Фрэнк Райан: Жизнь и политическая деятельность ирландского республиканца.

Введение

Ирландский республиканец (1902–1944)

Фрэнк Райан (Proinsias Ó Riain; 11 сентября 1902 – 10 июня 1944) был ирландским политиком, журналистом, сотрудником разведки и военизированным активистом. Он впервые получил известность как ирландский республиканский активист в Университетском колледже Дублина и воевал в Ирландской республиканской армии во время Ирландской гражданской войны. Райан попал под влияние Педара О’Доннелла, сторонника социализма в ирландском республиканском движении, что привело к разрыву с ИРА и участию в создании новой политической организации – Республиканского конгресса, а также к редактированию его газеты «An Phoblacht». Райан участвовал в Гражданской войне в Испании на стороне Народного фронта, сражаясь в составе Международных бригад, организованных Коминтерном (позже известных как колонна Коннолли). После захвата пронационалистическими итальянцами он был приговорен к смертной казни. В 1940 году Райан был освобожден из тюрьмы при содействии немецких властей. После этого он сотрудничал с нацистской Германией, полагая, что вторжение Германии в Британию будет полезно для ирландского национального дела.

Ранние годы

Райан родился в городке Ботмстаун, Элтон, графство Лимерик. Его родители, Вер Фостер Райан и Энни Слэттери, были учителями Национальной школы в Ботмстауне (приход Ноккаини), увлекались ирландской традиционной музыкой и жили в доме, полном книг. Он учился в колледже Святого Колмана в Фермое. С тех пор он посвятил себя возрождению ирландского языка. Он изучал кельтские исследования в Университетском колледже Дублина, где был членом учебного корпуса Ирландской республиканской армии (ИРА). Он покинул колледж до окончания, чтобы в 1922 году присоединиться к Восточно-Лимерикской бригаде ИРА. Он сражался на стороне противников Договора в Ирландской гражданской войне, был ранен и интернирован. В ноябре 1923 года он был освобожден и вернулся в Университетский колледж Дублина. Он активно участвовал в нескольких ирландских обществах и в 1924 году выиграл золотую медаль Cumann Gaedhealach за ораторское искусство на ирландском языке. В эпоху гэльского возрождения ему было поручено писать для изданий на ирландском языке, он некоторое время редактировал An Reult (The Star). Он основал университетский республиканский клуб и возглавил его на демонстрациях перед окончанием учебы в 1925 году. После университета он преподавал ирландский язык в школе Маунтджой (протестантская школа в Дублине), но журналистика была его призванием. Его основной работой было редактирование Irish Travel для Туристического совета, а также редактирование An tÓglach (Доброволец) для ИРА. Вечерами он преподавал ирландский язык в Conradh na Gaeilge, читал лекции по истории и литературе и иногда организовывал céilidh. В 1926 году он был назначен адъютантом Дублинской бригады и получил задание по реорганизации. Райан всегда был антиимпериалистом, и Пидар О’Доннелл считал, что наибольшее влияние на его мышление в те дни оказал Конгресс Лиги против империализма в Брюсселе, в котором он участвовал вместе с Домхналлом О’Донахью в качестве делегатов ИРА в феврале 1927 года. В 1929 году Райан был назначен редактором республиканской газеты An Phoblacht, где работал вместе со своим помощником Джеффри Коултером. Вместе они превратили ее в живую политическую газету, значительно увеличив читательскую аудиторию. В том же году он был избран в Армейский исполнительный орган, орган, подчиняющийся Армейскому совету ИРА. Начиная с 1928 года и продолжаясь до середины 1930-х годов, Райан состоял в романтических отношениях с Розамон "Роисин" Джейкоб, соратницей-республиканкой и социалисткой. Они познакомились на занятиях Райана по ирландскому языку. Из-за ряда факторов, таких как разница в возрасте (ей было 40, а ему 26 лет на момент знакомства, когда в Ирландии было принято, чтобы женщины были моложе своих партнеров), их разные религиозные убеждения (Райан формально был католиком, Джейкоб – квакером) и тот факт, что они не были женаты, эти отношения считались "романом", и они верили, что должны держать их в секрете. В мае 1930 года Райан провел несколько недель в США, выступая на ирландских конгрессах, где стал свидетелем начала Великой депрессии и разрушительных последствий безработицы. В 1931 году он был заключен в тюрьму за публикацию подстрекательских статей в An Phoblacht. Позже в том же году он был снова заключен в тюрьму за неуважение к суду. После победы Фианна Файл на всеобщих выборах в Ирландии в 1932 году Райан был освобожден из тюрьмы в марте 1932 года вместе с тысячами других