Введение

Форт Сан-Жоа Баптиста-де-Ажуда (англ. Fort St. John the Baptist of Ouidah) – небольшой восстановленный форт в Уиде, Бенин. Построенный в 1721 году, он был последним из трех европейских фортов, возведенных в этом городе для участия в работорговле на Побережье Рабов. После официальной отмены работорговли в начале XIX века португальский форт большую часть времени оставался заброшенным, пока не был вновь занят в 1865 году. После образования французской колонии Дагомея в 1890-х годах французские власти признали португальский суверенитет над фортом благодаря настойчивости Португалии. Форт охранялся небольшим отрядом войск из португальских Сан-Томе и Принсипи до 1911 года. После этого в форте проживали только резидент (губернатор), его помощник и их семьи. Португальский суверенитет сохранялся над крошечным анклавом, полностью окруженным французским Дагомеем, до тех пор, пока в августе 1961 года он не был захвачен властями новообразованной Республики Дагомея (ныне Бенин). К тому времени анклав стал международной редкостью. Сегодня форт является частью Музея истории Уиды. В 1958 году в книге рекордов Гиннесса было указано: «Самая маленькая колония в мире – португальский анклав на территории Дагомея во Французской Западной Африке, состоящий из форта Святого Иоанна Крестителя (Сан-Жоао-Батиста-де-Ажуда). Он был занят с 1680 года и охранялся одним офицером и несколькими солдатами».

Предыстория

После захвата голландцами в 1637 году и в последующие годы замка Эльмина и других фортов и торговых факторий вдоль Золотого побережья, португальцы лишились каких-либо владений на берегах Гвинейского залива, что было невыносимой ситуацией. Даже после восстановления мира голландцы требовали от португальских капитанов, желающих торговать в этом регионе, получения разрешения и взимали 10-процентный налог с груза. В связи с этим, в последней четверти XVII века португальская корона и колониальные власти в Бразилии и Сан-Томе и Принсипи обсуждали строительство торговой фактории на Коста-да-Мина – как португальцы называли Побережье рабов – для снабжения быстрорастущими плантациями сахара и табака в окрестностях Сальвадора, Баия, в Бразилии.

Строительство форта Сан-Жоа Баптиста-де-Ажуда

В 1680 году бывший губернатор Сан-Томе и Принсипи Джулиан де Кампо Баррето приобрел замок Кристиансборг, расположенный вблизи Коста-да-Мины, у исполняющего обязанности главы датской крепости. Однако после мятежа гарнизона и изгнания Барретто в 1682 году Португалия продала замок обратно Дании. В 1680 году принц-регент, будущий Педро II, также приказал двум кораблям построить крепость на Коста-да-Мины для «развития торговли для португальцев», но, хотя имена кораблей и их капитанов упоминаются в документах, нет никаких свидетельств того, что строительство было начато. Вопрос о возведении торгового форта вновь поднялся в 1698 году, когда Лиссабон, получив сведения о том, что король Уэды (Уиды на английском языке) на Коста-да-Мине желает, чтобы португальцы построили форт на его территории, попросил вице-короля Бразилии узнать мнение торговых кругов Баии о возможности такого строительства. Однако, поскольку торговцы из Баии потребовали предоставления им двенадцатилетней монополии на работорговлю и ряда других привилегий, от этого плана отказались. В 1721 году торговые и судовладельческие интересы Баии воспользовались прибытием нового вице-короля, Васко Фернандеса Сезара де Менезеса, чтобы добиться решения этого вопроса. Их представителем и инструментом стал капитан Жозе Торрес, который, по слухам, хорошо знал работорговлю на Коста-да-Мине и предложил построить форт в Аджуде (Уайда, Уида). Чтобы стимулировать немедленные действия, Торрес предложил самостоятельно выполнить работы и доставить необходимые строительные материалы на своем корабле за свой счет. В 1671 году французы основали там небольшой торговый пост, а с разрешения короля Уэды в 1704 году заменили его фортом. В 1692 году примеру французов последовала Английская Королевская африканская компания. Вице-король был осведомлен об этих фактах и убежден в том, что важно «не упустить эту возможность», и, не дожидаясь одобрения Лиссабона, он санкционировал план Торреса. Торрес отплыл в Уиду в июле 1721 года, и вскоре после прибытия рабы короля Уэды возвели форт на месте, выбранном им в нескольких сотнях ярдов к востоку от английского форта.

