Уильям Понсфорд: Легенда Австралийского Крикета

Введение

Уильям Гарольд Понсфорд MBE (19 октября 1900 – 6 апреля 1991) – австралийский игрок в крикет. Обычно выступая в качестве открывающего бэтсмена, он образовал успешное и долговечное партнёрство, открывая подачу для Виктории и Австралии вместе с Биллом Вудфуллом, своим другом и капитаном штата и национальной сборной. Понсфорд – единственный игрок, дважды побивший мировой рекорд по наивысшему индивидуальному счету в матчах первого класса; Понсфорд и Брайан Лара – единственные игроки в крикет, дважды набравшие 400 пробежек за иннингс. Понсфорд владеет австралийским рекордом по партнёрству в тестовых матчах, установленному в 1934 году в паре с Доном Брэдманом (451 пробежки за второй викет) – человеком, побившим многие другие индивидуальные рекорды Понсфорда. Фактически, вместе с Брэдманом он установил рекорд по наивысшему партнёрству за любой викет в истории тестового крикета, играя на выезде (451 пробежки за второй викет).

Несмотря на крепкое телосложение, Понсфорд был быстр на ногах и славился как один из лучших игроков, когда-либо игравших против спин-боулинга. Его бита, значительно тяжелее стандартной и прозванная «Большой Бертой», позволяла ему мощно наносить удары, и он обладал сильным режущим ударом. Однако критики ставили под сомнение его способность играть против быстрой подачи, и агрессивная короткая английская подача в серии Bodyline 1932–33 годов стала одним из факторов, способствовавших его раннему уходу из крикета через полтора года. Понсфорд также представлял свой штат и страну в бейсболе и считал, что этот вид спорта помог ему улучшить навыки игры в крикет. Понсфорд был скромным и немногословным человеком. После завершения карьеры в крикете он всячески избегал общения с публикой. Более трёх десятилетий он работал в Мельбурнском крикетном клубе, где отвечал за работу Мельбурнского крикетного стадиона (MCG) – места проведения многих его выдающихся выступлений с битой. В 1981 году Западная трибуна MCG была переименована в трибуну имени В. Г. Понсфорда в его честь. Эта трибуна была снесена в 2003 году в рамках реконструкции стадиона к Играм Содружества 2006 года, но её замена также была названа трибуной имени В. Г. Понсфорда. После завершения реконструкции стадиона в 2005 году за пределами ворот павильона была установлена статуя Понсфорда. В знак признания его вклада в качестве игрока, Понсфорд вошёл в число десяти первоначальных членов Австралийского зала славы крикета.

Ранние годы

Сын Уильяма и Элизабет (урождённой Бест) Понсфорд, Билл Понсфорд родился в пригороде Фицрой-Норт Мельбурна 19 октября 1900 года. Его отец был почтальоном, чья семья эмигрировала из Девона, Англия, в Бендиго, Виктория, чтобы работать на золотых приисках во время золотой лихорадки 1850-х годов. Его мать также родилась в золотых приисках, в Гилдфорде, прежде чем переехать в Мельбурн с отцом, судебным приставом по земельным вопросам короны. Понсфорд познавал азы крикета благодаря своему дяде Кэтберту Бесту — бывшему игроку клуба «Фицрой». В 1913, 1914 и 1915 годах он показывал лучшие результаты по игре битой и броскам мяча в своей школьной команде и в итоге стал её капитаном. Его местный клуб, «Фицрой», наградил Понсфорда медалью, вручённой местным мэром, как самого выдающегося игрока в крикет в его школе в сезонах 1913–14 и 1914–15 годов. В декабре 1914 года Понсфорд закончил обучение в школе и получил аттестат, дававший ему право продолжить образование в старшей школе по желанию. Вместо этого он поступил в частный подготовительный колледж Хассета, чтобы подготовиться к экзамену на банковского клерка. Понсфорд сдал экзамен и в начале 1916 года начал работать в Государственном сберегательном банке в головном офисе на Элизабет-стрит. В мае 1916 года семья Понсфордов переехала на Оронг-роуд в Эльстернуик, более престижный район Мельбурна.

