Введение
Концепция абсолютной войны была теоретической конструкцией, разработанной прусским военным теоретиком генералом Карлом фон Клаузевицем в его знаменитом, но незавершенном философском исследовании войны, Vom Kriege (на английском языке, На войне, 1832). Она обсуждается только в первой половине книги VIII (есть только несколько ссылок на нее в других местах), и она не появляется в разделах текста, написанных позже. Понятие "абсолютной формы войны" очень четко происходит от нового стиля ведения войны, введенного Французской революцией и доведенного до высокого уровня выполнения Наполеоном Бонапартом. Хотя он представлен как философская концепция, и, следовательно, вероятно, не способен к совершенному достижению в реальном мире, он, тем не менее, был очень тесно смоделирован на самых мастерских кампаниях Наполеона и был предназначен для преследования или подражания командирами "когда это возможно". Абсолютная война характеризуется очень высоким уровнем энергии и профессиональной компетентности, и она направлена на уничтожение противоборствующей силы и достижение политического решения силой оружия. Это контрастирует с более слабой, менее компетентной - даже бессмысленной - формой Клаузевица, называемой "война наблюдения", основанной на тщательно ограниченном использовании силы в столетии до Французской революции. Эта двухконтактная структура, по-видимому, была экспериментальной. Клаузевиц стал довольно критичным к середине книги VIII. После этого термин абсолютная война исчез, а слабая, запутанная природа "военного наблюдения" была преобразована в совершенно законную, респектабельную форму, называемую "ограниченной целью". В первой книге, составленной позже, термин абсолютная война не появляется; для практических целей война в реальном мире описывается с использованием спектра, ограниченного ограниченной целью ослабления воли противника продолжать военную борьбу против самой амбициозной формы, доступной в реальности, целью которой является rendering one's opponent militarily helpless. Абсолютную войну часто путают с совершенно иной концепцией "идеальной войны", представленной в первой главе "О войне". В этой дискуссии Клаузевиц объяснил, что идеальная война - это философская абстракция - "логическая фантазия", которая невозможна на практике, потому что она не направлена или не ограничена политическими мотивами или заботами, а также не ограничена практическими ограничениями времени, пространства и человеческой природы. Он назвал войну, ограниченную этими умеренными влияниями реального мира, настоящей войной. Абсолютную войну также часто путают с "Тотальной войной", термин, который не появляется в Vom Kriege. Идеальная война может рассматриваться как акт насилия без компромисса со стороны зеркальных государств, преследующих цели наивысшей важности, в которых они сражаются до "логических" крайностей войны; это война, на которую не влияют политические и моральные соображения или умеренность. В книге "О войне" Клаузевиц объясняет, что составляет эту "идеальную" (в философском смысле) войну:
Максимальное применение силы
Клаузевиц утверждает, что "из этого следует, что тот, кто применяет силу безжалостно, без упоминания о кровопролитии, должен получить превосходство, если его противник использует меньшую энергию в применении силы". Поэтому война в своей наиболее логичной форме предполагает, что каждое государство постоянно взаимно использует силу (плюс некоторые) друг друга, чтобы сохранить превосходство, пока оба не будут использовать насилие в максимальной степени. Это первое взаимное действие, и это приводит к первой крайности войны. Как сказано в его тексте.
Цель состоит в том, чтобы разоружить врага.
Клаузевиц утверждал, что логическая цель войны - заставить противника подчиниться своей воле. Однако оппонент, очевидно, не сделает этого, если он не станет наименее угнетающим из своих доступных вариантов. Поэтому, чтобы заставить врага подчиниться своей воле, государство должно поставить своего противника в положение, которое для него более угнетает, чем подчинение. Кроме того, это положение не может быть временным или казаться временным. Это потому, что враг скорее всего просто "пройдет буру" в надежде, что на более позднем этапе окажется в лучшем положении. Любое изменение в этой позиции будет изменением к худшему, и поэтому для того, чтобы наилучшим образом достичь этой позиции, государство должно разоружить своего врага (принудив его в позицию, от которой оно не может сопротивляться). Кроме того, поскольку война включает в себя два (или более) враждебных государства, этот принцип применяется к обоим, и поэтому он становится вторым взаимным действием, при котором оба пытаются навязать такую позицию другому.
Выполнение полномочий
Здесь Клаузевиц утверждает, что если государство желает победить своих врагов, оно должно уничтожить их. Согласно Клаузевицу, использование силы включает в себя два фактора. Первый - это сила доступных средств, которые могут быть измерены в некоторой степени цифрами (хотя и не полностью). Второй фактор - сила воли, которую нельзя конкретно измерить (только оценить), поскольку она нематериальна. Как только государство узнает о силе сопротивления противника, оно может пересмотреть свои собственные средства и скорректировать их соответственно вверх в попытке получить преимущество. Поскольку враг также будет делать это, он также становится взаимным (третье взаимное действие), создавая третий толчок к крайности.
Смешение с тотальной войной
Признание тотальной войны с начала Первой мировой войны, возможно, создало некоторую путаницу для многих ученых, которые, возможно, не смогли понять различия между ней и концепцией абсолютной войны, часто используя термины взаимозаменяемо и обвиняя поведение Германии в "тотальной войне" в трудах прусского военного теоретика Карла фон Клаузевица. Однако в действительности Клаузевиц не придумал и не использовал термин "тотальная война", а "абсолютная (или идеальная) война", как утверждается, - это совсем другое понятие. Тотальная война - это война, в которой внутренний фронт (то есть политическая система, общество и экономика государства) мобилизуется в огромной степени для продолжения и расширения военных усилий - это подразумевает подчинение политики (внутренней и внешней) цели чисто военной победы (понятие, которое Клаузевиц считал бы бессмысленным). Для него характерна гражданская инфраструктура, а сами гражданские лица становятся вовлеченными в войну в качестве части системы военной логистической поддержки. Идеальная война, с другой стороны, является теоретическим идеалом, в котором война достигает своих логических крайностей (как упоминалось выше), которые освобождают ее от умеряющих эффектов, навязанных ей политикой и обществом, не говоря уже о практических ограничениях времени и пространства. Поскольку войны не могут управлять собой и требуют существования политики и общества, Клаузевиц считал, что идеальная война невозможна, потому что политические и военные лидеры не могут избежать этих влияний. Большая часть путаницы вокруг "абсолютной войны" является результатом личной интеллектуальной эволюции Клаузевица: книга была незаконченной на момент его преждевременной смерти, и существуют важные противоречия между некоторыми его ранними мыслями и самыми передовыми элементами, последние представлены последней половиной книги VIII, книгой I (единственной частью незаконченного черновика Клаузевица, которую он считал законченной формой) и "Записью 1827 года". У него никогда не было возможности согласовать обсуждение абсолютной войны с этими более поздними писаниями. Таким образом, "абсолютная война" отражает более раннюю концепцию, выступающую за более экстремальные формы, которые фактически достигли наполеоновские войны. Однако зрелый Клаузевиц явно отверг эту концепцию. Многие аналитики предполагали, что мощное описание идеальной войны в Книге I должно относиться к одной и той же концепции, но на самом деле эти две концепции радикально отличаются и во многих отношениях противоположны. Клаузевиц, похоже, никогда не решал, должна ли абсолютная война отражать достижимую форму или, наоборот, идеал, на который можно стремиться, но просто недостижимый. Идеальная война разрешила эту путаницу, будучи вопиюще недостижимой в большинстве ее аспектов и отражая нереалистичную идею войны, которой не следует следовать в реальной жизни.