луиза Зайдлер, композитор Иоганн Непомук Гуммель и нумизмат Фредерик Соре. Однако наиболее важным ориентиром для Августы был поэт и естествоиспытатель Иоганн Вольфганг фон Гёте. Гёте организовал учебный процесс в консультации с родителями Августы и проводил занятия в стенах Йенского университета. Оглядываясь назад, Августа считала Гёте "лучшим и самым дорогим другом", которого она и ее сестра Мария Луиза (старше ее на три года) имели в детстве. Обе сестры почти не общались со своими сверстниками. По мнению историка Лотара Галля, политические взгляды Августы в долгосрочной перспективе сформировались под влиянием сравнительно либеральной атмосферы в ее семье. Ее дед, Карл Август, великий герцог Саксен-Веймар-Эйзенахский, уже в 1816 году ввел конституцию в Великом герцогстве. По словам Моники Виенфорт, это способствовало тому, что Августа впоследствии выступала за преобразование Пруссии в конституционную монархию. По мнению Галля, политический климат в Веймаре благоприятствовал более тесному знакомству Августы с кругом, объединявшимся вокруг так называемой Wochenblattpartei, которая выступала не только за объединение Малой Германии без Австрии, но и за "союз с передовыми силами либеральной буржуазии" и продолжение прусских реформ. Историк из ГДР Эрнст Энгельберг, напротив, принципиально отрицает либеральные взгляды Августы: ее политические убеждения, скорее, следует искать в традиции просвещенного абсолютизма. Она не желала слышать о "парламентском режиме", а выступала за "конституцию, свободно принятую монархом". Веймарский двор также оказал влияние на культурное развитие Августы. Она проявляла живой интерес к искусству, считалась хорошо образованной и была особенно строго воспитана в соблюдении официальных придворных манер, так называемого этикета.

Брак с принцем Уильямом: средства союзнической политики и династического положения

Мать Августы, Мария Павловна, строила брачные планы для обеих дочерей с Пруссией, которая граничила с Саксонией-Веймар-Эйзенахом с нескольких сторон и поэтому рассматривалась как угроза для Великого герцогства. Браки Августы с принцем Вильгельмом и Марии с принцем Карлом Прусским, младшим братом Вильгельма, должны были обеспечить дальнейшее существование Великого герцогства. Мария Павловна больше не считала достаточной защиту, которую обеспечивали родственные связи с династией Романовых-Гольштейн-Готторп. С тех пор как она сама стала великой герцогиней в 1828 году, она смогла активизировать усилия по организации браков. Со стороны Пруссии мотивацией было дальнейшее расширение династических связей с Россией, поскольку Августа была племянницей императора Николая I. После совместной победы над Наполеоном Пруссия и Россия особенно тесно сотрудничали в области союзной политики. Дочь прусского короля Фридриха Вильгельма III, принцесса Шарлотта, уже была замужем за Николаем, вторым братом императора Александра I и его будущим преемником, в 1817 году. С юности принц Вильгельм был влюблен в свою кузину Элизу Радзивилл, дочь своей тети принцессы Луизы, с которой они вместе играли в детстве. Однако из-за происхождения Элизы по отцовской линии из польского дворянского рода Радзивиллов она не считалась равной. Великий герцог Саксен-Веймар-Эйзенахского дал согласие на брак младшего брата Вильгельма Карла с его дочерью Марией при условии, что Вильгельму будет разрешено заключить морганатический брак только с Элизой. Фридрих Вильгельм III желал такого союза и поэтому запретил своему сыну жениться на Элизе в июне 1826 года. В том же году Вильгельм и Августа встретились впервые, когда Мария была помолвлена с Карлом. Поскольку стало ясно, что старший брат Вильгельма, будущий Фридрих Вильгельм IV, останется бездетным, Вильгельму теперь предстояло обеспечить рождение законного династического наследника. Так Фридрих Вильгельм III организовал брак между Вильгельмом и Августой. Веймарская принцесса видела в этом союзе ряд преимуществ. До брака Августа, как вторая дочь, занимала более низкий ранг при дворе, чем ее старшая сестра. Поскольку последней суждено было выйти замуж только за младшего брата Вильгельма, Августа занимала бы более высокое положение в Пруссии, чем Мария, и могла рассчитывать на то, что станет женой наследника престола. В последующие годы Августа также посвятила себя оформлению интерьера дворца. Английский парк и ландшафтный сад выражали ее симпатии к либерально управляемой Великобритании. Августа также оказала значительное влияние на оформление интерьера своей берлинской зимней резиденции, Альтес-Пале. Здесь она приглашала военных, политиков, ученых, художников и придворных на вечерние чаепития. Одним из ее любимых гостей был исследователь Александр фон Гумбольдт, который рассказывал о своих путешествиях или читал классическую литературу. Антиквар Эрнст Курций часто присутствовал в качестве докладчика и шахматиста. Обсуждались также политические темы, и Августа использовала эти встречи для сбора информации. Кроме того, она ежедневно читала несколько газет и на их основе составляла письменные обзоры наиболее важных событий для Вильгельма. В ходе встреч и бесед с женой Вильгельм считал (как он сам признался ей в письме), что может предоставить ей официальные указания для ее высказываний. Он стремился повлиять на ее мнение в свою пользу и скрыть от общественности любые разногласия между ними. Вильгельм поручил Августе вести часть своей переписки: она должна была вычитывать или переписывать написанные им тексты, а также была соавтором некоторых его писем. Такое разделение обязанностей между королевскими супругами не было необычным в XIX веке, поскольку династия рассматривалась как своего рода «семейное предприятие».

