Введение

Австралийский правовед и философ, исследователь и первопоселенец Южной Австралии, Джон Митчелл Финнис (родился 28 июля 1940 года) – австралийский философ права и юрист, специализирующийся на юриспруденции и философии права. Он является оригинальным интерпретатором Аристотеля и Фомы Аквинского, и считает Германа Гризе своим главным влиянием и соавтором. Он внес вклад в эпистемологию, метафизику и моральную философию. Финнис был профессором права и юридической философии в Оксфордском университете с 1989 по 2010 год, где в настоящее время является профессором права и юридической философии на пенсии. Он также является профессором права имени семьи Биолчини на пенсии в юридической школе Нотр-Дам и постоянным старшим научным сотрудником в Центре этики и культуры Нотр-Дам имени де Никола. Он выступал советником нескольких правительств штатов Австралии, особенно Квинсленда и Западной Австралии, в основном по вопросам отношений штатов с федеральным правительством и с Соединенным Королевством. Его практика в английской коллегии адвокатов включала участие в делах в Высоком суде и в Апелляционном суде. Он является членом юридической коллегии Грей. В 2017 году он был удостоен почетного звания адвоката королевы. В 2019 году, в честь дня рождения королевы Австралии, Финнис был награжден статусом Компаньона в Общем отделении Ордена Австралии – высшей гражданской наградой страны – за выдающиеся заслуги в качестве юриста и правоведа. В 2023 году он был награжден орденом Британской империи (CBE) за заслуги в области юридической науки. Он руководил диссертациями нескольких аспирантов, включая Нила Горсуча, судью Сьюзан Кенни из Федерального суда Австралии, Роберта П. Джорджа из Принстонского университета и Джона Кьюна из Джорджтаунского университета. В 2013 году Джордж и Кьюн резюмировали некоторые из медийных работ Финниса следующим образом: "Он, например, участвовал в дебатах об исследованиях эмбрионов с Мэри Уорнок в программе BBC Newsnight и с Джонатаном Гловером в программе Channel 4 Debate; обсуждал эвтаназию с ведущим голландским специалистом по эвтаназии в программе After Dark на том же канале и писал об эвгенических абортах в The Sunday Telegraph".

Ранние годы и образование

Финнис получил образование в колледже Святого Петра в Аделаиде и в Аделаидском университете, где он был членом колледжа Святого Марка. Там он получил степень бакалавра права (LL. B.). В 1962 году он выиграл стипендию Родса в Университетский колледж Оксфорда, где получил степень доктора философии, защитив диссертацию о концепции судебной власти в контексте федерального конституционного права Австралии. Также в 1962 году Финнис обратился в римско-католическую веру. Финнис дружит с Аун Сан Су Чжи, также выпускницей Оксфорда, и в 1989 году номинировал её на Нобелевскую премию мира. Аун Сан Су Чжи получила премию, но смогла принять её лишь в июне 2012 года, когда она рассказала о том, как её покойный муж, Майкл Арис, навещал её под домашним арестом и сообщил новость о том, что "друг, Джон Финнис" выдвинул её кандидатуру на премию.

Публикации

Финнис является автором нескольких философских работ. Его наиболее известная работа – «Естественное право и естественные права» (1980, 2011), основополагающий вклад в философию права и изложение доктрины естественного права. Для Финниса существуют восемь основных благ: жизнь, знание, игра, эстетический опыт, дружеское общение, практический разум, религия и брак. Его «Основы этики» представляют собой шесть лекций Кэрролла, прочитанных Финнисом в Джорджтаунском университете в 1982 году. Он опубликовал пять сборников эссе: «Разум в действии», «Намерение и идентичность», «Права человека и общее благо», «Философия права», «Религия и публичные основания». Ниже представлен полный список его публикаций. «Естественное право и естественные права», Оксфорд: Clarendon Press, 1980; 2-е изд., 2011. «Основы этики», Вашингтон, округ Колумбия: Georgetown University Press, 1983. «Ядерное сдерживание, мораль и реализм» (в соавторстве с Дж. М. Бойлом-младшим и Джерменом Гризезом), Оксфорд: Clarendon Press, 1987. «Естественное право» в 2 томах (под редакцией), Нью-Йорк: New York University Press, 1991. и «Моральные абсолюты: традиция, пересмотр и истина», Вашингтон, округ Колумбия: Catholic University of America Press, 1991. «Аквинат: моральная, политическая и правовая теория», Оксфорд: Oxford University Press, 1998. «Сборник эссе Джона Финниса» в 5 томах, Оксфорд и Нью-Йорк: Oxford University Press, 2011.