Ранние рекорды

Первая мировая война и создание Первых австралийских императорских сил привели к значительному дефициту игроков для крикета. В результате Понсфорда вызвали для дебюта в первой команде за «Сент-Килду» в сезоне 1916–17 годов, всего за неделю до его шестнадцатилетия. Этот матч был против его прежнего клуба «Фитцрой» и проходил на знакомом «Брансуик-стрит Овал». У молодого Понсфорда удары не отличались мощью, и после набора двенадцати одиночных очков он был выбит. В своем первом сезоне он сыграл десять матчей за «Сент-Килду» и в среднем набирал 9,30 очка за иннинг. К сезону 1918–19 годов Понсфорд возглавил клубный рейтинг бэтсменов со средним результатом 33 очка. Он также возглавил рейтинг боулеров, взяв 10 калиток со средним результатом 16,50 очков за калитку своими легиспинами. Несмотря на то, что ему не удалось набрать столетие за свой клуб (чего он не исправил до сезона 1923–24 годов), Понсфорда вызвали представлять Викторию против сборной Англии в феврале 1921 года — его дебют в крикете первого класса. Его выбор был спорным: ведущая фигура в викторианском крикете и национальный капитан, «Большой корабль» Уорвик Армстронг, был исключен из состава. Исключение Армстронга вызвало серию гневных публичных собраний, протестующих против предполагаемых преследований Армстронга со стороны администрации. По пути на «Мельбурнский крикетный стадион» (MCG) на матч Понсфорду пришлось проходить мимо демонстрантов с плакатами, осуждающими его выбор в ущерб Армстронгу. Без Армстронга викторианцы с комфортом проиграли команде Англии во главе с Джонни Дугласом со счетом 7 калиток. Понсфорд набрал шесть очков в первом иннинге и 19 во втором. Понсфорда назначили капитаном викторианской команды, состоящей из перспективных молодых игроков, для игры против Тасмании на MCG 2–5 февраля 1923 года. В этом, всего лишь третьем матче первого класса, Понсфорд побил мировой рекорд по наибольшему индивидуальному результату в иннинге на этом уровне в последний день матча, набрав 429 пробежек и отыграв почти восемь часов. По пути он побил рекорд Армстронга по наибольшему результату за Викторию (250), прежде чем превзойти мировой рекорд бывшего капитана Англии Арчи Макларена в 424 пробежки. Генерал-губернатор Австралии, лорд Форстер, посетил раздевалку после игры, чтобы лично поздравить Понсфорда. Со всего мира поступали телеграммы с поздравлениями новому рекордсмену, в том числе от Фрэнка Вулли, чей результат 305* был предыдущим самым высоким результатом против Тасмании. Понсфорд был выбран для своего первого матча в «Шеффилд Шилде» против Южной Австралии через три недели после его рекордного иннинга, и, все еще бьющий внизу, под номером пять, набрал 108 очков. Капитан Южной Австралии (и бывший австралийский капитан) Клем Хилл наблюдал за игрой Понсфорда и прокомментировал: «[Понсфорд] молод и полон перспектив; на самом деле, со времен Джима Макая, блестящего игрока из Нового Южного Уэльса, я думаю, он лучший». В сезоне 1923–24 годов Понсфорд продолжал набирать очки быстрыми темпами. В декабре против Квинсленда он набрал 248 очков и дал партнерство в 456 пробежек с Эдгаром Мэйном — самое высокое партнерство за первую калитку для австралийской пары по сей день. Позже в том же сезоне он набрал два столетия против главных соперников из Нового Южного Уэльса, набрав 110 очков в каждом иннинге.