Повышенный интерес к политике

С кончиной короля Фридриха Вильгельма III 7 июня 1840 года Вильгельм стал наследником престола. Августа критиковала политику нового правящего прусского короля, её зятя Фридриха Вильгельма IV. Она считала отсутствие реформ ошибкой, которая могла лишить монархию лояльности населения. Августа выступала за скорейшую "добровольную уступку" и удовлетворение "всеобщих пожеланий" подданных. По её мнению, существование самой монархической формы правления оказывалось под угрозой, если корона не отвечала на запросы политически активной общественности. Она разделила эту точку зрения с мужем британской королевы, принцем Альбертом Саксен-Кобургским и Готским, полагая, что Пруссия должна прежде всего стать конституционным государством по британскому образцу, и лишь затем стремиться к национальному объединению Германии. По мнению историка Кэролайн Гальм, Августа видела свой долг в том, чтобы дать своему сыну Фридриху Вильгельму возможность взойти на престол благодаря его собственному политическому участию. Поэтому она всё чаще обращалась к политическим вопросам и с 1843 года написала несколько меморандумов, которые представила как мужу, так и прусским государственным деятелям. За советом Августа обращалась, в частности, к посланникам Александру фон Шлейницу и Францу фон Роггенбаху, политику из Великого герцогства Баденского. Переписка между Роггенбахом и Августой сохранилась лишь частично, поскольку Августа, опасаясь цензуры, уничтожала или возвращала доверенным лицам политически компрометирующие письма. В 1842–1843 годах она поручила принцу обустройство парка Бабельсберг. Августа и Пюклер разделяли предпочтение английскому коттеджному стилю и ориентировались на английские сборники образцов, например, архитектора Роберта Лугара. Чтобы подчеркнуть свою художественную близость к Августе, Пюклер построил кузню в парке Браницер, напоминавшую Малый замок в парке Бабельсберг.

Революция 1848 года: политические призывы к реформам и начало вражды с Бисмарком

Во время революций 1848–1849 годов в Берлине также происходили жестокие столкновения между военными и гражданским населением. Муж Августы был признан главным виновником кровопролития и был вынужден уехать в изгнание в Великобританию. Тем временем Августа увезла своих двоих детей в Потсдам. Поскольку общественность считала её сравнительно просвещённой, она оставалась там в безопасности. В ответ на революцию Августа призвала к быстрым реформам. В письме Вильгельму от 5 июня 1848 года она написала: «Сейчас речь идёт о спасении монархии и её опоры, династии – это задача, для которой ни одна жертва не может быть слишком велика». Она также рекомендовала Пруссии в германском вопросе проявить инициативу и добиться национального согласия, независимо от политики Вены и Санкт-Петербурга. Она вновь посоветовала, чтобы прусский народ имел право голоса при принятии политических решений. Конституция могла бы создать для этого законную и чётко регламентированную основу. Революция 1848–1849 годов имела долгосрочные последствия для отношений Августы с будущим канцлером Отто фон Бисмарком: 23 марта 1848 года, вскоре после Мартовской революции 1848 года, она приняла его в Потсдамском городском дворце. По версии Августы, Бисмарк пытался перетянуть её на сторону контрреволюции против короля Фридриха Вильгельма IV. Бисмарк хотел узнать, где находится её муж, чтобы попросить его отдать приказ о марше на Берлин. Это было бы предательским противодействием отступлению войск, приказанному королём Фридрихом Вильгельмом IV. Её также беспокоило, что Бисмарк заявил, будто действует от имени её шурина, принца Карла, младшего брата Вильгельма. Всего за несколько дней до этого Карл предложил королю и принцу Вильгельму отречься от престола или отказаться от королевского наследования. Поэтому Августа подозревала, что он сам хочет захватить королевский трон и устроить переворот с помощью Бисмарка. Бисмарк, в свою очередь, впоследствии обвинил Августу в заговоре против Вильгельма в 1848 году: она стремилась взять на себя регентство при своём сыне Фридрихе Вильгельме. Для него речь шла лишь о защите правящего короля от революции с помощью армии. Поскольку, по словам историка и биографа Бисмарка Эберхарда Кольба, записи Августы и Бисмарка о событиях противоречат друг другу, содержание разговора невозможно восстановить. Можно лишь с уверенностью сказать, что Августа с момента этой встречи испытывала неприязнь к Бисмарку. Историк Дэвид Баркли оценивает её роль так: «Она успешно защищала положение Вильгельма как наследника престола весной и летом». В результате отношения Вильгельма с женой улучшились. По словам Баркли, он также стал прислушиваться к ней в политических вопросах, находясь под влиянием меморандумов и писем Августы. Принц, который ранее придерживался абсолютистских взглядов, «постепенно склонился к умеренно консервативному, но конституционному направлению». Однако эта точка зрения является спорной. По мнению историка Яна Маркерта, Вильгельм ещё во время революции 1848 года самостоятельно осознал, что прусская монархия должна примириться с конституционной формой правления. Велер, Ганс Ульрих, напротив, считает Августу причиной более позднего поворота Вильгельма к правой либеральной Wochenblattpartei. В то же время в либеральных кругах рассматривалась возможность насильственной смены правителя. Августу обсуждали как возможного регента при её несовершеннолетнем сыне Фридрихе Вильгельме. В отличие от Великобритании, Португалии и Испании, в Пруссии не было традиции правящих королев или регентов. Поскольку король Фридрих Вильгельм IV также обещал реформы, этот план был быстро отвергнут. Августа впоследствии уничтожила часть своих писем, написанных в революционные годы.

