Южный Касаи: Непризнанное государство в Конго (1960–1962)

Введение

1960–1962 непризнанное государство в Африке

Южный Касаи было непризнанным сепаратистским государством в Республике Конго (современная Демократическая Республика Конго), которое пользовалось полунезависимостью между 1960 и 1962 годами. Изначально предлагавшийся в качестве провинции, Южный Касаи стремился к полной автономии в схожих обстоятельствах с гораздо более крупным соседним государством Катанга, расположенным южнее, во время политической нестабильности, возникшей в результате обретения независимости Бельгийского Конго, известной как Конголезский кризис. Однако, в отличие от Катанги, Южный Касаи не провозгласил открыто полную независимость от Республики Конго и не отвергал конголезский суверенитет. Лидер и главный сторонник Южного Касаи, Альберт Калонжи, представлявший фракцию националистического движения (Mouvement National Congolais Kalonji или MNC K) до деколонизации, использовал этническую напряженность между своей этнической группой, балуба, и бена-лулуа, чтобы создать государство, ориентированное на луба, в традиционном центре этой группы в юго-восточной части региона Касаи. Когда по всей стране вспыхнуло междоусобное насилие, государство объявило о своем отделении от Конго 9 августа 1960 года и сформировало правительство, призвав балуба, проживающих в остальной части Конго, вернуться на свою "родину". Калонжи был назначен президентом. Хотя правительство Южного Касаи утверждало, что является автономной частью федеративного конголезского государства, оно осуществляло определенную степень региональной автономии и даже издавало собственную конституцию и почтовые марки. Государство, поддерживаемое иностранными державами, особенно Бельгией, и финансируемое экспортом алмазов, справлялось с многочисленными кризисами, включая те, что были вызваны крупной эмиграцией беженцев-луба, но становилось все более милитаристским и репрессивным. Вскоре после отделения южнокасайские и конголезские войска столкнулись, после того как центральное правительство Конго отдало приказ о наступлении на него. Эта кампания, задуманная как первый этап более масштабных действий против Катанги, сопровождалась широкомасштабными убийствами балуба и кризисом беженцев, который некоторые современники назвали геноцидом. Государство было быстро захвачено конголезскими войсками. Насилие при подавлении Касаи предоставило значительную легитимность свержению Джозефом Каса-Вубу Патриса Лумумбы с поста премьер-министра в конце 1960 года, а также последующему аресту и убийству Лумумбы. В результате Южный Касаи поддерживал относительно хорошие отношения с новым конголезским правительством с 1961 года. Его лидеры, включая самого Калонжи, занимали должности как в правительстве Южного Касаи, так и в конголезском парламенте. Южный Касаи продолжал осуществлять квазинезависимость, в то время как конголезские и войска Организации Объединенных Наций могли свободно перемещаться по территории без столкновений с жандармерией Южного Касаи. В апреле 1961 года Калонжи принял королевский титул Мулопве ("Король Балуба"), чтобы тесно связать государство с доколониальной империей Луба. Этот шаг расколол власти Южного Касаи, и большинство парламентских представителей Южного Касаи в Леопольдвиле отказались от признания Калонжи. В декабре 1961 года Калонжи был арестован в Леопольдвиле по надуманному обвинению и заключен в тюрьму, а Фердинанд Казади занял пост исполняющего обязанности главы государства. Войска ООН и Конго оккупировали Южный Касаи. В сентябре 1962 года, вскоре после побега из тюрьмы и возвращения в Южный Касаи, Калонжи был свергнут военным переворотом, который вынудил его уйти в изгнание и положил конец сецессии. Обычно считается, что конец сецессии Южного Касаи наступил либо в декабре 1961 года, когда был арестован Калонжи, либо в октябре 1962 года, когда произошел переворот против Калонжи и окончательно прибыли правительственные войска.

South Kasai was an unrecognised secessionist state within the Republic of the Congo (the modern day Democratic Republic of the Congo) which was semi independent between 1960 and 1962. Initially proposed as only a province, South Kasai sought full autonomy in similar circumstances to the much larger neighbouring state of Katanga, to its south, during the political turmoil arising from the independence of the Belgian Congo known as the Congo Crisis. Unlike Katanga, however, South Kasai did not explicitly declare full independence from the Republic of the Congo or reject Congolese sovereignty. The South Kasaian leader and main advocate, Albert Kalonji, who had represented a faction of the nationalist movement (the Mouvement National Congolais Kalonji or MNC K) before decolonisation, exploited ethnic tensions between his own ethnic group, the Baluba, and the Bena Lulua to create a Luba focused state in the group's traditional heartland in the south eastern parts of the Kasai region. As sectarian violence broke out across the country, the state declared its secession from the Congo on 9 August 1960 and its government and called for the Baluba living in the rest of the Congo to return to their "homeland". Kalonji was appointed President. Although the South Kasaian government claimed to form an autonomous part of a federal Congo wide state, it exercised a degree of regional autonomy and even produced its own constitution and postage stamps. The state, supported by foreign powers, particularly Belgium, and funded by diamond exports, managed numerous crises, including those caused by the large emigration of Luba refugees, but became increasingly militarist and repressive. Soon after its secession, South Kasaian and Congolese troops clashed after the Congolese central government ordered an offensive against it. The resulting campaign, planned to be the first act of a larger action against Katanga, was accompanied by widespread massacres of Baluba and a refugee crisis termed a genocide by some contemporaries. The state was rapidly overrun by Congolese troops. The violence in the suppression of Kasai provided much legitimacy to Joseph Kasa Vubu's deposition of Patrice Lumumba from the office of Prime Minister in late 1960 and Lumumba's later arrest and assassination. As a result, South Kasai remained on relatively good terms with the new Congolese government from 1961. Its leaders, including Kalonji himself, served in both the South Kasaian government and the Congolese parliament. South Kasai continued to exercise quasi independence while Congolese and United Nations troops were able to move through the territory without conflict with the South Kasaian gendarmerie. In April 1961, Kalonji took the royal title Mulopwe ("King of the Baluba") to tie the state more closely to the pre colonial Luba Empire. The act divided the South Kasaian authorities and Kalonji was disavowed by the majority of South Kasai's parliamentary representatives in Léopoldville. In December 1961, Kalonji was arrested on a legal pretext in Léopoldville and imprisoned, and Ferdinand Kazadi assumed power as acting head of state. UN and Congolese troops occupied South Kasai. In September 1962, shortly after his escape from prison and return to South Kasai, Kalonji was ousted by a military coup d'état which forced him into exile and brought the secession to an end. The end of South Kasai's secession is usually held to be either December 1961, the date of Kalonji's arrest, or October 1962 with the anti Kalonji coup d'état and final arrival of government troops.

