Братья-мусульмане в Египте: История и современность (1954 – настоящее время)

Введение

История «Братьев-мусульман» в Египте (1954 г. – настоящее время) охватывает период от подавления организации при Насере до её превращения в крупнейший оппозиционный блок в египетском парламенте. «Братья-мусульмане» действуют под лозунгом «Ислам – решение» и стремятся к установлению гражданского исламского государства, сформированного демократическим путем. Организация описывается как «глубоко укоренившаяся сила, насчитывающая сотни тысяч членов и сторонников по всему Ближнему Востоку».

Братство при Мубареке, 19812011

Во время президентства Хосни Мубарака, сменившего Садата в 1981 году и остававшегося у власти до 2011 года, отношения Братства с правительством по-прежнему оставались в основном такими же, как и при Садате: Братство терпилось в определенной степени, но оставалось официально вне закона, ему не разрешалось распространять литературу или проводить собрания на публике и оно подвергалось периодическим арестам. Тем не менее, организация издавала две газеты («Лива’ аль-ислам», «Знамя ислама», и «аль-И’тисам», «Приверженность»), поддерживала региональные и национальные представительства, делала публичные заявления, а книги известных членов Братства продавались в книжных магазинах. Братство придерживалось своих реформистских взглядов, преследуя долгосрочную, постепенную стратегию установления исламского государства при согласии народа, путем реформирования общества снизу вверх, используя убеждение и другие ненасильственные методы. Египетское «Братья-мусульмане» столкнулись со значительными репрессиями, многие лидеры были заключены в тюрьму, а их активы конфискованы. Бывший президент Мурси, отстраненный от власти, умер в 2019 году после отказа в медицинской помощи в заключении. Это ограничило участие организации в политической и общественной жизни, потенциально подталкивая некоторых членов к радикальным группировкам и насилию. В то время как Катар и Турция развивали связи с «Братьями-мусульманами» и их отколовшимися организациями, Саудовская Аравия и ОАЭ стремились подавить подобные движения. Они выступают за широкое признание «Братьев-мусульман» террористической организацией, несмотря на уменьшившееся влияние организации на ее разрозненную сеть, включающую различные движения и партии. Несмотря на запрет, Братству удалось воспользоваться политическими и социальными изменениями в Египте для увеличения числа своих членов и влияния. Закон о чрезвычайном положении в Египте накладывает жесткие ограничения на законную политическую оппозицию, и широко распространено мнение, что выборы регулярно фальсифицируются в пользу правительства. Однако исламские благотворительные организации и частные мечети процветали; хотя многие из этих организаций являются аполитичными, именно в этой децентрализованной сети ассоциаций, преследующих различные цели и обладающих разной степенью автономии от государства, нашло выражение инакомыслие. Также имеются отдельные свидетельства того, что исламские активисты приобрели некоторое влияние в государственной бюрократии, и что среди их сторонников много врачей, учителей и администраторов. «Братья-мусульмане» извлекли из этих событий больше выгоды, чем любая другая исламская политическая группа, отчасти благодаря энергичным усилиям опытных активистов в возрасте от тридцати до сорока лет, которые отточили свои навыки в студенческом движении при Садате и присоединились к Братству после окончания учебы. Братство особенно успешно привлекает молодежь, включая студентов университетов и недавних выпускников. Работа, материальные блага и средства, необходимые для традиционной свадьбы, становятся все менее доступными для молодых египтян, а широко распространенная коррупция и закрытая, авторитарная политическая система порождают отчуждение (ightirab) и отчаяние. Исламское возрождение предлагает образ жизни, в котором молодых людей ценят за их набожность и исламские знания, а не за их титулы или богатство, и в котором скромность считается достойной похвалы. Вера в то, что каждый мусульманин обязан участвовать в политических и социальных реформах (на чем особенно настаивает Братство), служит противоядием политическому отчуждению и пораженчеству, позволяя молодым людям чувствовать себя более оптимистично в отношении будущего. Женщины из семей среднего класса обнаружили, что более строгое соблюдение религиозных предписаний повышает их авторитет, позволяя им игнорировать другие социальные нормы, которые в противном случае ограничивали бы их возможности в таких сферах, как образование, карьера и брак. Деятельность молодежи в Братстве включает организацию исламских семинаров и спектаклей, поддержку кандидатов от Братства на выборах в студенческих союзах, профессиональных ассоциациях и парламенте, а также участие в демонстрациях.