Двор Wochenblattpartei, благотворительный фонд Rheinanlagen

В 1849 году король Фридрих Вильгельм IV назначил принца Вильгельма военным губернатором провинции Рейн и провинции Вестфалия. С 1850 года принц переехал в Кобленц, столицу прусской провинции Рейн. В Избирательном дворце Августа получила возможность жить придворной жизнью, к которой привыкла в детстве при Веймарском дворе. В Кобленце она смогла окружить себя людьми, которые ей нравились, установить контакты с рейнской буржуазией и поддерживать более близкие отношения с местным населением. Их терпимость к католической конфессии и благотворительная деятельность этому способствовали. Баркли характеризует ее деятельность как одновременно "королевскую династическую" и "близкую к народу". Некоторые из доверенных лиц Августы при Кобленцском дворе, часто члены партии «Wochenblatt», стали государственными министрами при принц-регенте Вильгельме в так называемую Новую Эру. Правящему монарху и частично принцу Вильгельму не нравился сравнительно либеральный выбор гостей Августы. Вильгельм не всегда мог на это повлиять, поскольку часто отсутствовал в Кобленцском замке. В Кобленце Августа с 1856 года организовала создание парка с прогулочной набережной на левом берегу Рейна, так называемых Rheinanlagen. До этого времени набережная имела лишь представительский участок непосредственно у Избирательного дворца и на Rheinlache. Кроме того, она благоустроила Rheinanlagen, добавив павильоны и новые посадки деревьев. Впервые Августа стала оказывать значительную поддержку организациям, занимавшимся уходом за больными или заботой о бедных, в том числе католическому ордену Братьев Милосердия в Вейтерсбурге и Кайзерсвертской Диаконии. В 1850 году она стала покровительницей Евангельской женской ассоциации (Evangelischen Frauenvereins), а два года спустя – Католической женской ассоциации (Katholischen Frauenvereins).

Брак детей

Августа инициировала брак своей дочери Луизы с Фридрихом I, великим герцогом Баденским, которого считали либералом, и он состоялся в 1856 году. Два года спустя она одобрила брак своего сына Фридриха Вильгельма с Викторией, старшей дочерью британской королевы. Сама Августа активно поддерживала этот брак, видя в нём способ отвести Пруссию от, по её мнению, самодержавно управляемой России в плане союзнической политики. Вместо этого она стремилась к сближению с Великобританией и Францией. По мнению Моники Виенфорт, благотворительная деятельность Августы всегда ограничивалась сферой "традиционной монархической благотворительности". Стремление Августы было направлено на укрепление социального положения своего сословия. Как и многие женщины из аристократии и буржуазии в конце XIX века, она не стремилась к эмансипированному равенству с мужчинами.