Дебют в тесте и другие рекорды

Понсфорд дебютировал в международном крикете в сезоне 1924–25 годов. После того, как он набрал 166 очков за Викторию против Южной Австралии и 81 за австралийский XI против приезжающей английской команды, он был выбран для первого теста против Англии на Сиднейском крикет-граунде (SCG). Выступая на третьем номере, Понсфорд присоединился к своему капитану Герби Коллинзу после ухода с поля открывающего бэтсмена Уоррена Бардсли. Хотя Понсфорду поначалу было трудно противостоять "запутанному" свингу Мориса Тейта, опытный Коллинз был достаточно уверен, чтобы перехватить инициативу во время первоначального периода подачи Тейта, и Понсфорд смог набрать столетие (110) в своем дебютном матче. Позже Понсфорд сказал: "Я был очень благодарен Герби за то, что он принимал на себя боулинг Тейта, пока я не освоился. Сомневаюсь, что я бы набрал столетие без его самоотверженного подхода". Он набрал 128 очков во втором тесте в Мельбурне, став первым бэтсменом, забившим столетия в своих первых двух тестах. В сезоне 1925–26 в Австралию не приезжали международные команды, поэтому Понсфорд смог провести полный сезон за Викторию. Он набрал 701 пробег со средним 63,72, включая три столетия, что сделало его четвертым по результативности за сезон. В конце сезона Понсфорд был выбран в австралийскую команду для тура по Англии в 1926 году. Он был одним из самых молодых игроков в составе; 9 из 15 игроков были старше 36 лет. Он хорошо начал тур, набрав столетие (110*) в своем первом иннинге на лордсе против Крикет-клуба Мэрилебона в мае. К сожалению для Понсфорда, тонзиллит заставил его пропустить три недели крикета в июне, и он не был выбран для первых трех тестов английского лета. Он вернулся для четвертого и пятого тестов. Пятый тест был единственным матчем, в котором был зафиксирован результат — победа Англии, — что означало, что хозяева выиграли серию и пепел со счетом 1:0. В своем следующем матче против Нового Южного Уэльса Понсфорд снова переписал историю рекордов. Понсфорд набрал 352 пробега, 334 из которых за один день, и помог Виктории набрать в общей сложности 1107, что остается самым высоким командным результатом в первом классе крикета, побив собственный рекорд Виктории, установленный четыре года назад. После того, как Понсфорд отбил мяч обратно на свои пни и был уволен, он повернулся, чтобы посмотреть на свой сломанный викет, и знаменито сказал: "Вот это невезение!". За сезон Понсфорд набрал 1229 пробегов со средним 122,90, включая шесть столетий и два полустолетия всего из десяти иннингов. В сезоне 1927–28 Понсфорд продолжил то, с чего остановился в конце предыдущего лета. Понсфорд возглавил список лучших по общему количеству пробегов и среднему показателю за сезон, набрав 1217 пробегов со средним 152,12. В декабре 1927 года он улучшил свой собственный мировой рекорд первого класса, набрав 437 против Квинсленда; позже в том же месяце он набрал 202 и 38 против Нового Южного Уэльса, а затем добавил еще 336 против Южной Австралии в период новогодних праздников. Он набрал 1013 пробегов за четыре иннинга. Этот подвиг был частью серии, в которой он забил столетие в рекордных десяти последовательных матчах первого класса с декабря 1926 года по декабрь 1927 года. В январе 1928 года лондонская газета Daily News описала Понсфорда как "самую замечательную и душераздирающую машину для набора очков, когда-либо созданную". Понсфорд совершил тур по Новой Зеландии с австралийской командой в 1928 году. В шести запланированных матчах первого класса он набрал 452 пробега со средним 56,50, уступая только своему открывающему партнеру Биллу Вудфуллу как по среднему, так и по общему количеству пробегов. В сезоне 1929–30 Понсфорд набрал 729 пробегов со средним 45,56, включая три столетия, и занял четвертое место в списке лучших по общему количеству пробегов за сезон.