Колониальное правление

Европейское колониальное правление в Конго началось в конце XIX века. Король Бельгии Леопольд II, разочарованный отсутствием у своей страны международного влияния и престижа, пытался убедить бельгийское правительство поддержать колониальную экспансию в бассейне Конго, который в то время был в значительной степени неисследован. Неопределенность бельгийского правительства в отношении этой идеи привела к тому, что Леопольд в конечном итоге создал колонию на собственные средства. При поддержке ряда западных стран, рассматривавших Леопольда как полезный буфер между соперничающими колониальными державами, Леопольд добился международного признания своей личной колонии – Свободного государства Конго – в 1885 году. Империя Луба, крупнейшая региональная держава в регионе Касаи, была аннексирована новым государством в 1889 году. К началу XX века насилие чиновников Свободного государства над коренным населением Конго и жестокая система экономического вымогательства привели к интенсивному дипломатическому давлению на Бельгию с целью взять страну под официальный контроль, что и произошло в 1908 году, когда было образовано Бельгийское Конго. Бельгийское правление в Конго основывалось на "колониальной троице" (trinité coloniale) – взаимодействии государственных, миссионерских и частных корпоративных интересов. Приоритет бельгийских коммерческих интересов означал, что в Конго поступало значительное количество капитала, и отдельные регионы стали специализироваться. Во многих случаях интересы правительства и частного предпринимательства тесно переплетались, и государство помогало компаниям подавлять забастовки и устранять другие препятствия, создаваемые коренным населением. Страна была разделена на иерархически организованные административные единицы и управлялась единообразно в соответствии с установленной "политикой в отношении коренного населения" (politique indigène) – в отличие от британцев и французов, которые обычно предпочитали систему косвенного правления, при которой традиционные лидеры сохраняли свои позиции власти под колониальным контролем.

Этническая принадлежность

До начала колониального периода регион Южного Касаи был частью империи Люба — федерации местных королевств с определенной степенью культурной унификации. В течение XVII и XVIII веков балуба расселились по обширным территориям саванны Касаи-Катанга вдоль бассейна реки Касаи и со временем разделились на ряд этнических подгрупп, в частности люба-касаи и люба-катанга. Несмотря на отсутствие единого централизованного государства, эти группы сохраняли чувство общности, основанное на общих мифах о происхождении и культурных традициях. Другие народы, такие как сонге и каньок, также имели давнюю историю в регионе Касаи. Одним из главных последствий колониального правления в Касаи стало произвольное разделение населения на новые этнические группы. Несмотря на общий язык (тшилуба) и культуру, колониальные власти считали жителей района реки Лулуа отличными от балуба и назвали их бена-лулуа. Колонизаторы полагали, что балуба более умны, трудолюбивы и восприимчивы к новым идеям, в то время как бена-лулуа считались более реакционными и недалекими. В результате, начиная с 1930-х годов, государство стало по-разному относиться к этим двум группам, применяя к ним различную политику и продвигая балуба на более высокие должности. В 1950-х годах, опасаясь, что усиление элиты люба может представлять угрозу колониальному правлению, бельгийская администрация начала поддерживать организации лулуа. Это способствовало дальнейшей этнической поляризации между двумя группами. В 1952 году была создана организация «Lulua Frères» (Братья Лулуа), которая выступала за социально-экономическое развитие народа лулуа и стала неофициальным представителем бена-лулуа. В 1959 году вражда между люба и лулуа достигла пика, когда стало известно о колониальном предложении переселить фермеров люба с земли лулуа на менее плодородные территории, принадлежащие люба. Это привело к росту враждебности и вспышкам насилия. В августе 1959 года в Лубе прошли демонстрации против этого плана, которые были жестоко подавлены колониальными войсками и полицией.

Before the start of the colonial period, the region of South Kasai formed part of the Luba Empire, a federation of local kingdoms with a degree of cultural uniformity. During the 17th and 18th centuries, the Baluba spread across large parts of the Kasai Katanga savannah along the Kasai river basin and eventually developed into a number of ethnic subgroups, notably the Luba Kasai and the Luba Katanga. Although never united into a single centralised state, the groups retained a degree of emotional attachment based around shared origin myths and cultural practices. Other groups, like the Songye and the Kanyok, also had long histories in the Kasai region. One of the major legacies of colonial rule in Kasai was the arbitrary redivision of the population into new ethnic groups. Despite the shared language (Tshiluba) and culture of the two groups, colonial administrators believed the inhabitants of the Lulua river area to be ethnically different from the Baluba and dubbed them the Bena Lulua. The colonists believed the Baluba to be more intelligent, hardworking and open to new ideas than the Bena Lulua who were believed to be more reactionary and stupid. As a result, from the 1930s, the state began to treat the two groups differently and applied different policies to each and promoted the Baluba to positions above other ethnicities. During the 1950s when the Belgians began to fear that the rise of a powerful Luba elite would become a threat to colonial rule, the administration began to support Lulua organisations. This further contributed to the growing ethnic polarisation between the two groups. In 1952, an organisation called the Lulua Frères (Lulua Brothers) was established to campaign for socio economic advancement of the Lulua group and became an unofficial representative of the Bena Lulua. In 1959, Luba Lulua animosity was brought to a head by the discovery of a colonial proposal to move Luba farmers out of Lulua land to the less fertile land on Luba territory. As a result, hostility increased and violent clashes broke out. In August 1959, Luba demonstrations against the plan which were violently repressed by the colonial military and police.