Жена принца-регента (18581861): политическое влияние и неудача

Поскольку Фридрих Вильгельм IV после нескольких инсультов больше не считался способным править, его брат был назначен регентом в 1858 году. Осенью того же года Августа вернулась с ним в Берлин, но на протяжении всей своей жизни поддерживала связь с Кобленцем, часто посещая его. Вильгельм назначил министров, придерживавшихся более либеральной политики, и многие из них ранее бывали при дворе в Кобленце. Александр фон Шлейниц, человек, которому Августа доверяла, получил пост министра иностранных дел. Августа была близка с Шлейницем со времен революционных событий 1848 года. Поэтому Бисмарк предположил, что его соперник «должен своей карьерой лишь женским юбкам». Однако историк Бастиан Пейффер считает это намеком и отрицает, что Августа была фактическим создателем нового правительства. Биргит Ашман рассматривает современные прозвища, такие как «Министерство Августы», как консервативные попытки принизить значение нового политического курса. Августа, таким образом, симпатизировала новому министерству. Некоторые министры, как и она, были убеждены, что сближение с Великобританией будет выгодно и внутри страны. По словам американского историка Отто Пфланце, она считала правительство так называемой Новой Эры «своим министерством»; их отставка стала для Августы глубоким и долговременным оскорблением, поэтому она выступала против будущего прусского премьер-министра Отто фон Бисмарка, независимо от того, какую политику он проводил – либеральную или консервативную. Сравнительно либеральный период продлился около трех лет. Этому было несколько причин. Во-первых, в 1861 году умер британский принц-консорт Альберт Саксен-Кобург-Готский, ключевая фигура в поддержании прусско-британских связей. Одновременно обострились конфликты между Августой и ее невесткой Викторией. Августа была недовольна влиянием Виктории на Фридриха Вильгельма. Во-вторых, в ходе реформы прусской армии Вильгельм вступил в серьезный конфликт с прусской Палатой депутатов. В связи с возникшей конституционной проблемой он задумался о назначении в правительство более консервативных лиц.

Коронация и оппозиция Бисмарку

В разгар этого государственного кризиса Фридрих Вильгельм IV умер 2 января 1861 года. Августа стала королевой-консортом Пруссии. Церемония её коронации состоялась 18 октября того же года в часовне Кенигсбергского дворца. После того, как Вильгельм возложил королевскую корону на себя, он короновал свою супругу. Августа была второй коронованной королевой в истории Пруссии; до неё лишь София Шарлотта Ганноверская удостоилась такой церемонии в Кенигсберге в 1701 году. Во время нарастающего конфликта между её мужем и Палатой представителей, Августа и Вильгельм пытались отговорить от назначения Отто фон Бисмарка премьер-министром. Она не верила, что он окажет объединяющее и примиряющее воздействие, и ожидала, что он лишь усугубит внутреннеполитический раскол. Как она убедилась в 1864 году, Бисмарк был "человеком принципиальным и беспечным, который порой заставлял сомневаться в здравомыслии своих слов и поступков". Августа уже считала его появление в качестве посланника во Франкфуртском Бундестаге дипломатически неприемлемым. Своими неприкрытыми стремлениями к великой державе он неизменно вызывал недоверие пруссаков к дружественным правительствам в Германском союзе. Ещё в пасхальные дни 1862 года королева предупредила мужа о Бисмарке как о возможном премьер-министре, предоставив ему восемнадцатистраничный меморандум. Вильгельм проигнорировал её совет в сентябре 1862 года. Наследный принц Фридрих Вильгельм прокомментировал его решение словами: "Бедная мама, как горько ей будет это назначение её злейшего врага". Бисмарк, в свою очередь, презирал Августу за её влияние на Вильгельма. Он рассматривал её действия как нарушение границ дозволенного для женщины. По его мнению, женское влияние на, как ему казалось, слабого правителя следовало исключить. Помимо Августы, угрозой для него представляла и наследная принцесса Виктория. Если Бисмарк признавал за Августой чувство долга и благородное поведение, то Виктории он полностью отказывал в этих качествах. С точки зрения Бисмарка и его сторонников, Августа принадлежала к противостоящему политическому лагерю при дворе. Поэтому партия Бисмарка публично полемизировала и против Августы, как наиболее яркого представителя так называемой английской фракции. Таким образом, они стремились дискредитировать критику реакционного курса правительства и внешней политики. Несмотря на назначение Бисмарка, Августа продолжала пытаться давать мужу советы. Для этого она активизировала свои контакты с Францем фон Роггенбахом и часто навещала бывшего баденского министра иностранных дел в Баден-Бадене, где проходила лечение. Как и Августа, Роггенбах критически относился к политике Бисмарка. В консультациях с Роггенбахом она составляла политические меморандумы для Вильгельма I. Бисмарк возлагал вину на Августу, если король не следовал его советам, считая, что она плетет против него интриги во время утренних завтраков с королем. По словам Бисмарка, его политические противники формировались в окружении Августы, включая наследную принцессу Викторию и всю придворную фракцию, враждебную ему. В последующие годы Бисмарк обвинил королеву в том, что её интриги подорвали его способность занимать должность и его здоровье.