республиканских заключенных в рамках общей амнистии, а волонтеры ИРА, поддерживавшие Конгресс, были отстранены. Впоследствии Гилмор, Райан и О’Доннелл продолжили работу в Республиканском конгрессе, и Райан стал редактором его одноименной газеты. Близким другом Райана был поэт, ирландский республиканец и левый политический активист Чарли Доннелли, который создал отделение Республиканского конгресса в Лондоне. Доннелли присылал статьи о ситуации в Британии для публикации в газете Ирландского конгресса. В течение нескольких месяцев разгорелись споры как внутри ИРА, так и между ИРА и различными левыми организациями о том, как реагировать на давление правительства, растущую фашистскую тенденцию Fine Gael и стоит ли участвовать в выборах. Руководству ИРА удалось придерживаться своего традиционного пути, хотя оно и активно противостояло Блюширтам. В 1935 году Райан основал два издательства, Cooperative Press и Liberty Press, чтобы обойти трудности в публикации левых материалов. Во время забастовок в первой половине этого года (мясных лавок в январе, трамвайной и автобусной забастовки в марте) и агитации за освобождение заключенных ИРА, которая была расколота между левым и консервативным крылом и находилась под огромным давлением со стороны правительства, Республиканский конгресс начал распадаться из-за идеологических разногласий. Райан, Гилмор и О’Доннелл считали, что Конгресс должен быть единым фронтом, служащим знаменем для всех ирландских республиканцев, в то время как другая фракция, включавшая таких людей, как Родди Коннолли и членов Коммунистической партии Ирландии, считала, что он должен быть авангардной партией. На катастрофическом собрании Конгресса, состоявшемся в Ратмайне, Дублин, в сентябре 1934 года, было проведено голосование по этому вопросу, в результате которого победила концепция единого фронта, но сразу же сторонники авангардной партии встали, массово вышли из партии и покинули ее, что стало ударом, от которого она так и не оправилась, и привела к ее прекращению деятельности к 1936 году. Кардинал МакРори публично предположил, что государство должно подавить Республиканский конгресс. 22 сентября 1936 года Райан ответил на это предложение: "Могу ли я заверить Ваше Высокопреосвященство, что как католик я буду принимать свою религию от Рима, но как ирландский республиканец я не буду принимать свою политику ни от Москвы, ни от Мейнута" (Мейнут – резиденция Ирландской католической епископской конференции). Конгресс начал публиковать материалы о республиканском деле Испании на общественных собраниях. Это было непросто, учитывая силу про-франковских настроений в то время, которые разжигались некоторыми представителями католической церкви и Irish Independent. Встречи в поддержку республиканцев часто подвергались нападкам, и однажды Райану пришлось залезть на фонарный столб, чтобы спастись от толпы, напавшей на собрание, которое он проводил на Йорк-стрит в Дублине. О’Доннелл (из-за возраста) и Гилмор (из-за сломанной ноги) не могли вернуться в Испанию, чтобы сражаться. Несмотря на свою глухоту, в конце 1936 года Райан отправился в Испанию с примерно 80 мужчинами, в том числе дублинцем Томми Вудом, которому было 17 лет. Ему удалось набрать добровольцев для участия в Международных бригадах на республиканской стороне. Его людей иногда называют "Колонной Коннолли". Он служил в бригаде Линкольна-Вашингтона, дослужившись до звания бригадного командира. Он был прикреплен к штабу XV Международной бригады, отвечал за пропаганду: писал, вещал и посещал передовую, чтобы увидеть условия воочию. Райан участвовал в нескольких сражениях, был ранен в битве при Хараме (12 февраля 1937 года) и принял командование Британским батальоном (ирландцы были разделены между этим и батальоном Линкольна) после того, как он понес большие потери. Он был серьезно ранен в марте 1937 года и вернулся в Ирландию для восстановления. Он воспользовался своим возвращением, чтобы запустить еще одну левую республиканскую газету под названием The Irish Democrat. Вернувшись в Испанию, он снова служил в войне до своего захвата в марте 1938 года итальянскими войсками, сражавшимися за националистов. Его обвинили в убийстве, предали военному трибуналу и приговорили к смерти, после чего заключили в тюрьму в Бургосе в 1938 году. Находясь в тюрьме в тяжелых условиях в Бургосе, Райан отказался петь националистический гимн или отдавать фашистское приветствие. Он находился под смертным приговором в течение 16 месяцев. В это время он выразил свое несогласие с кампанией ИРА по бомбардировкам в Англии. Его приговор был впоследствии заменен на 30 лет каторжных работ в январе 1940 года.

