Джон Гилз Прайс: Администратор австралийских каторжных поселений.

Введение

Австралийский колониальный администратор

Джон Джайлс Прайс (20 октября 1808 – 27 марта 1857) был колониальным администратором в Австралии. Он служил гражданским комендантом поселения каторжников на острове Норфолк с августа 1846 года по январь 1853 года, а затем генеральным инспектором исправительных учреждений в Виктории, где был "забит камнями до смерти" разгневанными и возмущенными заключенными. Прайс имел аристократические связи, которые помогли ему получить эту должность. Хотя поначалу его считали восстановителем порядка после некомпетентного предшественника, Прайс пренебрежительно относился к идее реабилитации каторжников. Его страсть к порке за незначительные нарушения дисциплины и изобретенные им жестокие телесные наказания вызвали осуждение его режима. Он ушел заниматься сельским хозяйством, но затем получил ответственность за другую тюрьму, где его суровые меры спровоцировали насильственную реакцию.

Ранние годы

Джон Джайлс Прайс родился в октябре 1808 года в Тренгвентоне, Корнуолл, четвёртым сыном сэра Роуза Прайса (1-го баронета) и его жены Элизабет, дочери Чарльза Ламбарта (и сестры Фрэнсис, жены второго графа Талбота). Прайс учился в школе Charterhouse и колледже Брейсноуз при Оксфордском университете, но не получил учёной степени. Отец Прайса владел обширными земельными владениями в Корнуолле и Ямайке. Сэр Роуз Прайс умер в сентябре 1834 года, и его завещание было оспорено Карлом, старшим из выживших сыновей, после чего всё имущество было передано на арбитражное разбирательство в Канцлерский суд. Будучи третьим по старшинству из выживших сыновей, Джон Прайс остался недоволен задержкой в урегулировании вопроса о наследстве и неопределённостью своих перспектив. Он решил «сделать самостоятельный старт в жизни» и успешно подал прошение о выделении из имущества суммы в тысячу фунтов стерлингов, чтобы «самостоятельно создать своё состояние». Прайс решил использовать эти средства, чтобы стать землевладельцем в австралийской колонии Земля Ван-Димена.

Земля Ван Димена

Джон Джайлс Прайс прибыл в Гобарт-Таун в мае 1836 года, имея при себе рекомендательные письма от влиятельных родственников. Умеренные дождевые леса в районе устья реки Хуон привлекли его внимание своим пышным ростом и качеством древесины. Прайс приобрел землю на реке Хуон, примерно в 48 километрах к юго-западу от Хобарта (недалеко от современного города Франклин) и в удаленном районе, вдали от более густонаселенных мест. С предоставленной ему рабочей силой из числа заключенных он начал валку леса. К 1838 году у Прайса работала артель лесорубов на его поместье. Примерно в то же время Прайс арендовал землю в Линдисфарне, пригороде на восточном берегу реки Дервент, где он выращивал сельскохозяйственные культуры, строил дом и разрабатывал известковый карьер, предположительно тот, что находился в соседнем пригороде Гейлстон-Бэй и в нескольких источниках того времени упоминался как «каменоломня мистера Прайса» (например, в отчете за 1843 год, где указывается, что карьер расположен в «Заливе Джеймса», старом названии Гейлстон-Бэй). В июне 1838 года Прайс женился на Мэри, старшей дочери майора Джеймса Франклина (1-го Бенгальского кавалерийского полка) и племяннице сэра Джона Франклина, лейтенант-губернатора земли Ван-Димена с 1836 по 1843 год. В браке у них родилось восемь детей (четыре сына и четыре дочери), двое из которых умерли в детстве. В январе 1839 года Прайс был назначен помощником полицейского магистрата и мастером учета заключенных в Гобарт-Тауне. Вскоре после назначения Прайс вызвал недовольство, заметив, как мужчина, управлявший лошадью и телегой, жестоко хлестал животное. Мужчину вызвали в полицейский участок, где Прайс выступил в роли обвинителя, свидетеля и судьи. В газетном репортаже о деле отмечалось, что действия помощника полицейского магистрата указывают на «некоторую опрометчивость и обнаруживают склонность к проявлению власти – слабость, с которой новичкам следует бороться». К августу 1841 года Прайс был назначен полицейским магистратом. В ноябре 1842 года газета Colonial Times, ссылаясь на Джона Прайса, заявила, что «суровость, с которой полицейский магистрат Гобарт-Тауна обращается с владельцами условных отпусков, давно стала печально известной». К концу своей работы в магистратуре Прайс был описан как «наш энергичный, хорошо обученный и обучающий полицейский магистрат». В апреле 1846 года Прайс попросил отпуск по состоянию здоровья, и доктор Бедфорд предупредил, что «ему следует воздержаться от работы, иначе он серьезно заболеет». 6 июля 1846 года Джон Прайс был назначен гражданским комендантом пенальной колонии острова Норфолк, заменив майора Джозефа Чайлдса, который был отстранен после серьезных бунтарских беспорядков на острове.

