Введение

Джошуа Скоттю (Англия, около 1540 года) 1618 Бостон, штат Массачусетс, США, 20 января 1698), был американским колониальным купцом и автором двух историй ранней Новой Англии: "Слёзы стариков за их собственные упадки" (1691) и "Рассказ о посадке колонии Массачусетс Anno 1628" (1694).

Жизнь

Скоттоу эмигрировал в Массачусетс между 1630 и 1634 годами со своей вдовой матерью Томасиной и старшим братом Томасом. Он поселился в Бостоне и был принят в члены Старой (Южной) церкви в 1639 году. В 1640 году он женился на Лидии (фамилия неизвестна), и у них родилось семь детей. Он приобрел значительное богатство, торгуя с Акадией, занимаясь набережной и развивая пограничные поселения возле Скарборо, штат Мэн. В ноябре 1658 года Уильям Кроун, владелец Новой Шотландии, сдал часть колонии в аренду Скоттву и капитану Джорджу Кервину (дедушке верховного шерифа Джорджа Корвина). Он служил капитаном в войне короля Филиппа вместе с помилованным пиратом Питером Родериго. Его пережили жена и четверо детей, три дочери и сын Томас, который окончил Гарвардский колледж в 1677 году.

Сочинения

Скотт был пуританом и называл себя "Старым плантатором". В обеих его историях говорится, что поколение, основавшее Новую Англию, было "оживлено, как с одной душой" для достижения тысячелетней религиозной миссии, и что нынешнее поколение (1690-е годы) потеряло свое внимание и лояльность. Язык Скотта наполнен библейскими и классическими отсылками.

Противодействие процессам по колдовству

В 1656 году Скоттю, похоже, выступил против какого-то аспекта судебного преследования Энн Хиббинс, которую обвинили в колдовстве. Скотт не был один. Другой современник, критикующий судебный процесс, преподобный. Джон Нортон (герой Скотто) шутил, что Хиббинс "была повешена за то, что у нее было больше остроумия, чем у ее соседей". Энн Хиббинс была казнена 19 июня 1656 года, а Скотт был одним из пяти мужчин, названных в ее завещании. Зимой после ее казни Скоттю впервые была избрана городским депутатом. Примерно в то же время, когда его избрали, Скоттю, похоже, почувствовал давление, чтобы отозвать свою первоначальную поддержку Хиббинса и извиниться перед судом. "Он заявил, что не намерен возражать против решения Генерального суда по делу миссис Энн Хиббинс: "Я искренне сожалею, что что-либо из моего, будь то словесно или в письменной форме, может оскорбить уважаемый Суд, моих дорогих братьев в церкви или кого-либо еще". Скоттоу вернулся к этой же теме почти 40 лет спустя, в 1694 году. Это было менее чем через два года после печально известных судебных процессов в Салеме, о которых он подробно рассказывает в своем "Рассказе о посадке", что делает эту работу важным современным источником. Скотт снова, кажется, выступает на стороне предполагаемой невиновности и против обвинителей, чьи свидетельства были непостоянными и противоречивыми ("сказано, и не сказано"). Он далее обвиняет отход от несуеверного богословия, преподаваемого Жаном Кальвином ("Женева") и принятого ранними учителями: "Можно ли рационально предположить: что если бы мы не отказались от пасторов, учителей, и правящих старейшин, и церквей, выполняющих свой долг, как раньше, то Рягущий Лев [отец лжи] мог бы получить так много земли на нас " Скоттов включает в себя подсчет, " более двухсот обвиняемых, сто заключенных, тридцать осужденных, и двадцать казненных". В предыдущее десятилетие Инкрейс Мэзер и его сын Коттон Мэзер оба были трудолюбивыми в правительстве Новой Англии и написали несколько восторженных книг о колдовстве. Скотт также был близким соседом одного из судей Сэмюэля Сьюолла. Приведение судебных процессов по колдовству к концу, Скотт seemsу, кажется, отдает должное относительно не ревностному руководству громогласного и не литературного губернатора, уроженца Уильяма Фипса, "который был божественно предназначен и человечески уполномочен быть пилотом и штурвалом этого бедного судна, который был в тумане и был затуманен в море смерти и смертельном море колдовства и очарования; по поведению небес в соответствии с целостностью его сердца, не доверяя рулю в любой другой руке, ему доверяли Бог и их Величества, он так счастливо сформировал и неуклонно направлял ее курс, когда она избежала кораблекрушения, как Кирцеанский узел заклинания вытащил нас из извилистого и кривого лабиринта меандров ада ".