Ryan was born in the townland of Bottomstown, Elton, County Limerick. His parents, Vere Foster Ryan and Annie Slattery, were National School teachers at Bottomstown (parish of Knockainey) with a taste for Irish traditional music, and they lived in a house full of books. He attended St. Colman's College, Fermoy. From then on he was devoted to the restoration of the Irish language. He studied Celtic Studies at University College Dublin, where he was a member of the Irish Republican Army (IRA) training corps. He left before graduating to join the IRA's East Limerick Brigade in 1922. He fought on the Anti Treaty side in the Irish Civil War, and was wounded and interned. In November 1923 he was released and returned to University College Dublin. He was active in several Irish language societies, winning the Cumann Gaedhealach's gold medal for oratory in Irish in 1924. During the Gaelic Revival era, he was commissioned to write for Irish language publications – he briefly edited An Reult (The Star). He formed the University Republican Club and led it on demonstrations before graduation in 1925. After university, he taught Irish at Mountjoy School (a Protestant school in Dublin), but journalism was his vocation. His day job was editing Irish Travel for the Tourist Board, while he also edited An tÓglach (The Volunteer) for the IRA. Evenings were devoted to teaching Irish at Conradh na Gaeilge, lecturing in history and literature, and leading the occasional céilidh. In 1926, he was appointed adjutant of the Dublin Brigade and given the job of reorganisation. Ryan was always an anti imperialist, and Peadar O'Donnell believes the biggest influence on Ryan's thinking in those days was the Congress of the League against Imperialism in Brussels, which he attended with Domhnall O'Donoghue, both as delegates of the IRA, in February 1927. In 1929, Ryan was appointed editor of the Republican newspaper An Phoblacht, where he worked alongside Geoffrey Coulter, his assistant. Together they turned it into a lively political paper, boosting the readership substantially. In this year he was elected to the Army Executive, a body one below the IRA Army Council. Starting in 1928 and lasting until the mid 1930s, Ryan would enter into a romantic relationship with Rosamond "Róisín" Jacob, a fellow Republican and socialist. The pair met through Ryan's Irish language classes. Because of a number of factors, such as the age difference between the two (she was 40 and he was 26 when they met, at a time when the norm in Ireland was that women should be younger than their partners), their different religious backgrounds (Ryan was nominally a Catholic, Jacob nominally a Quaker) and the fact that they were unwed, the relationship was considered "an affair" and they believed that it had to be kept a secret. In May 1930, Ryan spent several weeks in the US, addressing Irish conventions, where he witnessed the start of the Great Depression, and the ravages of unemployment. In 1931, he was imprisoned for publishing seditious articles in An Phoblacht. Later that year, he was again imprisoned for contempt of court. Following the victory of Fianna Fáil in the 1932 Irish general election, Ryan was released from prison in March 1932 alongside thousands of other republican prisoners as part of a general amnesty. while IRA volunteers who supported the Congress were stood down. In the aftermath, Gilmore, Ryan and O'Donnell pressed ahead with the Republican Congress, with Ryan becoming editor of its eponymous newspaper. Ryan's close friend was the poet, Irish republican and left wing political activist Charlie Donnelly who had formed a Republican Congress branch in London. Donnelley sent articles concerning the situation in Britain for publication in the Irish Congress newspaper. For months arguments raged both within the IRA and between the IRA and various left wing organisations on how to deal with Government pressure, the growing Fascist tendency of Fine Gael, and whether to participate in elections. The IRA leadership managed to keep to its traditional path, though it did actively confront the Blueshirts. In 1935, Ryan established two publishing concerns, the Cooperative Press and Liberty Press, to circumvent the difficulties in publishing left wing material. During strikes in the first half of that year (butchers' shops in January, a tram and bus strike in March) and agitations for the release of IRA prisoners which was still torn between a left wing and a conservative faction and under tremendous pressure from the Government. Meanwhile, the Republican Congress began to split apart over ideological disputes. Ryan, Gilmore and O'Donnell believed that the Congress should be united front that served as a banner for all Irish Republicans while another faction featuring the likes of Roddy Connolly and members of the Communist Party of Ireland believed it should be a vanguard party. At a disastrous meeting of the Congress held in Rathmines, Dublin in September 1934 a vote was taken on the issue in which the United Front concept won out, but immediately those favouring a vanguard party stood up, resigned en masse and walked out of the party, a blow from which it never truly recovered, leading it to become defunct by 1936. Cardinal McRory publicly suggested that the State should suppress the Republican Congress. On 22 September 1936 Ryan replied to that suggestion:" may I assure your Eminence that as a Catholic I will take my religion from Rome, but as a Irish Republican, I will take my politics from neither Moscow nor Maynooth." (Maynooth is the seat of the Irish Catholic Bishops' Conference). The Congress started publicising the Spanish Republican cause in public meetings. This was no easy task, given the strength of pro Franco feeling at the time, which was whipped up by sections of the Catholic Church and the Irish Independent. Pro Republican meetings were frequently challenged, and on one occasion Ryan had to climb up a lamp post to escape from a crowd which attacked a meeting he was addressing in York Street, Dublin. Neither O'Donnell (due to his age) nor Gilmore (due to a broken leg) were in a position to return to Spain to fight. Despite his deafness, in late 1936 Ryan travelled to Spain with about 80 men, including Dubliner Tommy Wood, who was 17. He had succeeded in recruiting to fight in the International Brigades on the Republican side. Ryan's men are sometimes referred to as the "Connolly Column". He served in the Lincoln Washington Brigade, rising to the rank of Brigadier. He was attached to the staff of the XV International Brigade in charge of publicity: writing, broadcasting and visiting the front line to see conditions first hand. Ryan fought in a number of engagements, he was wounded at the Battle of Jarama (12 February 1937) and he took over command of the British Battalion (the Irish were split between this and the Lincoln Battalion) after it suffered heavy losses. He was seriously wounded in March 1937, and returned to Ireland to recover. He took advantage of his return to launch another left republican newspaper, entitled The Irish Democrat. On his return to Spain, he again served in the war until he was captured in March 1938 by Italian troops fighting for the Nationalists. He was accused of murder, court martialled, and sentenced to death before being incarcerated in Burgos Prison in 1938. While imprisoned under harsh conditions in Burgos, Ryan refused to sing the Nationalist anthem or give the fascist salute. He was under the death sentence for 16 months. During this time he expressed his disagreement with the IRA bombing campaign in England. His sentence was later commuted to 30 years hard labour in January 1940.