Конгольский национализм

Антиколониальное панафриканское и националистическое движение развилось в Бельгийском Конго в 1950-х годах, главным образом среди класса эволюэ (урбанизированной чёрной буржуазии). Движение было разделено на множество партий и групп, которые в основном разделялись по этническому и географическому признакам и находились в оппозиции друг к другу. Крупнейшей из них была организация Mouvement National Congolais (MNC) – единый фронт, целью которого было достижение независимости "в разумные сроки". Она была создана на основе устава, подписанного, в частности, Патрисом Лумумбой, Сириллом Адулой и Жозефом Илео. Лумумба стал одной из ключевых фигур, и к концу 1959 года партия заявила о 58 000 членах. Однако многие считали MNC недостаточно радикальной. Появились и другие партии, отличавшиеся своим радикализмом, поддержкой федерализма или централизма, а также связью с определёнными этническими группами. Главным соперником MNC был Альянс де Баконго (ABAKO) во главе с Жозефом Каса Вубу – более радикальная партия, пользовавшаяся поддержкой народа конго на севере, и Конфедерация племенных объединений Катанги (CONAKAT) Моиза Тшомбе – сильная федералистская партия в южной провинции Катанга.

Раскол Калонджи-Лумумбы и поляризация

Несмотря на то, что МНК была крупнейшей из африканских националистических партий, внутри нее существовало множество различных фракций, придерживавшихся разных позиций по ряду вопросов. Она все больше поляризовалась между умеренными эволюированными и более радикальными рядовыми членами. Радикальная и федералистская фракция во главе с Илео и Альбертом Калонджи отделилась в июле 1959 года, но не смогла спровоцировать массовый отток членов МНК. Отколовшаяся фракция стала известна как MNC Kalonji (MNC K), а основная группа – как MNC Lumumba (MNC L). Раскол разделил электорат партии на сторонников Лумумбы, преимущественно в регионе Стэнливиля на северо-востоке, и сторонников MNC K, пользовавшихся популярностью на юге и среди этнической группы Калонджи – балуба. MNC K позднее сформировала картель с ABAKO и Parti Solidaire Africain (PSA) с целью добиться создания единого, но федерализованного Конго. Выборы 1960 года выродились в "анти-балубинский плебисцит" в Касаи, поскольку МНК, связанной с народом луба (MNC K), удалось получить относительное большинство голосов, но не взять под контроль провинциальное правительство. Вместо этого Лумумба назначил кандидата от народа лулуа, Бартелеми Мукенге, на пост провинциального президента, а Калонджи отказали в важном министерском портфеле в национальном правительстве Лумумбы. Калонджи отклонил предложение Лумумбы занять пост министра сельского хозяйства. Мукенге попытался сформировать правительство национального единства, даже предложив члену MNC K, Джозефу Нгалуле, место в своем кабинете. Нгалула отклонил предложение, и 14 июня MNC K приняла решение сформировать альтернативное правительство под его руководством. Калонджи не признавал легитимность этого правительства. Калонжисты, чувствовавшие себя отвергнутыми и маргинализированными центральным правительством, начали поддерживать альтернативные партии. В частности, они поддержали партию CONAKAT Тсомбе в соседнем Катанге, которая, благодаря своей приверженности федерализму, выступала против концепции Лумумбы о сильном центральном правительстве со столицей в Леопольдвиле. В рамках этой поддержки калонжисты выступили против своих главных местных соперников – партии Association Générale des Baluba du Katanga (BALUBAKAT) во главе с Джейсоном Сендве, которая, хотя и представляла балуба провинции Катанга, выступала за централизацию. Калонжисты, считавшие, что действуют от имени всех люба-касаи, спровоцировали вражду между люба-касаи и люба-катанга, но при этом не смогли получить полной поддержки CONAKAT, значительная часть которой испытывала расовые предрассудки против балуба и поддерживала только "истинных катангцев".

Although it was the largest of the African nationalist parties, the MNC had many different factions within it that took differing stances on a number of issues. It was increasingly polarised between moderate évolués and the more radical mass membership. A radical and federalist faction headed by Ileo and Albert Kalonji split away in July 1959, but failed to induce mass defections by other MNC members. The dissident faction became known as the MNC Kalonji (MNC K), while the majority group became the MNC Lumumba (MNC L). The split divided the party's support base into those who endured with Lumumba, chiefly in the Stanleyville region in the north east, and those who backed the MNC K, popular in the south and among Kalonji's own ethnic group, the Baluba. The MNC K later formed a cartel with ABAKO and the Parti Solidaire Africain (PSA) to call for a united, but federalised, Congo. The 1960 elections degenerated into an "anti Baluba plebiscite" in Kasai as the Luba MNC K succeeded in obtaining a plurality but failed to take control of the provincial government. Instead, Lumumba promoted a Lulua candidate, Barthélemy Mukenge, as provincial president while Kalonji was denied an important ministerial portfolio in Lumumba's national government. Kalonji refused Lumumba's offer of the Agriculture portfolio. Mukenge attempted to form a government of unity, even offering MNC K member Joseph Ngalula a place in his cabinet. Ngalula rejected the offer and on 14 June the MNC K resolved to establish an alternative government under his leadership. Kalonji did not recognise this government as having any authority. The Kalonjists, who felt rejected and marginalised by the central government, began supporting alternative parties. Among them, the Kalonjists supported Tshombe's CONAKAT party in nearby Katanga which, because of its strongly federalist stance, opposed to Lumumba's conception of a strong central government based in the capital Léopoldville. As part of this, the Kalonjists supported CONAKAT against their main local rivals, the Association Générale des Baluba du Katanga (BALUBAKAT) party led by Jason Sendwe, which, although it represented the Baluba of Katanga Province, was in favour of centralism. The Kalonjists, who believed themselves to be acting on behalf of all the Luba Kasai, created an animosity between the Luba Kasai and the Luba Katanga but also failed to gain the full support of CONAKAT, much of which had racial prejudice against the Baluba and supported only the "authentic Katangese".