John Giles Price arrived at Hobart Town in May 1836 bearing letters of introduction from influential relatives. The temperate rainforests in the region near the mouth of the Huon River “attracted his attention to their luxuriant growth, and the quality of their timbers”. Price purchased land on the Huon River, about 30 miles south west of Hobart (near the present town of Franklin) and remote from the more settled districts. With the convict labour assigned to him he began felling timber. By 1838 Price had a timber gang at work on his estate. Around the same time, Price was leasing land in Lindisfarne, a suburb on the eastern shore of the River Derwent where he was growing crops, building a residence for himself, and operating a lime quarry, presumably the one at in the adjacent suburb of Geilston Bay which was referred to as "Mr. Price's quarry" in several contemporary references (e. g. this 1843 account, which locates the quarry at "James's Bay", an old name for Geilston Bay). In June 1838 Price married Mary, eldest daughter of Major James Franklin (1st Bengal Cavalry) and the niece of Sir John Franklin, Lieutenant Governor of Van Diemen's Land from 1836 to 1843. The couple eventually had eight children (four boys and four girls), two of whom died as children. In January 1839 Price was appointed Assistant Police Magistrate and Muster Master of convicts at Hobart Town. Soon after his appointment Price attracted controversy when he observed a man, who was driving a horse and cart, applying the whip in a severe manner to the animal. The man was summoned for the offence to appear at the Police Office where Price “acted as accuser, witness, and judge”. A newspaper report of the case commented that the actions of the Assistant Police Magistrate indicated “a degree of imprudence, and savours a little of the love of shewing power – a weakness which beginners ought to contend against”. By August 1841 Price had been appointed to the position of Police Magistrate. In November 1842 the Colonial Times newspaper, referring to John Price, stated that “the severity with which the holders of tickets of leave are treated by the Police Magistrate of Hobart Town has long been a matter of painful notoriety”. Towards the end of his tenure on the Bench of Magistrates Price was described as “our active and well drilled and drilling Police Magistrate”. In April 1846 Price applied for a leave of absence for reasons of health, with Dr. Bedford warning that "he should absent himself from business or else he will be laid up seriously". On 6 July 1846 John Price was appointed Civil Commandant of the Norfolk Island penal settlement, to replace Major Joseph Childs who had been suspended after a serious mutinous disturbance on the island.

Командующий на острове Норфолк

Джон Прайс и его семья отплыли на остров Норфолк 22 июля 1846 года. Одной из первых обязанностей Джона Прайса было организовать судебный процесс над 26 каторжниками, обвиняемыми в причастности к убийствам во время «восстания у котла» 1 июля 1846 года, в конце правления Чайлдса. В октябре были повешены двенадцать каторжников, а вскоре после этого – еще пятеро. Казнь сломила власть влиятельной группировки заключенных, известной как «Кольцо». Прайс был высоким, крепким мужчиной, отличавшимся экстравагантным стилем одежды и использованием сленга преступного мира. Он открыто заявил о своем намерении сломить заключенных и ходил среди них с небольшим количеством охраны, чтобы подчеркнуть свое превосходство, хотя также носил два пистолета с перцовыми зарядами. Способность Прайса говорить на арго преступного мира произвела глубокое впечатление на каторжников, и некоторые полагали, что он сам, возможно, был заключенным. Один из критиков, священник Томас Роджерс, утверждал, что он переодевался в констебля и бродил по Хобарту в поисках нарушителей порядка. Хаззард утверждает, что «он, казалось, с пугающей точностью понимал ход мысли преступника, и это, в сочетании с его беспощадным применением закона, давало ему почти гипнотическую власть над ними». При поддержке губернатора Денисона Прайс был подотчетен только себе и разработал ряд наказаний, чтобы запугать своих подопечных. Рутинная работа по резке коралла выполнялась в оковах, с прикрепленными 36-фунтовыми гирями. Каторжников подвергали порке за малейшее нарушение, а нанесение мази на раны от порки считалось преступлением. Его новаторские телесные наказания включали широкое использование средств ограничения, таких как клетка над головой с шипом, обездвиживающим язык и затрудняющим дыхание, или стальной каркас, в котором заключенных держали более недели. К 1852 году общественное недовольство побудило Денисона в частном порядке выразить Прайсу свой выговор. Хьюз утверждает, что в Хобарте «не удалось полностью развеять подозрение, что комендант вышел из-под контроля, что удаленность острова от Хобарта позволила какой-то злокачественной опухоли его души бурно метастазировать». Он намекает на связь между неясной болезнью Прайса в 1846 году и «болезненной жестокостью его правления». По словам одного современного писателя, Прайс «правил посредством террора, доносчиков и плети», а современный историк отметил «безжалостное осуществление его власти». Епископ Роберт Уилсон, посетивший остров в третий раз в 1852 году, описал суровое наказание каторжников. Он наблюдал «состояние двора, кровь, стекающая по спинам людей, смешанную с водой, используемой для их мытья, когда их снимали с «треугольника», – унизительную сцену большого количества людей, ожидающих своей очереди на пытки, и еще более унизительное зрелище тех, кто уже подвергся бичеванию, было мучительно слышать». Когда Уилсон попросил Прайса объяснить увеличение использования телесных наказаний, комендант «защищал применение порки, к которой, по его словам, он испытывал большое отвращение, как необходимое средство для обеспечения соблюдения правил, особенно тех, которые касались употребления табака». Прайс вернулся в Хобарт в январе 1853 года, поскольку британское правительство намеревалось покинуть остров Норфолк.