"Побег" из тюрьмы Бургоса в 1940 году

В октябре 1938 года Райана посетил в тюрьме Бургоса ирландский министр в Испании Леопольд Керни. Керни нанял адвоката для Райана (Хайме Мишель де Шампурсин, оплаченного ирландским правительством), но, несмотря на все его усилия, он не смог добиться освобождения Райана. Освобождение Райана в руки Абвера 15 июля 1940 года стало возможным благодаря связям де Шампурсина с главой Абвера (немецкой военной разведывательной организации) Вильгельмом Канарисом и в правительстве Франко. Передача произошла на франко-испанской границе в Ируне-Эндайе. В то время было распространено сообщение о том, что Райан "сбежал". Райана доставил к границе агент Абвера из Мадрида Вольфганг Блаум и передал зондерфюреру Курту Галлеру. От границы Райана сначала отвезли в курортный город Биарриц, а затем в Париж, где он несколько дней находился под присмотром Абвера. После этого его перевезли в Берлин, где 4 августа 1940 года он встретился с Шоном Расселом.

Отношения Райана и ИРА с Германией

Во время заключения в Берлине Райана познакомили с полковником СС Эдмундом Висенмайером. Висенмайер, в рамках своей деятельности, связанной с переездами между СС и немецким министерством иностранных дел, был тесно вовлечен в планирование всех операций Abwehr в Ирландии в 1940–1943 годах, особенно тех, что касались Рассела и миссии под кодовым названием «Операция Голубь». Когда Рассел заболел и умер во время путешествия (от перфоративной язвы), миссия была впоследствии прервана, и Райан вернулся в Германию через Бордо. После провала «Операции Голубь» Райан остался в Берлине. С осени 1940 года по январь 1943 года он жил в «большой мрачной квартире» в Берлине со знакомым из Ирландии, Хельмутом Клиссманом. Клиссман был женат на Элизабет «Бадж» Мулкахи из графства Слайго, подруге Райана и Леопольда Керни. Будучи студентом по обмену в Дублине в 1930-х годах, Клиссман хорошо знал Райана и других республиканцев и социалистов; до прихода Гитлера к власти он состоял в левой студенческой организации. Райан был нездоров из-за ранения и лечения в испанской тюрьме, и однажды у него случился инсульт, но он оставался общительным и окружил себя небольшим кругом друзей. Ему приходилось оставаться инкогнито и в целом избегать обсуждения политики. Он становился все глуже (хотя друзья предполагали, что он иногда притворялся глухим, чтобы избежать неприятных разговоров с немецкими властями), поэтому его нельзя было оставлять одного ночью – он не слышал вой сирен противовоздушной обороны. Позже ему приходилось проводить дни на улице или в кафе (где он подружился с Фрэнсисом Стюартом, которого он знал из Дублина), чтобы люди могли видеть его, если зазвучат сирены. Он приносил Стюарту ирландские газеты и, имея возможность получать дополнительные пайки, щедро делился ими со своими друзьями. Взамен Стюарт брал Райана, у которого было много свободного времени, в поездки по сельской местности и на экскурсии со своими учениками. Стивен Хейс, начальник штаба ИРА, утверждал, что Райан и Стюарт вели пропагандистскую работу среди ирландских военнопленных. Это было неправдой. Они посетили лагерь для ирландских заключенных, которые выразили намерение вступить в «ирландскую гвардию». Райан и Клиссман также посетили лагерь, где находились люди, намеревавшиеся создать эту гвардию. Райан не имел к этому никакого отношения, и эта затея провалилась. Райан сожалел о посещении лагеря и сказал Стюарту, что вся схема его разочаровала; он сочувствовал только тем, кто, как он и его товарищи, находился в лагерях для военнопленных. Около конца 1940 года в ирландской прессе началась кампания «Где Фрэнк Райан?». В ответ Фрэнк Райан написал письмо Леопольду Керни, ирландскому министру в Мадриде, объясняя свое местонахождение. Правительство Эйре было проинформировано о местонахождении Райана в период с 11 по 19 декабря 1940 года Элизабет «Бадж» Клиссман, которая лично доставила письмо от имени Райана. Райан поручил Клиссману не сообщать Керни о смерти Рассела на борту U 65, хотя эта информация, по-видимому, уже просочилась.