Введение

Общей темой, пронизывающей труды Финниса, является значимость, которую он отводит человеческой свободе, понимаемой как способность принимать решения о том, какой образ жизни человек выбирает. Эти решения предполагают выбор между несравнимыми фундаментальными благами, которые практический разум должен упорядочить для достижения желаемых целей. Зрелое проявление свободы предполагает избежание намеренного ущемления каких-либо из этих фундаментальных благ и, в различной степени и разными способами, содействие их реализации. На коллективном уровне аналогичная логика лежит в основе принятия законов (естественного права и естественных прав) и политических решений. В связи с этим обсуждение в основном строится вокруг понятий интенциональности, осмотрительности, морального выбора и справедливости. Рассмотрение вопроса о религии опирается на более широкие соображения. Далее следует краткое изложение философии права Финниса. В заключительном разделе обобщены эпистемологические и онтологические основания философии Финниса, отраженные в его «Основах этики». Данный обзор тем, представленный в этой короткой статье, не может в полной мере охватить обширный корпус работ Финниса, включающий философские, юридические, политические и религиозные темы, а также аргументацию с ведущими мыслителями в этих областях. Читателю рекомендуется обратиться к его трудам для более глубокого изучения.

Мораль

На основе опыта фактов, возможностей и исходов, легко понять основные формы человеческого блага как благо для себя и других людей, и воля человека в своей основе является реакцией на это понимание. "Должно" не вытекает из "есть", поскольку первоначальные принципы практического разума не выводятся логически, а постигаются интеллектом непосредственно. Мораль является следствием размышлений об основных благах в их совокупности и их последствиях для человеческого расцвета. Финнис опровергает отождествление Дэвидом Юмом морали с чувством сочувствия, приводящим к одобрению или неодобрению, указывая на то, что Юм также предполагал, что эти чувства должны быть признаны и разделены другими. Таким образом, мораль Юма основана на рациональности, а не на сочувствии, несмотря на его "формальные и энергичные возражения против этого". Финнис отождествляет рациональность с незаинтересованной и беспристрастной точкой зрения, стремящейся понять, что лучше для всех в данный момент времени. По мнению Финниса, Людвиг Витгенштейн "колеблется в одном из ключевых вопросов в своих размышлениях", поскольку утверждения об эмпирических фактах не обязательно истинны. Тем не менее, Финнис защищает самоочевидность истины, используя формальную логику и обращаясь к "реторсивным аргументам".

Намерение

В своих трудах Финнис демонстрирует глубокую обеспокоенность защитой личности от злоупотреблений со стороны институтов, подчеркивая первичность субъективности индивида. Таким образом, используя платоновский диалог «Горгий», Финнис утверждает (в противовес дискурсивной этике Юргена Хабермаса), что молчание является этичным и значимым, поскольку оно представляет собой пространство для размышлений и внутренней оценки. Он далее утверждает (в отличие от действующего законодательства Великобритании), что суды должны проводить различие между прямым умыслом и непреднамеренными сопутствующими последствиями и не могут приписывать умысел, основываясь лишь на предвидимости. «Безусловно, причинение смерти как непреднамеренного сопутствующего последствия часто является несправедливостью, но эта ошибка относительна к обстоятельствам, в то время как заповедь о защите хотя бы невинных людей – нет». Человек, взрывающий самолет ради страховой выплаты и тем самым убивающий пилота, мог не иметь намерения убивать пилота, даже если смерть пилота была предвидимой. С другой стороны, Финнис возлагает моральную и юридическую ответственность на любого, кто соглашается совершить действие при условии наступления другого события (предименсивный умысел), как это отражено в политике Великобритании в отношении ядерного сдерживания, которая предусматривает возможность нанесения удара по гражданскому населению в случае ядерной атаки на города Великобритании. Финнис утверждает, что Veritatis Splendor требует от моралиста принятия перспективы действующего субъекта. Это подразумевает, что ни один поступок не является внутренне греховным, а его греховность определяется намерением, волей или целью действующего лица (в соответствии с разграничением, предложенным Фомой Аквинским между in genere naturae и in genere moris). Традиционное представление о том, что средства рассматриваются в связи с целью, таким образом, отвергается в пользу разграничения между намеренными целями (прямой эффект) и непреднамеренными сопутствующими последствиями (косвенный эффект). Это объясняет, например, почему стрельба с намерением убить врага предосудительна, а стрельба ради самообороны – нет. Финнис в ряде аспектов расходится с пониманием умысла, представленным Анскомб.