During the presidency of Hosni Mubarak, who succeeded Sadat in 1981 and remained in power until 2011, the Brotherhood's relations with the government are still essentially what they were under Sadat: the Brotherhood is tolerated to a degree, but is officially illegal, is not allowed to distribute literature or assemble in public, and is subject to periodic arrests. It has nevertheless published two newspapers (Liwa' al islam, "The Banner of Islam", and al I'tisam, "Adherence"), maintained regional and national offices and made public statements, and
books by prominent Brothers are sold in bookshops. The Brotherhood has held to its reformist outlook, pursuing a long term, gradualist approach to the establishment of an Islamic state with popular consent, by reforming society from the bottom up, using persuasion and other nonviolent means. The Egyptian Muslim Brotherhood has faced significant repression, with many leaders imprisoned and assets seized. Former President Morsi, who was ousted from power, died in 2019 after being denied medical care in custody. This has limited the group's political and civic participation, potentially pushing some members toward radical factions and violence. While Qatar and Turkey have cultivated ties with the Brotherhood and its offshoots, Saudi Arabia and the UAE have sought to suppress such movements. They advocate for a broad U. S. terrorist designation, despite the Brotherhood's reduced influence over its diffuse network, which comprises various movements and parties. Despite being outlawed, the Brotherhood has been able to take advantage of political and social developments in Egypt to increase its membership and influence. Egypt's emergency law imposes drastic limits on legal political opposition, and it is widely believed that elections are routinely rigged in favour of the government. However, Islamic charitable organisations and private mosques have flourished; though many of these organisations are apolitical, it is largely within this decentralised network of associations, which pursue different agendas and enjoy different degrees of autonomy from the state, that dissent has found expression. There is also anecdotal evidence that Islamic activists have gained some influence within the state bureaucracy, and that their supporters include many doctors, teachers and administrators. The Muslim Brotherhood has benefited from these developments more than any other Islamic political group, thanks in part to the energetic efforts of a cadre of experienced activists in their thirties and forties, who had honed their skills in the student movement under Sadat and joined the Brotherhood after graduation. The Brotherhood has been particularly successful at recruiting young people, including university students and recent graduates. Jobs, material goods, and the money needed for a conventional wedding have been increasingly out of reach for young Egyptians, and rampant corruption and a closed, authoritarian political system have bred alienation (ightirab) and despair. The Islamic revival offers a way of life in which young people can be respected for their piety and Islamic learning rather than for their titles or wealth, and in which it is considered admirable to live simply. The view that it is the duty of every Muslim to be involved in political and social reform (which the Brotherhood particularly emphasises) acts as an antidote to political alienation and defeatism, enabling young people to feel more optimistic about the future. Women from lower middle class backgrounds have found that stricter religious observance gives them increased respectability, enabling them to disregard other social codes that would otherwise limit their options in areas such as education, career and marriage. Young people's work in the Brotherhood includes organising Islamic seminars and plays, supporting Brotherhood candidates in elections in student unions, professional associations and parliament, and participating in demonstrations.