On his imprisonment in Berlin, Ryan was introduced to SS Colonel Edmund Veesenmayer. Veesenmayer, as part of his roving SS and German Foreign Ministry brief, was intimately involved in the planning of all Abwehr operations in Ireland during 1940 – 1943, particularly those involving Russell and a mission code named Operation Dove. When Russell became ill and died during the journey (of a perforated ulcer), the mission was subsequently aborted and Ryan returned to Germany via Bordeaux. After the failure of Operation Dove, Ryan remained in Berlin. Between Autumn 1940 and January 1943 he lived in a "large gloomy flat" in Berlin with an acquaintance from Ireland,Helmut Clissman. Clissmann was married to Elizabeth "Budge" Mulcahy of County Sligo, a friend of both Ryan and Leopold Kerney. As an exchange student in Dublin in the 1930s Clissmann had known Ryan and other republicans and socialists well; before Hitler came to power, he had been a member of a left wing student organisation. Ryan was not in good health as a result of his wound and treatment in the Spanish prison, and at one stage he had a stroke, but he remained convivial and drew around him a small circle of friends. He had to remain incognito and in general did not discuss politics. He grew increasingly deaf (though his friends suggested that he sometimes feigned deafness to avoid uncomfortable conversations with the German authorities) so that he could not be left alone at night – he could not hear the anti aircraft sirens. He later had to spend his days outdoors or in cafés (where he became friendly with Francis Stuart, whom he had known from Dublin) so that people could see him if the sirens sounded. He took Irish newspapers to Stuart and, being in a position to get extra rations, shared them generously with his friends. In return, Stuart took Ryan, who had a lot of time on his hands, on trips to the countryside and on outings with his students. Stephen Hayes, Chief of Staff of the IRA, claimed that Ryan and Stuart were carrying out propaganda work among Irish prisoners of war. This was untrue. They visited a camp for Irish prisoners, who signified their intent of joining an "Irish Guard". Ryan and Clissmann also visited a camp containing some men who intended setting up this Guard. Ryan had nothing to do with this and the scheme came to nothing. Ryan regretted visiting the camp and told Stuart that the whole scheme disheartened him; he only had sympathy with men who were, like he and his comrades had been, in prison camps. Around the end of 1940, a "Where is Frank Ryan?" campaign began in the Irish Press. In response, Frank Ryan wrote a letter to Leopold Kerney, Irish Minister in Madrid, explaining his whereabouts. The Government of Éire was made aware of Ryan's whereabouts between 11 and 19 December 1940 by Elizabeth "Budge" Clissmann, who hand delivered the letter on Ryan's behalf. Ryan instructed Clissmann not to tell Kerney that Russell had died on board U 65, although this information appears to have already been leaked.

