Введение

Юридический термин "преднамеренное злодеяние" – это "предумышленность" или "заранее принятое решение" (с недобрым умыслом), требуемое в качестве элемента некоторых преступлений в определенных юрисдикциях и являющееся уникальным элементом для убийства первой степени или убийства при отягчающих обстоятельствах в некоторых из них. Насколько этот термин все еще используется, его техническое значение существенно изменилось со временем.

Этимология

Malice aforethought – это прямой перевод французского термина malice prépensée, поэтому прилагательное следует за существительным, как и во французском языке.

Юридическая история

Это величайший критерий, который теперь отличает убийство от иного лишения жизни: и эта преднамеренная злоба, *malitia praecogitata*, не столько представляет собой ненависть или злобу по отношению к конкретной жертве, сколько любой злонамеренный умысел в целом; диктат испорченного, развращенного и злобного сердца: *un disposition a faire un male chose* [склонность к совершению зла]: и она может быть выражена явно или подразумеваться законом. Первое упоминание о преднамеренной злобе датируется правлением Ричарда II в 1389 году. В 1390 году парламент определил убийство как "смерть человека, нанесенную засадой, нападением или преднамеренным злодеянием". С тех пор присяжным предписывалось рассматривать, было ли тяжкое преступление совершено с преднамеренной злобой. Инструкция для присяжных 1403 года, записанная в рукописи XVI века, написанной Эдвардом Стиллингфлетом, гласит:

Некоторые ученые считают, что концепция преднамеренной злобы берет начало в англосаксонском праве, однако эта связь оспаривается. Англосаксонская правовая концепция *forsteal* включала в себя подстерегание и засаду, но остается неясным, требовались ли предварительное обдумывание или намерение для признания деяния убийством в этот ранний период. Утверждается, что *forsteal* трансформировалось в *agwait purpense* в средневековом английском праве, которое также называлось *agwait premeditatus* на латыни, и сохранилось как пережиток в тех штатах, где существует отдельное обвинение в убийстве первой степени. Начиная с 1891 года, суды Техаса были перегружены дискуссиями о том, должна ли "злоба" быть выражена явно или подразумеваться в инструкциях судьи для присяжных. Однако, редакция Техасского уголовного кодекса 1970-х годов устанавливает, что убийство должно быть совершено "намеренно или осознанно" в Техасе.

Англия

В английском праве, требование mens rea для убийства состоит либо в намерении убить, либо в намерении причинить тяжкие телесные повреждения. В деле R v Moloney [1985] лорд Бридж постановил, что намерение, определяемое требованием mens rea для убийства, «означает именно намерение», поэтому присяжные должны использовать термин «намерение» в юридическом смысле, как они используют его в обычной речи. Кроме того, он постановил, что для установления mens rea убийства необходимо нечто большее, чем простое предвидение или знание того, что смерть или серьезные телесные повреждения являются «естественным» следствием действий: должны быть четкие доказательства намерения. Этот элемент намерения выполняется, когда мотив или цель подсудимого заключались в причинении смерти или тяжких телесных повреждений (также известное как «прямое намерение»), но также и когда мотив или цель подсудимого не заключались в причинении смерти или тяжких телесных повреждений, но (как установил лорд Стейн в деле R v Woollin) смерть или тяжкие телесные повреждения были «практически неизбежны» в результате действий подсудимого, и подсудимый осознавал это (также известное как «косвенное намерение»).

Австралия

Злой умысел больше не рассматривается как обязательный элемент субъективной стороны преступления для признания виновным в убийстве. Этот термин является собирательным и охватывает все состояния ума, достаточные для установления вины в убийстве. В большинстве австралийских юрисдикций требуется определенная степень фактического осознания обвиняемым последствий своих действий для оправдания обвинительного приговора за убийство. Высокий суд Австралии подтвердил, что существует спектр субъективной стороны преступления, варьирующийся от намерения убить до безрассудного безразличия, что может иметь значение для вынесения обвинительного приговора за убийство. Однако Высокий суд постановил, что для признания виновным в непредумышленном убийстве доказывать наличие злого умысла не требуется. Полный состав Верховного суда штата Виктория разграничил два вида непредумышленного убийства: непредумышленное убийство, совершенное по неосторожному безразличию, и непредумышленное убийство, совершенное по уголовной халатности, в деле *R v Nydam*, где злонамеренность была окончательно исключена как элемент состава преступления при обвинении в непредумышленном убийстве по уголовной халатности.