1980-е годы

В 1980-х и начале 1990-х годов все больше членов ведущих профессиональных ассоциаций Египта составляли экономически неблагополучные выпускники университетов; их голоса помогли кандидатам от "Братства" получить значительное большинство в руководящих органах ряда этих ассоциаций, представляющих юристов, врачей, фармацевтов, ученых и инженеров, обойдя кандидатов от правительства, светских сил и радикальных исламистов на открытых и конкурентных выборах. Под руководством "Братства" несколько профессиональных ассоциаций разработали программы для решения практических проблем, с которыми сталкивались молодые выпускники, предлагая медицинское страхование, кредиты под низкий процент и обучение для восполнения пробелов в университетском образовании. Однако ограниченность ресурсов профессиональных ассоциаций не позволила этим программам оказать существенное влияние, и успех "Братства" в этой сфере был в большей степени обусловлен тем, что избиратели воспринимали его кандидатов как честных и движимых чувством гражданского долга, в отличие от коррупции, часто свойственной профессиональным ассоциациям. Эти ассоциации предоставили "Братству" платформу для критики отсутствия свободных парламентских и президентских выборов в Египте и применения пыток в тюрьмах, а также для призыва к отмене закона о чрезвычайном положении. Парламентские выборы, хотя и в значительной степени закрытые для оппозиции, дают некоторое представление о популярности "Братства" во времена правления Мубарака. На выборах 1984 года "Братству" было разрешено выдвигать кандидатов от партии "Вафд". В 1987 году им было разрешено повторить этот опыт, на этот раз выступив через Лейбористскую партию. В обоих случаях партия, сотрудничавшая с "Братством", получила больше голосов, чем все остальные оппозиционные партии вместе взятые.

1990-е годы

Примерно с 1992 года правительство вновь прибегло к репрессивным мерам, чтобы сдержать растущее влияние «Братства». В 1993 году профессиональные объединения были поставлены под прямой государственный контроль. В 1995 и 1996 годах было арестовано более тысячи членов «Братства». Несколько из них были осуждены военными трибуналами к нескольким годам каторжных работ; основным обвинением было то, что обвиняемые являлись членами незаконной организации, планировавшей свержение правительства. Одновременно правительство развернуло масштабную медиакампанию против «Братства», обвиняя его в терроризме. Эту реакцию лучше всего объяснить как попытку предотвратить ненасильственный народный протест против власти режима, не допустив участия «Братства» в выборах. Подобным образом, в 1998 году, незадолго до выборов в студенческий союз были арестованы сотни студенческих исламских активистов. «Братство» оказалось особенно уязвимым для этих репрессий из-за отсутствия поддержки среди представителей высшего среднего класса, промышленных рабочих и наиболее бедных и наименее образованных слоев египетского общества. Усиление государственных репрессий привело к конфликту между «старой гвардией» «Братства», доминировавшей в его руководящем бюро, и лидерами среднего поколения, которые выступали за сотрудничество с другими политическими силами, более открытые внутренние дискуссии по политическим вопросам, более целенаправленные усилия по легализации организации и более либеральную интерпретацию ислама. 20 января 1996 года скончался Хамид Абу ан-Наср, генеральный лидер египетского «Братства». Его преемником стал первый заместитель «Братства» Мустафа Машхур, который в юности был «активным членом подпольного секретного аппарата (аль-Джихаз аль-Сирри)». Он в общей сложности провел в тюрьме 16 лет и считался сторонником жесткой линии. Министр внутренних дел Египта Хасан аль-Альфи ответил угрожающей речью, после чего последовал рейд на центральные офисы «Братства» и арест 46 членов. В том же году, к огорчению высшего руководства «Братства», группа видных лидеров среднего поколения покинула организацию и объединилась с несколькими коптами для создания новой политической партии под названием «Васат» («Центр»), призванной представлять собой «гражданскую платформу, основанную на исламской вере, приверженную принципам плюрализма и смены власти». Партия «Васат» получила поддержку некоторых известных светских интеллектуалов, но ее неоднократные просьбы о легализации были отклонены.