Шпионаж в оккупированной Европе

В мае 1941 года операция "Уиль" ("Unternehmen Walfisch" на немецком языке), план посадки гидросамолета на озере в Ирландии, была расширена, чтобы включить в себя снабжение ИРА деньгами и передатчиком. Райану было поручено установить контакт с ИРА. После внесения изменений в план он получил название операция "Морской орел" ("Unternehmen Seeadler" на немецком языке). Райана попросили оказать содействие в планировании операции "Морской орел". В письменном предложении по операции "Морской орел" содержались некоторые предположительно биографические сведения о Райане, составленные Визенмайером. Неизвестно, побудил ли Райан Визенмайера включить эти заявления в предложение или Визенмайер добавил их, чтобы повысить шансы на спонсирование операции "Морской орел"; в любом случае Визенмайер не стал акцентировать внимание на коммунистических симпатиях Райана и включил ряд неточностей и приукрашиваний: "он является одним из ведущих ирландских националистов [и] на протяжении многих лет был членом руководящего совета Ирландской республиканской армии и участником многочисленных столкновений с Англией". "В 1929 году британская секретная служба предприняла неудачную попытку покушения на него, и с тех пор он часто оказывался в тюрьме". "Он имеет широкие связи с ирландскими республиканскими кругами, вплоть до ближайшего окружения де Валеры и самого де Валеры, а также с регулярной ирландской армией, националистически настроенными ирландцами в Северной Ирландии и особенно с влиятельными ирландцами в Америке". Хотя операция "Морской орел" была сначала отложена после демонстрации Гитлеру 6 сентября 1941 года, а затем окончательно отменена, участие Райана в планировании не было подтверждено. Через несколько недель О'Рейли был арестован ФБР (они искали Шона Рассела). Они заявили, что осведомлены об "антифашистских убеждениях" Райана и, хотя из-за его контактов и знания языков он мог быть полезен "противнику", они не верили, что он когда-либо будет работать на фашистов. Судя по имеющимся данным, Райан не изменил своих политических взглядов после освобождения из испанской тюрьмы; Фрэнсис Стюарт и Клисманны с этим согласны. По словам Клисманнов, всю свою жизнь он оставался "ирландским республиканцем и социалистом-коннолистом". Однако он был разочарован тем, что не мог ничего сделать для Ирландии. После лета 1941 года он был обеспокоен защитой нейтралитета Ирландии и поддержал де Валеру в этом вопросе. В Ирландии также ощущалась нехватка оружия для самообороны – Черчилль препятствовал поставкам оружия в Республику, поскольку Ирландия отказывалась уступать порты, а американцы не хотели нарушать эмбарго. Черчилль также намекнул на возможное вторжение в южную Ирландию, если это потребуется – в те неспокойные времена всем было о чем задуматься. В 1941 году Райан написал несколько писем ирландскому министру Леопольду Керни в Мадрид. Немцы способствовали этому, чтобы следить за событиями в Ирландии и понимать позицию Райана, поскольку после вторжения в Советский Союз возросла необходимость сохранения нейтралитета Ирландии, и Райан становился все более важным в их глазах (иронично, но это вторжение сделало Райана еще более враждебно настроенным к немецким намерениям). В большинстве, если не во всех, этих письмах он выражал желание вернуться в Ирландию. В ноябре 1941 года он написал: "Может возникнуть ситуация (я всегда был пессимистом), в которой меня попросят сделать что-то, что мне не нравится. Такая ситуация – если здраво рассуждать – крайне маловероятна. Но если маловероятное все же произойдет, я не стану заниматься грязью. И когда вы будете устанавливать мой надгробный камень, пусть он будет из гранита (как мой упрямый череп). (Не зря в школьные годы меня прозвали "Мулом"!) После того, как опасения по поводу возможного вторжения войск США, дислоцированных в Северной Ирландии, в Эйре в 1942 году не оправдались, Райан был исключен из числа потенциальных специалистов для дальнейших секретных планов и операций Abwehr и Министерства иностранных дел. В конце 1943 года к нему обратились с просьбой высказать свое мнение о целесообразности проведения в Ирландии пропагандистской операции с использованием "Geheimsender" (тайного передатчика) для трансляции в Соединенные Штаты, но этот план так и не был реализован. Также известно, что он обсуждал с Фрэнсисом Стюартом его радиопередачи до их начала. Он умер в июне 1944 года в больнице в Лошвице, Дрезден. На его похоронах в Дрездене присутствовали Элизабет "Бадж" Клисман и Фрэнсис Стюарт. Клисманн впоследствии передал Леопольду Керни в Мадрид подробности о судьбе Райана. По словам Стюарта и Клисманна, причиной смерти были плеврит и пневмония.