Борьба и успех

Сильная английская команда под руководством Перси Чепмена, в состав которой входили Джек Хоббс, Герберт Сатклифф, Уолли Хаммонд и Гарольд Ларвуд, совершила турне по Австралии в 1928–29 годах. Форма Понсфорда была хорошей в преддверии тестовых матчей; он набрал 60 неаут для Виктории против туристов и 275* против Южной Австралии. Перед началом тестовой серии Понсфорд заявил в своей колонке в Herald, что "скорость Гарольда Ларвуда в воздухе не так уж и велика для быстрого боулера", но добавил, что "он развивает большую скорость от покрытия". Ларвуд выбил его за 2 и 6 в первом тесте и сломал кость в руке Понсфорда во втором. Травма вывела Понсфорда из строя на оставшуюся часть тестовой серии. В 1930 году Понсфорд во второй раз отправился в Англию с австралийской командой. В дождливое лето Австралия выиграла серию со счетом 2:1, вернув себе Пепел. Вторую поездку в Англию подряд Понсфорд заболел – гастрит заставил его пропустить третий тест на стадионе Хедингли. Несмотря на эту неудачу, Понсфорд набрал 330 пробежек в тестовых матчах со средним показателем 55,00. Wisden написал: "У Понсфорда был гораздо лучший сезон – особенно в тестовых матчах – чем четыре года назад. Помогая своему капитану подавлять боулинг Англии, он проделал большую работу, и, даже если он редко был действительно привлекательным для просмотра, не могло быть никаких сомнений в его мастерстве и в том, как трудно было его вывести из игры". Это изменение мало повлияло на Понсфорда, который набрал 467 пробежек со средним показателем 77,83 против карибских туристов. Понсфорд и Джексон хорошо начали тестовую серию, их партнерство в 172 пробежки во втором иннинге принесло Австралии победу с 10 викетами в первом тесте. Понсфорд почти не дотянул до своего столетия, оставаясь непобежденным на 92. Перед выходом на биту Джексон сказал Понсфорду: "Я вижу, капитан уже готов. Мы не дадим ему ударить!" Еще один век (109) в третьем тесте стал частью партнерства в 229 пробежек с Брэдманом, который затем набрал 223. Понсфорд снова объединился с Вудфуллом в качестве его открывающего партнера в оставшихся тестах после того, как Джексон, заболев и испытывая проблемы с формой, был исключен из состава. Вест-Индия одержала знаменитую победу в пятом тесте, но проиграла серию со счетом 4:1. Брэдман доминировал с битой за Австралию, набрав четыре столетия и в общей сложности 806 пробежек. В то время как Bodyline стремился ограничить Брэдмана, он использовался против всех австралийских бьющих, включая Понсфорда. После того, как Ларвуд дважды выбил его за 32 пробежки в первом иннинге и за 2 во втором иннинге в первом тесте в Сиднее, Понсфорд был исключен из состава команды на второй тест в Мельбурне. Понсфорд вернулся в третий тест в Аделаиде, играя ниже по списку. Тест был противоречивым и крайне напряженным; несколько австралийских бьющих, включая Вудфулла и Берта Олдфилда, были поражены по телу и голове английским быстрым боулингом. Понсфорд был несколько раз поражен во время своего иннинга в 85 пробежек; он предпочитал поворачивать корпус и принимать поднимающиеся мячи на тело – особенно на левую лопатку и ягодицы – вместо того, чтобы рисковать поймать мяч полевыми игроками на ногах. Когда Понсфорд вернулся в раздевалку после своего увольнения, его товарищи по команде были поражены массой синяков, покрывавших его спину и плечи. Понсфорд заметил Биллу О'Рейли: "Я не против получить еще пару, если смогу набрать сто". После неудачи в четвертом тесте Понсфорд снова был отстранен. Агрессивный шквал коротких мячей оказал значительное влияние на технику и карьеру Понсфорда. В трех тестах, в которых Понсфорд сыграл во время серии Bodyline, он оценил, что его поразили около пятидесяти раз. Хотя менеджер английской команды Пелхэм Уорнер считал, что Понсфорд "встретил теорию быстрой ноги храбро и умело", это поведение подверглось критике британского крикетного писателя Р.С. Робертсона Глазго.