Дистанционное отношение к милитаризму и немецкой войне

Августа действительно поддерживала национальное объединение Германии под прусским правлением. Однако королева хотела, чтобы единство достигалось мирными средствами, и осудила три немецкие войны объединения в 1864, 1866 и 1870–1871 годах. Поэтому Карин Файерштейн Прассер характеризует Августу как пацифистку. Биргит Ашманн ставит эту оценку в перспективу, ссылаясь на 4-й гвардейский гренадерский полк королевы Августы, который был подчинен ей и который монарх особенно поддерживала. Тем не менее, Ашман подчеркивает, что, в отличие от большинства либеральных деятелей, Августа не проявляла никакого патриотического энтузиазма даже во время военных побед. Она сохранила критическое отношение к внешней политике Бисмарка. Особенно в преддверии австро-прусской войны в 1866 году она пыталась использовать свою переписку с различными дворами для дипломатического посредничества и предотвращения военной эскалации. Августа особенно опасалась неблагоприятного исхода войны против Австрии. Она утверждала, что Пруссия выиграет от благосклонности Наполеона III в военном противостоянии и не должна становиться зависимой от него. Королева также обратилась к британской королеве Виктории с просьбой о посредничестве. С мая 1866 года она прекратила свои дипломатические обращения. В преддверии войны 1866 года Августа Вильгельм снова попыталась убедить короля уволить Бисмарка. Виктория, Фридрих Вильгельм и великий герцог Баденский Фридрих I также советовали прусскому монарху предпринять такой шаг. Однако Вильгельм остался верен своему премьер-министру.

Благотворительная деятельность

Благотворительная деятельность считалась традиционной сферой деятельности принцесс в XIX веке. На многих изображениях она запечатлена с отличительным знаком организации. По её инициативе было основано несколько больниц, в том числе Langenbeck Virchow Haus, который существует и по сей день и является штаб-квартирой Немецкого хирургического общества. После смерти хирурга Бернарда фон Лангенбека, Августа убеждала правительство и выделяла собственные финансовые средства для создания для этого общества собственного здания. Августа также участвовала в организации недавно основанного в 1865 году Ордена Луизы. Наградой в основном отмечали женщин, проявивших себя в уходе за ранеными или в сборе средств для нуждающихся солдат. Августе удалось добиться чествования и католических женщин, многих из которых она сама предлагала королю для награждения. В 1866 году она основала Vaterländischer Frauenverein, который оказывал помощь раненым и больным солдатам.

Критика Kulturkampf

Политические отношения императрицы с католицизмом сыграли особую роль после 1871 года: Августа, как и император, исповедовавшая протестантскую веру, рассматривала ультрамонтанизм – политическое движение, лояльное папе – как угрозу лояльности католического населения начиная с 1850-х годов. По мнению историка Кэролайн Гальм, Августа поэтому стремилась «устранить дефицит интеграции и примирить католиков с правящей протестантской династией». Например, чтобы завоевать симпатии преимущественно католической Южной Германии, Августа рекомендовала мужу в октябре 1870 года дипломатически отстаивать права папы. Это было связано с оккупацией ранее независимых Папских областей войсками Королевства Италия. Императрица считала антикатолическую политику Бисмарка в период Культуркампфа ошибочной. Хотя она и отвергала решения Первого Ватиканского собора 1869 года, она верила, что примирение возможно с умеренными католическими силами. В 1872 году она отправила Вильгельму специально составленный меморандум «о церковно-политической ситуации». В документе она призывала его «оказать успокаивающее воздействие на католическую церковь, восстановить утраченное доверие и максимально смягчить остроту противоречий». Августа неоднократно обращалась к властям и императору с просьбами о защите католического населения. Так, в 1872 году она ходатайствовала за сохранение Филиппа Крементца на посту епископа Вармии. Культуролог Андреа Микке-Серин считает, что смягчение Закона о конгрегациях 1875 года стало результатом влияния Августы. Несмотря на то, что закон по-прежнему предусматривал закрытие католических монастырских орденов в Пруссии, он исключил из этого чистые сестринские ордена.

Кульминация конфликта с Бисмарком

В 1877 году Бисмарк попросил императора отправить его в отставку, формально из-за продолжающихся конфликтов с Августой и её окружением. После того как Вильгельм предоставил ему отпуск на несколько недель, Бисмарк инициировал публикацию нескольких статей в прессе, в которых возлагал основную вину за своё намерение уйти в отставку на императрицу. Как резюмирует биограф Бисмарка Кристоф Нонн, имперский канцлер соперничал с рядом придворных за влияние на монарха, и королева с императрицей играли в этом особую роль. По его собственным словам, Бисмарку постоянно приходилось противодействовать их влиянию на императора. Американский историк Джонатан Штайнберг объясняет враждебность Бисмарка психологической травмой, полученной в детстве. Под влиянием властной и холодной матери у него развилось сильное презрение к женщинам, и он чувствовал себя под угрозой от женщин, доминирующих над слабыми мужьями. Августа, демонстрировавшая уверенность в себе по отношению к Вильгельму, соответствовала образу врага, созданному Бисмарком. Вместе с тем, Штайнберг считает императрицу фактором, благоприятствовавшим политическому положению Бисмарка в Империи. Конфликт с Августой смягчил позицию императора и повысил его готовность идти на уступки в отношении политических требований канцлера.