Преследование балуба

Республика Конго обрела независимость 30 июня 1960 года, с Каса Вубу в качестве президента и Лумумбы – в качестве премьер-министра. Палата парламента Леопольдвиля собралась за неделю до этого, чтобы рассмотреть предложенный Лумумбой кабинет министров и вынести ему вотум доверия. В ходе заседания Калонджи, выступая как избранный депутат, подверг критике состав кабинета, выразив недовольство тем, что его партию не проконсультировали при его формировании, и заявил, что он гордится тем, что не вошел в правительство, настроенное «против балуба» и «против батшоке», которое проявило неуважение к воле народа Касаи. Он также заявил о намерении призвать балуба и батшоке воздержаться от участия в правительстве и предпринять собственные шаги для создания суверенного государства с центром в Бакванге. 26 июня представители МНК K обратились в парламент Леопольдвиля с просьбой о мирном разделении провинции Касаи в соответствии с предложениями Калонджи. Это предложение, которое потребовало бы внесения изменений в новую конституцию Конго (Loi fondamentale), было представлено законодательному органу, раздираемому противостоянием между сторонниками Лумумбы и Каса Вубу, и компромисс достигнут не был. После обретения независимости в стране обострились этнические противоречия, в основном направленные против балуба, и произошло несколько насильственных столкновений. 3 июля центральное правительство отдало приказ об аресте представителей конкурирующего правительства МНК K Касаи, что спровоцировало беспорядки в Лулуабурге. Несмотря на отклонение в январе 1960 года предложений о репатриации балуба в провинцию, калонжисты 16 июля официально призвали балуба по всей территории Конго вернуться на свою «исконную землю» в Касаи. Первоначально калонжисты планировали разделить провинцию Касаи на две части, чтобы создать квазиавтономное правительство провинции, находящееся под контролем МНК K и балуба. Предлагаемая провинция должна была называться Федеративным государством Южного Касаи (État fédératif du Sud Kasaï). Однако Калонджи быстро осознал, что царящий в остальной части Конго хаос можно использовать для одностороннего выхода из состава страны и провозглашения полной местной независимости. Это решение было дополнительно укреплено полным отделением государства Катанга (État du Katanga) во главе с Тсомбе, которое произошло 11 июля 1960 года. Калонджи посетил Катангу в начале августа 1960 года, вскоре после ее отделения, где 8 августа он заявил, что Касаи «должна быть разделена во что бы то ни стало».

The Republic of the Congo received independence on 30 June 1960 with Kasa Vubu as president and Lumumba as prime minister. The Chamber of the Léopoldville Parliament had convened one week prior to review Lumumba's cabinet and give it a vote of confidence. During the session, Kalonji, in his capacity as an elected deputy, criticised the proposed cabinet, expressing dissatisfaction that his party had not been consulted in its formation and declaring that he was proud not to be included in an "anti Baluba" and "anti Batshoke" government which had shown contempt for the wishes of Kasai's people. He also stated his intentions to encourage the Baluba and Batshoke to refrain from participating in the government and to take his own steps to form a sovereign state centered in Bakwanga. On 26 June, MNC K officials petitioned the Léopoldville Parliament to peacefully divide the Province of Kasai along the lines suggested by Kalonji. The motion, which would have required the modification of the Congo's new constitution (Loi fondamentale), was received by a legislature divided between Lumumba and Kasa Vubu factions and no agreement could be reached. In the aftermath of independence, ethnic tensions flared up across the country, much of it directed against the Baluba, and a number of violent clashes occurred. On 3 July the central government ordered the arrest of the rival MNC K Kasai government, precipitating unrest in Luluabourg. Despite rejecting earlier proposals for Luba repatriations to the province in January 1960, the Kalonjists made an official call to the Baluba across the Congo to return to their Kasaian "homeland" on 16 July. Initially, the Kalonjists envisaged the division of Kasai Province in two in order to allow for the creation of a quasi autonomous MNC K and Luba dominated provincial government. The proposed province was termed the Federated State of South Kasai (État fédératif du Sud Kasaï). Rapidly, however, Kalonji realised that the chaos in the rest of the Congo could be used to secede unilaterally and declare full local independence. This decision was further re enforced by the full secession of the State of Katanga (État du Katanga), led by Tshombe, on 11 July 1960. Kalonji visited Katanga at the start of August 1960, shortly after its secession, where, on the 8 August, he declared that Kasai "must be divided at all costs."

Отделение

9 августа 1960 года Калонжи, все еще находясь в Катанге, объявил регион юго-восточного Касаи новым Горным государством Южного Касаи (État minier du Sud Kasaï) или Автономным государством Южного Касаи (État autonome du Sud Kasaï). Однако, в отличие от Катанги, отделение Южного Касаи не подразумевало явного отказа от своего положения в Республике Конго. Скорее, оно напоминало самопровозглашенные местные администрации в провинции Экватор. Название «Автономное государство» было выбрано, чтобы подчеркнуть, что отделение не является отрицанием конголезского суверенитета, а созданием федеративно управляемого региона Конго. Отделение пользовалось некоторой поддержкой среди журналистов, интеллектуалов и политиков в Леопольдвиле, и одна газета назвала его «моделью, по которой многочисленные новые государства, возникающие в Конго, могли бы сформировать новую федерацию». Фактически, Южный Касаи обладал значительно большей независимостью, чем обычная провинция, и, в одностороннем порядке наделяя себя федеральными полномочиями, фактически отделился от Конго. Он также не перечислял налоги центральному правительству, и местные жители – проводя параллели с сепаратистским государством на юге – иногда называли его «Маленькой Катангой». Депутаты МНК-К также изначально отказались участвовать в работе Конголезского парламента в Леопольдвиле. Калонжи был объявлен президентом, а Жозеф Нгалула – премьер-министром. Хотя народ луба-касаи никогда прежде не жил в едином государстве, Калонжи смог заручиться широкой поддержкой вождей луба для отделения. Ему удалось представить отделение на международной арене как результат преследований и неспособности конголезского правительства должным образом защитить народ балуба в остальной части Конго. Границы Южного Касаи часто менялись и так и не стабилизировались за время его непродолжительного существования. Столицей государства был Бакуанга. В 1962 году его население оценивалось в 2 миллиона человек.