John Price and his family sailed for Norfolk Island on 22 July 1846. One of John Price's first duties was to arrange for the trial of 26 convicts alleged to have been involved in murders during the 'cooking pot uprising' of 1 July 1846 at the end of Childs' administration. Twelve convicts were hanged in October, and five others shortly after. The executions broke the power of the feared 'Ring' clique of inmates. Price was a tall burly man who affected an extravagant style of dress and used underworld slang. He openly announced his intention was to break the inmates and went among them with few guards to emphasise his dominance, although he also carried two pepper box pistols. Prices's ability to speak the argot of the criminal underworld made a deep impression on convicts and some thought he must have actually been imprisoned himself. A critic, Reverend Thomas Rogers, said that he would disguise himself as a constable and move around Hobart, seeking disorderly characters. Hazzard claims that "he seemed to know, with terrifying accuracy, the way a criminal's mind worked, and this, coupled with his merciless administering of the Law, gave him an almost hypnotic power over them". Backed by Governor Denison, Price was answerable to no one but himself and he invented a series of punishments to cow his wards. Routine work cutting coral was done while chained to 36lb weights. Inmates were subject to flogging for the slightest infraction, and putting balm on a flogged man's wounds became an offence. His innovative corporal punishments included much use of restraints such as a cage over the head with a prong that immobilised the tongue and made breathing difficult, or an all encompassing steel frame that men were kept in for more than a week. By 1852, public disquiet caused Denison to privately remonstrate with Price. Hughes' claims that, in Hobart "the suspicion that the commandant was out of control, that the island's remoteness from Hobart had permitted some cancer of his soul to metastasise wildly, could not entirely be allayed". He hints at a connection between Price's unspecified illness in 1846, and "the morbid ferocities of his rule". Price "ruled by terror, informers and the lash" according to one modern writer, a contemporary historian noted the "merciless exercise of his authority". Bishop Robert Willson, following his third visit to the island in 1852, described the harsh punishment of the convicts. He observed "the state of the yard, from the blood running down men's backs, mingled with the water used in washing them when taken down from the triangle – the degrading scene of a large number of men waiting their turn to be tortured, and the more humiliating spectacle presented by those who had undergone the scourging were painful to listen to". When Willson asked Price to explain the increased use of corporal punishment, the commandant "defended his use of flogging, to which he professed great aversion, as necessary to enforce obedience to regulations, especially those controlling the use of tobacco". Price returned to Hobart in January 1853 as the British government intended to abandon Norfolk Island.

Генеральный инспектор уголовных учреждений

В январе 1854 года Прайс был назначен генеральным инспектором исправительных учреждений колонии Виктория. В ноябре 1856 года в газете The Age была опубликована статья, критикующая руководство Прайсом департаментом наказаний. "Заявленные принципы Прайса в области исправительной дисциплины" были сформулированы следующим образом: "во-первых, перевоспитание преступника безнадежно; во-вторых, лишь крайняя суровость является единственным способом управления преступниками". Утверждалось, что Прайс "считает себя специально отобранным нашим правительством для реализации его системы во всей её ужасающей беспощадности". В статье заключалось, что методы Прайса "не могут быть допущены в этом цивилизованном обществе" и призывало правительство подвергнуть "Прайса и его систему тщательному публичному расследованию".

