Введение

Состояние, выделяющееся как необычное или сложное по сравнению с более распространенной или регулярной формой. В лингвистике и социальных науках, маркированность – это состояние, выделяющееся как нетипичное или отклоняющееся от нормы в отличие от регулярного или общепринятого. В маркированно-немаркированной паре один из членов оппозиции является более широким, доминирующим. Доминирующая форма по умолчанию или минимальных усилий известна как немаркированная; другая, вторичная – маркированная. Иными словами, маркированность подразумевает характеристику "нормальной" языковой единицы в противопоставлении одной или нескольким ее возможным "нерегулярным" формам. В лингвистике маркированность может применяться, в частности, к фонологическим, грамматическим и семантическим оппозициям, определяя их в терминах маркированных и немаркированных пар, например, честный (немаркированный) против нечестного (маркированный). Маркировка может быть чисто семантической или реализовываться посредством дополнительной морфологии. Термин происходит от обозначения грамматической роли с помощью суффикса или другого элемента и был расширен на ситуации, где нет морфологического различия. В социальных науках в более широком смысле маркированность используется, среди прочего, для различения двух значений одного и того же термина, где одно является общеупотребительным (немаркированный смысл), а другое – специализируется на определенном культурном контексте (маркированный смысл). В психологии, социально-научная концепция маркированности количественно оценивается как мера того, насколько одна переменная маркирована как предиктор или возможная причина другой, и также известна как Δp (дельтаP) в простых случаях выбора из двух вариантов. Подробнее см. матрицу ошибок.

Пары слов с и без отметки

С точки зрения лексических противоположностей, отмеченная форма является не базовой, часто с инфлекционными или деривационными окончаниями. Таким образом, морфологически отрицательная форма слова является отмеченной по отношению к положительной: счастливый/несчастный, честный/нечестный, справедливый/несправедливый, чистый/нечистый и так далее. Аналогично, неаффиксные мужские или единственные формы считаются немаркированными в отличие от аффиксных женских или множественных форм: лев/львица, хозяин/хозяйка, автомобиль/автомобили, ребенок/дети. Немаркированная форма также является формой по умолчанию. Например, немаркированный лев может обозначать как самца, так и самку, в то время как львица – только самку. Эта особенность формы по умолчанию позволяет идентифицировать немаркированные лексические формы, даже когда противоположности не связаны морфологически. В парах "старый/молодой", "большой/маленький", "счастливый/грустный", "чистый/грязный" первый член каждой пары считается немаркированным, поскольку он обычно используется в вопросах. Например, носители английского языка обычно спрашивают, сколько кому-то лет; использование отмеченного члена (как ты молод?) подразумевает, что человек молод.

История Пражской школы

В то время как идея лингвистической асимметрии предшествовала фактическому введению терминов "маркированный" и "немаркированный", современное понятие маркированности возникло в структурализме Пражской лингвистической школы Романа Якобсона и Николая Трубецкого как способ характеристики бинарных оппозиций. И звук, и значение были проанализированы как системы бинарных дистинктивных признаков. Эдвин Баттистелла писал: "Бинарность предполагает симметрию и эквивалентность в лингвистическом анализе; маркированность добавляет идею иерархии". Трубецкой и Якобсон проанализировали фонологические оппозиции, такие как носовой и неносовой, определяемые как наличие и отсутствие носовости; наличие признака носовости считалось маркированным, а его отсутствие – немаркированным. Для Якобсона и Трубецкого двоичные фонологические признаки составляли часть универсального набора признаков, применимого ко всем языкам. В своей статье 1932 года "Структура русского глагола" Якобсон распространил это понятие на грамматические значения, в которых маркированный элемент "указывает на наличие [определенного значения] А", а немаркированный элемент "не указывает на наличие А, то есть не сообщает, присутствует А или нет". Сорок лет спустя Якобсон описал язык, заявив, что "каждый элемент языковой системы строится на оппозиции двух логических противоречий: наличие признака ("маркированность") противопоставляется его отсутствию ("немаркированность")". В своей книге 1941 года "Детская речь, афазия и универсалии языка" Якобсон предположил, что фонологическая маркированность играет роль в усвоении и утрате языка. Опираясь на существующие исследования усвоения и афазии, Якобсон предположил зеркальную взаимосвязь, определяемую универсальной иерархией маркированных и немаркированных оппозиций. Сегодня многие по-прежнему считают теорию Якобсона о фонологическом усвоении полезной для выявления существующих тенденций.

