Введение

"Остров собак" – пьеса Томаса Наше и Бена Джонсона, поставленная в 1597 году. Она была немедленно запрещена, и не сохранилось ни одной ее копии.

Пьеса

Пьеса была поставлена, вероятно, труппой "Люди Пемброка", в театре "Лебедь" в Банксайде в последнюю неделю июля 1597 года. Эта сатирическая комедия была донесена властям как "непристойная пьеса", полная подстрекательских и "клеветнических высказываний". Хотя сохранившиеся записи не указывают, что именно послужило причиной возмущения, упоминание в "Возвращении из Парнаса" (II) позволяет предположить, что сатире подверглась сама королева. Другие свидетельства указывают на то, что целью мог быть Генри Брук, одиннадцатый барон Кобэм. Остров Собак – это местность в Лондоне на противоположном берегу Темзы от Гринвича, где располагался королевский дворец Плацентия, где действительно заседал Тайный совет. Считалось также, что здесь королева содержала своих собак, отчего и пошло название. Дэвид Риггс предполагает, что сатира могла быть связана с изображением королевских советников в виде подхалимских собачек. Однако само название не раскрывает содержания пьесы, поскольку эта местность также была известна как нездоровое болото, куда стекались речные стоки. Остров Собак упоминается и в пьесе "Истворд Хоу" (1605), за которую Джонсон был арестован. Наш также упоминает это место в "Последнем завещании" Саммера: "Вот переполох из-за собак без ума. Если бы я знал, что корабль дураков остановится набрать пресной воды на Острове Собак, я бы снабдил его целым питомником коллекций для этой цели".

Наказание

Какой бы ни была причина, Ричард Топклифф сообщил об этом Роберту Сесиллу, который 28 июля поднял этот вопрос в Тайном совете. Трое актеров (Габриэль Спенсер, Роберт Шаа и Бен Джонсон) были арестованы и отправлены в тюрьму Маршалси. Дом Наша был обыскан (он в то время находился в Грейт-Ярмуте), а его бумаги изъяты, но ему удалось избежать тюремного заключения. Позже он написал, что "родил монстра" – "не успел он появиться на свет, как я обрадовался возможности бежать от него". Наше впоследствии назвал это "несовершенным эмбрионом моих праздных часов" и утверждал, что написал лишь введение и первый акт. Джонсон же вспоминал, что говорил лишь "да" и "нет". Власти приставили к нему двух осведомителей (Роберта Поули и некоего по фамилии Парот); об этих двоих он упоминает в своем Эпиграме 59, "О шпионах". После этого всплеска репрессий королевские власти, по-видимому, оставили дело без дальнейших последствий. В донесении о первоначальном аресте говорилось, что "остальные участники этого дела будут арестованы", однако никто больше так и не был задержан. Шаа и Спенсер были быстро освобождены, и даже Джонсон вышел из тюрьмы к началу октября. Труппа Пемброка возобновила выступления, как и другие труппы, до наступления зимы. Единственным, кто пострадал всерьез и надолго, был импресарио театра "Лебедь" Фрэнсис Лэнгли, который единственный из продюсеров пьесы не смог получить повторную лицензию. По-видимому, Лэнгли вступил в конфликт с Тайным советом по другому делу, связанному с крупным португальским бриллиантом, который он ограбил или планировал ограбить.

Инцидент и лондонский мир игр

Подавление пьесы "Остров собак" давно признается важным эпизодом в сложных взаимоотношениях города, двора и театрального мира; однако ее точное значение трудно установить. Чеймберс, отметив причастность Лэнгли к делу с бриллиантами, рассматривал пьесу как связанную с указом Тайного совета от 28 июля о запрете театральных представлений и приказе "разрушить" театры; с этой точки зрения, проявленная позднее в том же году снисходительность к театральным труппам объясняется временным характером проступка. Другие исследователи, в том числе Уильям Инграм, подвергли сомнению эту хронологию. В указе от 28 июля пьеса не упоминается; он был издан в ответ на одно из периодических обращений городских властей с требованием закрыть театры. Конкретные предписания против пьесы были выпущены Советом в следующем месяце. В связи с этим, труппа Пемброка, возможно, усугубила свое положение, поставив пьесу (намеренно или нет) после даты вступления запрета в силу. Более того, гнев Сесила из-за украденного бриллианта может указывать на то, что Лэнгли был единственной целью июльского запрета. Эндрю Гурр дополняет эту картину, отмечая тенденцию двора выдавать лицензии двум главным театральным труппам на протяжении позднего елизаветинского и раннего периода правления Стюартов.

Позднейшие ссылки

Изображение Острова Собак вызывает в воображении общество, погубленное завистью, и Наше также упоминает звезду Сириус (Собачью звезду) в "Последнем завещании" Саммера, связывая её с летней жарой в июле. Ричард Личфилд намеревался высмеять Наше в своей книге "Обрезка Томаса Нэша, джентльмена".