Управление

После установления власти Калонджи позиционировал себя лично как "большой человек" и покровитель, от которого исходила государственная власть. Лидеры племен люба и других этнических групп поддерживали тесные, клиентские отношения с самим Калонджи и получали преференциальное отношение в обмен на оказанные услуги. В частности, Калонджи полагался на племенных лидеров для мобилизации военизированных формирований в поддержку армии Южного Касаи. Управление Южным Касаи осложнялось динамичной политикой люба, в которую оно было вовлечено. Напряженность росла между Калонджи и Нгалулой, у которых были разные представления о том, как должно управляться государство: Калонджи хотел, чтобы правительство основывалось на традициях и опиралось на обычных вождей, в то время как Нгалула предпочитал демократическую систему и сотрудничал с интеллектуальной элитой. Южный Касаи пережил пять различных правительств в первые месяцы своего существования. Непосредственными внутренними проблемами Южного Касаи были большое количество неразмещенных беженцев из числа люба и внутреннее несогласие со стороны нелюба. Государству удалось направить средства от экспорта алмазов и иностранной помощи на финансирование государственных услуг, что позволило разместить беженцев люба на работе. Социальные службы были "относительно хорошо организованы". Государственные доходы оценивались в 30 миллионов долларов в год. В государстве было принято три конституции, первая была провозглашена в ноябре 1960 года, а последняя – 12 июля 1961 года. Июльская конституция преобразовала государство в Федеративное государство Южного Касаи (État fédéré du Sud Kasaï), объявив само государство одновременно "суверенным и демократическим", а также частью гипотетической "Федеративной Республики Конго". Конституция также предусматривала двухпалатный законодательный орган: нижняя палата состояла из всех национальных депутатов, сенаторов и членов провинциальных собраний, избранных в избирательных округах на территории Южного Касаи, а верхняя палата – из традиционных вождей. Была организована судебная система, включающая мировых судей, магистратские суды и апелляционный суд. Государство имело свой флаг и герб, издавало свой официальный журнал – Moniteur de l'État Autonome du Sud Kasaï, и даже выпускало собственные почтовые марки и регистрационные номера транспортных средств. В отличие от Катанги, Южный Касаи не содержал дипломатических миссий за рубежом. Конголезский франк оставался валютой государства. Южно-касаийская армия или жандармерия выросла с 250 человек на момент основания до почти 3000 к 1961 году. Ею руководил 22-летний "генерал" Флориберт Динанга при поддержке девяти европейских офицеров. В 1961 году армия начала кампанию по расширению территории государства за счет соседних этнических групп. Несмотря на некоторую поддержку со стороны Бельгии, жандармерия была плохо оснащена и постоянно испытывала нехватку припасов и боеприпасов. По мере консолидации правительственной власти в Южном Касаи режим становился все более милитаристским и авторитарным. Группы нелюба все больше маргинализировались. Политические оппоненты были убиты или вынуждены уйти в изгнание, в том числе Нгалула, который в июле 1961 года порвал с Калонджи. Группы нелюба в регионе, особенно каньок, вели постоянное, но вялое восстание против правительства Южного Касаи.

Once established in power, Kalonji positioned himself personally as "big man" and patron from whom state power originated. Tribal leaders from Luba and other ethnic groups enjoyed a close, client like relationship with Kalonji himself and received preferential treatment in exchange for services rendered. In particular, Kalonji was reliant on tribal leaders to mobilise paramilitaries to support the South Kasaian army. Governance of South Kasai was complicated by the dynamic Luba politics in which it was embedded. Tensions rose between Kalonji and Ngalula, who had different ideas for how the state was to be run; Kalonji wanted the government to be based in tradition and relied on customary chiefs, while Ngalula preferred a democratic system and worked with the intellectual elite. South Kasai had five different governments in the first few months of its existence. The immediate internal problems faced by South Kasai were large number of unsettled Luba refugees and internal dissent from non Luba minorities. The state was able to direct money from diamond exporting and foreign support to fund public services which allowed Luba refugees to be settled in employment. Social services were "relatively well run". State revenue was estimated to total $30,000,000 annually. The state produced three constitutions, with the first being promulgated in November 1960 and the last on 12 July 1961. The July constitution transformed the state into the Federated State of South Kasai (État fédéré du Sud Kasaï), declaring the state itself both "sovereign and democratic" but also part of a hypothetical "Federal Republic of the Congo". The constitution also provided for a bicameral legislature, with a lower chamber composed of all national deputies, senators, and provincial assemblymen elected in constituencies within South Kasai's territory, and an upper chamber filled by traditional chiefs. A judicial system was organised, with justices of the peace, magistrates' courts, and a court of appeal. The state had its own flag and coat of arms, published its own official journal, the Moniteur de l'État Autonome du Sud Kasaï, and even produced its own postage stamps, and vehicle registration plates. Unlike Katanga, South Kasai maintained no diplomatic missions abroad. The Congolese franc was retained as the state's currency. The South Kasaian army or gendarmerie grew from just 250 members at its inception to nearly 3,000 by 1961. It was led by 22 year old "General" Floribert Dinanga with the assistance of nine European officers. In 1961, the military led a campaign to expand the size of the state's territory at the expense of neighbouring ethnic groups. Despite receiving some support from Belgium, the gendarmerie was poorly equipped and constantly low on supplies and ammunition. As government authority in South Kasai was consolidated, the regime became increasingly militaristic and authoritarian. Non Luba groups were increasingly marginalised. Political opponents were killed or driven into exile, including Ngalula, who had a falling out with Kalonji in July 1961. Non Luba groups in the region, especially the Kanyok, fought a constant but low level insurgency against the South Kasaian government.