Осторожность

Финнис отмечает, что рассуждения Аристотеля о благоразумии (фронезис) не содержат этических указаний, поскольку они касаются выбора средств, но не определяют, каковы цели; однако решение этой проблемы, предложенное Фомой Аквинским, часто неверно интерпретируется. Цели – это фундаментальные блага, а благоразумие связано с обдумыванием как этих благ, так и средств для их достижения, в обоих случаях руководствуясь практическими рассуждениями. Добродетель – это не просто результат синдереза, но также требует стремления к цели и выбора средств. Выбор одних фундаментальных благ может привести к ущербу или даже подавлению других, при условии, что последнее не является намеренным. Контрацепция, аборты и эвтаназия предосудительны, поскольку предполагают прямой выбор против фундаментального блага жизни, что обычно и происходит. В противовес Лео Штраусу и другим, Финнис утверждает, что намеренное лишение невинной жизни недопустимо даже в крайних ситуациях, когда под угрозой само существование общества. Следуя Аристотелю, Финнис придает большое значение фундаментальному благу дружбы в своих собственных размышлениях, поскольку она включает бескорыстную любовь, выходящую за рамки простого чувства долга перед другими, и таким образом является идеальным основанием для морали (в отличие от позиции Филиппы Фут); однако этот идеал остается несовершенным, если он не распространяется на дружбу с Богом как универсальный принцип. Финнис утверждает, что эвдамония у Фомы Аквинского является результатом гармоничного развития всех фундаментальных благ, но не может быть достигнута в земной жизни (несовершенное блаженство).

Моральный выбор

Выбрав не стать убийцей, Сократ сформировал мир так, как он считал наилучшим, исходя из убеждения, что лучше перенести несправедливость, чем совершить её. Любая попытка оправдать выбор Сократа, опираясь на предсказуемые последствия (консеквенциализм), соизмерение добра и зла (утилитаризм) или сравнение ценностей с "антиценностями" (пропорционализм), обречена на неудачу, поскольку все они привели бы к выводу, что два убийства хуже одного. Кантианские аргументы также несостоятельны, поскольку они сосредоточены на избежании внутренней противоречивости посредством универсализации. Но логика не способна объяснить моральный выбор, который касается того, каким человеком ты хочешь быть или стать. Нельзя также уважать утверждение Канта о том, что следует соблюдать "цель природы", поскольку под "природой" он подразумевал естественные науки. Однако, в своих "казуистических вопросах" Кант впадает как в интуитивизм, так и в консеквенциализм, "в той же мере, как и академическая этика конца двадцатого века". Справедливость не подразумевает рационального сопоставления благ и зол; она скорее руководствуется Золотым правилом через соизмерение альтернативных вариантов, основанное на "собственных дифференцированных чувствах к различным благам и злам, как они конкретно запоминаются, переживаются или воображаются" с точки зрения целостного человеческого развития (ср. зрелая личность Аристотеля, обладающая разумным характером). Вера проистекает из "рациональной необходимости следовать тем нормам рационального исследования и суждения, которые необходимы для преодоления невежества, иллюзий и ошибок"; наука ищет причины и рассматривает случайность как остаток совпадений. Божественное откровение усиливает и корректирует понимание естественного разума, обеспечивая эпистемическую взаимозависимость и рефлексивное равновесие между ними. В идеальных эпистемических условиях (при отсутствии личного интереса и страстей) был бы достигнут широкий консенсус в вопросах добра и зла, что подтверждает обращение к высшему принципу порядка (Богу).