In May 1941, Abwehr's Operation Whale ("Unternehmen Walfisch" in German), a plan to land a seaplane on a lake in Ireland, was expanded to include resupply of the IRA with money and a transmitter. Ryan was to contact the IRA. After changes to the plan it became known as Operation Sea Eagle ("Unternehmen Seeadler" in German). Ryan was asked for his co operation in the planning for Operation Sea Eagle. The written proposal for Operation Sea Eagle gives some supposedly biographical details for Ryan composed by Veesenmayer. It is not known whether Ryan led Veesenmayer to include these statements in the proposal or whether Veesenmayer added them to increase the chances of Operation Sea Eagle being sponsored; either way Veesenmayer did not stress Ryan's Communist sympathies and included a number of inaccuracies and embellishments:

" he is one of the leading Irish nationalists [and] has been for many years a member of the leader's council of the Irish Republican Army, and a participant in numerous fights against England." "In 1929 the [British] Secret Service carried out an unsuccessful assassination attempt against him and he has often been in jail since." "He has extensive connections with the Irish republican circles up to de Valera's closest entourage and with de Valera himself, as well as to the Irish regular army, the nationalist Irishmen in Northern Ireland and especially the leading Irishmen in America." Although Operation Sea Eagle was first postponed after being shown to Hitler on 6 September 1941 and then ultimately cancelled, Ryan's part in planning is unsubstantiated. A few weeks later O'Reilly was arrested by the FBI (they were looking for Sean Russell). They said they were aware of Ryan's "anti Fascist credentials" and although due to his contacts and knowledge of languages would be useful to "the enemy", they did not believe he would ever work for Fascism. As far as the evidence goes, Ryan did not change his political views after his release from the Spanish prison; Francis Stuart and the Clissmanns agreed on that. According to the Clissmanns he remained "an Irish Republican and a Connolly Socialist" all his life. However he was frustrated because he could do nothing for Ireland. After the Summer of 1941 he was concerned with defending Ireland's neutrality and he sided with De Valera on that point. There was also the shortage of arms in Ireland to defend itself – Churchill had prevented any supplies of arms to the Republic because Ireland would not give up the ports, and the Americans would not contravene the embargo. Churchill had also hinted at an invasion of the south of Ireland should it be required – there was a lot for all concerned to ponder about in those troubled times. In 1941, Ryan wrote a number of letters to Irish Minister Leopold Kerney in Madrid. This was facilitated by the Germans to monitor events in Ireland and understand Ryan's position, as after the invasion of the Soviet Union the need to keep Ireland neutral grew, and Ryan was becoming increasingly important in their eyes (ironically, this invasion made Ryan even more opposed to German intentions). In most, if not all, these letters he expressed his desire to return to Ireland. In November 1941 he wrote:
There might also be a situation (I was always a pessimist) in which I might be asked to do something I don't like. Such a situation is – soberly speaking – highly improbable. But if the unlikely were ever to happen I won't do the dirty. And when you plant my tombstone, let it be of granite (like my stubborn cranium) contents. (Not for nothing did I earn the nickname of "The Mule" in my schooldays!) Once a feared invasion of Éire by US troops stationed in Northern Ireland in 1942 failed to materialise, Ryan was dropped as a possible mission specialist in further covert Abwehr and Foreign Ministry plans and operations. He was approached late 1943 for his opinion on the feasibility of a "Geheimsender" (secret transmitter) propaganda operation in Ireland for broadcast to the United States, but the plan never reached fruition. It is also known that he discussed Francis Stuart's radio broadcasts with him prior to their commencement. He died in June 1944 at a hospital in Loschwitz in Dresden. His funeral in Dresden was attended by Elizabeth "Budge" Clissman and Francis Stuart. Clissmann eventually forwarded details of Ryan's fate to Leopold Kerney in Madrid. According to Stuart and Clissmann, the cause of death was pleurisy and pneumonia.