Международная поддержка

Калонжи приложил немало усилий, чтобы добиться международного признания и поддержки государства Южный Касаи. Бывшая колониальная держава, Бельгия, не доверяла конголезскому центральному правительству и поддерживала как правительства Южного Касаи, так и Катанги. Как и в Катанге, в Южном Касаи были важные месторождения полезных ископаемых, включая алмазные месторождения, а бельгийские компании вложили значительные средства в шахты в этом регионе. Бельгийская компания Forminière являлась основным спонсором государства и получала концессии от Южного Касаи в обмен на финансовую поддержку. После отделения алмазы Южного Касаи экспортировались через Конго-Браззавиль на международные рынки. Сравнительно высокий доход от горнодобывающих компаний позволял Южному Касаи поддерживать значительные государственные услуги и справляться с большим числом внутренне перемещенных беженцев из народа люба. В контексте холодной войны Калонжи пользовался поддержкой западных держав и умеренных сил в конголезском правительстве, которые рассматривали его как умеренного прозападного политика и антикоммуниста. Хотя и Катанга, и Южный Касаи получали поддержку от Южной Африки, Франции и Центральноафриканской Федерации, ни одно из этих государств так и не получило официального дипломатического признания. В сентябре 1960 года делегация из Южного Касаи направилась в Южную Африку с письмом, подписанным Нгалулой, с просьбой о военной помощи премьер-министру Хендрику Верворду. Правительство ЮАР отказалось поставлять военную технику, но предложило делегации приобрести оборудование, доступное на южноафриканском рынке. После государственного переворота, в результате которого Лумумба был отстранен от власти, Калонжи попытался установить хорошие отношения с конголезским правительством. Генерал Жозеф Дезире Мобуту, в частности, использовал Южный Касаи для расправы над своими политическими оппонентами и диссидентами-люмбумбистами, включая Жана Пьера Финанта. Эта деятельность привела к тому, что сепаратистское государство получило прозвище "национальный скотобойня".

Калонджи как Мулупе

Из-за важности этнической группы луба для Южного Касаи, Калонжи использовал поддержку традиционных племенных властей луба, чтобы провозгласить себя Мулопе. Этот титул (обычно переводимый как "король" или "император") был чрезвычайно символичен, поскольку он использовался правителями доколониальной империи луба и не применялся с 1880-х годов. Приняв его вместе с дополнительным именем Дитунга ("родина"), Калонжи смог тесно связать себя и государство Южного Касаи с империей луба, чтобы повысить его легитимность в глазах народа балуба. Чтобы избежать обвинений в неправомерности, титул был пожалован отцу Калонжи 12 апреля 1961 года, который затем немедленно отрекся в пользу своего сына. С восшествием Калонжи на титул Мулопе 16 июля название государства изменилось на Федеративное королевство Южного Касаи (Royaume fédéré du Sud Kasaï). Восхождение Калонжи к должности Мулопе подверглось резкой критике даже со стороны многих луба в Южном Касаи. Этот шаг также высмеивался в западных СМИ. Калонжи оставался популярен среди некоторых групп, но потерял поддержку южнокасайских эволюционистов, которые расценили его возвышение как вопиющий оппортунизм. Вскоре после возвышения Калонжи был публично осужден и отвергнут 10 из 13 представителей Южного Касаи в парламенте Леопольдвиля, что положило начало распаду сепаратистского государства.

Кампания августа-сентября 1960 года

Когда Южный Касаи отделился, правительственные войска из Армии Национального Конго (АНК) уже вели бои с войсками Катанги в регионе Касаи. Южный Касаи контролировал важные железнодорожные узлы, необходимые конголезской армии для кампании в Катанге, и поэтому вскоре стал важной целью. Южный Касаи также обладал значительными запасами полезных ископаемых, которые центральное правительство стремилось вернуть в Конго. Центральное правительство также неверно истолковало позицию Южного Касаи, полагая, что, подобно Катанге, регион провозгласил полную независимость от Конго и отверг конголезский суверенитет. Первоначально Лумумба надеялся, что Организация Объединенных Наций (ООН), направившая многонациональные миротворческие силы в Конго в июле 1960 года, поможет центральному правительству подавить сецессии Катанги и Южного Касаи. Однако ООН не желала этого делать, рассматривая сецессии как внутренние политические вопросы и свою миссию – поддержание базового закона и порядка. Отвергнутый и ООН, и Соединенными Штатами, Лумумба обратился за военной поддержкой к коммунистическому Советскому Союзу. В течение нескольких дней после отделения и при советской логистической поддержке 2000 солдат АНК начали крупномасштабное наступление на Южный Касаи. Атака увенчалась успехом. 27 августа солдаты АНК прибыли в Баквангу. В ходе наступления АНК оказалась вовлеченной в этническое насилие между народами балуба и бена-лулуа. Когда правительственные войска прибыли в Баквангу, они освободили заключенных из тюрьмы и начали реквизировать гражданский транспорт. Когда Дэвид Одия, министр общественных работ Южного Касаи, выразил протест, солдаты избили его и нанесли смертельные раны. Многие балуба сначала в панике бежали, но затем начали оказывать сопротивление, используя самодельное огнестрельное оружие. В результате АНК совершила ряд массовых убийств мирных жителей луба. В сентябре Генеральный секретарь ООН Даг Хаммаршельд, недавно развернувший в Конго крупные миротворческие силы, охарактеризовал эти убийства как "начало геноцида". На балуба также нападали войска Катанги с юга. В ходе массовых убийств, в которых часто участвовали войска АНК или Катанги, погибло около 3000 балуба. Насилие, сопровождавшее наступление, вызвало массовый исход тысяч беженцев из народа луба, покинувших свои дома, чтобы избежать боевых действий; более 35 000 человек оказались в лагерях беженцев только в Элизабетвилле (столице Катанги). Около 100 000 человек нашли убежище в Бакванге. Болезни, особенно квашиоркор, но также малярия, оспа и анемия, были широко распространены и достигли "эпидемических масштабов" среди беженцев луба в период с октября по декабрь 1960 года. Всемирная организация здравоохранения направила в Южный Касаи миллион вакцин против оспы, чтобы облегчить ситуацию. Эпидемии предшествовал широко распространенный голод, который к декабрю уносил жизни около 200 человек ежедневно. ООН обратилась к своим государствам-членам с призывом о помощи, и к концу января правительственная и частная помощь сократила смертность на 75 процентов. Дальнейшая помощь, в виде экстренной доставки продовольствия по воздуху, дополнительного медицинского персонала и семян от Продовольственной и сельскохозяйственной организации, обеспечила практически полное разрешение проблемы голода к марту 1961 года. Сотрудники ООН по оказанию помощи были выведены после инцидента в Порт-Франки в апреле 1961 года из-за соображений безопасности, хотя поставки продовольствия продолжались к границе. Обвинения в геноциде и жестокости со стороны АНК были использованы для оправдания отстранения Лумумбы Каса-Вубу при поддержке Мобуту в сентябре 1960 года. После кампании государство Южный Касаи смогло оказать значительную помощь своим беженцам, многие из которых были переселены в дома и обеспечены работой. Тем не менее, вторжение нанесло значительный ущерб местной экономике; к декабрю количество алмазов, обрабатываемых компанией Forminière, и число ее сотрудников сократилось на тысячи.