Обращение к канцлеру рейха

Поскольку Католическая центр-партия получила голоса на выборах в Рейхстаг в 1878 году, Бисмарк был вынужден прекратить Культуркампф. Августа считала это своей личной победой над Бисмарком. Вскоре после этого императрица начала сближаться с Бисмарком. Это было обусловлено, с одной стороны, их уважением к его успехам во внешней политике на Берлинском конгрессе. Августа теперь описывала имперского канцлера как "блестящего государственного деятеля". В духе Бисмарка она побудила Вильгельма заключить двойной союз с Австрией, исключив Россию. С другой стороны, она считала Бисмарка подходящим человеком для подготовки её внука, будущего немецкого императора Вильгельма II, к государственной службе. По мнению биографа Августы Карин Фейерштейн Прассер, сближение Августы с Бисмарком было связано не столько с его политикой, сколько с напряженностью в семье. Подобно имперскому канцлеру, она считала своего сына Фридриха Вильгельма менее подходящим кандидатом на роль будущего правителя, чем принца Вильгельма. Она не признавала за наследным принцем интеллектуальных способностей и политической воли, необходимых для императорской должности. Августу и Бисмарка особенно беспокоило то, что Виктория ослабляла своё влияние на Фридриха Вильгельма. Поэтому оба возлагали свои политические надежды на принца Вильгельма. Поскольку у него не сложились хорошие отношения с матерью Викторией, принц после окончания учебы также сблизился со своей бабушкой и тетей Луизой.

Ежегодные поездки и участие в политической жизни в последние годы жизни

Августа часто избегала берлинского двора. Она проводила в Берлине лишь около половины года. В мае она обычно отправлялась в Баден-Баден на лечение. За этим следовала поездка в Кобленц в июне, где она занималась благотворительностью и общественной деятельностью. Оттуда она изредка навещала свою дочь Луизу в резиденции Карлсруэ в Бадене или проходила курс лечения в Бад-Эмсе, куда также ездил её муж. Осенью Августа снова останавливалась в Баден-Бадене или на острове Майнау на Боденском озере. Зимний сезон она проводила в Берлине с ноября по апрель. Сама императрица на протяжении многих лет страдала от различных физических недугов (включая ревматизм) и получила серьезные травмы при падении в Кобленце в июне 1881 года. С тех пор она нуждалась в костылях и инвалидном кресле. Тем не менее, Августа старалась продолжать участвовать в политической жизни и выполнять свои обязанности покровительницы католического населения. Для этого она, в частности, нуждалась в финансовой поддержке. Когда её муж скончался 9 марта 1888 года, Августа присутствовала в Старом дворце. Всего через 99 дней, 15 июня, её сын, взошедший на престол как Фридрих III, умер от рака гортани. В результате её любимый внук, Вильгельм II, стал королём Пруссии и германским императором.

Смерть и наследие

Августа умерла 7 января 1890 года в возрасте 78 лет в Старом дворце во время пандемии гриппа 1889–1890 годов. Первоначально её тело было выставлено для публичного прощания в Старом дворце на бульваре Унтер-ден-Линден в районе Митте, историческом сердце и центре Берлина, а затем она была похоронена в Мавзолее дворца Шарлоттенбург рядом с мужем. В соответствии с её завещанием, Фонд Августы, другие благотворительные организации (особенно в Берлине и Кобленце) и Кобленцские набережные Рейна получили финансовые пожертвования.

Бисмарк и его окрестности

Поскольку Бисмарк не поддерживал хороших отношений с Августой со времен революции 1848 года, он создал негативный образ императрицы в своей автобиографии «Мысли и воспоминания»: она оказывала пагубное влияние на Вильгельма I, а из-за её симпатий к французской и английской культуре была лишена патриотизма. Бисмарк также ложно обвинил её в том, что она являлась «предательницей», передававшей государственные секреты французскому посольству. Их пацифистские взгляды были нереалистичны, а их интриги затрудняли ему государственную деятельность. Прусский премьер-министр и рейхсканцлер приписывал императрице «стремление к противоречию»: когда он придерживался консервативного курса, она пыталась продвигать либералов. Если же он действовал более либерально, императрица поддерживала консерваторов и католиков. Бисмарк полагал, что Августа не выступала против прусского правительства лишь в так называемую «Новую Эру». В этот период ей удалось добиться победы на министерских выборах. Историк Петра Вильгельми приходит к выводу, что Бисмарк «в определенной степени был несправедлив» к Августе. Монарх не действовал из принципиального «духа противоречия» его политике, а, напротив, в отличие от рейхсканцлера, был относительно либеральным и отличался религиозной терпимостью. Помимо Бисмарка, Эрнест II, герцог Саксен-Кобург-Готский, публично выступил против предполагаемого доминирования императрицы и наследной принцессы Виктории, своей племянницы. В связи с «женской политикой» он предостерегал от «враждебных и вредных для немцев» начинаний.