Философия права

Концепция права Финниса разработана в книге «Естественное право и естественные права». В этом разделе резюмируются некоторые его вклады в части первую и вторую его «Философии права». Вместо этого их авторитет проистекает из морали; Закон «занимает в мире то же место, что и мораль: [ ] что я должен делать и каким человеком я должен быть». Это центральная (или наиболее значимая) черта Закона, на которой основано улучшение любой правовой системы. Люди будут повиноваться конкретным законам, которые противоречат их интересам или несправедливы, только если они считают общую систему Закона справедливой (золотое правило), поскольку она поддерживает общие интересы, основанные на продвижении основополагающих благ. Несправедливые законы не являются законами в надлежащем смысле этого слова, «хотя они все же могут учитываться в разумных осознанных размышлениях и, безусловно, заслуживают внимания и описания». В противовес Джозефу Разу, Финнис утверждает, что мораль не является внешней по отношению к Закону, поскольку Закон делает возможными моральные устремления (например, сотрудничество между людьми). «Закон представляется как единая сеть» людей и сделок. Конкретный закон или юридическое определение – это применение общего морального принципа, который может принимать различные формы. Таким образом, процесс практического рассуждения, приводящий к разработке законов, не похож на «омлет, который можно приготовить, следуя рецепту» (концепция, получившая дальнейшее развитие в критике Финниса «Империи закона» Дворкина). Финнис отвергает следующие подходы как обоснованные теории юридического практического рассуждения: экономический анализ права, теория игр, проблема координации, рациональность Канта и исходная позиция Джона Ролза. В противовес Х. Л. А. Харту, Финнис отвергает «выживание» как центральную черту Закона: «человеческая рациональность также может отражать тот факт, что произвольность, связанная с неограниченным предпочтением себя, сама по себе является отклонением от «рациональности»». Он также отвергает теорию действия Харта, согласно которой нормативность вытекает из оснований, а не из решений. В своей «Большой исторической экскурсии по истории права» Финнис показывает, что традиция естественного права предлагает более полное объяснение, чем правовой позитивизм, каждого аспекта права, включая значение прав, полномочий, юридической методологии, институциональности, деликтного права, договорного права, уголовного права, международного права и так далее. Финнис утверждает, что определение права «не может быть решено какой-либо чисто «аналитической» техникой, стремящейся к нейтральности», оно должно «в определенной степени включать размышления о моральном порядке» с последствиями для всех, кто участвует в создании и применении законов. Внутренняя точка зрения Харта имеет смысл как метод в социальных науках только в том случае, если она предполагает понимание основополагающих благ. «Позитивная мораль» Патрика Девлина не может служить основой для Закона, поскольку это просто набор мнений, разделяемых группой людей, лишенный критической рефлексии. Макс Вебер отверг естественное право, поскольку он отказался признавать объективность ценностей, то есть их доступность для интеллекта (как и Харт), и подвергает резкой критике постмодернизм и критические юридические исследования за их несостоятельность на собственных условиях.