Триумф и отставка

После разочарований серии Бодилайн Понсфорд вернулся в домашний крикет в 1933–34 годах, набрав 606 пробежек в среднем 50.50. В конце сезона он был выбран для третьего тура в Англию с австралийской командой в 1934 году. Болезнь вновь прервала английское лето Понсфорда, заставив его пропустить второй тест на «Лордс». В последних двух тестах серии два рекордсмена – Понсфорд и Брэдман – объединились в двух выдающихся партнерствах. Это было самое результативное партнерство в истории тестовых матчей на тот момент и, по состоянию на 2009 год, остается самым высоким партнерством за четвертый уикет для Австралии. Журнал Wisden отметил об игре Понсфорда: «Он сильно бил по мячу и умело выбирал позицию при наборе очков перед калиткой. К тому же, его защита была непоколебима в своей устойчивости и точности». В пятом и решающем тесте на «Овале» было установлено еще более крупное партнерство между Брэдманом и Понсфордом. Дуэт набрал 451 пробежку за второй уикет, в общей сложности 701 пробежку австралийской команды. Брэдман набрал 244 пробежки, а Понсфорд – вновь выбитый уикетом – показал свой лучший результат в тестовых матчах, 266 пробежек. Это партнерство оставалось самым результативным в тестовых матчах до 1991 года и самым высоким за второй уикет до 1997 года. По состоянию на 2009 год оно остается самым высоким в истории тестовых матчей Австралии. Wisden вновь выразил одобрение, сказав: «Трудно найти достаточно высоких слов для похвалы великолепной игры Понсфорда и Брэдмана», но отметил, что «до того, как к нему присоединился Брэдман, Понсфорд проявлял склонность уклоняться от подач Боуза». В четырех тестах английского лета Понсфорд набрал 569 пробежек в среднем 94.83. Его игра позволила ему войти в число пяти лучших крикетеров года по версии Wisden в 1935 году. Никогда не отличавшийся изяществом или элегантностью, Понсфорда скорее можно было назвать надежным и трудолюбивым игроком. В 1934 году он, казалось, бил по мячу гораздо сильнее, чем в 1926 и 1930 годах, когда он был здесь, а его выбор позиции значительно улучшился. Любой мяч, поданный слишком высоко, он почти неизменно использовал в полной мере, а также умело резал и направлял мяч в ногу. Вместе два Билла сформировали еще одно вековое партнерство, прежде чем Понсфорд был уволен за 83; Вудфулл продолжил набрать столетие. Цитата: «Я чувствую усталость от последнего тура. Мне тридцать четыре года, и в этом возрасте начинаешь терять остроту. Тестовый крикет стал слишком серьезным. Это больше не игра, а битва. Я помню, когда все было совсем иначе. Я не хочу упоминать об этом деле с «бодилайном» – я вышел из него. Крикет был другой игрой до «бодилайна». Конечно, я испытываю некоторое сожаление, но лучше уйти из крикета, прежде чем тебя исключат». Билл Понсфорд. Артур Мэйли подозревал, что чувствительность Понсфорда к критике, особенно со стороны прессы, была ключевым фактором его раннего ухода из крикета.

Личная жизнь

Понсфорд начал свою трудовую жизнь в Государственном сберегательном банке. По возвращении из Англии в 1926 году банк предупредил его, что в будущем может не одобрить столь длительные отпуска для игры в крикет. Понсфорд получил выгодное предложение играть за крикетный клуб "Блэкпул", которое он склонялся принять. Эта новость вызвала разочарование у австралийских болельщиков, которые ранее видели, как такие игроки, как Тед Макдональд, покидали Австралию и принимали контракты в профессиональных английских лигах. Новая должность Понсфорда включала организацию работы персонала и контроль за порядком на стадионе крикета в Мельбурне во время матчей по австралийскому футболу и крикету. В 1956 году, после выхода на пенсию Вернона Рэнсфорда, Понсфорд безуспешно подал заявку на должность секретаря клуба, которая фактически являлась должностью генерального директора и одной из самых престижных позиций в австралийском крикете. Однако на эту должность был назначен недавно завершивший карьеру игрок в тестовый крикет Йен Джонсон. Понсфорд познакомился с Верой Нейл в своей местной методистской церкви; они поженились в 1924 году и поселились в пригороде Мельбурна Каулфилд-Саут. У них было два сына, Билл-младший и Джефф. В 1922 году Понсфорд стал масоном и оставался в этом движении до 1985 года, выйдя на пенсию с чином мастера-масона. Во время Второй мировой войны Понсфорд попытался поступить на добровольную службу в Королевские военно-воздушные силы Австралии, но был отклонен из-за дальтонизма. В 1978 году, спустя четыре года после смерти жены, Понсфорд переехал к сыну Джеффу в Вуденд, в сельской местности штата Виктория, и активно занимался боулингом на траве. После операции в 1988 году Понсфорд был госпитализирован в дом престарелых в близлежащем городе Кайнтон. Он умер там 6 апреля 1991 года, будучи старейшим из ныне живущих игроков в тестовый крикет Австралии.