Спорная репутация

В целом, однако, эффективность политических действий Августы в XIX веке оценивалась как низкая из-за её конфликта с Бисмарком. Обзоры были сосредоточены на её представительской роли в монархии. Как и другие принцессы, она должна была соответствовать преобладающей модели поведения, то есть быть активной в области благотворительности и королевского представительства, особенно во время военных отъездов Вильгельма. С точки зрения современников, Августа была лишь частично пригодна для этого. Хотя она выступала покровителем многих Vaterländischer Frauenverein, помимо этой приверженности заботе о раненых, она в основном оставалась в тени. 27 июля 1867 года Illustrirte Zeitung раскритиковала растущее увлечение Августы семейной жизнью. До революции 1848–1849 годов она была «блестящей фигурой при берлинском дворе». Однако сейчас она в основном держится «скрытой в тихом кругу семьи» и редко участвует в придворной жизни Берлина. Вместо этого она проводила «большую часть года вне резиденции, в своей любимой резиденции в Кобленце или в Карлсруэ с дочерью, или в немецком курортном городе, где проходила обычное лечение». Также критиковалось то, что она появлялась в столице довольно неприметно для монарха, то есть недостаточно демонстрировала свой социальный статус. По словам Катрин Фейерштейн Прассер, Августа никогда не пользовалась популярностью за пределами Кобленца при жизни. Историк объясняет это тем, что Августе было бы трудно поддерживать тесные контакты с прусской элитой. С другой стороны, вызывало переполох то, что она говорила и писала преимущественно на французском языке. Это уже не было обычной практикой при немецких дворах во время основания империи. По мнению историка Герда Генриха, Августа была «во многом противоречивой фигурой» среди современников. С одной стороны, её влияние на воспитание наследника престола и дочери Луизы оценивалось положительно. Их княжеское поведение и манеры иногда считались уместными; с другой стороны, раздражительность Августы и её перепады настроения воспринимались негативно. Интеллект, связываемый с её веймарским влиянием, и её склонность к показной роскоши казались неуместными на сравнительно экономном дворе Гогенцоллернов. По словам Георга Вагнера Кёры, благотворительная деятельность Августы придавала Пруссии престиж на международной арене. Её дипломатические связи с другими королевскими домами создавали впечатление миролюбивости. Однако она так и не достигла популярности своей внучки по мужу, Августы Виктории, в Империи. Жена Вильгельма II пользовалась уважением даже среди немецкой буржуазии. Августа же, по оценке Вагнера Кёры, оставалась слишком поглощённой «династическим традиционализмом». По мнению Дэвида Барклая, подчеркивая своё высокое аристократическое происхождение из веймарской великой герцогской семьи, она поставила себя в положение аутсайдера. Ханна Пакула винит личность Августы в её негативном имидже в придворных кругах. Хотя Августа была интеллектуальна и умна, она «не могла выносить, когда с ней не соглашались». Её энергичное поведение на придворных мероприятиях вызывало критику. Король Бельгии Леопольд I, например, дал ей прозвище «Дракон Рейна», намекая на её любовь к Рейнской области. В прусской Рейнской провинции и особенно в Кобленце, давней резиденции Августы, роль императрицы оценивалась положительно. Историк-методист Марко Зервас считает, что «настоящее почитание в основном католического населения протестантским двору Гогенцоллернов и Вильгельму» во многом объясняется общественной популярностью Августы. По случаю её смерти в 1890 году город Кобленц издал мемориальную публикацию под названием Kaiserin Augusta in Coblenz. 1850–1889. В работе большее значение придаётся её вкладу в интеграцию Рейнской области в прусское государство, чем законодательству и администрации.