Смерть

26 марта 1857 года Прайс посетил каторжников, работавших в каменоломне в Уильямстауне. В сопровождении небольшого числа охранников генерал-инспектор направился к заключенным, но его группу быстро окружили около ста заключенных. Прайс стоял на дрессировочном пути каменоломни, где работали заключенные, выслушивая жалобы на пай, когда на него напали. Несколько заключенных одолели его и "потащили вниз по склону земляного вала, расположенного напротив залива, скрыв его от глаз охраны, сбросили на землю и стали бить по голове большими камнями". Его охранники бросились врассыпную, спасаясь от града камней. Прайс также попытался бежать, но был сбит с ног и жестоко избит железными прутьями и молотками рабочих. Он скончался на следующий день. Тело Прайса поместили в свинцовый гроб, и оно оставалось в тюремном замке Уильямстаун до дня похорон. В полдень в понедельник, 30 марта 1857 года, гроб был доставлен по воде на пирс Сандридж, а затем в Мельбурн. Процессия сформировалась у моста Принца и прошла по улицам Суонстон, Коллинз и Элизабет к Мельбурнскому общественному кладбищу. Перед катафалком ехали три сына Прайса в "траурном экипаже". Среди прочих скорбящих были губернатор Виктории, "надзиратели различных исправительных учреждений, члены корпуса ополченцев и многочисленная свита друзей покойного на экипажах, лошадях и пешком". В газете "The Age" о похоронах Прайса писали так: "В целом, церемония была исключительно формальной и официальной, не вызвав ни малейшего проявления народной симпатии". В день похорон судья Роберт Молсворт "предложил отложить заседание Верховного суда, чтобы дать возможность адвокатам присутствовать на процессии, если они того пожелают, но никто из присутствующих даже не поднялся со своего места". На последовавшем за этим следствии пятнадцать заключенных были обвинены в убийстве, и семеро были повешены. Семеро казненных заключенных были: Томас Уильямс, Генри Смит (под псевдонимом Бреннан) и Томас Молони (казнены 28 апреля 1857 года); Фрэнсис Бранниган, Уильям Браун и Ричард Брайант (казнены 29 апреля 1857 года); и Джон Чизли (казнен 30 апреля 1857 года).

On 26 March 1857 Price visited prison hulk convicts working in a quarry at Williamstown. Accompanied by a small number of guards, the Inspector General went toward the men but his party was quickly surrounded by about a hundred inmates. Price had been standing on the tramway of the bayside quarry where the prisoners were working, hearing complaints about rations, when he was attacked. A number of the prisoners overpowered him and “dragged him down the side of the earthwork opposite the Bay, out of sight of the guard, felled him to the ground, and battered his head with large stones”. His guards broke and ran from a barrage of rocks. Price also tried to escape but he was knocked down and severely battered with the iron bars and hammers of the workers. He died the next day. Price’s body was placed in a lead coffin and remained in the Williamstown Stockade until the day of the funeral. At noon on Monday 30 March 1857 the coffin was conveyed by boat to Sandridge Pier and thence to Melbourne. A procession was formed at Prince's Bridge and passed through Swanston, Collins and Elizabeth streets to the Melbourne General Cemetery. The hearse was preceded by Price’s three sons in a "mourning carriage". Other mourners included the Governor of Victoria, "the warders of the various penal establishments, members of the Yeomanry Corps, and a long retinue of friends of the deceased in carriages, horseback, and on foot". A reference to Price’s funeral in The Age newspaper described it thus: "upon the whole it was eminently formal and official – not eliciting a scintilla of popular sympathy". On the day of the funeral, Justice Robert Molesworth "offered to adjourn the Supreme Court in order to let the bar attend the procession if they pleased; but not a single gentleman rose from his seat". At the following inquest, fifteen convicts were tried for murder and seven were hanged. The seven executed convicts were: Thomas Williams, Henry Smith (alias Brennan) and Thomas Moloney (hanged on 28 April 1857); Francis Brannigan, William Brown and Richard Bryant (hanged on 29 April 1857); and John Chisley (hanged on 30 April 1857).

Литературное наследие

По мнению Хьюза, Прайс "остался одним из стойких и ужасающих образов в австралинском воображении", фигурируя в рассказах Прайса Уорнга и послужив основой для образа жестокого коменданта Мориса Фрера в романе Маркуса Кларка "На каторге на всю жизнь" (1885). Хаззард описывает его как "крепкого как скала человека, на которого одни могли положиться с уверенностью, а других он мог сокрушить без жалости", а его биограф заключает, что "он был человеком огромной личной силы и немалого мужества, способным как на сентиментальные, так и на безжалостные поступки". Прайс предстает злодеем в историческом романе Т. С. Флинна "Половина ирландца: Полк", опубликованном в 2016 году.