Бейсбол

Бейсбол был довольно популярным видом спорта в Австралии в начале 20-го века, и Понсфорд на протяжении всей своей спортивной карьеры чередовал крикет и бейсбол. В то время в Австралии в бейсбол обычно играли зимой, поскольку многие ведущие игроки были увлеченными крикетистами, которые рассматривали этот вид спорта как способ улучшить свои навыки игры в поле. Как и в крикете, Понсфорд начал свою бейсбольную карьеру в школе Альфреда Крессента, где его тренером был бывший игрок из штата Виктория Чарльз Лэндсдаун. В юности Понсфорд играл на позиции шортстопа, а позже, выступая за бейсбольный клуб «Фитцрой», перешел на позицию кэтчера. Понсфорд быстро прогрессировал, и к 1913 году был включен в состав школьной сборной штата Виктория для участия в турнире в Аделаиде. В следующем году он был снова выбран – уже в качестве кэтчера – для участия в первом национальном чемпионате среди школьных команд в Сиднее. В 1925 году Понсфорд был капитаном команды штата Виктория и выбран на позицию центрального игрока в австралийскую сборную, которая провела три матча против команды Тихоокеанского флота США, прибывшей в Мельбурн. В этих трех матчах, выигранных австралийцами, Понсфорд сделал пять результативных ударов, пробежал восемь баз, а его процент отбивания составил .357. Следующий матч Понсфорда против американских соперников состоялся против команды Стэнфордского университета, посетившей Австралию в 1927 году. Команда штата Виктория, за которую выступал Понсфорд, победила Стэнфорд со счетом 5:3; это было единственное поражение гостей в рамках тура. В 1934 году Понсфорд одновременно завершил карьеру в бейсболе и крикете. Джо Кларк, автор книги «История австралийского бейсбола», отметил: «Многие считают Понсфорда лучшим бейсболистом своего времени в Австралии». Аналогичное утверждение было сделано и в официальной программе Клэкстонского щита 1952 года, проходившего в Перте.

Наследие и статистический анализ

В первоклассном крикете Понсфорд набрал 13 819 пробежек, имея средний показатель 65,18. По состоянию на 2009 год это был пятый по величине средний показатель за карьеру среди всех игроков в мире. Понсфорда не удовлетворяло простое достижение сотен; он стремился набирать 200 и более пробежек. Придя в большой крикет за несколько лет до Брэдмана, некоторое время Понсфорд считался самым результативным игроком в истории крикета. Джек Финглтон утверждал, что «истинная оценка достижений Понсфорда едва начала осознаваться, когда Брэдман безжалостно вытеснил его из общественного внимания».

Понсфорд был известен игрой в партнерствах, участвуя в пяти, которые принесли более 375 пробежек каждый. Вместе они провели 23 результативных партнерства, 12 из которых превысили 150 пробежек. За заслуги перед крикетом Понсфорд был удостоен звания Члена Ордена Британской империи (MBE) в рамках новогодних наград 1982 года, объявленных 31 декабря 1981 года. Понсфорд был одним из десяти первоначальных членов, когда Австралийский Зал славы крикета был открыт в 1996 году. В 2000 году Понсфорд и Артур Моррис были выбраны открывать подачу для Команды века Австралийского совета по крикету – теоретического состава лучшей команды австралийских крикетёров XX века. В 2001 году Понсфорд был включен в Команду века Мельбурнского крикет-клуба. В 1986 году Западная трибуна Мельбурнского крикетного стадиона была переименована в «Трибуну имени В. Х. Понсфорда». Сын Понсфорда описал его реакцию на эту честь как «несказанную радость», но он согласился на переименование только при условии, что его не будут привлекать к каким-либо публичным выступлениям или интервью со СМИ. В рамках продолжающейся модернизации MCG трибуна имени В. Х. Понсфорда была снесена; новая трибуна была завершена в 2004 году и вновь названа в его честь. Статуя крикетёра была установлена у трибуны имени В. Х. Понсфорда в 1995 году – одна из серии, установленных вокруг стадиона в память о спортивных героях Австралии.