Особенности европейских фортов Уида

В отличие от внушительных и более мощных в военном отношении крепостей, обнаруженных в других местах вдоль западноафриканского побережья, возведенных из прочного материала и покрытых черепицей, британский форт Уильяма, французский форт Сен-Луи и португальский форт Сан-Жоау Баптиста – каждый площадью около 100 квадратных метров и расположенный на расстоянии 300–500 метров друг от друга – были построены из глины африканскими рабочими с использованием местных техник кладки. Хотя 6-метровые рвы, толщина земляных стен – от двух до трех метров – и пушки на бастионах представляли собой достойный оборонительный потенциал, они не предназначались для выдерживания серьезных атак. Обшивка зданий соломой делала их особенно уязвимыми к пожарам. Земляные укрепления быстро приходили в негодность и требовали постоянной реконструкции. В XVIII веке для нового директора стало почти обычным делом жаловаться на запущенное состояние сооружений. Благодаря использованным строительным материалам было легко возводить или сносить здания, а также изменять форму бастионов. В конечном итоге дерево и местные кирпичи стали использоваться для дверных проемов и укрепления бастионов и пороховых погребов. Робин Лоу, ведущий историк работорговли на Побережье Рабства, называл форты Уида «постоянно организованными укрепленными торговыми постами».

Уязвимость фортов

Короли Хуэды, а позднее Дагомеи, не разрешали европейским фортам и фабрикам располагаться на побережье. Следовательно, три форта, расположенные примерно в 4 км вглубь страны, были особенно уязвимы к притеснениям со стороны королей и их агентов и зависели от их благосклонности. В докладе, представленном британскому парламенту в начале XVIII века, выражалось сожаление, что "владение фортами втягивало компании в дорогостоящие сложности африканской политики и требовало выплаты арендной платы за землю, подношений, взяток и ссуд", и особенно это касалось Уиды. Португальский военный инженер Жозе Антониу Кальдас, находившийся в Уйде около 1759 года, писал, что из-за удаленности фортов от берега они "подвергались оскорблениям короля Дагомеи". Каждый год директора трех фортов должны были отправляться в Абомей, расположенный в 100 км к северу от Уиды, чтобы выразить свое почтение королю во время ежегодных торжеств, называемых "обычаями". В неспокойные годы, последовавшие за захватом Уиды королем Дагомеи в 1727 году, все три форта в разное время были сильно повреждены или разрушены, но впоследствии восстановлены. В 1743 году король Тегбесу, заподозрив директора португальского форта Жоау Базилиу в сговоре с его врагами, заключил его в тюрьму и изгнал, а португальский форт был разрушен взрывом порохового погреба во время последовавшего нападения дагомейских войск. Во второй половине XVIII века торговля рабами постепенно перемещалась из Уиды в восточные пункты, такие как Порто-Ново, Бадагри и Олим (Лагос), главным образом из-за произвола дагомейских королей и их жесткого контроля над торговлей, что приводило к росту цен на рабов.

Бразильцы и незаконная работорговля

Законная отмена работорговли Великобританией, Францией и Португалией в первые годы XIX века привела к заброшенности или почти полному отказу от использования рабовладельческих фортов. Однако, начиная с 1830-х годов, британским и французским торговым домам, занимавшимся экспортом пальмового масла, было разрешено обустраивать свои фабрики в заброшенных британских и французских фортах в Уиде, в то время как португальский форт оставался покинутым. В то время бразилец Франсиско Феликс де Соуза, начавший свою карьеру клерком и кладовщиком в форте, а затем ставший его управляющим, превратился в ключевую фигуру в незаконной работорговле, во многом благодаря сговору португальских и бразильских властей, а также активной поддержке дагомейского короля, традиционно игравшего важную роль в работорговле. Помощь младшему брату правящего короля в захвате трона под именем Гезо принесла ему назначение «капитаном белых». Его прозвище чача (порт. Xàxà) с тех пор стало ассоциироваться с занимаемой им, а также его сыновьями и внуками, должностью. Обладая особыми привилегиями в отношении незаконной, но процветающей работорговли, чача вместе с тремя своими сыновьями и другими афро-бразильскими торговцами доминировали в торговой сети Бразилии на Побережье Рабов. По преданию, в 1822 году он поднял флаг новопровозглашенной Бразильской империи над фортом, который в основном оставался необитаемым, поскольку он вел свою деятельность и жил со своими женами и десятками детей в другой части Уиды.

Восстановление форта Португалией

Форт был вновь оккупирован Португалией в 1865 году. В этот период он служил базой для недолговечной попытки Португалии установить протекторат над Королевством Дагомея, в состав которого входил город Хведа (Аджуда – Уида) (1885–1887). До аннексии Дагомеем в 1961 году, ровно через год после получения Дагомеей независимости, Сан-Жоау-Баптиста-де-Ажуда, вероятно, был самой маленькой в мире признанной политической единицей: по переписи 1921 года там проживало пять человек, а в момент предъявления ультиматума правительством Дагомея лишь два человека олицетворяли португальский суверенитет. Они предпочли сжечь форт, чем сдаться. Аннексия форта Дагомеей была официально признана Португалией в 1975 году.

Дизайн

Форт представляет собой небольшой квадрат с башнями по углам. Он включает в себя церковь и помещения для офицеров. В форте размещен музей.