Введение
Состояние, выделяющееся как необычное или сложное по сравнению с более распространенной или регулярной формой. В лингвистике и социальных науках, маркированность – это состояние, выделяющееся как нетипичное или отклоняющееся от нормы в отличие от регулярного или общепринятого. В маркированно-немаркированной паре один из членов оппозиции является более широким, доминирующим. Доминирующая форма по умолчанию или минимальных усилий известна как немаркированная; другая, вторичная – маркированная. Иными словами, маркированность подразумевает характеристику "нормальной" языковой единицы в противопоставлении одной или нескольким ее возможным "нерегулярным" формам. В лингвистике маркированность может применяться, в частности, к фонологическим, грамматическим и семантическим оппозициям, определяя их в терминах маркированных и немаркированных пар, например, честный (немаркированный) против нечестного (маркированный). Маркировка может быть чисто семантической или реализовываться посредством дополнительной морфологии. Термин происходит от обозначения грамматической роли с помощью суффикса или другого элемента и был расширен на ситуации, где нет морфологического различия. В социальных науках в более широком смысле маркированность используется, среди прочего, для различения двух значений одного и того же термина, где одно является общеупотребительным (немаркированный смысл), а другое – специализируется на определенном культурном контексте (маркированный смысл). В психологии, социально-научная концепция маркированности количественно оценивается как мера того, насколько одна переменная маркирована как предиктор или возможная причина другой, и также известна как Δp (дельтаP) в простых случаях выбора из двух вариантов. Подробнее см. матрицу ошибок.
In linguistics and social sciences, markedness is the state of standing out as nontypical or divergent as opposed to regular or common. In a marked–unmarked relation, one term of an opposition is the broader, dominant one. The dominant default or minimum effort form is known as unmarked; the other, secondary one is marked. In other words, markedness involves the characterization of a "normal" linguistic unit against one or more of its possible "irregular" forms. In linguistics, markedness can apply to, among others, phonological, grammatical, and semantic oppositions, defining them in terms of marked and unmarked oppositions, such as honest (unmarked) vs. dishonest (marked). Marking may be purely semantic, or may be realized as extra morphology. The term derives from the marking of a grammatical role with a suffix or another element, and has been extended to situations where there is no morphological distinction. In social sciences more broadly, markedness is, among other things, used to distinguish two meanings of the same term, where one is common usage (unmarked sense) and the other is specialized to a certain cultural context (marked sense). In psychology, the social science concept of markedness is quantified as a measure of how much one variable is marked as a predictor or possible cause of another, and is also known as Δp (deltaP) in simple two choice cases. See confusion matrix for more details.
Пары слов с и без отметки
С точки зрения лексических противоположностей, отмеченная форма является не базовой, часто с инфлекционными или деривационными окончаниями. Таким образом, морфологически отрицательная форма слова является отмеченной по отношению к положительной: счастливый/несчастный, честный/нечестный, справедливый/несправедливый, чистый/нечистый и так далее. Аналогично, неаффиксные мужские или единственные формы считаются немаркированными в отличие от аффиксных женских или множественных форм: лев/львица, хозяин/хозяйка, автомобиль/автомобили, ребенок/дети. Немаркированная форма также является формой по умолчанию. Например, немаркированный лев может обозначать как самца, так и самку, в то время как львица – только самку. Эта особенность формы по умолчанию позволяет идентифицировать немаркированные лексические формы, даже когда противоположности не связаны морфологически. В парах "старый/молодой", "большой/маленький", "счастливый/грустный", "чистый/грязный" первый член каждой пары считается немаркированным, поскольку он обычно используется в вопросах. Например, носители английского языка обычно спрашивают, сколько кому-то лет; использование отмеченного члена (как ты молод?) подразумевает, что человек молод.