Эпонимы и памятники

По словам историка Алексы Гайхтхёвель, память об императрице утратила значимость вскоре после ее смерти. В ее честь были названы улицы, женские гимназии и больницы, такие как больница Кайзерин Августа в Берлине. Однако ей было посвящено лишь «несколько памятников». Гайхтхёвель подчеркивает, что в XIX веке было необычно возводить публичные памятники неправящему монарху. Среди прусских королев Августа была второй после Луизы Мекленбург-Стрелицкой, которой был воздвигнут памятник в Берлине. В 1891 году «Комитет» призвал к пожертвованиям на памятник императрице Августе. В результате в 1895 году на площади Опернплац, ныне Бебельплац, была открыта сидящая статуя. Историк Хельке Рауш интерпретирует возведение памятника Августе «в центре монархической репрезентативной зоны» как «попытку политизации»: поскольку приближалось празднование 25-й годовщины основания Германской империи, бывший глава Берлинского городского совета Альберт Штрик в своей речи у памятника призвал видеть в Августе представительницу Германской империи наряду с Вильгельмом I, генералами и государственными деятелями. В качестве причины он привел то, что императрица воспитала молодых женщин для активной работы в сестринском деле и заботы о раненых в войнах за объединение Германии. По словам Рауш, современники сделали Августу образцом женской «долга и готовности к самопожертвованию» в сфере благотворительности. Памятник императрице, который был перенесен в парк замка Монбижу в 1928 году, был разрушен во время Второй мировой войны. В Баден-Бадене городской совет поручил скульптору Йозефу Копфу создать памятник императрице Августе. Бюст был открыт в 1893 году и должен был увековечить регулярные посещения императрицей города в целях лечения. В 1893 году в их резиденции Кобленце был объявлен архитектурный конкурс на проект памятника, который выиграл Бруно Шмиц. К 1896 году он построил Монумент императрицы Августы совместно со скульптором Карлом Фридрихом Моестом. В центре комплекса возвышается фигура правительницы. Балдахин в монументе окружает фигуру сзади. Декоративные элементы символически указывают на приверженность Августы Красному Кресту и городу Кобленц. В городе Кельн был запланирован и построен еще один памятник императрице на кольце Кайзера Вильгельма, начиная с 1897 года. Контракт был объявлен по всей стране с установлением лимита стоимости в 60 000 марок. Выбор пал на скульпторов Франца Дорренбаха и Генриха Стокмана. К 1903 году они завершили создание мраморной сидящей статуи императрицы.

Изобразительные изображения

Августа использовала визуальные образы как средство пропаганды. Однако, вопреки буржуазным ценностям, она обычно не позволяла изображать себя как жену Вильгельма I. Вместо этого она представляла себя независимой монархиней, следуя традиционному образу правителя. Одновременно с этим она дистанцировалась от милитаризма того времени в своих изображениях. По словам Вагнера Кёры, деревянная гравюра 1871 года, которую она скопировала, типична в этом отношении. На гравюре она изображена с брошью Красного Креста в медальоне. Два раненых солдата стоят по обе стороны от неё. Под медальоном виден символ Красного Креста и ангел с костылями. С одной стороны, изображение подчеркивает поддержку Августой заботы о раненых. В верхней части – эмблемы Германской империи, Эльзаса и Лотарингии, отсылающие к недавно созданному имперскому государству Эльзас-Лотарингия; таким образом, Августа предстает как победительница. Адольф Менцель изобразил Августу как пацифистку в своей картине «Отъезд короля Вильгельма I в армию, 31 июля 1870 года». С началом франко-прусской войны она с печалью прижимает к лицу белый платок. Она резко контрастирует с толпой, в основном приветствующей войну. Как отмечает Вагнер Кёра, на картине видны флаги Красного Креста, которых не было в реальной исторической ситуации, но которые подчеркивают пацифистские взгляды Августы.

Исследования

Исследования Августы получили более интенсивное развитие лишь в последние два десятилетия. До этого в основном сохранялся образ императрицы, созданный Бисмарком. Несмотря на различные публикации, общепризнанной научной биографии до сих пор не существует. В частности, все больше специализированных работ, основанных на источниках, ставят под сомнение версию Бисмарка об императрице. Историк Моника Виенфорт в 2018 году отметила, что "исследований Августы" практически не существует на сегодняшний день. Бауэр считает письма единственным значимым инструментом, посредством которого Августа могла влиять на политические события. Сохранившаяся переписка между Вильгельмом и Августой насчитывает около 5800 писем и рассматривается как важный источник для изучения отношений между монаршей четой. Помимо общения с другими принцами, Августа поддерживала связь с государственными деятелями, офицерами, учеными и писателями. Наряду с Бауэром, анализ переписки проводила и Кэролайн Гальм. Она особенно интересуется перепиской между Вильгельмом и Августой, стремясь выяснить, "существовало ли политическое сотрудничество между супругами, и если да, то в какой форме". По мнению Гальм, важную роль в политической переписке Августы играли контакты с "единомышленниками из высших кругов". Ключевым вопросом является то, воспринимали ли такие фигуры, как британская королева Виктория или великий герцог Баденский Фридрих II, ее всерьез как важного политического союзника или же видели в ней лишь "посредника в отношениях", близкого к немецкому императору.