Starting in about 1992, the government again resorted to repressive measures to stem the Brotherhood's increasing influence. In 1993, professional associations were placed under direct state control. In 1995 and 1996, over a thousand Brothers were arrested. Several were convicted by military tribunals to several years of hard labour; the main charge was that the accused were members of an illegal organisation that planned to overthrow the government. At the same time, the government directed a huge media campaign against the Brotherhood, accusing it of being a terrorist group. This reaction can best be explained as an effort to stave off a nonviolent, popular challenge to the regime's power, by preventing the Brotherhood from participating in elections. Similarly, in 1998, hundreds of student Islamic activists were arrested just before student union elections. The Brotherhood was particularly vulnerable to this crackdown because of its lack of support among the upper middle classes, industrial workers, and the poorest and least educated segments of Egyptian society. Increased government repression led to a conflict between the Brotherhood's "old guard", which dominated its Guidance Bureau, and its middle generation of leaders, who favoured cooperation with other political trends, a more open internal debate on political issues, a more concerted effort to gain legality for the organisation and a more liberal interpretation of Islam. On 20 January 1996, Hamid Abu an Nasr, the General Leader of Egypt's MB died. His successor was MB first deputy, Mustafa Mashhur, who had been "an active member of the underground secret apparatus (al Jihaz al Sirri)" as a youth. He had spent a total of 16 years in prison and was considered a hard liner. The Egyptian interior minister, Hasan al Alfi, responded with a threatening speech and shortly after a raid on the MB central offices and the arrest of 46 members. Also that year, to the dismay of the Brotherhood's senior leadership, a group of prominent middle generation leaders left the Brotherhood and joined with several Copts to form a new political party, called Wasat ("Centre"), intended to represent "a civic platform based on the Islamic faith, which believes in pluralism and the alternation of power". The Wasat Party has won the support of some well known secular intellectuals, but its repeated requests to become a legal political party have been denied.

Выборы 2000 года

После периода самоанализа и ухода в тень, Братство вновь активизировалось в последние годы, поскольку лидеры среднего поколения приобрели большее влияние внутри организации. В 2000 году Братство выдвинуло 76 кандидатов в парламент как независимые (в том числе одну женщину, Гихан аль-Халафави, чья победа в ее округе была аннулирована после отмены правительством выборов там) и завоевало 17 мест (столько же, сколько все остальные оппозиционные партии вместе взятые), несмотря на массированную кампанию правительства в СМИ против него и арест нескольких его кандидатов незадолго до голосования. В 2001 году Ассоциация юристов впервые за пять лет провела открытые выборы в свой исполнительный совет; чтобы не ставить режим в неловкое положение, Братство решило баллотироваться только на треть мест и выиграло все из них. В своих публичных заявлениях Братство отказалось от религиозной нетерпимости и антисемитизма, которые проявлялись в его газете в 1970-х годах. В последние годы его представители заявляли, что копты могут присоединиться к организации (отмечая, что у Хасана аль-Банны было два копта в качестве помощников и он был известен своим отсутствием предрассудков по отношению к ним); Мохаммад Махди Акеф, ставший генеральным наставником Братства в 2004 году в возрасте 75 лет, заявил в 2005 году в интервью Al Jazeera:

"Ислам почитает христиан и иудеев, и мы надеемся, что они относятся к нам так же. Невежество людей является причиной вражды между ними, а не их религия." В последние годы Братство неоднократно призывало к большей демократии на Ближнем Востоке. Абд аль-Муним Абу-ль-Футух, один из лидеров среднего поколения, пользующийся уважением как в Братстве, так и в партии "Васат", сообщил Международной кризисной группе в 2004 году:

"Отсутствие демократии – одна из главных причин кризиса здесь, в Египте и на Ближнем Востоке. Братья-мусульмане считают, что западные правительства являются одной из основных причин недостатка демократии в регионе, поскольку они поддерживают диктатуры в арабском и исламском мире в целом, несмотря на то, что доказано, что отсутствие демократии и свободы является причиной терроризма и насилия."

Выборы 2005 года

В 2005 году "Братья" начали участвовать в продемократических демонстрациях вместе с египетским Движением за перемены (также известным как Kifaya, "хватит"), и многие члены "Братьев" были арестованы, свыше 700 человек только в мае 2005 года. На парламентских выборах 2005 года кандидаты от "Братьев", баллотировавшиеся как независимые, выиграли 88 мест (20% от общего числа), сформировав крупнейший оппозиционный блок, несмотря на многочисленные нарушения избирательного процесса, включая арест сотен членов организации. В то же время легальные оппозиционные партии получили всего 14 мест, что вновь активизировало дискуссии среди секуляристов и коптов о том, следует ли опасаться усиления влияния "Братьев".