When South Kasai seceded, government troops from the Armée Nationale Congolaise (ANC) were already fighting Katangese troops in the Kasai region. South Kasai held important railway junctions needed by the Congolese army for its campaign in Katanga, and therefore soon became an important objective. South Kasai also had important mineral wealth which the central government was anxious to return to the Congo. The central government also misunderstood the South Kasaian position, believing that, like Katanga, the region had declared full independence from the Congo and rejected Congolese sovereignty. Initially, Lumumba hoped that the United Nations (UN), which sent a multi national peacekeeping force to the Congo in July 1960, would help the central government suppress both Katangese and South Kasaian secessions. The UN was reluctant to do so, however, considering the secessions to be internal political matters and its own mission to be maintaining basic law and order. Rejected by both the UN and United States, Lumumba sought military support from the communist Soviet Union. Within days of the secession and with Soviet logistical support, 2,000 ANC troops launched a major offensive against South Kasai. The attack was successful. On 27 August, ANC soldiers arrived in Bakwanga. During the course of the offensive, the ANC became involved in ethnic violence between the Baluba and Bena Lulua. When government troops arrived in Bakwanga, they released Lulua detainees from prison and began requisitioning civilian vehicles. When David Odia, the South Kasai Minister of Public Works, protested, soldiers beat him and fatally injured him. Many Baluba first fled in terror, but then began resisting with home made shotguns. As a result, the ANC perpetrated a number of large massacres of Luba civilians. In September, Dag Hammarskjöld, the UN Secretary General who had recently deployed a large peacekeeping force to the Congo, referred to the massacres as "a case of incipient genocide". The Baluba were also attacked by the Katangese from the south. In the ensuring massacres, in which ANC or Katangese troops often participated, around 3,000 Baluba were killed. The violence of the advance caused an exodus of many thousands of Luba civilians who fled their homes to escape the fighting; more than 35,000 went to refugee camps in Élisabethville (the capital of Katanga) alone. As many as 100,000 sought refuge in Bakwanga. Diseases, notably kwashiorkor but also malaria, smallpox and anemia, were widespread and reached "epidemic proportions" among Luba refugees between October and December 1960. The World Health Organization sent one million small pox vaccines to South Kasai to alleviate the problem. The epidemic had been preceded by widespread famine which by December was killing an estimated 200 people daily. The UN appealed to its member states for relief, and by late January government and private aid had reduced mortality by 75 percent. Further assistance in the form of an emergency food airlift, additional medical personnel, and seeds from the Food and Agriculture Organization ensured that the famine was almost entirely resolved by March 1961. UN relief workers were withdrawn following the April 1961 Port Francqui incident due to security concerns, though food aid continued to be brought to the border. Allegations of genocide and brutality by the ANC were used to provide legitimacy to Kasa Vubu's dismissal of Lumumba, with the support of Mobutu, in September 1960. In the aftermath of the campaign, the South Kasaian state was able to provide substantial aid to its refugees, many of whom were resettled in homes and jobs. Nevertheless, the invasion caused considerable disruption to the local economy; by December the number of diamonds cut by Forminière and the number of people it employed both had fallen by thousands.

Сосуществование и попытка примирения

Несмотря на оккупацию Южного Касаи, государство Южного Касаи не было ликвидировано и продолжало сосуществовать с остальной частью Конго. Конголезские делегаты, а также войска ООН и АНК в целом могли свободно передвигаться по территории без столкновений с властями Южного Касаи, в то время как их эпизодические операции против сил Катанги продолжались. Перемирие, организованное ООН в сентябре 1960 года, ненадолго приостановило конфликт между луба и лулуа, но к ноябрю силы Калонджи нарушили перемирие. На протяжении большей части этого периода жандармерия Южного Касаи сражалась с ополчениями каньок и лулуа по всему региону, в то время как местное этническое насилие не прекращалось. В январе 1961 года Каса-Вубу прибыл в Бакуангу на встречу с Калонджи. Поездка началась напряженно, поскольку Каса-Вубу отказался признать почетный караул Южного Касаи в аэропорту и ехать в предоставленном лимузине, на котором был поднят флаг Южного Касаи. Калонджи в итоге снял флаг, и они примирились. В середине 1961 года в Кокилхатвиле (современная Мбандака) и затем в Антананариву, Мадагаскар, прошли конференции, на которых пытались добиться мирного примирения между сепаратистскими группировками и центральным правительством на фоне восстания в Восточном Конго под руководством Антуана Гизенги. Считалось, что после смерти Лумумбы возможно создание федеративной конституции, которая могла бы примирить все три стороны. Однако соглашения лишь усилили неопределенность. Отстранение в июле Нгалулы – главного организатора государства Южный Касаи – ускорило внутренний коллапс. Он основал собственную политическую партию, Демократический союз, для противодействия сторонникам Калонджи. Позже в том же месяце парламент возобновил свою работу с участием Калонджи и других депутатов из Южного Касаи. 2 августа было сформировано новое конголезское центральное правительство, в котором Нгалула занял пост министра образования, а Калонджи вернулся в Южный Касаи. В конце октября 1961 года Калонджи и несколько лидеров лулуа заключили символический союз в попытке положить конец племенному конфликту между луба и лулуа.