Стиль и личность

Отвечая на прозвище "Пуддин", Понсфорд был коренастым мужчиной, весившим около [указать вес в фунтах или килограммах] в течение своей игровой карьеры. Понсфорд был известен своей способностью поддерживать высокую концентрацию в течение длительного времени. У него была склонность слишком сильно смещаться в сторону офф-сайда, что открывало его ногу и приводило к тому, что ему шесть раз выбивали ногу в матчах против Англии. Однако Рэй Робинсон считал, что "ни один боулер не смог бы пронести мрамор, не говоря уже о [крикетном] мяче, между его битой и левой ногой". Финглтон писал: "Он немного приседал у калитки, нетерпеливо постукивал битой по земле в ожидании мяча, и его ноги так рвались в движение, что начинали импульсивно двигаться вперед прямо перед броском. Этот смещение иногда выводило его через площадку против быстрого боулера, но в остальном его работа ног была безупречной. Я никогда не видел лучшего игрока, направляющего мяч на он-сайд, и для этого удара его тело красиво занимало позицию". Однако Понсфорд не был стильным бэтсменом. Брэдман сказал: "Были более элегантные игроки, но с точки зрения абсолютной эффективности и результатов, с кем можно сравниться с [Понсфордом]?" Робинсон описал Понсфорда как "основоположника тотального бэттинга, первого, кто привык рассматривать 100 как лишь начало битвы в кампании за более крупный триумф". Артур Мейли, боулер из Нового Южного Уэльса и Австралии, позже сказал: "Я не думаю, что Понни так радовался набранным ранам, как дискомфорту боулеров, особенно тех, что из Нового Южного Уэльса". Понсфорд использовал тяжелую биту, прозванную "Большой Бертой". Соперники иногда шутили, что бита Понсфорда была больше, чем разрешено правилами крикета, и действительно, в одном матче в Сиднее она оказалась немного больше допустимого размера – результат расширения биты от его мощных ударов. На протяжении всего иннинга Понсфорд надвигал кепку дальше налево. Робинсон утверждал, что "если вы видели, как козырек под углом направлен к его левому уху, можно было понять, что он идет к своей второй сотне". Поступив на службу в Королевские военно-воздушные силы Австралии, Понсфорд обнаружил у себя аномальное цветовосприятие, неспособность различать красный и зеленый цвета. Осматривавший его врач был удивлен и спросил Понсфорда: "Какого цвета, по-вашему, был [мяч] после износа?" Понсфорд ответил: "Я никогда не обращал внимания на его цвет, только на размер". Последующее исследование выявило у Понсфорда специфическое цветовосприятие – протанопию, форму дихроматизма, при которой красный цвет кажется темным. Понсфорду не нравилось играть на мокрых от дождя площадках. Во время туров его товарищи по команде не спрашивали, шел ли вчера дождь, а просто: "Проснулся ли Понни ночью?" – по легенде, даже малейшая капля дождя будила его и заставляла тревожиться из-за необходимости играть на "липком" поле утром. Кроме того, когда Понсфорда фотографировали, он опускал голову, чтобы кепка закрывала большую часть его лица. На работе он не любил общаться с публикой и просил сотрудников говорить посетителям, что его нет на месте, хотя часто был прекрасно виден. Билл О'Рейли сказал о Понсфорде: "Он говорил редко и только тогда, когда мог улучшить молчание". Тем не менее, он пользовался популярностью у товарищей по команде и, как говорили, обладал сухим чувством юмора.