События после выборов 2005 года

Братство неоднократно призывало к более демократичной политической системе в Египте и участвовало в демонстрациях в поддержку демократии вместе с движением Kifaya в 2005 году. С 2005 года члены «Братьев-мусульман» в Египте также стали значительным движением в сети Интернет. В 2006 году Абдель Менем Махмуд создал первый публично идентифицированный блог Братства, Ana Ikhwan (http://ana ikhwan.blogspot.com). В статье для Arab Media & Society (http://www.arabmediasociety.com) Кортни К. Радш из Американского университета исследует, как египетская блогосфера расширилась, поскольку за ней последовали многие молодые члены, особенно активисты, симпатизировавшие Kifaya, и члены, желавшие участвовать в обсуждении проекта партийной платформы. Эти «киберактивисты» часто критикуют организацию, например, за отказ разрешить женщинам и коптам занимать пост президента, и более либеральны, чем их коллеги в реальной жизни. Успех в 2005 году спровоцировал «правительственную контратаку» против Братства. В 2007 году конституция Египта была изменена в пользу зарегистрированных партий и против независимых кандидатов, что оказалось невыгодно официально запрещенному «Братству», которое может выдвигать кандидатов только как независимые. В 2008 году государство дисквалифицировало большинство кандидатов от Братства на выборах в местные советы. Режим Мубарака также начал волну арестов и военных судов против членов «Братства», «втянув в орбиту тысяч рядовых членов», а также важных лидеров, «которые руководили финансовым аппаратом, направляющим миллионы долларов в виде пожертвований и доходов от инвестиций на избирательные кампании и социальную работу». Это ослабило движение, как и некоторые недавние спорные позиции Братства. В 2007 году было распространено проект программы для предлагаемой политической партии, которая призывала к запрету на избрание женщин или христиан на пост президента Египта, а также к созданию специального совета исламских богословов для проверки парламентского законодательства. Во время войны в Газе 2008-2009 годов некоторые лидеры Братства призвали египтян отправиться в Газу и сражаться с Израилем, несмотря на мирный договор Египта с Израилем 1979 года.

The Brotherhood made repeated calls for a more democratic political system in Egypt and participated in pro democracy demonstrations with the Kifaya movement in 2005. Since 2005 Muslim Brotherhood members in Egypt have also become a significant movement online. In 2006 Abdel Menem Mahmoud created the first publicly identified Brotherhood blog, Ana Ikhwan (http://ana ikhwan. blogspot. com). In an article for Arab Media & Society (http://www. arabmediasociety. com), Courtney C. Radsch of American University explores how the Egyptian blogosphere expanded as many younger members followed suit, especially the activists who were sympathetic to Kefaya and members who wanted to be part of the discussion about the draft party platform. These "cyberactivists" are often critical of the organization, such as its rejection of women and Copts as being permitted to hold the presidency, and more liberal than their offline counterparts. Its 2005 success provoked "a government counterattack" against the Brotherhood. Egypt's constitution was amended in 2007 in favor of registered parties and against independents, to the disadvantage of the officially outlawed Brethren which can only field candidates as independents. In 2008 the state disqualified most Brotherhood candidates in the local council elections. The Mubarak regime also launched a wave of arrests and military trials against the Brethren, "ensnared thousands of rank and file members," but also important leaders "who ran the financial apparatus that funnels millions of dollars in donations and investment proceeds into campaigning and social outreach." This has weakened the movement, as have some recent controversial positions of the Brotherhood. In 2007 it distributed a draft program for its proposed political party which called for a ban on women or Christians as Egypt's president, and for a special council of Islamic clerics to vet parliamentary legislation. During the 2008 9 Gaza War, some Brotherhood leaders called for Egyptians to go to Gaza and fight Israel, notwithstanding Egypt's 1979 peace treaty with Israel.