Арест Калонджи

2 декабря 1961 года Калонжи был обвинен другим депутатом, коммунистом Кристофом Гбенью, в том, что он отдал приказ о применении телесного наказания к политическому заключенному в Южном Касаи. Парламент проголосовал за снятие депутатской неприкосновенности с Калонжи, и он был взят под стражу силами АНК в Леопольдвиле. Делегация, состоявшая примерно из 400 старейшин племени луба, направленная в Леопольдвиль для протеста, также была ненадолго арестована. Вскоре после этого Мобуту и генерал Виктор Лундула посетили Баквангу. Фердинанд Казади занял пост исполняющего обязанности главы государства Южного Касаи. 9 марта 1962 года недавно вновь созванный Леопольдвильский парламент при премьер-министре Сирилле Адуле согласился внести изменения в Конституцию и предоставил Южному Касаи официальный статус провинции. В апреле 1962 года войскам ООН было приказано занять Южный Касаи в рамках новой жесткой линии генерального секретаря У Танта в отношении сепаратизма после смерти Хаммаршёльда. В Леопольдвиле Калонжи был приговорен к пяти годам лишения свободы. Однако 7 сентября Калонжи бежал из тюрьмы и вернулся в Южный Касаи, где надеялся получить официальную должность на местных выборах и, возглавив правительство, восстановить свою неприкосновенность.

Государственный переворот в сентябре-октябре 1962 года

По мере роста недовольства отделением, Нгалула и другие эмигранты из Южного Касаи в Леопольдвиле замышляли свержение режима в Бакванге. В сентябре 1962 года правительство Леопольдвиля назначило Альберта Канколонго, бывшего министра в правительстве Калонджи, специальным комиссаром (commissaire extraordinaire) для Южного Касаи, предоставив ему полную военную и гражданскую власть для демонтажа местного государства. Нгалула обратился к Канколонго с предложением возглавить мятеж и государственный переворот против Калонджи. В ночь с 29 на 30 сентября 1962 года военные командиры в Южном Касаи, во главе с Канколонго, совершили государственный переворот в Бакванге против калонжистского режима. По радио Бакванга было передано обращение ко всем офицерам жандармерии Южного Касаи с призывом поддержать центральное правительство, с обещанием интеграции в АНК на прежних должностях и с сохранением прежней заработной платы. Калонджи и генерал Динанга были помещены под домашний арест, а остальные министры Южного Касаи были заключены в один дом. Через несколько дней Калонджи и Динанга бежали; первый на грузовике отправился в Катангу. Канколонго немедленно отправил оставшихся министров в Леопольдвиль. 5 октября 1962 года войска центрального правительства вновь прибыли в Баквангу, чтобы поддержать мятежников и подавить последних сторонников Калонджи, что ознаменовало конец сецессии. Калонджи обосновался в Камине и попытался встретиться с Тсомбе, но получил отказ от министра внутренних дел Катанги Годфроида Мунонго. После этого он бежал в Париж, а затем поселился в Барселоне в Испании при Франсиско Франко.

В Касаи

В октябре 1962 года Южный Касаи вернулся в состав Республики Конго. Государство Катанга продолжало сопротивляться центральному правительству, пока не потерпело поражение в январе 1963 года после того, как силы ООН под руководством Тханта заняли более решительную позицию. В качестве компромисса Южный Касаи вошел в число 21 провинций, официально учрежденных федералистской конституцией 1964 года. Когда режим Мобуту начал централизованную реструктуризацию конголезского государства с 1965 года, Южный Касаи стал одной из немногих провинций, которые удалось сохранить. Впоследствии провинция была реорганизована с включением новых территорий в округах Кабинда и Санкуру и переименована в Восточный Касаи (Kasaï Oriental). Большая часть солдат из Южного Касаи была интегрирована в АНК после роспуска государства, однако около 2000 сторонников ушли в подполье, ожидая возможного восстановления власти Калонджи. Восстание возглавил генерал Мванзамбала, и повстанцы вели партизанскую войну против нового провинциального правительства до 1963 года, когда и они согласились на интеграцию в АНК. Вскоре после прекращения сепаратистского движения город Бакванга был переименован в Мбуджи-Майи в честь местной реки, чтобы символизировать примирение между различными группами народа луба. Тем не менее, столкновения между фракциями луба продолжались в течение 1964 года, и политическое решение было найдено лишь в 1965 году с избранием Ж. Мукамбы на пост провинциального президента Южного Касаи.

Конец кризиса в Конго

В 1965 году Мобуту совершил второй государственный переворот против центрального правительства и взял на себя личные чрезвычайные полномочия. Укрепившись как единственный источник политической власти, Мобуту постепенно консолидировал свой контроль в Конго. Число провинций было сокращено, а их автономия ограничена, что привело к созданию высокоцентрализованного государства. Мобуту все чаще назначал своих сторонников на ключевые посты. В 1967 году, чтобы продемонстрировать свою легитимность, он создал партию – Народное движение революции (MPR), которая до 1990 года оставалась единственной законной политической партией в стране согласно пересмотренной конституции Мобуту. В 1971 году государство было переименовано в Заир и были предприняты усилия по устранению всех колониальных влияний. Он также национализировал оставшиеся экономические активы, принадлежавшие иностранным компаниям. Со временем Заир все больше характеризовался широко распространенным кумовством, коррупцией и экономическим провалом. Особенно сильное недовольство режимом наблюдалось в Касаи-Ориенталь. Вопросы федерализма, этнической принадлежности в политике и централизации государства остались нерешенными в результате кризиса и частично способствовали снижению поддержки идеи государственности среди конголезского народа. Мобуту решительно поддерживал централизацию, и одним из его первых шагов в 1965 году стало объединение провинций и лишение их большей части независимых законодательных полномочий. Последующая потеря доверия к центральному правительству – одна из причин, по которой Конго было признано несостоявшимся государством, и способствовала насилию со стороны группировок, выступающих за этнический и локальный федерализм.