Похороны

В 1963 году историк Энно Стефан обнаружил могилу Райана в Дрездене, Германской Демократической Республике. Три добровольца из Международных бригад – Фрэнк Эдвардс, Питер О’Коннор и Майкл О’Риордан – отправились в Восточную Германию в качестве почетного караула, чтобы перевезти останки Райана в 1979 году. 21 июня его останки прибыли в церковь Уайтфриар-стрит – приход, к которому он принадлежал, когда жил в Дублине. Церковь была переполнена представителями самых разных республиканских и левых течений, а также людьми из его прошлого, такими как Стюарты, Элизабет "Бадж" и Хельмут Клисман, Пидар О’Доннелл (выступивший на отпевании), Джордж Гилмор, и бывшие соратники и сочувствующие со всего мира. По дороге на кладбище Гласневин похоронная процессия остановилась у Главного почтового отделения в память о погибших в 1916 году. Гроб Райана на кладбище Гласневин несли ирландские ветераны гражданской войны в Испании – Фрэнк Эдвардс, Питер О’Коннор, Майкл О’Риордан и Терри Фланаган. Кон Лехэйн произнес похоронную речь, а волынщик исполнил "Плач Лимерика". Он похоронен рядом с Эмонном МакТомесом.

В популярной культуре

Песня ирландского певца Кристи Мур "Viva la Quinta Brigada" во многом является данью уважения Фрэнку Райану и его усилиям в Гражданской войне в Испании. Фрэнк Райан упоминается в песне Pogues "The Sick Bed of Cúchulainn" с их альбома 1985 года Rum Sodomy & the Lash. В этих строках говорится об ирландском происхождении Райана, его интернационализме и антифашистских взглядах. "Фрэнк Райан угостил тебя виски в мадридском борделе, а ты отлупил какого-то чернорубашника, который проклинал всех жидов". Персонаж Лиам Девлин в триллере Джека Хиггинса 1975 года "Орел приземлился", по-видимому, основан на Фрэнке Райане. Девлин Хиггинса, как и Райан, является членом ИРА, который воевал на стороне республиканцев в Испании, был взят в плен и впоследствии передан немцам, но в книге он затем завербован для участия в (вымышленном) рейде диверсионной группы в Англию с целью захвата Уинстона Черчилля. Ирландская группа Cruachan упоминает Фрэнка Райана в своей песне "The Column" с альбома Blood on the Black Robe. Докудрама "Загадка Фрэнка Райана" (2012), рассказывающая о последних годах Райана в Германии с флэшбэками к эпизодам из его ранней жизни в Ирландии и Испании, состоялась на Дублинском кинофестивале 18 февраля 2012 года. Полный сценарий фильма опубликован на сайте Университета Куинс в Белфасте. Фрэнк Райан появляется в качестве персонажа в Берлине 1940-х годов в романе "Béal na Péiste" Фионтана де Бруна.