Культурная яркость и информированность

Поскольку основным компонентом маркированности является информационное содержание и информационная ценность элемента, некоторые исследования рассматривают маркированность как кодирование того, что необычно или информативно, и это отражено в формальных вероятностных определениях маркированности и информированности, которые для дихотомических проблем соответствуют случайным компонентам однонаправленной правильности корреляционного коэффициента Мэтьюса, известным как Δp и Δp'. Концептуальная осведомленность о культурных нормах, обеспечиваемая знакомыми категориями, создает фон, на котором маркированные категории выступают в качестве фигуры, открывая путь к применению маркированности к культурной и социальной категоризации. Еще в 1930-х годах Якобсон предложил применять маркированность ко всем оппозициям, явно упоминая такие пары, как жизнь/смерть, свобода/неволя, грех/добродетель и праздник/рабочий день. Линда Во расширила этот список оппозициями мужчина/женщина, белый/черный, зрячий/слепой, слышащий/глухой, гетеросексуальный/гомосексуальный, правый/левый, фертильность/бесплодие, одетый/обнаженный и устная/письменная речь. Баттистелла расширил это, продемонстрировав, как культуры согласовывают значения маркированности для создания целостных систем символов, иллюстрируя это примерами, основанными на работах Родни Нидхэма. Другие исследования применяют маркированность к стилистике, музыке и мифологии.

Универсальные и частота

Книга Джозефа Гринберга 1966 года "Универсалы языка" стала влиятельным применением принципа маркированности к типологической лингвистике и ознаменовала отход от традиций Якобсона и Трубецкого. Гринберг полагал, что частота является первичным определяющим фактором маркированности в грамматике, и предположил, что неозначенные категории могут быть определены "частотой ассоциаций объектов в реальном мире". Гринберг также использовал частоту в кросс-лингвистическом анализе, предполагая, что неозначенные категории будут теми, которые остаются неозначенными в большом числе языков. Однако критики утверждают, что частота проблематична, поскольку категории, редко встречающиеся в разных языках, могут быть широко распространены в конкретном языке. В последнее время идеи, связанные с частотой, были формализованы в виде условных вероятностей, скорректированных с учетом случайности, при этом информированность (Δp') и маркированность (Δp) соответствуют различным направлениям предсказания в исследованиях человеческих ассоциаций (бинарные ассоциации или различия) и в более широком смысле (включая признаки с более чем двумя различиями). Универсалии также были соотнесены с импликационными законами. Это подразумевает, что категория считается маркированной, если каждый язык, обладающий маркированной категорией, также обладает неозначенной, но не наоборот.

Диагностика

Маркированность была расширена и переосмыслена за прошедшее столетие и отражает множество слабо связанных между собой теоретических подходов. Возникнув в анализе бинарных оппозиций, она превратилась в глобальный семиотический принцип, средство кодирования естественности и языковых универсалий, а также в терминологию для изучения значений по умолчанию и предпочтений в процессе языкового усвоения. Объединяющим фактором различных подходов является внимание к оценке языковой структуры, хотя детали определения маркированности, а также её следствия и диагностические признаки существенно различаются. Другие подходы к универсальным отношениям маркированности фокусируются на функциональных, экономических и иконических мотивациях, связывая повторяющиеся симметрии со свойствами каналов коммуникации и коммуникативных событий. Крофт (1990), например, отмечает, что асимметрии между лингвистическими элементами могут быть объяснены с точки зрения экономии формы и иконичности между структурой языка и концептуализацией мира.