История Пражской школы
В то время как идея лингвистической асимметрии предшествовала фактическому введению терминов "маркированный" и "немаркированный", современное понятие маркированности возникло в структурализме Пражской лингвистической школы Романа Якобсона и Николая Трубецкого как способ характеристики бинарных оппозиций. И звук, и значение были проанализированы как системы бинарных дистинктивных признаков. Эдвин Баттистелла писал: "Бинарность предполагает симметрию и эквивалентность в лингвистическом анализе; маркированность добавляет идею иерархии". Трубецкой и Якобсон проанализировали фонологические оппозиции, такие как носовой и неносовой, определяемые как наличие и отсутствие носовости; наличие признака носовости считалось маркированным, а его отсутствие – немаркированным. Для Якобсона и Трубецкого двоичные фонологические признаки составляли часть универсального набора признаков, применимого ко всем языкам. В своей статье 1932 года "Структура русского глагола" Якобсон распространил это понятие на грамматические значения, в которых маркированный элемент "указывает на наличие [определенного значения] А", а немаркированный элемент "не указывает на наличие А, то есть не сообщает, присутствует А или нет". Сорок лет спустя Якобсон описал язык, заявив, что "каждый элемент языковой системы строится на оппозиции двух логических противоречий: наличие признака ("маркированность") противопоставляется его отсутствию ("немаркированность")". В своей книге 1941 года "Детская речь, афазия и универсалии языка" Якобсон предположил, что фонологическая маркированность играет роль в усвоении и утрате языка. Опираясь на существующие исследования усвоения и афазии, Якобсон предположил зеркальную взаимосвязь, определяемую универсальной иерархией маркированных и немаркированных оппозиций. Сегодня многие по-прежнему считают теорию Якобсона о фонологическом усвоении полезной для выявления существующих тенденций.
Культурная яркость и информированность
Поскольку основным компонентом маркированности является информационное содержание и информационная ценность элемента, некоторые исследования рассматривают маркированность как кодирование того, что необычно или информативно, и это отражено в формальных вероятностных определениях маркированности и информированности, которые для дихотомических проблем соответствуют случайным компонентам однонаправленной правильности корреляционного коэффициента Мэтьюса, известным как Δp и Δp'. Концептуальная осведомленность о культурных нормах, обеспечиваемая знакомыми категориями, создает фон, на котором маркированные категории выступают в качестве фигуры, открывая путь к применению маркированности к культурной и социальной категоризации. Еще в 1930-х годах Якобсон предложил применять маркированность ко всем оппозициям, явно упоминая такие пары, как жизнь/смерть, свобода/неволя, грех/добродетель и праздник/рабочий день. Линда Во расширила этот список оппозициями мужчина/женщина, белый/черный, зрячий/слепой, слышащий/глухой, гетеросексуальный/гомосексуальный, правый/левый, фертильность/бесплодие, одетый/обнаженный и устная/письменная речь. Баттистелла расширил это, продемонстрировав, как культуры согласовывают значения маркированности для создания целостных систем символов, иллюстрируя это примерами, основанными на работах Родни Нидхэма. Другие исследования применяют маркированность к стилистике, музыке и мифологии.
Универсальные и частота
Книга Джозефа Гринберга 1966 года "Универсалы языка" стала влиятельным применением принципа маркированности к типологической лингвистике и ознаменовала отход от традиций Якобсона и Трубецкого. Гринберг полагал, что частота является первичным определяющим фактором маркированности в грамматике, и предположил, что неозначенные категории могут быть определены "частотой ассоциаций объектов в реальном мире". Гринберг также использовал частоту в кросс-лингвистическом анализе, предполагая, что неозначенные категории будут теми, которые остаются неозначенными в большом числе языков. Однако критики утверждают, что частота проблематична, поскольку категории, редко встречающиеся в разных языках, могут быть широко распространены в конкретном языке. В последнее время идеи, связанные с частотой, были формализованы в виде условных вероятностей, скорректированных с учетом случайности, при этом информированность (Δp') и маркированность (Δp) соответствуют различным направлениям предсказания в исследованиях человеческих ассоциаций (бинарные ассоциации или различия) и в более широком смысле (включая признаки с более чем двумя различиями). Универсалии также были соотнесены с импликационными законами. Это подразумевает, что категория считается маркированной, если каждый язык, обладающий маркированной категорией, также обладает неозначенной, но не наоборот.
Диагностика
Маркированность была расширена и переосмыслена за прошедшее столетие и отражает множество слабо связанных между собой теоретических подходов. Возникнув в анализе бинарных оппозиций, она превратилась в глобальный семиотический принцип, средство кодирования естественности и языковых универсалий, а также в терминологию для изучения значений по умолчанию и предпочтений в процессе языкового усвоения. Объединяющим фактором различных подходов является внимание к оценке языковой структуры, хотя детали определения маркированности, а также её следствия и диагностические признаки существенно различаются. Другие подходы к универсальным отношениям маркированности фокусируются на функциональных, экономических и иконических мотивациях, связывая повторяющиеся симметрии со свойствами каналов коммуникации и коммуникативных событий. Крофт (1990), например, отмечает, что асимметрии между лингвистическими элементами могут быть объяснены с точки зрения экономии формы и иконичности между структурой языка и концептуализацией мира.