Основы этики

В этой книге изложены онтологические и эпистемологические основания работ Финниса. Это включает в себя отказ от представления о том, что человеческие блага проистекают из человеческих желаний, в пользу взгляда на них как на актуализацию и участие в фундаментальных благах. Таким образом, "эпистемология не является 'основами этики'" (стр. 21), а этика связана с рассуждениями о фундаментальных благах, переживаемых индивидом. Метафора Роберта Нозика о "машине опыта" показывает, что желания не могут служить руководством для этики, поскольку никто не предпочтет жизнь, полную удовольствий, жизни, посвященной достижениям. Люди стремятся к фундаментальным благам в поисках "совершенства", а не к гумианскому удовлетворению. Поверхностные теории блага, претендующие на удовлетворение потребностей всех, такие как теория Джона Роулса, приводят к упрощенному пониманию практического разума. Финнис отвергает аргументы, основанные на "странности" и натурализме, которые отрицают объективность ценностных суждений. Эту объективность можно сравнить с восприятием цвета: "почтовые ящики в Англии кажутся красными, потому что они красные. 'Красный почтовый ящик' – это не сокращение от 'красный для людей почтовый ящик'" (стр. 65). Красный цвет – это "антропоморфная категория" (то есть он отличен от самого объекта, но при этом объективно истинен и действителен). Финнис предлагает концепцию "прозрачности разума", согласно которой 'Я думаю, что p (потому что)' является прозрачным для 'Это так, что p' или просто 'p'; и связывает эту линию рассуждений с природой вопросов (а не об) совести. Практическая разумность, оперирующая восемью или девятью базовыми требованиями, предлагает промежуточный принцип, преодолевающий разрыв между фундаментальными благами и ценностями. Финнис защищает возможность свободы, утверждая, что само ее постулирование уже является актом свободы (верить в нее или нет). Любой выбор между фундаментальными благами предполагает осуществление свободы, поскольку они несравнимы. Такой выбор формирует важные обязательства (через ожидание последовательности в будущих выборах и действиях) до тех пор, пока не будет сделан несовместимый выбор (требующий раскаяния в предыдущем выборе). Выбор постигается интеллектом не только как А или В, но и, подобно знанию или пониманию, как выбор, определяющий характер. Книга также содержит обширную методологическую критику кантианской и утилитарной этики.

Критики

В своей книге о ученике Финниса Ниле Горсуче, во время обучения в Оксфордском университете, Джон Гринья описал взгляды Финниса, заявив: «Некоторые взгляды Джона Финниса весьма спорны. Например, защищая свою давнюю позицию против однополых браков и однополых союзов, он однажды сравнил их с зоофилией». Работа Финниса по этике естественного права стала источником разногласий как в неотомистских, так и в аналитических кругах. Крейг Паттерсон считает ее интересной, поскольку она бросает вызов ключевому предположению как неотомистской, так и аналитической философии: идее о том, что этика естественного права должна основываться на попытке вывести нормативные (или «должно быть») утверждения из описательных (или «есть») утверждений. По словам Эндрю Салливана, Финнис сформулировал «понятный и тонкий анализ гомосексуальности», основанный на новом естественном праве – менее биологически обусловленной версии теории естественного права. Финнис утверждает, что государство должно препятствовать общественному одобрению гомосексуального поведения, но не преследовать людей на основании их сексуальной ориентации, обосновывая эту позицию не тем, что гомосексуальный секс неестественен, а тем, что он не может включать в себя союз прокреации и эмоциональной привязанности, который возможен в гетеросексуальных отношениях, и, следовательно, является посягательством на гетеросексуальный союз. Примером могут служить следующие отрывки из его эссе 1994 года «Закон, мораль и «сексуальная ориентация»»: «Короче говоря, сексуальные акты не имеют объединяющего значения, если они не совершаются в браке (реализуя всестороннее единство брака) и (поскольку общее благо брака имеет два аспекта) не являются супружескими, если им не свойственна не только щедрость дружеских отношений, но и репродуктивное значение. Явный факт заключается в том, что сторонники «гей»-идеологии не могут предложить никаких принципиальных моральных аргументов против (благоразумной и умеренной) распущенности, вплоть до получения оргастического сексуального удовольствия от любого дружеского прикосновения или приветливого отверстия (человеческого или иного), которое можно найти». Ранее в статье Финнис утверждал, что однополые действия «не могут выражать или делать больше, чем выражается или делается, если два незнакомца вступают в такие отношения, чтобы доставлять друг другу удовольствие, или проститутка оказывает услугу клиенту, чтобы доставить ему удовольствие в обмен на деньги». Салливан полагает, что такая консервативная позиция уязвима для критики сама по себе, поскольку стабильность существующих семей лучше обеспечивается принятием гомосексуалистов, являющихся их частью. Другие ученые, такие как Стивен Маседо и Майкл Дж. Перри, также критиковали взгляды Финниса.